Два с половиной человека

Всё началось с чихания. Проходя мимо комнаты сына к своему кабинету, Драко нахмурился. Скорпиус по-прежнему лежал в кровати, зарывшись в одеяло. Это было странно. Обычно мальчик вставал с рассветом. Драко подошёл к маленькому холму из одеял и обнаружил среди них маленькую светловолосую голову. Он улыбнулся и осторожно потряс сына за плечо. — Скорпиус, пора вставать. — Нет, — мрачно ответил тот и снова чихнул. Драко заволновался сильнее. Он снова накрыл сына одеялом, но тот запротестовал, сердито шмыгая носом, а потом и вовсе решил, что отец станет прекрасной заменой кровати. Драко охотно взял малыша на руки, гладя Скорпиуса по спине, в то время как тот положил голову ему на плечо. Он обеспокоенно заметил, что кожа Скорпиуса была горячее, чем обычно, и что его немного трясло. — Ты хорошо себя чувствуешь, мой принц? — спросил он, быстро перебирая в голове список симптомов. Озноб, высокая температура… — Нет, — пробормотал Скорпиус таким тоном, словно это должно было быть очевидным. — Что не так? — продолжил свой допрос Драко. — Животик болит? — Нет. — Голова? — Нет. — Чувствуешь слабость? — Нет. Драко изогнул бровь. — Мне что, нужно перечислить все симптомы, известные медицине, прежде чем я добьюсь от тебя простого «да»? — Угу. — Вряд ли это разумно. Ты представляешь, как много симптомов существует? — Восемь. Вопреки беспокойству Драко не смог сдержать смешок. Он поцеловал малыша в лоб и уложил обратно в кровать, осторожно укутав одеялом. — Тогда давай просто позовём целителя. Тебе сразу станет лучше. Он поднялся с кровати, намереваясь уйти, но Скорпиус вцепился маленькой ручкой в рукав его рубашки. — Арри? — с надеждой спросил он, подняв на Драко большие грустные глаза. Сердце Драко болезненно сжалось, и он наклонился и снова поцеловал сына. — Гарри нет, милый. Но он скоро вернётся, обещаю. А я буду с тобой всё время, пока тебе не станет лучше, хорошо? — Ладно, папа. Драко мягко улыбнулся и направился к камину. По правде говоря, он бы тоже хотел, чтобы Гарри был здесь. … Гермиона ободряюще кивнула, увидев обеспокоенное лицо Малфоя в своём камине. Будучи целителем, специализирующимся в педиатрии, она не раз имела дело с волнующимися родителями. Учитывая обстоятельства, Малфой неплохо держался. Он явно переживал, но держал себя в руках достаточно, чтобы ответить на все её вопросы. Гермиона с неохотой признала (и уже не впервые), что из Драко вышел бы отличный целитель, если бы он не решил заниматься исследованием зелий. — Я бы не стала слишком переживать, — заявила она, когда Малфой закончил. — Очень похоже на грипп. Всё пройдёт, стоит только принять бодроперцовое зелье. Ты уже сообщил Гарри? — Я отправил ему сову час назад, — кивнул Малфой. — Но, учитывая, что он во Франции, пройдёт какое-то время, прежде чем он узнает. — В эти выходные международная конференция авроров? — сочувственно произнесла Гермиона. — Бедный малыш Скорпиус. Он, наверное, скучает по Гарри. — Он постоянно о нём спрашивает, — вздохнув, ответил Малфой. — Я пытался уложить его подремать целую вечность. — Не давай ему спать. Я скоро приду, чтобы поставить окончательный диагноз. — Спасибо, Грейнджер. До скорой встречи. — До свидания, Малфой. Малфой исчез с шипением и искрами. Гермиона взяла щепотку летучего пороха и громко произнесла: — Отдел магических игр и спорта, министерство магии. Сквозь языки пламени появились очертания кабинета Рона. Гермиона улыбнулась, увидев обеспокоенное лицо мужа. — Миона? Всё в порядке? — Всё хорошо, Рон, — уверила она его. — Просто хотела сказать, что нам придётся перенести ланч на другой день. У Скорпиуса грипп, так что я собираюсь заглянуть к Малфою. — Блонди заболел? Гермиона раздражённо покачала головой. — Теперь все так его называют? Ну серьёзно, у бедного малыша есть имя. — Да, но Скорпиус — это так… — Рон скорчил гримасу. — Блонди больше подходит. Гермиона поджала губы и призвала сумку с аптечкой на все случаи жизни. — В общем, я думаю, это просто грипп. Я скоро вернусь. — Ладно. Люблю тебя. — Я тоже тебя люблю. Рон смотрел на огонь, пока лицо Гермионы не растворилось в пламени, а потом встал и стряхнул сажу с мантии. Он не мог ничего с собой поделать и немного волновался за Скорпиуса. Бедный малыш! Да ещё и теперь, когда Гарри уехал на выходные… Всё это очень грустно. Стоило представить, как маленький мальчик лежит больной в кровати, и только Малфой составляет ему компанию… Рона передёрнуло от этой мысли. Впрочем, именно она стала решающей. Рон уверенно кивнул самому себе и убрал документы со стола. Он, конечно, не был фанатом Малфоя, но Скорпиус был ещё и ребёнком Гарри. Рону было необходимо убедиться, что с ним всё хорошо. Малфою придётся смириться. Так, куда он положил сахарные перья? — Уже сбегаешь на ланч? — в кабинет вошёл Блейз Забини и поморщился, заметив поспешные сборы Рона. — Даже не мечтай, Уизли. Нам нужно закончить отчёт… Рон нетерпеливо отмахнулся от своего надоедливого коллеги. — Я скоро вернусь. Кое-что случилось. Забини усмехнулся и опёрся о дверной косяк. — Что? Грейнджер наконец поняла, что может найти себе кого-то получше? Рон мысленно решил, что нужно будет подсунуть ему в ящик стола парочку кровопролитных конфет. — Какая свежая шутка. И нет, у нас всё хорошо. Просто я должен навестить Блонди. Он заболел. — Прости, кого? — Ох… Скорпиуса! У него грипп. Просто… Я вернусь, Забини. Прикрой меня, ладно? Блейз смотрел, как Уизли покинул офис, стараясь переварить слова, брошенные на прощание. Скорпиус? Скорпиус Драко? Почему Уизли собирался его навестить? Но ещё важнее, как так случилось, что Уизли был в курсе информации, о которой ничего не знал сам Блейз? Вообще-то он всегда считался любимым дядей! Забини закусил губу. Драко Малфою придётся объясняться! Он бросил папку с документами на стол и зачерпнул немного летучего пороха. В языках пламени показалось лицо Пэнси. Его девушка явно выглядела недовольной. — Мерлин, Блейз! Сейчас 11 утра. Почему ты звонишь мне ни свет ни заря? — У нас тут проблема, Пэнс. Пэнси замерла на месте и прищурилась. — Рассказывай. … В это самое время Гермиона и Драко были заняты угрюмым, хлюпающим носом Скорпиусом. — Ну вот, дорогой, — сказала Гермиона, наливая ему немного бодроперцового зелья. — Ты сразу почувствуешь себя лучше. Скорпиус захныкал и зарылся лицом в плечо Драко. — Арри, — твёрдо потребовал он, сердито глядя на неразумных взрослых. Драко и Гермиона обменялись полными сочувствия взглядами. — Он уехал, Скорпиус. Ты же знаешь, он был бы здесь, если бы мог, — Драко мягко погладил его по спине. Скорпиус жалобно всхлипнул и прижался к груди Драко. Тот с трудом сдержал тяжёлый вздох. Мерлин, это разрывало ему сердце. — Дорогой, мне очень жаль. Просто… прими зелье, ладно? — Нет. — Скорпиус, ты… — … не можешь болеть без хорошей книги, не так ли? — перебил его чей-то голос. Драко обернулся и удивлённо распахнул глаза, увидев, как по его дому уверенно шагает Уизли, слегка шатаясь под грузом горы книг. Уизли приветливо улыбнулся Скорпиусу и коротко кивнул Драко. — Привет, Малфой! — Что за… — У Драко от изумления упала челюсть. — Рон! — удивлённо воскликнула Грейнджер. — Что ты тут делаешь? Я думала… Уизли пожал плечами. — Ну, маленький приятель заболел, а Гарри нет, так что… — Он протянул руку и мягко погладил Скорпиуса. — Ты нормально себя чувствуешь, Блонди? — Нет. — Это плохо. Хочешь сахарное перо? — Арри. Уизли сочувственно кивнул. — Понимаю, приятель. Но он скоро вернётся. Как смотришь, если дядя Рон почитает тебе пока «Приключения Мартина Миггса»? — Ладно. Драко был слишком поражён, поэтому с открытым ртом наблюдал, как Уизли призвал стул и устроился рядом со Скорпиусом. Его сын наклонился, чтобы лучше видеть картинки с выходками Мартина Миггса, и уже через несколько минут оба читали вслух, совершенно игнорируя остальных взрослых в комнате. Драко ошеломлённо покачал головой. — Я, наверное, тоже болен, — пробормотал он. — Очевидно, у меня галлюцинации. Грейнджер с любовью улыбнулась мужу, который улыбнулся и подмигнул в ответ, и потрепала Драко по плечу. — Он и малыш Гарри тоже. Так что тебе придётся смириться. Драко не успел ответить, так как из камина снова донёсся шум. Через секунду дверь в комнату распахнулась, и на пороге показался Блейз с гигантским плюшевым медведем в руках. — Я его опередил? — спросил он, с безумным видом оглядываясь по сторонам. Потом он увидел Уизли и сердито нахмурился. — Вот чёрт. У Драко было всего две секунды, чтобы смириться с тем, что его лучший друг ворвался к нему без приглашения. Спустя мгновение Блейза бесцеремонно оттолкнула в сторону появившаяся Пэнси, которая, стуча каблуками по полу, кинулась к Скорпиусу. — Вот и мой малыш, — закудахтала она, локтем отпихивая Уизли и обнимая Скорпиуса. — Как ты, маленький? Ты в порядке, лапочка? — Она ворковала, и сюсюкала, и тряслась над ним, вызывая явное неудовольствие мальчика. — Нет, Фэнси! — проворчал он, пытаясь вывернуться из её крепких объятий. Пэнси проигнорировала его протесты и продолжила осыпать маленького блондина поцелуями, оставляя на коже рассерженного Скорпиуса следы от помады. Драко не веря своим глазам покачал головой, пока наконец не обрёл дар речи. — Может, кто-нибудь объяснит, что происходит? Как вы… Блейз всунул гороподобного медведя в руки Грейнджер и повернулся к Малфою. — Мы здесь задаём вопросы, Драко, — жёстко заявил он. — Вот этот, например. Почему нам не сообщили, что Скорпиус заболел? — Серьёзно, Драко, — всхлипнула Пэнси. — Ты сказал Уизли и Грейнджер, но не нам? Как ты смеешь скрывать от меня что-то настолько серьёзное? — Подожди минуту. Я не… — И более того, — продолжил Блейз, явно поймав кураж. — Ты сказал Уизли и Грейнджер, но не нам! — Я уже упомянула это, дорогой, — заметила Пэнси. — Ты вообще на чьей стороне? — взревел Блейз. Потом снова повернулся к Драко. — Надеюсь, мой друг, у тебя есть чертовски хорошее объяснение этому… этому безобразию! — Послушай, я… — Драко Люциус Малфой! Драко повернулся и тихо застонал, увидев свою мать. Нехарактерно озабоченная Нарцисса Малфой вошла в маленькую комнату. У Драко мелькнула мысль, что она, вероятно, направилась сюда, только что встав с постели, если её шёлковый халат можно было считать доказательством. Она быстро взглянула на маленькую армию, собравшуюся в спальне её внука, а потом вздёрнула подбородок и расправила складки на одежде. — Баба? — с надеждой прощебетал Скорпиус, моментально высовывая голову из объятий Пэнси. Нарцисса улыбнулась ему, её глаза светились искренней любовью к малышу. — Баба сейчас идёт, сладкий мой, — проворковала она. — Только поговорю сначала с твоим отцом. Потом она обернулась к Драко, и вся любовь исчезла из её глаз, она сверлила взглядом безответственного отпрыска, как рассерженный дракон. — Я очень разочарована, молодой человек! Подумать только, мне пришлось узнавать от Пэнси, что моему драгоценному внуку предписан постельный режим! — Ты сказала ей? — Драко уставился на Пэнси. — Ну, конечно, я отправила ей сову, — подтвердила Пэнси. — И правильно сделала. Потому что ты явно не собирался. Драко рассерженно взглянул на неё, а потом попытался успокоить взбешённую мать. — Это всего лишь простуда, — объяснил он, осторожно отступая под разгневанным взглядом Нарциссы. — Я не хотел тебя беспокоить из-за такой мелочи… — Мелочи? — фыркнула Нарцисса. Она подошла к Пэнси и, забрав у неё Скорпиуса, прижала его к груди. — Здоровье моего внука — это не мелочь, Драко Люциус Малфой! Я разберусь с тобой позже. Подожди, вот когда твой отец доберётся сюда! Когда я скажу ему, он… У Драко начала болеть голова. — Что ты имеешь в виду… — Где мой внук?! Эффектное появление Люциуса Малфоя было смазано тем фактом, что ему пришлось поработать локтями, отталкивая Блейза, Рона и Гермиону, чтобы вообще войти в комнату. Тем не менее всё равно это выглядело неплохо. — Это что, клюшка для гольфа? — спросил Драко, глядя на инвентарь, который держал в руке его отец. Да, кажется, Драко мог официально признать, что оказался в сумеречной зоне. — Как ты… С каких пор ты занимаешься маггловским спортом? Люциус неловко кашлянул. — Я… это… Здесь я задаю вопросы, молодой человек! Почему ты не соизволил сообщить нам с матерью, что наш внук болен? Если ты так себе представляешь ответственного родителя… — Деда! — воскликнул Скорпиус, поняв, что у него появилась возможность избавиться от нежелательного женского внимания. Люциус оборвал свою гневную тираду и бросился к внуку, осторожно его осматривая. — Ты в порядке, дитя моё? — Нет, — шмыгнул носом Скорпиус. Очевидно, он устал от всего происходящего. Он посмотрел на обеспокоенные лица людей вокруг себя. Среди них не было того, кого он хотел видеть. Скорпиус расстроенно заныл и вцепился в мантию Люциуса. Он казался совсем маленьким и грустным. В общем, душераздирающее зрелище. Люциус нахмурился, прижимая Скорпиуса к груди. — Понимаю. Скажи дедушке, чего ты хочешь. Ни в чём себе не отказывай. Только пожелай, и я всё сделаю, обещаю. И это стало последней каплей. — Арри! — безутешно зарыдал Скорпиус, уткнувшись забитым носом в дорогую мантию Люциуса. — Арри! Арри! Арри! — Ну вот и доигрались, — проворчал Рон. Люциус бросил на него уничтожающий взгляд, а потом повернулся к Драко. — Итак, где этот идиот? — рявкнул он, продолжая обнимать плачущего Скорпиуса. — Найди его, где бы он ни был. И побыстрее, Мерлина ради! Ребёнок безутешен! — Нам правда стоит позвонить Гарри, — поддакнула Гермиона. — Мальчик очень расстроен, бедняжка. — Чего ты ждёшь, Драко? — возмутилась Пэнси. — Отправляйся к камину и позвони Поттеру. Драко вскинул руки, признавая поражение. — Я звонил! Я отправил ему сову, оставил сообщение, используя каминную сеть, а также сделал всё, что только пришло мне в голову, ясно? Никто не хочет, чтобы он был здесь сейчас больше, чем я. Но его нет. Так что, пожалуйста, вы все… не делайте ситуацию для Скорпиуса ещё хуже… Уже не впервые за сегодняшний день его прервали. Из камина донеслось громкое шипение. Драко схватился руками за голову. Мерлин, что ещё? — Мистер Поттер, пожалуйста, — раздался голос с сильным акцентом. — Вы должны выступать с речью через пять минут! Вы не можете сейчас уйти! Мне очень жаль, но вы просто обязаны… — Вы сильно пожалеете, если не отпустите меня! — рявкнул всем знакомый голос. — Мерлина ради, мой сын болен! Отпустите! Послышались крики и непонятные звуки, а потом в комнату ворвался Гарри, расталкивая всех на своём пути. Его мантия смялась, очки криво сидели на переносице, а ботинок был лишь на одной ноге. Очевидно, что одевался он в спешке. Он безумным взглядом скользил по комнате, пока не остановился на Драко. — Я получил сову! — выпалил Гарри. — Я вернулся, как только смог. Где он? Где мой… — Арри! Гарри обернулся и как раз вовремя. Скорпиус практически выпрыгнул из рук Люциуса и рванул к Поттеру. Тот немедля подхватил мальчика на руки, успокаивая, обнимая и осыпая поцелуями. — Я здесь, Блонди, — с жаром шептал он. — Гарри здесь. Я так виноват. Я никогда больше тебя не оставлю, обещаю. Мой милый, сладкий мальчик. Мой драгоценный ангел… Он замолчал, почувствовав, как Скорпиус обхватил руками его шею и с довольным вздохом устроился у Гарри на плече. Поттер нежно поцеловал его, крепче прижимая к груди, а потом наконец осмотрелся по сторонам. И замер, увидев, сколько вокруг собралось людей. Гарри поражённо раскрыл рот и обернулся к своему парню. — У тебя что, действительно была вечеринка, в то время как наш сын болел? — в его голосе явно слышалось обвинение. Драко сдался и без сил рухнул на стул, закрыв лицо руками. Он вновь открыл глаза, лишь когда почувствовал, как Грейнджер сочувственно погладила его по плечу. — Что ж, по крайней мере ты видишь, как его все любят, — сказала она, явно стараясь не рассмеяться. Драко устало моргнул. — Знаешь, Грейнджер. Я что-то не очень хорошо себя чувствую. Гермиона улыбнулась и протянула ему зелье. — Немного бодроперцового?