Два с половиной человека

— О, ну перестань хмуриться, Люциус. Это просто неприлично. Люциус проигнорировал слова любимой жены и вместо этого сердито посмотрел в спину удаляющегося Поттера. Из всех жизненных решений Драко, с которыми старший Малфой был не согласен, — а таких было очень много — это точно вошло в топ-5. Он совсем не был рад, когда Драко развёлся с девчонкой Гринграсс. Он был недоволен, когда сын переехал из Мэнора в практически маггловский район — очевидно, он хотел, чтобы Скорпиус имел возможность использовать лучшее из двух миров и расширить свои горизонты… ну или ещё какая-то ерунда на эту тему. Совсем недавно он был очень огорчён решением Драко увезти единственного внука на целую неделю валять дурака на пляже. Но Люциус справился бы со всем этим и не только, если бы Драко не вернулся оттуда с чёртовым Гарри Поттером. Теперь ему приходилось терпеть присутствие Поттера на обеде в квартире Драко. Того Поттера, что улыбался его сыну и, словно наседка, кудахтал над его внуком, и вообще вёл себя, как дома, накрывая на стол и разливая вино. А потом у него хватило наглости предложить Люциусу и Нарциссе «расслабиться», пока они с Драко разберутся с посудой. Это был уже перебор, и глава семейства Малфоев всерьёз подумывал что-то предпринять. — Ну серьёзно, Люциус, — выговаривала ему Нарцисса. — Почему ты так упрямишься? Мы замечательно пообедали. Гарри очаровательный, вежливый молодой человек. Он любит твоего сына, и, каким бы невозможным это ни казалось, но он, кажется, обожает Скорпиуса даже сильнее, чем ты. — Это неправда! — решительно возразил Люциус. Никто не обожал Скорпиуса сильнее, чем он, и даже предположение, что такое вообще возможно, выглядело неприемлемым. Вот и ещё одна причина, чтобы избавиться от Поттера. Люциус ещё сильнее нахмурился, заметив, как тот, весело насвистывая, передал Драко тарелку, легко толкая плечом в плечо. Драко робко улыбнулся в ответ, и Люциус опасно прищурился. В это время Нарцисса, не отрываясь, строго смотрела на него. — По правде говоря, должно случиться чудо, чтобы вы двое совершенно не избаловали этого малыша. В этот момент появился упомянутый малыш, словно его призвали заклинанием. Скорпиус решил, что достаточно уделил внимания окну и, по-детски семеня, решил проверить, как обстоят дела у бабушки с дедушкой. — Вот и мой дорогой мальчик, — тепло улыбнулась Нарцисса и нагнулась, чтобы взять Скорпиуса на руки. — Иди ко мне, сладенький. — Ох, и это я его балую? — хмыкнул Люциус. Нарцисса проигнорировала его, продолжая ворковать, и ласкать, и поглаживать, и издавать странные кудахтающие звуки, которых он не слышал со времён детства Драко. Скорпиус терпел эти проявления чувств со стойкостью солдата, выражая своё неудовольствие лишь тяжёлыми вздохами. Люциус молча наблюдал за происходящим, одобряя действия внука. Вот это настоящий Малфой! Драко был одарённым ребёнком и очень умным для своего возраста, но ему не хватало… чего-то такого, что Люциус хотел бы видеть в наследнике. Будучи ребёнком, его сын так до конца и не впитал всё то, что Люциус пытался в него вложить. Став взрослым, он ещё больше отошёл от отцовских ожиданий, поставив независимость выше семейного блага. Как бы ужасно это ни было, но Люциус понимал, что в Драко было что-то от гриффиндорцев, что-то, что Люциусу так и не удалось в нём уничтожить. Скорпиус был другим. В этом ребёнке чувствовался невероятный потенциал. Серьёзный молодой человек, который всегда трезво оценивал ситуацию, прежде чем предпринять шаги, которые были бы в его интересах. Даже в таком юном возрасте Скорпиус демонстрировал врождённую способность к мягкому убеждению, скрываемому под маской простодушной невинности. В этом было что-то макиавеллианское. Даже его бабушка купилась. Но не Люциус. Люциус мог распознать потенциал, когда сталкивался с ним, и Скорпиус станет идеальным союзником в его планах по избавлению от Поттера. Всё, что нужно было сделать, — переманить мальчика на свою сторону, и тогда всё случится само собой… В данный момент его будущий сообщник недовольно ёрзал в руках Нарциссы, отчаянно стараясь выбраться из цепких женских объятий. — Баба, нет! — извиваясь, пыхтел Скорпиус. Одобрение Люциуса повысилось ещё на пару баллов. Малфои не обнимаются. — Хватит, Цисси, — произнёс он, спеша спасти мальчика от её знаков внимания. — Я бы хотел перемолвиться словечком с внуком, если не возражаешь. Спустя несколько мгновений Нарцисса всё же выпустила внука из рук. Скорпиус вздохнул с очевидным облегчением и выжидающе посмотрел на Люциуса, даря ему редкий момент безраздельного внимания. Люциус усмехнулся и посадил малыша к себе на колено, следя за тем, чтобы не прервать зрительный контакт. — А теперь, Скорпиус, — плавно начал он, — пришло время узнать, что же на самом деле значит быть Малфоем. — Что ты делаешь? — изогнула идеальную бровь Нарцисса. Люциус проигнорировал её, украдкой бросив взгляд в сторону кухни. Поттер и Драко по-прежнему были заняты мытьём посуды. Идеально. У него будет достаточно времени для небольшой… беседы со Скорпиусом. — Род Малфоев очень древний, Скорпиус, — продолжил он. — Великое имя с великим наследием. Мы гордимся этим наследием, нашими корнями, тем, откуда мы появились. А откуда мы появились, Скорпиус? — Не знаю, деда, — пожал плечами Скорпиус. — Я скажу тебе, дитя. Мы появились из самых истоков магии. Мы были и по-прежнему находимся среди первых магических семей. Мы, можно сказать, зачинатели волшебства. — Ладно. Нарцисса закатила глаза. — Ну хватит, Люциус. Ему два года. Ты не можешь всерьёз ожидать, что он поймёт эту чепуху. — Тише, Цисси. Мой внук прекрасно меня понимает. Он Малфой. Итак, как я уже говорил, Скорпиус, будучи одним из древнейших и чистейших семейств древнего волшебства, у нас есть определённые… обязанности по отношению к нашим прародителям. Обязанность уважать имя Малфоев, чтить семейное наследие, а самое главное — оставаться чистокровными. — Люциус, если ты делаешь то, что я думаю… — И вот тут, — Люциус повысил голос, чтобы заглушить её, — наступает твоё время, внук. — Ладно. — Видишь ли, твой отец, к сожалению, забыл о своём семейном долге ради интрижки с Поттером. — Люциус! — в строгом голосе Нарциссы звучало предупреждение. Но Скорпиус и так уже внимал каждому слову, глядя на деда. — Арри? — радостно спросил он. — Именно, — триумфально усмехнулся Люциус. — Как ты, возможно, заметил, Скорпиус, Гарри не такой, как мы. У него другие корни, и он не понимает истинной ценности магического наследия. В общем-то, это не его вина. Однако факт остаётся фактом, а именно… Гарри Поттер не… скажем так, подходящий супруг для Малфоя. — Люциус, ты переходишь всякие… — О, замолчи, Цисси. Я просто сообщаю мальчику вещи, о которых он должен знать. Вряд ли в этом есть что-то плохое, не правда ли? Так что, Скорпиус, ради своего отца и, что важнее, ради семейного блага… — Люциус, клянусь Мерлином… — … важно, чтобы ты понимал, что вся надежда теперь на тебя — самого последнего представителя моей линии. Ты должен убедить отца прийти в себя и разорвать все связи с Поттером. Я понимаю, что сначала это может быть сложно. Но ты должен быть настойчив. Потому что всё это ради блага семьи, внук. Ради имени Малфой. Скорпиус очень внимательно вслушивался в каждое слово. Люциус практически слышал, как маленькие колёсики крутятся в голове мальчика. — Арри пока-пока? — наконец спросил он, глядя на Люциуса. Тот был готов ликовать. — Именно, внук. Гарри должен пока-пока. Нарцисса со злостью посмотрела на мужа, её глаза сверкали гневом. — Люциус Малфой, — прошипела она. — Ты что, правда пытаешься использовать единственного внука, чтобы поссорить Драко с его бойфрендом? Если честно, иногда я не понимаю, почему вообще вышла за тебя замуж! Она повернулась к Скорпиусу, и её глаза мгновенно смягчились. — Не слушай дедушку, дорогой. Он просто озлобленный старик, хватающийся за соломинку. Ты просто… — Ну же, Цисси, — ухмыльнулся Люциус. — Не надо пытаться повлиять на ребёнка. Пусть он сам принимает решение. — Он повернулся к Скорпиусу и улыбнулся, мягко погладив его по спине. — В общем, внук, думаю, мы поняли друг друга. Могу ли я рассчитывать на твою поддержку в этом маленьком деле? Скорпиус нахмурился и задумчиво уставился на него. Явно обдумывая свой первый шаг для реализации Великого плана. Люциус так гордился им… — Нет. Люциус замер. Очевидно, он неправильно расслышал. — Что ты сказал? Скорпиус, разве я неясно выразился? Ты просто обязан… Скорпиус вздёрнул свой маленький подбородок и сердито посмотрел на него. — Нет, деда! — твёрдо повторил он, соскальзывая с колена Люциуса на пол. Глава семейства разгневался не на шутку. Драко никогда бы не позволил себе так с ним обращаться. — Не перечь мне, молодой человек! Скорпиус ответил со всем достоинством и выдержкой, которые только можно было ожидать от двухлетнего ребёнка. Он нахмурился, бросил в деда ягоду малины, которую держал в руках, и сорвался с места, как снитч, улетающий от преследующего его ловца. Люциус мог лишь с открытым ртом наблюдать, как мальчик бросился на кухню, засеменил к Поттеру и немедленно задёргал его за мантию. Поттер тепло улыбнулся и поднял его на руки, любовно целуя в висок и что-то шепча на ухо. Скорпиус обхватил ручками его шею, заявляя на него свои права, и устроился на плече, не забыв бросить на деда неодобрительный взгляд. Люциус скрипнул зубами и с тяжёлым вздохом откинулся на спинку дивана, пытаясь не обращать внимания на сдавленный смех жены. — Что ж, могло бы быть и лучше, — вздохнул он. Очевидно, он проиграл. Последняя надежда умерла. Нарцисса, всё ещё смеясь, погладила его по руке. — Ну, по крайней мере, никто не упрекнёт тебя в том, что ты не попытался, дорогой. О, Мерлин, ты и правда пытался. Она отвернулась от надувшегося мужа. С мягкой улыбкой она смотрела, как Гарри Поттер обнимает её внука, словно он — главное сокровище мира. Свободной рукой он держал Драко за руку, и в его глазах читалась огромная любовь к ним обоим. Нарцисса подняла свой бокал в безмолвном тосте. — Ради семейного блага, — тихо прошептала она. Так и было.