Hogwarts: Wild Hunt

Три дня пронеслись, как один. Мильтон де Пейрак-Пейран погиб — я не успел найти его вовремя, и окровавленный труп рыцаря Бычьей Головы вынесли ногами вперед из дворцовой оранжереи. Княгиня Анна Генриетта, которую Мильтон самоотверженно закрывал своим телом, забыв и думать в минуту опасности, что цель — он сам, устроила своему защитнику достойные похороны и лично проводила рыцаря в последний путь. Я наблюдал за церемонией мрачной тенью, проклиная свою нерасторопность… Детлафф пропал. Мы упустили шанс перехватить его, и теперь, когда схема доставки конвертов с именами была изменена, оставалось уповать лишь на свои догадки. Так что я таскался хвостом за капитаном княжеской гвардии, оставив Региса в ускоренном темпе учить Поттера окклюменции… Был четверг, двадцать четвертое октября, и сегодня Дамьен де ла Тур должен был умереть.

***

Отряд конных стражников во главе с Анной Генриеттой двигался в сумерках на север, к винодельне Кастель Равелло. Я, накачавшийся зельями и кровью каких-то нищих (они остались живы, хоть это и стоило мне изрядных нервов), скользил следом за процессией, хоронясь в тенях невысоких холмов. Дамьен вел себя невозмутимо, ничем не выказывая беспокойства. Впрочем, я не питал иллюзий: де ла Тур был профессионалом, способным дать фору даже Каллену, и наверняка давно заметил слежку. Но сбрасывать не торопился — после смерти четверых лучших рыцарей он, видимо, всерьез решил сам устроить ловушку убийце… Я невесело усмехнулся своим мыслям. Да уж, ситуация: я, добрый самаритянин, огребу от Дамьена по полной программе, а вот если он встретится с настоящим убийцей — его никакой профессионализм уже не спасет… Я даже не удивился, когда понял, что что-то не так. Рядом с княгиней по-прежнему скакал лысый усатый амбал, однако в какой-то момент это был уже не де ла Тур. Действительно незаметно поменялись, уважаю… Меня спасли вампирские рефлексы: я увернулся от волшебного аркана, едва не напоровшись на меч, и припал к земле, стремительно перекатываясь прямо под копытами взбрыкнувшего коня. Сразу несколько арбалетных болтов с визгом вспороли воздух, втыкаясь в то место, где я был мгновение назад. Дамьен пришел хватать меня не один — с ним было еще пятеро рыцарей с такими суровыми мордами, что они вполне могли бы занять достойное место в свите командора Мередит «Железные Яйца» Станнард… Впрочем, ключевое слово — «хватать». Наверно, я был уже слишком темным, чтобы реально верить в рыцарскую честь, но факты оказались неумолимы: де ла Тур пытался не убить меня, как поступил бы на его месте любой здравомыслящий человек, а захватить — для законного разбирательства. Те пять арбалетных болтов были (три ха-ха) предупреждающим выстрелом… Рыцари действовали грамотно, без лишних движений и мотивирующих выкриков. Никто не стоял на месте: все пятеро кружили на конях, постоянно удерживая меня в кольце. По их доспехам пробегали белые искры, а воздух переливался знакомыми огнями — тем самым «контуром против темных», что показывал мне Каллен в хижине на болотах… Сам капитан гвардии, спрыгнув с лошади, заново раскручивал аркан. — Ты! Убил Креспи! — негромко, но весьма грозно пророкотал Дамьен. — Убил дю Лака! Веревка свистнула, разрывая воздух. Зачарованный аркан двигался так быстро, что человек не смог бы уклониться — ни с какими ускоряющими зельями. Хорошо, что я — не человек… — Убил де ла Круа и Мильтона! Петля пронеслась совсем близко. Я увернулся, но это оказался обманный маневр: выпустив из рук веревку, Дамьен стремительным перекатом оказался рядом со мной и, с силой оттолкнувшись ногами, врезал мне кулаком под подбородок. Удар, в который был вложен весь вес этого громилы (плюс доспех и усы), оторвал меня от земли и швырнул под копыта капитанского коня. Будь я похлипче, все бы уже закончилось — такие удары на раз ломают шею… — А теперь ты пришел за мной?! Ну что ж, вот он я! Чудом не дав вороному (ну точно один в один тот, хайрульский!) себя растоптать, я изрубил вновь взвившийся аркан Сектумсемпрой и вскочил. Конь вздумал было кусаться, но я глянул прямо ему в морду, по-вампирски оскалившись, и животное, тотчас растеряв боевой запал, с диким испуганным ржанием шарахнулось прочь. Я быстро втянул клыки и повернулся к капитану… Как раз вовремя — чтобы поймать еще один удар по лицу. Удивительно, насколько быстрой может быть такая груда мяса… Впрочем, я успел выставить щиты, и пудовый кулак обожгло магией в дюйме от моей челюсти. Дамьен зарычал, отводя руку и теперь уже с левой метя мне в живот. Я не стал дожидаться, когда прилетит, и скользнул в сторону. Рыцарь промахнулся, едва не подбив глаз собственному коню, а я, хорошенько размахнувшись, всадил локоть в его незащищенную спину. Несмотря на прочный доспех, Дамьена согнуло. Я, продолжая движение, добавил кулаком и по второй почке, потом развернулся и, обхватив руками капитанскую лысину, впечатал колено ему в лицо. Де ла Тур не растерялся. Заваливаясь назад, он плюнул в меня кровью, заставив промешкать со следующим ударом, и восстановил равновесие, после чего тут же наградил мощным пинком под ребра. Ну, точнее, он туда целился… Я увернулся, вновь обходя противника сбоку, перехватил его ногу и опрокинул капитана наземь. Садиться сверху и мутузить, впрочем, не рискнул: если эта туша перевернет меня и придавит — прощайте, косточки… Хорошо, что остальные рыцари, удерживая кольцо, больше не палили из арбалетов, боясь попасть по своим. Да и убивать меня приказа не было, так что… Однако удар мечом, скажу я вам, это больно. Увесистые ножны сделали из клинка отличную дубину — и вот ей-то я и огреб по затылку, едва заново не заработав сотрясение. Но меч — это все-таки не стена, да и рыцарь — не Детлафф… Я пошатнулся, смаргивая искры перед глазами, но сохранил равновесие и в следующую секунду рывком сдернул шибко умного рыцаря с коня, ухватив за ногу. Зелье, увеличивающее силу, еще действовало, так что я этим самым рыцарем, как кистенем, с размаху огрел подскочившего де ла Тура. Оба громилы с металлическим грохотом покатились по земле. Не дав остальным опомниться, я быстро наколдовал туман и прежде, чем заклинания рыцарей его развеяли, успел оббежать их коней и каждому приветливо улыбнуться. Бедные животные со страху взбрыкивали, сбрасывая седоков, — как просветил меня Регис, лошади и кошки особенно остро чувствуют вампиров… Контур против темных распался. Пока рыцари подбирали под себя руки-ноги, у меня было несколько секунд, чтобы убраться прочь… И вот тут вставал выбор между планом «B» и планом «С». С одной стороны, я достаточно доходчиво показал Дамьену, что за ним охотятся, и теперь он точно удесятерит и без того неусыпную бдительность, усложняя Детлаффу задачу. Самым разумным для меня будет сбежать, позвать Региса и ждать на расстоянии… А с другой стороны — ну сколько де ла Тур сможет себе выиграть? Десять, двадцать секунд?.. Этого слишком мало, чтобы и впрямь надеяться успеть спасти ему жизнь. Я против Детлаффа — ничто, Регис всерьез драться не станет… Нет, в плане «В» Дамьен, с вероятностью девяносто процентов, — покойник. Готов ли я это допустить? По большому счету, судьба капитана туссентской гвардии меня лично не касается. Будь на его месте Каллен — тогда да, я в лепешку бы расшибся, но вернул тому долг жизни… А что Дамьен? Насколько важна сейчас его шкура?.. Думал я, как оказалось, на пару мгновений дольше, чем следовало. А потом... Дьявол и Преисподняя! ВОТ ЖЕ ПОМЯНИ ЛИХО!!! Серый туман прямо передо мной разорвало в клочья вспышкой белого света, из которой возникло злое, как тысяча чертей, лицо рыцаря, мать его, капитана Резерфорда. В полном изумлении я открыл рот… А потом кулак, украшенный здоровым рунным кастетом, засветил мне в глаз.

***

…Я очнулся, прикованный к стулу двимеритовыми наручниками, и понял, что план «С» (дать себя захватить и дернуть Дамьена за ус) сам собой перетек в план «Рi» — Паническая Импровизация. В небольшом полутемном помещении, похожем на винный погреб, стояли двое. Дамьен де ла Тур с разбитым носом грозно хмурился, заложив руки за спину. Сейчас, в небоевой обстановке, я мог куда лучше его рассмотреть… Да уж. Своей медведеподобной внешностью капитан княжеской гвардии мог бы произвести неизгладимое впечатление… если б я меньше получаса назад не навалял ему, как маленькой девочке. Я хмыкнул про себя и поднял взгляд на совершенно злого Коляна, возвышавшегося надо мной со скрещенными руками. — Ну и какого хрена?!.. — дрожащим от ярости голосом вопросил он, сжимая и разжимая кулаки. — Я все могу объяснить, — быстро сказал я. — Да уж будь добр! Или я тебя прямо тут порву на МЕЛКИЕ КУСОЧКИ!!! — Вы знакомы с преступником, сэр Резерфорд? — подал голос Дамьен. Тот повернулся к нему и сказал надрывно: — Он — проклятье всей моей жизни!.. — после чего глубоко вздохнул и произнес уже чуть спокойнее: — Сэр де ла Тур, прошу — познакомьтесь с Северусом Снейпом. Я с видом святой невинности изобразил поклон. Интересно, я достаточно известный сукин сын, чтобы обо мне слышали и в Туссенте?.. — Тот самый неприкосновенный темный? — прищурился Дамьен, и я невольно ухмыльнулся. — Как этому мерзавцу только удалось обмануть Церковь?! — Каждый день задаюсь этим вопросом, — буркнул Каллен. — И, честно признаться, сэр де ла Тур, я понятия не имею, что тут происходит. Вы сказали, Снейп убил четверых рыцарей из княжеской охраны и теперь покушался на вас? Тот кивнул. — Бред какой-то… Снейп, конечно, тот еще псих, но… — Я, вообще-то, здесь. Оба рыцаря вперили в меня горящие взгляды, и я поерзал на стуле, устраиваясь как можно вальяжнее. Раз уж я знаменитость — надо поддерживать образ! — Ну, — произнес я жизнерадостно, — во-первых, здравствуйте. Приятно познакомиться, сэр де ла Тур. Во-вторых — Каллен, я тебя прощаю. За глаз. Но больше так не делай… Кстати, как ты меня нашел? — Здесь мы задаем вопросы! — рявкнул было Дамьен, но Резерфорд его удержал: — По крови. Я кое-что вспомнил, и до меня дошло, что кто-то на Слизерине мог сохранить твой образец еще с сентября. Студенты у тебя, правда… — он поморщился. — Им там что, дополнительный курс читают по методам ухода в несознанку?.. Короче, в итоге я уломал Малфоя помочь, хоть и пришлось дать несколько клятв… — Ты — уломал Люциуса?! — впечатленно присвистнул я. Надо почаще бесить Коляна — кто знает, какие еще таланты у него прорежутся? Может, если я всерьез поднажму, этот уникум и Трифорс сумеет родить?.. — Сэр Резерфорд! — теряя терпение, пророкотал Дамьен. — Хватит нежничать с этой бестией! Пусть ответит, почему он убил моих людей?! — А это не я. Де ла Тур покраснел от бешенства и шагнул вперед, явно намереваясь в этот раз точно сломать мне шею, но Колян снова встал у него на пути: — Капитан, погодите! Вы говорили, граф Креспи погиб на той неделе? Во вторник? А Рамон дю Лак — в пятницу?.. Снейп не мог этого сделать. Он был в Британии, под моим присмотром, и не покидал страну до субботней ночи! — И с какой стати, во имя всего святого, я должен поверить вам на слово?! — прорычал Дамьен, раздраженно встряхнув рукой, которую уже успел положить на меч. — Снейп! — обратился ко мне Каллен, и я с удивлением заметил, как он нервничает. — Ты обещал все объяснить — так объясняй! Какого дьявола ты вообще забыл в Туссенте?! — Нам тоже это крайне интересно, — послышался вдруг из-за спин рыцарей холодный женский голос. Дамьен и Каллен дружно обернулись, тут же преклоняя колени: — Ваша милость!.. Поверх их голов я увидел красивую и роскошно одетую блондинку. Чем-то она напомнила мне Нарциссу — величественной осанкой, гордой посадкой головы, — однако, в отличие от ледяной и неприступной леди Малфой, в лице этой женщины угадывался недюжинный темперамент. Так и ждешь, когда закричит: «Голову с плеч!»… Впрочем, пока что она просто смотрела на меня — холодно, с едва уловимой тенью любопытства, — и надменно молчала. Значит, сама княгиня Анна Генриетта… — Мы желаем присутствовать на допросе, — ровным тоном объявила она. Грозный де ла Тур открыл было рот, однако перечить все же не осмелился. — Не подходите близко, ваша милость, — только и сказал он. — Этот темный опасен… Анна Генриетта смерила его взглядом: — Нам это известно. Леди Сесиль, с которой мы дружны, предупреждала нас об этом человеке, и страх, сквозивший в ее тоне, вселил тревогу в наше сердце. Вот как? — удивился я про себя. Леди Вассер уже взялась распускать обо мне слухи в высоких кругах?.. — Однако, — продолжила княгиня, — Сесиль также сказала нам, что Северус Снейп — не злодей. Мы склонны прислушаться к ее суждению. — Благодарю, ваша милость, — наклонил голову я. — Вы позволите мне объясниться? Анна Генриетта царственно кивнула. Дамьен, повинуясь жесту госпожи, отступил в сторону, а Резерфорд встал рядом со мной, как конвоир. Выражение лица у него было напряженное. Грозный крошка Каллен… Я вздохнул, собираясь с мыслями, и сказал: — В Туссенте погибли четыре рыцаря. Вы, сэр де ла Тур, скорее всего, должны были сегодня стать пятым. Я следил за вами, чтобы перехватить убийцу. — И кто же он? — нетерпеливо бросил тот. — Исполнитель. Наемник, если угодно. А вот заказчик — тот, кто действительно желает вам смерти — это преступница по имени Беллатриса Лестрейндж. — Ну, Снейп… — после небольшой паузы яростно прошипел Каллен. — Ну ты и… — В чем дело, сэр Резерфорд? — Ничего, ваша милость, простите, — опустил глаза тот, и лишь наручники спасли меня от порыва его обнять. Все-таки на МОЕЙ стороне! Хоть и догадался, что я с воскресенья знал о Белле и ничего не сказал… Злится, но все равно защищает! — Зачем британской преступнице убивать наших рыцарей? — нахмурилась княгиня. — Что вообще привело ее в Туссент? — Вы знаете, что, ваша милость, — ответил я, выразительно подняв бровь. Глаза Анны Генриетты вспыхнули гневом. Против воли она быстро переглянулась с Дамьеном, и тот угрожающе шагнул вперед: — Это государственная тайна, Снейп! В Туссенте шпионаж карается смертной казнью! — Шпионаж? — с тенью паники переспросил Колян, снова вклиниваясь между нами и спиной почти загородив мне обзор. — О чем вы говорите?.. Теперь Дамьен зарычал уже на него: — Это вас не касается, Резерфорд! Ваши полномочия распространяются только на Британию, и единственная причина, по которой я позволяю вам тут находиться, — мое уважение к вашему начальству! Но я могу и передумать! — Достаточно! — властно оборвала княгиня, и Дамьен замолчал. Я умилился, глядя, как Каллен медленно разжимает спрятанный за спиной кулак. Неужто и вправду стал бы бить высокопоставленные морды ради меня?.. — Мистер Снейп, — обратилась ко мне княгиня, подходя на шаг ближе. Оба рыцаря тут же посторонились, а Дамьен положил руку на меч. Каллен глянул на него хмуро — наверно, вспоминал, как сам хватался при мне за оружие и чем это обычно кончалось… Я спокойно и прямо посмотрел Анне Генриетте в глаза. Сразу было видно, что менталист она неплохой — конечно, должность обязывает, — однако я ей не по зубам. Впрочем, я и не собирался лгать… — Ответьте мне: вы друг нам? Или враг? — Я — враг вашего врага. Темный Лорд планирует совершить большое злодеяние в Туссенте, и я хочу ему помешать. — Какое именно злодеяние? — напряженно вскинула подбородок княгиня. — Догадайтесь сами, ваша милость. Я больше ничего не могу сказать. — Да как ты смеешь! — снова не выдержал Дамьен. — Я заставлю тебя говорить!.. — Сэр де ла Тур, у него иммунитет! Капитан резко повернулся к Каллену, и в глазах его была чистая ярость: — Не забывайтесь, Резерфорд! Неприкосновенность была выдана этому мерзавцу Церковью, но здесь — он арестован по подозрению в убийстве, а теперь еще и шпионаже! Так что я, Резерфорд, имею полное право бросить вашего драгоценного темного за решетку и вытрясти из него все, что нужно!.. Ваша милость! — бросился он к княгине. — Прошу, позвольте мне допросить преступника! Клянусь, он у меня все расскажет! Анна Генриетта нахмурилась, поочередно пронизывая взглядом каждого из нас троих. — Мой капитан прав, — наконец медленно проговорила она. — Мы действительно можем действовать свободно в рамках своей юрисдикции… Дамьен мигом развернулся ко мне, кровожадно шевеля усами: — Слышишь, темный? О, клянусь, ты у меня будешь петь… Я паскудно улыбнулся ему в ответ. Каллен, мельком взглянув на меня, сложил на груди руки: — Прекрасно. Пытайте, я даже с удовольствием посмотрю… Но если вам вдруг удастся вытянуть из него хоть слово, я, пожалуй, наймусь туалеты в казармах чистить. Ох, не смущай меня… — Господа! — голос княгини зазвенел сталью, и рыцари мгновенно заткнулись. — Мы не договорили. — Простите, ваша милость… — Итак. Мы оказались в сложной ситуации и имеем очень много вопросов касательно происходящего — и очень мало ответов. Однако… — Анна Генриетта посмотрела на меня, а затем на своего капитана: — Ты, Дамьен, не задал самого главного вопроса. Ты не спросил нас, действительно ли убийца рыцарей — мистер Снейп. — Ваша милость!.. — охнул де ла Тур. — Да, — сказала она жестко. — Мы были рядом с Мильтоном в его последние минуты и видели убийцу. Это — не он. То чудовище не сидело бы до сих пор на стуле, закованное в безвредный для него двимерит, и уж точно не позволило бы тебе, Дамьен, отделаться в схватке разбитым носом! — Но, ваша милость! — в отчаянии вскинулся капитан. — Он может всего лишь притворяться!.. — А синяк на его лице — тоже притворство? — повысила голос княгиня. — Мильтон вонзил меч в сердце своего палача, но рана исцелилась в одно мгновение! Глаза Дамьена вспыхнули. Он развернулся ко мне, рывком дергая меч из ножен — похоже, взвинченный до предела капитан решил расставить все точки прямо сейчас… Черт! Я дернулся, не желая получить клинок в сердце, однако двимеритовые наручники сломать не так-то просто — нужно безрассудное бешенство, а я, признаться, слегка запаниковал… Но де ла Тура опередил Колян. Никто не успел ничего сделать — ни Дамьен, только начавший замах, ни княгиня, открывшая рот для гневного окрика, ни я, произнесший только первую букву матерного слова… Молча и очень быстро Каллен выхватил боевой нож и всадил его мне в ногу. ...Почти на целую минуту повисла напряженная тишина, разбавляемая лишь моим прерывистым дыханием. Все-таки четыре дюйма стали в мясо — это больно… Каллен хмуро вертел в руках свой нож, ни на кого не глядя, пока остальные гипнотизировали мою открытую рану. Со стула на пол мерно капала кровь. Голос княгини чуть заметно дрогнул: — Не затягивается… — Вы думаете? — вымучено усмехнулся я, пытаясь поудобнее пристроить онемевшую ногу. Каллен, наконец, вытер нож, вбросил его обратно в ножны на бедре и сказал немного громче и резче, чем позволяли приличия: — Полагаю, вопрос о виновности Снейпа закрыт? Тогда дознание окончено. — Резерфорд, вы не… — взвился было слегка подавленный Дамьен, но Каллен уже отрывисто кланялся княгине: — Ваша милость, я приношу свои глубочайшие извинения за этот… эпизод. Если Снейп прав и вашу гвардию действительно истребляет Беллатриса Лестрейндж, это очень серьезно, и Церковь окажет Туссенту все возможное содействие в ее поимке. А поскольку Беллатриса — британка и член преступной организации «Пожиратели Смерти», все дела, связанные с ней, находятся сейчас именно в МОЕМ ве́дении, — он бросил быстрый неприязненный взгляд на поджавшего губы Дамьена. — Подкрепление прибудет ко мне в течение часа. Мы ведь, насколько я понимаю, в данный момент ждем нападения?.. Ваша милость, прошу, укройтесь в безопасном месте. Под охраной сэра де ла Тура. Княгиня окинула его долгим взглядом, после чего, явно сделав какие-то свои выводы, с достоинством кивнула: — Мы принимаем вашу помощь, сэр Резерфорд. Дамьен! Ключи от наручников. Когда двимерит исчез с моих запястий и ощущение противной слабости пропало, я, растроганный до крайности, забыв про раненую ногу, в порыве самых нежных чувств попытался встать и обнять своего героического Коляна. Тот мой порыв не оценил… И подбил мне второй глаз.