Мир глазами слепого

Несколько дней Винсент вновь не мог выбраться к Лео. Чарли объяснял это слишком загруженным графиком альфы, и минуты не давали продыху на площадке. Только во время переодевания, да и то Винсент был чем-то долгое время загружен. На душе его не было оптимистичного настроя. Работу выполнял изумительно, но что-то внутри гложило. Чарли пытался с ним поговорить, но нет, Винсент молчал. Вскоре он поймал себя на мысли, что стал привязываться к Лео. И не только как к человеку, он осознал, что многих омег с ним сравнивал, и у тех других не было такого мировосприятия — они были обычными. В Лео же кроется загадка, нечто новое, неизвестное альфе. Что уж говорить о ненормальном желании защиты, словно преданный пёс? Кажется, Винсент все-таки стал влюбляться. С первого ли взгляда? Нет. Стрела противного Амура тогда лишь царапнула по сердцу, показывая внешнюю нежность и красоту. А после… что заставило его вообще сказать, что он сам женится на омеге, если тот никого себе не найдет? Кто заставил его объясняться? Вредный Амур? Когда его стрела успела попасть в сердце? Столько вопросов, и ни одного ответа. И Фантомхайв впервые не знал, что ему делать. Можно было, конечно, позвонить, успокоить свою душу, слыша голос Лео, но… опять чертово «но». Он так и не спросил о мобильном устройстве. И не был уверен, что вообще смог бы спокойно взять, да позвонить.

***

Лео стал чувствовать себя ходячим роботом. Он не погружался в мысли и не терзал себя вопросами. Просто перестал испытывать яркие чувства. Радость — блеклая. Злость — тухлая. Одиночество — хлипкое. Грусть — поверхностная. От чего ему быть счастливым и от чего рыдать ночами в подушку? Ничего ведь не случилось. Влюбленность в кинозвезду — не повод для истерик. Достаточно будет знать, что тот рядом. Будет его другом. Только теперь… никаких объятий и задержанных прикосновений. Сердце омеги этого не переживет.

***

На следующий день в дверь позвонили. Поскольку Лео был один, открывать пришлось ему. — Добрый день, — послышался вежливый голос молодого парня. — Мне нужен Лео Дюлес. — Добрый день, — в ответ поздоровался омега. — Я Лео Дюлес. — Вам просили передать, — курьер протянул огромный букет с цветами омеге.— Отправитель… — потянув паузу, курьер посмотрел в свой список, — Винсент Фантомхайв. Сказал, что вы можете не расписываться за получение. О том, что букет был огромен, омега понял, как только взял их в руки. С большим трудом взял. Это ведь еще обхватить нужно было красоту. И как жаль, что он не мог видеть! Зато чувствовать… запахи передавали картину и Лео стал представлять. Это были розы. И, что-то подсказывало, разных оттенков. — Благодарю, — тихо ответил он, чувствуя, как сердце забилось сильнее. Никто до этого ему цветов не дарил. — «Что бы это значило?..» — В цветах есть конверт, — ответил курьер, понимая, что омега еще не может все разглядеть. — Всего доброго, — вежливо улыбнулся, разворачиваясь и направляясь в сторону своей машины. — Конверт? — задал вопрос уже в пустоту, закрывая входную дверь, и направился к себе в комнату. — С чего вдруг ему конверт туда класть? Я ведь не прочту… Продолжая говорить сам с собой, взялась недавно нехорошая привычка, омега сел в постель, осторожно положив цветы рядом, а затем стал нащупывать тот самый конверт. Отыскал. И нащупал что-то выпуклое. Позже, достав вещь и детально ощупав, он понял, что спрятанное в конверте оказалось диктофоном. — С чего он?.. — так и не договорив, Дюлес нажал на кнопку. — Привет, Лео, — раздался из динамика усталый голос Винсента. — Прости, что говорю таким убийственным тоном, немного приболел, да и завал с работой. Но не это главное. Знаешь, мне немного неловко было явиться к тебе самому лично. Не знаю почему, возможно, стесняюсь. Заметь, вперые. Словно юнец. Сейчас вечер, — важные слова дали понять, что запись не сегодняшняя, — по идее, хорошее время заглянуть к тебе на чай, но я идиот, который не взял твоего номера. Я узнавал, есть голосовые программы, которые позволяют слушать sms-сообщения. Да и банально позвонить… так было бы тоже проще. Но телефона нет, пришлось подключать фантазию, чтобы мое сообщение до тебя дошло. Что касается цветов, я даже не знаю, какие ты любишь. И любишь ли вообще. Мы с тобой так мало знакомы… я мало знаю о тебе. И думал, что пока мы друзья, смогу узнать тебя получше. Но что-то не дает покоя. И знаешь что? Я, кажется, понял, что втрескался, прости за такое слово, — вставил с усталым смешком, — в тебя по уши. А ведь так не должно было быть? Или должно? Как думаешь?.. Динамик выпал из ослабевших рук и на него стали падать прозрачные капли. Из глаз омеги лились слезы, едва ли не с первых предложений, просто потому что слышал этот голос… уставший и ставший таким родным… Чуть позже в голове стала вертеться фраза о признании, каждый раз, как заезженная пластика, и ноги сами повели прочь из дома. Уже на улице, наплевав на то, что стал капать дождь, Лео направился к дому альфы, помня лишь то, какой он по счету, и глупо полагаясь на то, что сможет подсчитать шаги… и не потеряться. С каждым шагом стало казаться, что кто-то невидимый его вел. Все проходило удачно. И когда Лео оказался у дома, нащупал на двери цифру семнадцать. «Не ошибся». Ослабевшие от волнения пальцы с трудом нажали звонок. Какое-то время ему не открывали и скаладывалось впечатление, что дома никого нет, но острый слух уловил торопливые шаги, а после и щелчок замка. — Лео? — раздался удивленный, немного хриплый голос. Не ожидал Винсент увидеть парня у своего порога, промокшим до нитки. И именно эта мысль отрезвила: — Что ты делаешь?! — не стал дожидаться приветствия, затаскивая в дом и тепло. — Заболеешь же! Словно зомби, Лео позволил себя утянуть, слегка пошатываясь. Наконец он добрался. Не верил, что смог это сделать без приключений, да еще и в пасмурную погоду. С головой, в которой вертится все одно и то же. — Винсент… — Никаких Винсент, — строго прервал Фантомхайв, — пойдем в ванную, хоть во что-то переоденешься. А дальше горячий чай. Ты что удумал, в такую погоду шастать в домашнем и без зонтика? — Да подожди ты!.. — вдруг повысил голос омега, словно отмер, и вцепился в предплечье мужчины. — Я сюда добирался не для того, чтобы ты меня отсчитывал. Я прекрасно знаю, что совершил глупость! Мог и вовсе не добраться сюда! Но о чем ты, скажи пожалуйста, думал, когда отправлял мне цветы с диктофоном? Что выслушав твое признание я буду спокойно сидеть дома? Не могу я так! Меня… все еще трясет… я… не мог даже представить, что ты… ты… — Я не думал, когда отправлял, — Винсент скинул с плеч халат, который накинул на майку и пижамные штаны, а после закутал в него Лео. — Если бы я думал, то не отправил. Я никогда омегам в сильных чувствах и не признавался. Что уж говорить, я вообще никогда к омегам не испытывал сильных чувств. — Поэтому я и не мог остаться дома. Не прийти к тебе, — говоря это, Лео вдруг нахмурился и приложил свои холодные ладони к очень горячим щекам. — У тебя голос хриплый. И дыхание частое. Не могу понять из-за своих холодных рук, но кажется, что температура до тридцати восьми поднялась. Какие лекарства ты принимаешь? — Тридцать девять, — поправил альфа, вздрогнув от прикосновения, но не отстранился. — Да какие-то. Уильям утром привез, отпинал и заставил отправиться спать. — Я останусь сегодня с тобой, — решительно ответил Лео, а после взял за руку. — Покажи мне, пожалуйста, где твоя ванная, а после отправляйся в постель. — Ты сможешь ориентироваться у меня дома? — уточнил Винсент, приобнимая за плечи и осторожно ведя в сторону ванной. — Я принесу тебе, во что можно переодеться. Правда, оно будет немного велико. — Все хорошо. Мне будет куда проще ориентироваться, если ты проведешь меня по каждому помещению. Дома у тебя, возможно, по обстановке ничем не отличается от моего, только расстановка мебели другая. — Это да, расположение комнат одинаковое, количество ступенек отличается на одну в большую сторону, так как пришлось ее заменить, ибо предыдущая провалилась. Что касается мебели — ее здесь много меньше. И экскурсия началась. Винсент стал медленно водить Лео по комнатам, чтобы тот мог и послушать, и посчитать нужное количество шагов. Память у него стала феноменальной. За счет нее он и выживал в мире, где царствует Тьма. Развил в себе способности и перестал отличаться от зрячих. Спустя пару минут он уже мог понять где и что располагается. Идентичное расположение комнат очень помогло в этом. А после они отправились в ванную комнату. Там уже Винсент оставил Лео одного. Правда не успел он раздеться, только наполнить ванную, как вернулся хозяин дома. — Я положу пижаму на стиральную машинку. Она должна тебе подойти хотя бы немного. Буду ждать тебя, на кухне. Сделаю чай, а после мы поговорим. — Лучше полежи в постели! — крикнул вдогонку Лео. — Я приду к тебе и там поговорим. — Мне еще лекарство пить! — послышалось уже на лестнице. Да, Винсент отличался упрямством. И как его вообще терпели люди? Видимо, крылось в нем свое очарование. Голова чугунная, шатает из стороны в сторону, морозит, но упорно не уходил в постель, чтоб развалиться пластом и не подавать признаков жизни, а следовал на кухню, там где лежат лекарства.

***

На ополаскивание в горячем душе ушло не больше десяти минут. Куда больше Лео потратил на переодевание в пижаму и, в последующем, развешивания своих мокрых вещей. А когда добрался до кухни, стал осторожнее ступать, слыша звон чашек. — Ты в порядке? — Да, — немного приврал Винсент. И ведь знал, что на лжи поймают, но все равно не хотел волновать. И так уже из-за его глупости омега пришел сюда под дождем. — Не нужно мне врать, — тут же нахмурился Лео, осторожно взяв за руки, и поставил с ним чашку, усадив за стол. — Ты принял лекарство? — Нет еще, его нельзя принимать на голодный желудок. Из-за своего дефекта… он даже помочь не может. Когда дорогой человек болеет… пусть знает как перемещаться в доме, но не знает где и что находится на кухне, какие лекарства следует принимать, делать компрессы и прочее… он ничего не может. И это злило. Сильнее сжав руки, Лео выпрямился. — Будешь моими глазами, Винсент. Я сделаю все, что нужно. — Чем помочь? — альфа был удивлен такой просьбе, но не стал перечить. Если его, а Винсент уже принял приход Лео к себе в дом за начало их официальных отношений, омега решил помочь и поухаживать, то альфа не будет препятствовать. К тому же, ему и правда нужна помощь. — Ты будешь говорить мне, как устроена твоя кухня, где что находится, а я, в свою очередь, приготовлю тебе поесть. Только тогда мы с тобой примем лекарства. Так просто я тебя не оставлю, ясно? — полный решимости, Лео стал закатывать рукава. — Рассказывай.

***

Винсент детально объяснял, что и где находится. Но одну вещь-таки запретил — не позволил взять в руки нож, в последствии чего зародился небольшой спор. И он старался отшучиваться, чтоб все не переросло в скандал. Вполне неплохая семейная обстановка. Пришлось Лео готовить еду, где не требовалось что-то шинковать. А как только управился, снимая с себя фартук, плюхнулся на рядом стоящее кресло. Он и не помнил, когда в последний раз мог готовить без чьей-либо помощи. Всегда и во всем подстраховывала тетя. — Кушай скорее. — И все-таки странно, что ты решил приготовить что-то, когда у меня есть еда из кафе, — Винсент благодарно отломил кусочек рисового омлета. — Еда из доставки не сравнится с домашней. Последняя быстрее поможет выздороветь. Да и с пылу жару вкуснее будет. Так что не спорь и кушай. Тебе еще лекарства принимать. — Я уже попробовал, — прожевав первую порцию, Винсент сразу закинул вторую. — Оно получилось очень мягким и тающим во рту. С моим больным горлом это в самый раз. На это и делал акцент Дюлес. Еда, которую хорошо будет есть даже с больным горлом.

***

После еды и принятых лекарств, Лео удалось затащить больного в постель и забрался следом, скрещивая ноги. — Наконец-то покой для тела, — наклонившись, он осторожно прикоснулся ко все еще горячему лбу. — Хм… я сделаю компресс. — Не переживай, — Винсент перехватил руку и вдруг поцеловал тыльную сторону ладони. — Я выкарабкаюсь, просто чуть попозже прилягу поспать. — От компресса станет легче. Не спорь, пожалуйста, — смягчил голос Лео, а после освободил свою руку от некрепкого захвата. — Я скоро вернусь. — Ну я же не ребенок! — по-детски и недовольно отозвался альфа.

***

Любовь и гипер-забота творят чудеса. Уже в обед, на следующий день, Винсент стал чувствовать себя лучше. Не до конца излечившийся, но по крайней мере с ясной головой и не в предобморочном состоянии. Лео постарался на славу. Несмотря на свою слепоту, он заботился об мужчине, как о собственном ребенке, со всей душой, желая скорейшего выздоровления, до того заранее предупредив тетю и дядю, что будет ночевать у своего альфы. Именно своего. Утром они все обговорили и пришли к выводу начать встречаться. Стать полноценной парой. Винсент был, конечно, в легком смятении и попросил разрешение какое-то время скрывать их отношения, чтобы не прознала пресса. Не хотел волновать лишний раз свою новоявленную пару. Конечно, он предупредит Уильяма, чтобы тот был в курсе событий, и как менеджер, и как друг. Все равно не проболтается. А позже поговорил с Чарли и Анджеликой. То, как эти двое на него поглядывали, с понимающими ухмылками, наводило на мысль: «Они знали, что к этому, в конце концов, все и приведет». На работе с Чарли они только и делали, что беседовали о Лео. Винсент советовался со старшим, как с человеком, который хорошо знает омегу, что тот любит, к чему привык. Порасспросил немного и о болезненных событиях. Напрямую поговорить об этом с Лео он никогда бы не смог. Лишний раз причинять боль вовсе ни к чему. И вот однажды вечером в баре, за кружкой пива, Чарли поведал ему всю историю. От и до. Все те ужасные события, начиная от аварии. Все переживания и боль от потери родных. Почти каждый день, пропитанный болью. Без алкоголя такое слушать было невозможно. — Я не предам его, — пообещал Винсент, выпивая залпом стакан виски. Врагу такое пережить не пожелаешь, что уж говорить про мальчика-омегу, который старается быть сильным после всего случившегося. Сердце альфы забилось от скорби. Кто бы подумал, что он когда-то испытает такое. — Я верю тебе, — с грустной улыбкой ответил Чарли, слегка хлопнув по плечу. — Ты ведь хороший малый. С твоим появлением Лео стал цвести и пахнуть, не считая недавней подавленности. Видимо, что-то между вами все же промелькнуло нехорошее. Но за все время, что вы знакомы, он показал больше радости и счастья, сколько мы с Андж видели с момента его проживания в нашем доме. — Да, так получилось, что мы слегка запутались в своих чувствах друг к другу, — слабо улыбнулся Винсент. — Но пришли к тому, что дружба все-таки не то, что мы испытываем. — А вот это правильно, — одобрительно закивал мужчина, — никогда не верил в простую дружбу между альфой и омегой. Когда-нибудь да это должно перерасти в нечто большее. — Ну, я думаю, что это все-таки возможно, правда, если омега и альфа уже имеют свои половинки. — Да, но в вашем случае все было просто и чисто, как снег. — Ещё скажи, что ставки на нас делал. — Да. Только это, скорее, был спор. Через сколько вы поймете, что должны быть вместе как пара, — тихо засмеялся, а после выпил очередную порцию заказанного пива. После тяжелого разговора пришло время расслабленности. И это хорошо. Мысли не тяготили, когда тема оказалась сменена на более приятные моменты. Но уже будучи в холодном и пустом доме, на Винсента навалилось и он решил окончательно напиться. Уильям утром его пришибет. Но только так Фантомхайв мог снять негатив.