Hogwarts: Wild Hunt

— Уходите, — наконец негромко сказал Люцифер, обращаясь к Гарри. — Дементоры не тронут вас, пока я их удерживаю. В Нурменгард не суйтесь, он в осаде. Отправляйтесь к Гриндевальду. Бегом! Подросток дернулся было, а потом вдруг резко вскинул голову: — Нет! Остальные и правда пусть уходят, а я с места не сдвинусь, пока вы двое не разойдетесь без драки! Люцифер снова посмотрел на мальчишку своим Очень Грозным Архангельским Взглядом, однако на Гарри это не произвело впечатления. Больше того: он выбежал вперед и встал между двумя противниками, скрестив на груди руки и вздернув подбородок. — Гарри… — прошептал ошеломленный Сириус. — Ты дурак? — Мистер Поттер! — отмерла МакГонагалл. Шани растерянно открыла и закрыла рот. Драко фыркнул. — А с чего вы взяли, — раздался чуть более глухой и звучный, чем прежде, голос ведьмака, — что я вообще намерен драться? Мне заплатили за дементоров, о Дьяволе речи не шло. Все уставились на Геральта. — Впрочем, — продолжал он ровно, — я все же возьму процент за непредвиденные осложнения. Люцифер вытаращил глаза. — А теперь я возвращаюсь в Азкабан, чтобы закончить работу. Времени мало, вот-вот заработают рунные системы. Вы, — он кивнул на Гарри и его спутников, — делайте что хотите, но учтите: до темноты разрыв закроется. Позвольте откланяться. И он просто пошел вперед, к той точке, из которой вся группа ранее попала в Тень. — Э-э-э, — только и сказал Драко. У Гарри по лицу расплылась счастливая улыбка. — Стой! — взревел Сатана, черным вихрем устремляясь к ведьмаку и железной хваткой стискивая его плечо. — Я не позволял тебе уходить! Геральт поднял брови и покосился на чужую когтистую лапу: убери, мол, поздорову. — Ты на моей территории, — зашипел тот очень зловеще. — По негласным условиям ненападения не следует… — Я не соглашался ни на какие условия, — равнодушно прервал Геральт. — И я ничего тебе не должен. Повисла пауза. — Ах вот, значит, как, — произнес Люцифер совсем другим тоном: холодным и сдержанно-злым. — Дай угадаю: ты разочаровался в общем плане и не желаешь участвовать в происходящем, поэтому будешь изо всех сил строить нейтральную рожу, гордо избегать разговоров и только за кружкой пива в каком-нибудь задрипаном кабаке внушать пьяным краснолюдам, что между бо́льшим и меньшим злом не надо выбирать вообще?! Вот к чему ты пришел, братец?! — А тебя это ебать не должно. — Конечно, правильно, у всех есть личные границы и право выбора хобби! — вклинился между ними треклятый Поттер. — Давайте помашем друг другу ручкой и разойдемся, как в небе две метлы! — Гарри! — Малец! — в унисон процедили оба. — Тебя вообще не спрашивали! — А вы спросите! — Без тебя разберемся! — А что, собственно, происходит? — шепотом озвучила Шани общий вопрос. Драко лениво пожал плечами: — Судя по всему, в теле этого ведьмака засел любимый брат Люцифера, и теперь они выясняют отношения, а Гарри пытается не дать им подраться, чтобы не разрушить полмира на ровном месте. — Откуда ты это знаешь? — нахмурился Сириус. — А я вообще после смерти преисполнился знания. Память прошлого вернулась и все такое. — Смерти?! — побледнела МакГонагалл. — Память прошлого? — изумился Блэк. — Ну, а вы как думали, много у пацана шансов выжить в Адском пламени? — фыркнул Малфой. — Но мне повезло с душой, и я переродился. Кое-какие воспоминания даже всплыли, но это так, обрывки. Вот, например, узнал глаза… — С меня хватит! — окончательно вскипел Люцифер, хватая Гарри за шкирку и отставляя на вытянутой руке в сторону, чтобы не мельтешил. — Вали на все четыре стороны, упертый болван, и дальше кромсай нежить, пока эликсиры из ушей не полезут! Не хочешь вмешиваться в войну — так не вмешивайся! Вали хоть сейчас, я сам с этим гребаным Азкабаном разберусь, только чтоб морду твою постную не видеть! Вот тебе портал, — он эффектно взмахнул свободной рукой, очертив в воздухе воронку с огненной каймой, — скатертью дорога! — Ненавижу порталы. Казалось, у Люцифера сейчас пар из ушей пойдет. Геральт, словно не замечая сатанинского выражения лица, прошел и мимо него, и мимо портала, напоследок кивнул Гарри и, разбежавшись, прыгнул в едва угадывающееся пятно истонченной Завесы. Конечно, ни один человек, кроме Гарри, не был способен вот так просто проходить границу между мирами. Если бы Сириус, Минерва, Шани или даже Драко попробовали, они бы остались, где были. Для прохода нужен либо Ключ, либо… — Крылья б ему вырвать и в зад запихать, — кровожадно буркнул Дьявол, опуская Гарри на землю. — Так! Я тебе, шило малолетнее, сейчас тропу покажу, пойдете по ней прямо к Гриндевальду. Если ты с нее свернешь, я узнаю, и будет тебе больно, обидно и сидеть неудобно до конца твоих дней! Совсем офонарел — выйти из Нурменгарда, когда тебя все Небесное Воинство с собаками ищет! Как только Лелиана отпустила?! — А Я сказал ей, что это необходимо. Люцифер вздрогнул. Он не отшатнулся с большим трудом: хоть внешне подросток не изменился, его… вернее, Его голос и взгляд объяснили все лучше любых слов. Потому что если Сам принимает участие в происходящем… Спорить с Ним просто опасно. — Скоро все закончится, — тихо сказал Он, улыбаясь. — Не сто́ит грешить перед Великим Судом. — Да не собирался я грешить братоубийством, — проворчал Люцифер. — Я с ним поговорить хотел… — Разговоры — это явно не его, — заявил Гарри своим обычным голосом. — Но если хочешь с ним подружиться — возьми измором! — Еще мне не хватало советов от козявки, — скривился Князь Тьмы и начертил в воздухе знаки Пути.

***

На другом конце Европы отставной Темный Лорд, а ныне советник Инквизиции и частый гость обложек журналов для домохозяек, Геллерт Гриндевальд заканчивал наносить руны на арку портала. — Почему нужна именно кровь собаки? — спросила Гермиона, с бесконечной жалостью размешивая зелье в миске. — Потому что язычество — это не ваша современная изнеженная ритуалистика, это суровая сила! — Вы — ретроград! — Вот когда найдешь бескровный способ открытия порталов в другие миры, тогда и называй меня ретроградом, а пока что я — мастер старой школы. Гермиона закатила глаза и подала ему чашу со смесью собачьей крови и трав. Геллерт взялся пропитывать руны. — Может, все-таки еще подождем? Каллен же запретил… — Взялась помогать — так помогай, — наставительно поднял палец Гриндевальд. — А не хочешь — я не держу. От нашего Инквизитора слишком долго нет вестей, к тому же Нурменгард в осаде. Я не собираюсь сидеть и ждать приказа, пока не станет слишком поздно! А если мы проникнем на эльфийскую базу, возможно, нам удастся отвлечь часть сил Дикой Охоты на себя и дать возможность остальным прорвать кольцо. Последний довод показался Гермионе весомым, и она хмуро согласилась. Ей ведь никто не сообщил, что Гарри отправился в Азкабан, и девушка была уверена, что ее жених там, в осажденном замке… К тому же, чего греха таить, Гермиона едва не дрожала от предвкушения. После стольких лет исследований портальной магии — самой отправиться в иное измерение! Какой ученый откажется от такого? — Готово, — удовлетворенно изрек Гриндевальд. — А теперь последний раз спрашиваю: ты со мной, девочка? — Да. — Тогда смотри сюда и запоминай…

***

Лелиана остановилась в пустом коридоре. Прислонилась к стене, потом, вздохнув, проползла еще пару шагов и опустилась на скамью. Она до последнего боялась поверить, но целительское чутье не обманешь. «Ваше Святейшество», — ожил ксеновокс на плече. В пределах Нурменгарда они еще кое-как работали. «Лорд-Инквизитор просит вас спуститься в подземелья». — Уже иду, — ровным голосом ответила Лелиана, болезненно морщась. Она только что потратила много сил, помогая солдатам: десятки человек посменно удерживали над замком Двуединый Щит, и чтобы чары не ослабли ни на миг в момент пересменки, требовалось вмешательство Верховной Жрицы. Будь на ее месте пациентка, Лелиана приказала бы: «Пошла прочь с передовой! И чтобы никакой магии высшего класса, пускай мужики сами…» и так далее. Она должна была сказать это себе. Обязана. — Уже иду, — повторила Верховная Жрица и с усилием поднялась на ноги. С каждым шагом ее походка становилась тверже, осанка ровнее, и к концу коридора никто в целом мире не заподозрил бы, как сильно Ее Святейшество тянет схватиться за живот.

***

— Надеюсь, хотя бы в Хогвартсе все в порядке, — тревожно вздохнула МакГонагалл, глядя куда-то вдаль. Гарри, шагавший впереди всех, обернулся с ободряющей улыбкой: — Если бы что-то случилось, Люцифер бы обязательно сообщил. Наша школа надежно защищена! — Вот только, если Нурменгард в осаде, Дикая Охота вполне может ударить по Хогвартсу, — задумчиво сказал Сириус. — Школа ведь — самый мощный рычаг давления на силы людей, там дети… — Ничего они школе не сделают, — фыркнул Драко. — Нурменгард в осаде! Вы вообще понимаете, что это значит? Все, кроме Гарри, вопросительно посмотрели на него. Драко закатил глаза: — Вы тут все состоите в Инквизиции, а хоть раз интересовались защитой собственного штаба? Нет? Ну так я вам скажу: ее не сразу прошибет даже атомная бомба. Я не знаю точно, какая магия там была задействована… и вообще магия ли, но показания приборов выглядят… неординарно. Поэтому на удержание крепости в осаде необходимы колоссальные силы, а значит, ресурсы, чтобы напасть на чуть-чуть менее защищенный Хогвартс, Дикой Охоте взять неоткуда. — И все-таки мне неспокойно, — покачала головой МакГонагалл, все еще глядя вдаль. — Дурное предчувствие. Шани сочувственно посмотрела на профессора, а затем проследила ее взгляд и ткнула пальцем куда-то в зеленые облака: — Из-за этого? Теперь в ту сторону повернулись все. Вдалеке, за обрывистыми холмами, темнели узнаваемые очертания Астрономической башни, а над ней, как прибитая, висела красная луна. — Ой, — сказал Гарри. МакГонагалл занервничала еще больше: у нее дернулось ухо. — Это означает что-то серьезное, мистер Поттер? Я полагала, Тень отражает наши мысли и страхи, но может показывать и реальные опасности… — Ой, — повторил Гарри, как-то глупо улыбнувшись.

***

Молодой — по человеческим меркам — высший вампир с непередаваемым выражением лица смотрел в окно. Там медленно падало солнце. — Я имел глупость рассчитывать, что этого не случится. — А мне следовало догадаться, что это неизбежно, — хмуро ответила ему деформированная фигура в ванной, уже не похожая на клюквенное желе, но и на человека пока — отдаленно. — С какой радости? — фыркнул Детлафф. — Вариантов всегда больше, чем один! Джонни из Долины пожал обрубками, из которых торчали нарастающие кости: — Я пришел к выводу, что таков самый логичный сценарий. Все к тому шло. Мы сами создали условия, при которых Апокалипсис может и должен состояться. Иначе подвешенные пророчества совершатся непредсказуемым образом, и в конечном итоге… — Пророчества? — Детлафф презрительно скривился. — Ими можно вертеть как вздумается, тебе ли не знать. По мне, тебе просто так нравится идея Апокалипсиса, что ты готов найти для нее любые аргументы. — А даже если и так, тебе-то что? — Ты будто не в курсе. Джонни хмыкнул и прикрыл глаза. Долгие разговоры вслух утомляли: тело еще восстанавливалось, питаемое вампирской кровью, — однако говорить все же хотелось. Теперь, когда близился конец света, каждый разговор мог быть последним. — Я догадываюсь, — протянул он, — почему тебе придется участвовать, так или иначе… Но чего именно ты опасаешься? Он не сказал «боишься», чтобы Детлафф не начал плеваться ядом, однако тот все равно прочел подтекст по голосу и бросил на Джонни уничтожающий взгляд: — Я «опасаюсь», что мне придется окончательно пожертвовать своим правом на уединение ради чьей-то жалкой грызни, которая не имеет ко мне лично никакого отношения! — Знаешь, я тоже в юности мечтал не о том, чтобы сделаться неведомой тварью и разрушать миры. — Но ты хотя бы сделал свой выбор сам! Джонни сделал вид, точно задумался, и огорченно прицокнул языком: — Мда-а, не повезло тебе. Бедолага. Детлафф посерел от ярости. С явным усилием удержавшись от убийства того, кого с самого утра так старательно воскрешал, он процедил сквозь удлинившиеся зубы: — Ты мне должен, мутант. Я отдал тебе кровь, которая ко мне уже не вернется, за тобой долг. — Признаю, — без особой охоты, но все же кивнул Джонни. — Обещай, что, если это будет зависеть от тебя, ты не призовешь меня! Джонни помолчал немного, чем едва не довел вампира до бешенства: тот явно не намерен был слышать отказ. Детлафф очень хотел жить. Как это ни странно для потомка Смерти. — Если решение будет за мной и у меня будет равный или лучший выбор, я обещаю, что не призову тебя, — наконец ответил Джонни. Как ни велико было искушение сказать потомку Смерти, что так ему и надо… — И Региса, — внезапно добавил Детлафф, когда беседа, казалось, давно себя исчерпала. — Его тоже не трогай. Мы с самого начала знали, что ему предназначено, но… он не хотел. Он заслужил покой больше, чем я. На мгновение Джонни смешался. Он и не подумал о Регисе… А потом в памяти всплыли строки из далекого-далекого прошлого, и все встало на свои места. Даже захотелось смеяться. Истерически. — Я ничего не буду обещать насчет Региса, — выдавил Джонни. — Предназначение — штука своенравная… И пути его непостижимо забавны.

***

— Так ты объяснишь или нет, что «ой»?! — вскипел Сириус, когда Гарри, так ничего больше и не сказав, повел их дальше по тропе. Ландшафт вокруг изменился, дорога сделала несколько витков во все стороны, — однако Астрономическую башню и красную луну было видно все так же четко… — Мы почти пришли, — с немного натянутой беззаботностью провозгласил Гарри, остановившись в луже. Вокруг простиралась подтопленная низина, переходящая в подобие озера: изумрудная вода текла, плыла и вихрилась в пространстве, игнорируя законы тяготения, так что озеро имело вид сплетенной из отдельных потоков полусферы. Тропа впереди, ныряя в воду, распадалась на парящие в воздухе камни, но все же не исчезала. — Это теневое отражение Тор Лара? — нахмурился Драко. — Жутковатое место. Гарри кивнул: — Тут есть демоны страха. Они… ну, не то чтобы особенно сильные, но их много, и если не защищаться, то сердце может не выдержать. — И как от них защищаться? — невесело уточнила Шани. — Как от боггартов. И еще они электричества боятся просто до жути! — А огня? — улыбнулся Драко, зажигая на кончике пальца красноватое пламя. …А потом случилось сразу несколько вещей. На едва различимой в зеленом тумане вершине Тор Лара вспыхнула странная желтая звезда. Ее лучи светили вовнутрь, закручиваясь спиралью. Воды озера, до того спокойные, вскипели. Разрозненные потоки понеслись с чудовищной скоростью, так что брызги оставляли вмятины на скалах вокруг, а дьявольская тропа держалась еле-еле, в любой момент готовая распасться. Потревоженные демоны страха вынырнули тут и там: их оказалось так много, что инфернальная аура мгновенно прошибла людей холодным потом. А красная луна вдруг увеличилась в размерах, поднявшись в зенит, и ее кровавый свет высветил совсем рядом другую тропу, нырявшую меж двух холмов… — А ну прочь! — зарычал Драко, размахиваясь. Язычок пламени вспух на его пальцах, превращаясь в изумительных размеров файербол. Воды вокруг него тут же испарилась, все заволокло туманом… — Бежим вперед! — крикнул невидимый Гарри. — Пока дорога цела, все к башне! Море огня расплескалось, врезавшись в толпу демонов, пара стало еще больше, но дьявольскую тропу было еще видно — и команда рванула по ней, перекрикиваясь, чтобы не потерять друг друга. Драко напряг зрение, но различить никого не смог. Он выругался, собираясь разогнать пар еще одной порцией пламени, когда… — Идем! Только тихо! Малфой прищурился, соображая, какого черта Гарри опять затеял, но позволил схватить себя за руку и оттащить от озера. Впереди раздавались крики и шум заклинаний. — Чревовещалио, — шепнул Гарри в кончик своей палочки. — За мной! Этот портал выведет нас к Гриндевальду! Скорее! Его голос раздавался где-то посреди бурлящего озера, будто Поттер и впрямь бежал вместе со всеми. Драко нахмурился. Друг очень, очень редко прибегал к обману, а значит — в данной ситуации просто необходимо поступить так, а не иначе. Но зачем?.. Впрочем, сейчас надо не спрашивать, а подыграть. Прицелившись, Драко метнул еще один файербол, после чего развернулся и побежал за Гарри по дороге между холмов. — Этот портал действительно к Гриндевальду? — выдохнул он на бегу, когда озеро уже скрылось из виду. — Да. Только не в Тор Лара, а дальше… — Дальше? — На базу ангелов. Гриндевальд, похоже, решил сам туда проникнуть, а то и Герми прихватит, старый дурак… Им понадобится поддержка. У Драко отвисла челюсть, а в глазах заплясали костры: — А мы куда?! Чем Гриндевальду помогут Сириус и Минерва?! Если Гермиона… Я должен идти с ними! Гарри остановился, стиснул его плечи и посмотрел в глаза непривычно жестко: — Сириус и Минерва — первоклассные бойцы. Не недооценивай их. А Шани — отличный целитель. Побольше веры в товарищей, Драко! — Скажи, зачем мы разделились! — Ну… — Гарри немного смущенно почесал затылок. — Если вкратце… — Что?! — Нам надо воскресить Волдеморта.

***

— Эй! А вы откуда?.. — А вы куда?! — Стойте, где Гарри?! И Драко?! Они же бежали впереди! — Они не… не появлялись… — А вдруг их схватили демоны?! Надо вернуться! — Чер-р-ртовы мальчишки! Головы поотгрызаю! — Сириус, нет!.. — А ну отставить балаган! — рявкнул Гриндевальд и уже более невозмутимо добавил: — Портал работает только на вход. Вернуться уже не получится. А затем пылающий золотой тоннель кончился, и всех пятерых выбросило в закатные земли Aen Elle.

***

Лелиана хмуро смотрела на две невзрачные трубы, размышляя, чем все это обернется. — Я тут пролистал «Откровение», — сказал такой же хмурый Каллен. — Приятного мало. В андрастианских источниках об Апокалипсисе почему-то ни слова, зато христиане эту тему обсосали со всех сторон… Короче говоря, ждут нас огненные дожди с неба, кровавые моря, саранча и все в таком духе. Плюс Война, Голод, Чума и Смерть — это уже Снейп поделился. Какова перспектива! Лелиана покачала головой: — Я не понимаю, зачем нам это. Апокалипсис ударит в основном по людям… Я тоже читала Иоанна Богослова, и он ничего не говорит о том, насколько худо придется ангелам. В чем же тогда смысл? — Так, а кто сказал, что писанина Иоанна — это не заказанная самими же ангелами пропаганда? — резонно заметил Каллен. — Если предположить, что в основном «Откровение» — правда, и автору дали эту информацию с целью укрепления религиозных чувств у паствы, то с какой стати ангелам упоминать и свою уязвимость? — Пожалуй… Им ведь по сценарию надо сражаться с демонами, а мы знаем, чем это чревато… — Ну, сценарий не сценарий, а сражаться придется. Что мы, зря их из Тени вытаскивали?.. Кстати, они еще в Дол Блатанна, но мои люди не смогут долго удерживать их на месте. Надо определиться, как и куда наступать… — Давай по одной проблеме за раз. Что еще Северус говорил о трубах? Каллен припомнил разговор в пустыне, состоявшийся, казалось, месяцы назад: — Он сказал, трубы призывают Всадников Апокалипсиса, которые принесут всяческие катаклизмы. Им нужны будут человеческие тела, какие-то особенные… Снейп упоминал Волдеморта и Мередит как потенциальные сосуды. — Мередит мертва, — помрачнела Лелиана. — А вот Волдеморт — не совсем. Но кто еще? Всадников четверо… — Вот уж чего не знаю, — развел руками Каллен. — Но я вот что подумал… Если ангелы хотя бы рассматривали возможность Апокалипсиса, а они ее рассматривали, то должны были с самого начала определиться с сосудами. Подготовить нужных людей. Но из слов Снейпа я понял, что кандидатов всегда больше, чем один, а значит, мы можем… как бы выставить свои фигуры. Подобрать сосуды, которые… если, конечно, они остаются в своем уме после вселения… будут за нас. Повисла пауза. — То есть ты предлагаешь, — Лелиана с шумом втянула воздух, — отдать кого-то из наших людей Всадникам Апокалипсиса?! Как мясные костюмчики?! — Но в кого-то же они все равно вселятся… — И что будет с этими людьми?! Ты же видел, что остается от одержимых демонами! А это — Всадники! — Послушай, — Каллен оперся руками о стол, подбирая слова. — Снейп же никогда не затевает что-либо без плана. Ты его знаешь — он обязан все контролировать! Потому я и думаю, что для Апокалипсиса у него есть свой сценарий. И свои люди. Он говорил о Волдеморте так, будто тот — один из его кандидатов! Сама подумай: враг знакомый, есть с чем работать, а еще его не жалко… — Вы — психи! Оба! — заявила Лелиана и тяжело опустилась на скамью. Каллен сел рядом, напряженно размышляя. — Еще Снейп говорил, что всем Всадникам нужны человеческие тела. Кроме Смерти — она может появиться в любом обличье… «У меня крепкое тело». — Вот черт. «Ты — самое мощное оружие Инквизиции, если не забыл. Не легионы Ада, не Экскалибур — ты». «Оружие Судного Дня, я помню». Каллен застонал. До него наконец-то дошло. У Лелианы отхлынула краска с лица. — Всё, — прошептал Каллен. — Всё, Лел, ангелам пизда.