Операция «Маньяк»

В переговорной ФЭС долгое время была тишина. Каждый о чем-то думал. Но Ваня решился сказать хоть что-то: — Как вы думаете, они нашли улики в его квартире? — Вань, ну как ты можешь думать об уликах, когда Галя там, с маньяком? — Антонова укоризненно на него посмотрела. — Вот вообще, Тихонов, ты хоть вспоминай о людях иногда, а то совсем уже заработался, — Амелина шутливо спародировала Валю. — Да что вы сразу набросились на меня, — он посмотрел в сторону экрана. — Ой! Тут какая-то движуха происходит, точка перемещается. Значит с Рогозиной должно быть всё в порядке, — он восторженно улыбнулся. — Рано радуешься. Смотри — наши сейчас едут к парку, — Оксана показала другую точку на экране – это была машина ФЭСовцев. — Всё совсем не в порядке. Антонова быстрым шагом вышла из перговорной, прикрывая лицо рукой. Она больше не могла там находиться, тяжело думать о том, что происходит с Галей. Она видела травмы жертв, верила, что Галя вернется целой и всё будет хорошо, но всё же одна мысль настойчиво приходила на ум. Селиванов был всё это время в морге, заканчивал работу с документами по предыдущим жертвам. Когда в морг влетела Валя, он быстро подошел к ней, обнял. — В чём дело? Почему ты плачешь? — он стал гладить её голову рукой, прижимая к груди. — Я не хочу, чтобы она лежала тут, — рыдая, она указала рукой на стол. — Не будет, не будет, успокойся, — он поцеловал её в макушку.

***

Сейчас никому не было легко. Круглову в особенности. Он с Майским ехал в парк. «Бедная Галя, надеюсь, что он ничего не успел сделать. Иначе я его убью... Нет. В любом случае ему не жить. Пожизненное обеспечено». Они уже подъехали к парку, вышли из машины и отправились осматривать территорию, кто знает, может они совсем не в центре парка. — До центра не так уж и далеко, если побежим, то успеем. — Почему ты думаешь, что они там? — Круглов повернулся к нему. — Это же маньяк, он своих правил менять не будет. Побежали быстрее, — они сорвались с места. Начался сильный дождь.

***

Она лежала с закрытыми глазами. Внезапно что-то тяжелое упало поверх ноги. От неожиданности она открыла глаза: — Серёжа... — он подошёл к маньяку со спины и со всей силы ударил того по голове, поэтому он упал. — Я не смотрю — Майский прикрыл рукой глаза, всё-таки начальница перед ним полуголая лежит. В это же мгновение появился Николай Петрович. Он пришёл в ужас, когда увидел Рогозину. Ни о чем не думая, будто бы машинально, он снял с себя куртку и кинул на неё сверху, сам же сказал Майскому развязать руки. — Галя, ты меня слышишь? — он приподнял её голову. — Я здесь, всё будет хорошо, — она отключилась. Круглов взял начальницу на руки и понёс к машине, пока Майский возился с перступником. Она была промокшей, босой, спина немного поцарапанная — на земле лежало много веток, а поверх них ничего не было. «Натерпелась. Жизнь к такому не готовит никогда, а она выдержала», — Николай дошёл до машины и положил Рогозину на заднее сидение, укутывая её в свою куртку, чтобы совсем не замерзла. В это время по звонку Серёжи приехала полиция, он передал им маньяка и сказал отвезти его в ФЭС. Сам же вернулся к машине и сел за руль. Они уехали. С приездом оперативников началась суматоха. Круглов с Селивановым отнесли Рогозину в специальную комнату, Тихонов взял вещи маньяка на экспертизу. Майский был в допросной и ждал пока мужчина оклемается. Амелина занималась орудием убийства. И очень невовремя в ФЭС передали новое дело, в морге появилось два трупа и патологоанатомам пришлось уйти от Гали и заняться ими. Круглов остался с ней. — Эх, Галя, Галя, знала бы ты, как я переживал, — он взял её руку в свою, другой поправил прядь волос, — отдыхать тебе надо, — он просидел с ней ещё долгое время.

***

— Что, очнулся? — Майский посмотрел на мужчину. — Попал ты, попал. На пожизненное, Дмитрий Колесов. — Что тебе от меня надо? Я ничего не сделал, — он невозмутимо ответил. — Ты идиотом не прикидывайся. Рассказывай всё как есть, как убивал, где и кого, — опер облокотился на спинку стула. — Чистосердечное признание тебе срок вряд ли уменьшит, но так ты мне облегчишь задачу. — Не буду я ничего рассказывать. — Что ж, дело твоё. Тогда скажу я, — он оперся на руки, поставив их на стол, — ты убил четырех женщин. Начнем с первой – Коробова Аня – бывшая жена банкира, а после и твоя "возлюбленная", убил её в парке, мотив не ясен. Вторая, Марина Доронина, как с вами связана – неизвестно, мотив снова не ясен. Теперь две последние жертвы, Серова Юля и Сморнова Рита. Вторая девушка из этой пары – жертва случайная, она заметила вас, из-за чего вы решили её убить. Кстати, забыл добавить, Денисов Дмитрий — это ваш друг, которым вы прикрывались, а он ни о чем не подозревал. Последнее убийство было заснято на камеру, — мужчина округлил глаза, — а запись, соответственно, у нас. А на ней вы, и одежда, и комплекция совпадают. Ну и, пожалуй, главная улика – нож, который проходит экспертизу, — в допросную зашла Оксана и отдала распечатки майору. — Вот они, родимые, вот на этой, — он ткнул пальцем и ослепительно улыбнулся, — подтверждено, что на ноже содержится кровь всех убитых, вот тут, — он показал другой листок, — доказано, что на вашей одежде есть эпителий всех жертв. Вы не отвертитесь никак. Все доказательства имеются, а осталось только одно – мотив. — Все эти девушки – эгоистичные дуры, они как моя мать. Любят только деньги и выпивку. Первая – очень хорошая. Мне было жаль её убивать, но она так была похожа на мою мать, что эта жалость просто испарилась. Я чищу этот мир от таких существ. Они загрязняют его и мешаю жить другим людям. Если бы не ваша сука ментовская, я бы не попался никогда, — после этих слов Майский подошел к нему и влепил пощёчину. — Не смей её так называть! Только такие, как ты мешают жить нормальным людям! — он вызвал старлея, маньяка отправили в камеру.