Hogwarts: Wild Hunt

Открыв глаза, я тут же отметил, что игра от первого лица. Эрик из тех Разработчиков, которые предпочитают полное погружение, так что ничего удивительного. Сам я, правда, куда комфортнее чувствую себя в играх от третьего лица: паришь себе бестелесным разумом позади PC, отдаешь команды, следишь за индикаторами… Никакого напряга, можно спокойно обозревать игру. Когда же находишься непосредственно в теле игрового персонажа, это совсем другое кино. Чувствуешь всё, что чувствует он: жару, холод, голод, боль, усталость и эти… человеческие заморочки с мочеполовой системой. Гадость. Я немного повертелся в кровати, отслеживая, как управляется моя тушка. Похоже, Эрик не зря запретил мне лезть в настройки: это было… по-настоящему полное погружение. Тело ощущалось совершенно как родное, причём — удивительно! — даже более родное, чем моё собственное, состоящее из уплотнённого эфира. В прежних играх от нашего отдела Разработчиков физические оболочки персонажей всегда были в той или иной мере «кукольными»: игрок воспринимал раздражители — чувствовал прикосновения, боль, перепады температуры и так далее, — но только сейчас я смог воспринять это непередаваемое человеческое ощущение того, как сокращаются мышцы и как бьётся в висках пульс. Потрясающе. Переварив все эти впечатления, я, наконец, сел в кровати и вызвал профиль персонажа. Против ожиданий, привычной голограммы с характеристиками не появилось. Вместо этого дверцы стоящего в углу шкафа распахнулись, явив ростовое зеркало, а также вешалки и выдвижные ящики — судя по всему, инвентарь. Я встал и подошёл к зеркалу. С той стороны на меня посмотрел высокий худощавый мужчина в пижамных штанах. Навскидку я бы сказал, что принадлежу к классу Чародеев или Ассасинов. Скорее, всё-таки Ассасинов: крупный орлиный нос, хищно поджатые губы, глубоко посаженные глаза… Ну, и внушительная коллекция оружия в инвентаре. Я с интересом перебрал ножи дюжины видов, что-то похожее на маленькие бомбы в стеклянной оболочке, два пистолета — американский М1911 и итальянская Беретта — и… — Хм. И волшебная палочка. Компактный аналог обычного посоха. — Чародей-Ассасин, значит, — пробормотал я, копаясь в инвентаре. Спустя какое-то время обнаружился ежедневник в кожаной обложке. Оттуда я, наконец, почерпнул информацию о персонаже:

Северус Тобиас Снейп Волшебник Преподаватель Зельеварения в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс Мастер Зелий Пожиратель Смерти Атрибуты: Сила — 50/100 Ловкость — 80/100 Интеллект — 90/100

В длинном списке навыков перечислялись разнообразные заклинания и зелья, которые персонаж умел, соответственно, применять и изготовлять, а также несколько пунктов касательно артефакторики, трансфигурации, лингвистики и — ура, ура! — скрытных убийств. На следующих страницах был список квестов. Первым пунктом значилось следующее:

«Ужас Подземелий» Проведите урок у первого курса Гриффиндора и Слизерина. Повысьте свой индекс ужасности. Дополнительно: отправьте шифрованное сообщение Гарри Поттеру.

— Хм, — сказал я снова и пролистал ежедневник, ища описания других персонажей игры. По большей части листы в этом разделе были пусты и помечены лишь большими знаками вопроса, но кое-какую информацию — и весьма много — найти всё же удалось. Мысленно обработав полученные сведения, я вздохнул. Эрик, похоже, ставил себе целью сломать игроку мозг таким уровнем роли, а если учесть, что мозг подобных нам существ намного мощнее человеческого, это просто кошмар. Мне досталась не «кукла», которой можно играть как вздумается, а полноценный живой человек со своей историей, целями, желаниями и страхами… Сложно. И очень интересно. Я бросил взгляд на часы. Рядом с ними на стене висел пергамент, мерцающий строками: «Через 15 минут урок Зельеварения». Ну что ж! Я хрустнул пальцами и вновь закопался в инвентарь. Предметы, необходимые для первого квеста, были подсвечены голубым. Немного повозившись, я облачился в Чёрный Костюм (+5 к мрачности), Чёрные Ботинки (+3 к бесшумности), Чёрную Мантию (+10 к ужасности) и взял в руки последний помеченный предмет. Чёрный Парик, +7 к мерзости. Отвратительный, грязный, сальный колтун, который… мне нужно было надеть на голову? Я ещё раз взглянул в зеркало. Волосы у моего персонажа были коротко стриженные, чёрные с проседью, и отсутствие парика давало -10 к мерзости. Появившаяся в ежедневнике пометка сообщала, что отказ от головного убора грозит провалом задания. — Чёрт. Повздыхав, я натянул Чёрный Парик. Манчкин в первое подземелье войти готов.

***

Замок Хогвартс представлял собой многоуровневый лабиринт-головоломку: требовалось всячески изгаляться, применяя известные заклинания, чтобы, к примеру, заставить повернуться капризную лестницу или открыться случайным образом запечатанный коридор. Вообще-то учебный класс располагался в двух шагах от моих комнат, однако вместо прохода стояла глухая стена, которую я никак не мог убрать. Похоже, игра намеренно вела меня для начала длинным путём. Когда возле очередной лестницы я потратил полминуты на разгадывание мудрёной последовательности, в которой требовалось зажечь факелы, ко мне подошёл первый значимый NPC. — Доброе утро, Северус. Я обернулся к пожилой ведьме, окружённой парящими стопками учебников и пергаментных свитков. Окна́ с заготовленными репликами не появилось, значит, выбирать слова придётся самостоятельно. Хмыкнув про себя, я решил не здороваться в ответ, и тут же в ухе щелкнуло: +1 к мерзости. Ведьма, помеченная как «Минерва МакГонагалл», едва заметно поморщилась. — Директор собирает нас всех сегодня после ужина, это насчёт третьего этажа. Просил вас принести зелье Незаметности. В порядке эксперимента я снова не стал ничего говорить, в упор глядя на МакГонагалл. Та замялась — видимо, шаблон обращения с ней предполагал обязательную вежливость, — потом пробормотала что-то вроде «до свидания, Северус» и как-то бочком отошла прочь. Я провожал её глазами, пока она не скрылась. Щёлк! Обновлён навык «Очень Неприятный Взгляд». — Хм. По дороге мне встретилось ещё два любопытных персонажа: совершенно одинаковые рыжие мальчишки лет тринадцати. Они прятались в нише за статуей какого-то легендарного чародея — я проигнорировал выскочившую в поле зрения подсказку с кратким описанием личности Гуго Хитрого, — и явно готовили какую-то пакость. В своих Чёрных Ботинках (+3 к бесшумности) я подкрался незамеченным и положил руки на плечи близнецам. Те примёрзли к месту. — Та-ак, — протянул я (обновлен навык «Пробирающий До Печёнок Голос»). — Что у нас тут? Мальчишки молчали, как партизаны, однако мне было прекрасно видно, что в руках у них странные аморфные, желеобразные твари, сверкающие глупыми жёлтыми глазами. В моём журнале они значились как «Ледяные Чучу» — волшебные животные, которые, погибая, взрывались и замораживали всё вокруг. Этих малышей хватило бы на половину учебной аудитории. Я перебрал в уме стандартные наказания, доступные мне как профессору в отношении учеников. Снятие баллов, отработки… Усмехнувшись, я снял руки с плеч близнецов и отошёл на два шага. Мальчишки развернулись ко мне веснушчатыми лицами, на которых отражались обречённая решимость и вызов. Не доставая палочку — мой уровень позволял совершать некоторые несложные колдунства без неё, — я окружил себя прозрачным магическим щитом, а потом щёлкнул пальцами. Чучу взорвались облаком снежной пыли. Я двинулся дальше по коридору, оставив за спиной две ледяные статуи в форме близнецов Уизли. Если кто-то по неосторожности толкнёт их — от мальчишек останутся одни подтаявшие кровавые ошмётки. А нечего играть с опасными тварями в школе… +15 к ужасности.

***

Я распахнул дверь класса Зельеварения, для разнообразия, ударом ноги. Чёрная Мантия эффектно развевалась у меня за спиной. Галдёж смолк мгновенно. Первокурсники — орава детишек с глазами клинических NPC — уставились на меня, боясь шелохнуться. Игра наконец выдала подсказку в виде заготовленной реплики. — На этом уроке не будет дурацких взмахов волшебной палочкой и глупых заклинаний, — прочёл я Пробирающим До Печёнок Голосом. Дальнейший сценарий, однако, изобиловал страшным пафосом, поэтому я продолжил более прозаично: — Я буду учить вас варить волшебные зелья. Это занятие не опаснее Чар или Трансфигурации, с которыми вы уже познакомились на этой неделе, но запомните следующее: я, в отличие от профессоров МакГонагалл и Флитвика, буду совершенно счастлив, если кто-то из вас, тупоголовых баранов, по глупости умрёт на моем уроке и не будет засорять генофонд нации. Первокурсники ошарашенно молчали. Я заработал ещё +5 к ужасности. Окрылённый успехом, я решил не тянуть кота в долгий ящик: — Мистер Поттер! — Худенький мальчик в очках подпрыгнул на месте, и я подпустил в голос яду. — Наша новая знаменитость. В моём мысленном меню выскочила подсказка к шифру — язык цветов. Асфодель, полынь, аконит… Игра предполагала, что я должен был составить послание о матери Поттера, которую я — то есть, мой персонаж — когда-то любил… — Что я получу, если смешаю корень белой маргаритки и настойку олеандра? На мальчика жалко было смотреть — так он побледнел. На заднем плане тянула руку какая-то встрёпанная девчушка. — Я не знаю, сэр. — Попробуем ещё раз, — я улыбнулся (обновлён навык) Очень Неприятной Улыбкой. — В каком зелье встречаются вместе ментол и скорлупа ореха? — Я не знаю, сэр, — голос Поттера стал тоньше от страха, однако в глазах мелькнуло упрямство. — Но вот Гермиона точно знает, почему бы вам не спросить её? Я улыбнулся ещё шире, так что на подставке передо мной треснули пробирки. — Потому что я хочу, чтобы вы страдали, Поттер, — медленно произнёс я, и все первокурсники разом подавились воздухом. — И не только вы. Каждый в этом классе, кто не станет готовиться к моим урокам должным образом, будет страдать. Плавным движением убийцы я подался вперёд и сел на внезапно материализовавшийся стул прямо напротив Поттера. — К вашему сведению, из корня маргаритки и настоявшегося олеандра варят мазь от прыщей, ментол и ореховая скорлупа входят в зелье Сухих Ладоней, и каждый, кто сейчас не записывает то, что я сказал, горько пожалеет об этом через пару лет. Ученики в панике заскрипели перьями по пергаментам. Поттер смотрел на меня, как на самого Сатану. +5 к ужасности. Задание «Ужас Подземелий» выполнено.

***

Просьба директора (статья в Журнале: «Альбус Персиваль Вульфрик…» — дальше я не дочитал) принести зелье Незаметности входила в квест «Приманка на Чёрта». Любопытно. Кроме урока у первых курсов сегодня занятий в моем расписании больше не было. Неправдоподобно, однако я всё-таки в игре. Даже Эрик знает меру в реализме. Таким образом, на приготовление требуемого зелья у меня было полдня, и это настораживало. Что там входит в это зелье? Рецепт тут же всплыл в голове, и я пошёл проводить инвентаризацию своего хранилища. Примерно половина ингредиентов там наличествовала, остальное же… Пришлось идти в библиотеку — то есть в свои комнаты, где стоял книжный шкаф, — и листать справочник по волшебным растениям и грибам. — Ясно, — сказал я в пространство спустя какое-то время. — Придется чесать на природу. Запретный Лес был одной из тех локаций, которые на моей карте были скрыты «туманом войны». В журнале об этом месте было написано лишь то, что Лес опасен и полон кровожадных тварей. — Ну конечно, — хмыкнул я. Для похода было решено сменить шмот: во-первых, вряд ли повышенные параметры мерзости и ужасности помогут против монстров, а во-вторых, мне было попросту неприятно таскать на голове этот отвратительный сальный парик. В шкафу — пока что откровенно пустом — обнаружилась только Мантия Пожирателя Смерти (+100 к ужасности, +20 к силе, возможность Полета). Пожав плечами, я натянул её, и в зеркале отразилось жуткое чёрное нечто с черепом вместо лица, похожее на назгула. Разгуливать в таком по школе было нельзя… Или можно? Когда я выбрался из своих комнат, звонка с урока ещё не дали и коридоры были пусты. Я прогулочным шагом поплыл вверх куда-то в сторону главного входа. Когда я поднимался из подземелий на первый этаж, лестница под ногами решила упасть вниз. Почувствовав, как лишаюсь опоры, я с силой оттолкнулся от ступеньки и очень сильно захотел… Мантия Пожирателя Смерти не подвела. Ощущения были странными: я перестал чувствовать своё тело, обратившись в чёрный дым, и это было настолько приятно, что я демонически расхохотался. Словно бы в ответ откуда-то сбоку раздался сдавленный детский крик. Я посмотрел в ту сторону — к стене жался… Рон Уизли, закадычный кореш Гарри Поттера. Я взвыл: — Прогульщики будут принесены в жертву Темному Лорду! — И понёсся прямо в сторону мальчишки. Тот сбледнул, икнул, обгадился и потерял сознание. +20 в пользу Тьмы — щёлкнуло у меня в голове. — Хм. Я повисел в воздухе, глядя на поверженного Уизли, похихикал и направился дальше по своим делам. Идти путём Тьмы всегда интереснее — по крайней мере, в играх.

***

Для зелья Незаметности мне требовались улитка-тихоход, печень кентавра и полдюжины скрытоежек. В инвентаре были бомбы с огненным зельем, стилеты, серебряный нож и волшебная палочка. Миновав зелёную опушку Запретного леса, я оказался в туманной чаще. Голые скрюченные деревья нависали над головой, по земле стлалась жухлая серая листва, между кочек светились гнилушки. Я шёл медленно, оглядываясь по сторонам и вслушиваясь в скрипы и шорохи. Неподалёку пронеслась стайка летучих мышей, в сухой траве прошуршало что-то пресмыкающееся. Скрытоежки — голубоватые фосфоресцирующие грибы — обнаружились почти сразу, и я за несколько минут набрал две дюжины, про запас. В процессе пришлось раздавить ярко окрашенную (явно очень ядовитую) ящерицу и испепелить заклятьем небольшую колонию мелких пауков. Использование палочки, как выяснилось, требовало затрат маны: 5 единиц из моего резерва в 1000. Я засёк время: потраченная мана восстановилась за минуту. Это обрисовывало не особенно радужные перспективы: если я израсходую весь резерв, — а по-настоящему мощная магия, по логике вещей, должна была забирать много-много единиц, — то буду восстанавливаться шестнадцать часов, что в условиях серьёзного боя совершенно неприемлемо. Значит, в игре должна быть предусмотрена прокачка или иной способ расширения резерва маны. Раз я Мастер Зельеварения… Додумать мысль я не успел. С глухим стуком в древесный ствол в шаге от меня воткнулась длинная стрела. Я обернулся, одновременно отскакивая в сторону, и увидел свой третий ингредиент.

Уровень 20 Хрентавр +10 против волшебников, -50 против кобыл Непотребство: вы застрелены, обобраны и покрыты. Возвращайтесь на старт, потеряйте невинность и самоуважение. 2 сокровища

Я хмыкнул. Вот и опробуем боевую систему. Кентавр воинственно заржал, вскидывая копьё, и поскакал на меня. Я взмахнул палочкой: — Бомбарда! Оглушительный взрыв выжег сухую траву, клубы пламени обдали жаром — но облачённый в доспехи кентавр только покрылся копотью. Вот вам и +10 против волшебников. Копьё стремительно вспороло воздух — я успел увернуться, на миг обратившись в чёрный дым, и швырнул бомбу. Новый огонь — на этот раз неестественного алого оттенка, — конечно, тоже не причинил чудищу вреда, однако яркой вспышки оказалось достаточно, чтобы кентавр при следующем ударе промазал и я смог подобраться на расстояние броска. Стилет рыбкой выскользнул у меня из руки. Я целился в лицо, но Хрентавр тоже оказался не лыком шит: отдёрнул голову и, подскочив и немыслимо изогнувшись, лягнул меня задним копытом. Я успел податься назад, но удар был достаточно сильным. Меня отшвырнуло на пару шагов. Правая сторона груди вспыхнула болью, дыхание перехватило… Кентавр издал торжествующий вопль и встал на дыбы, вскидывая копьё. Я напрягся, вновь обращаясь к способностям Мантии Пожирателя Смерти и разрывая дистанцию. Встать на ноги я благоразумно не пытался. Подкованные копыта выбили глухую дробь по пыльной земле. Сверкнул наконечник копья. — Инкарцеро! — быстро прохрипел я, целясь в ноги, и заклинание сработало. Кентавр с воплем пропахал мордой землю, но тут же, не вставая, извернулся и ткнул в меня копьём. Я перекатился, скрипнув зубами от боли, перехватил древко и дёрнул так сильно, как только мог. Кажется, я сломал противнику пару пальцев — так противно что-то хрустнуло. У меня в глазах тоже потемнело, и я пропустил момент, когда Хрентавр вскочил, поднимаясь на задние копыта и явно намереваясь меня растоптать. Прямо перед глазами оказалось, собственно, орудие Непотребства, и я, скривившись, ткнул копьем прямо туда, одновременно дёргаясь вбок. Кентавр заорал обычным человеческим голосом и упал. Меня обдало волной тёмной крови, в бедро прилетело копытом… Матерясь, я вынул ещё один стилет и, уворачиваясь от конвульсивно дергающихся конечностей противника, всадил лезвие глубоко ему в ухо. Чудище затихло. Я отошёл на пару шагов, хромая и держась за ребра, два из которых точно были сломаны. Лечебных зелий в инвентаре не имелось. Резерв маны был опустошен на 100 единиц. — Чёрт. Потрёпанный, с ног до головы измазанный кровью, я чувствовал себя очень паршиво. А ещё искать улитку-тихохода… — Чёрт. Я совершенно ясно понял, что игра будет сложной.