Мир глазами слепого

Бывали моменты, Лео сам приходил в гости к Винсенту. Без предупреждений. И это, на деле, весьма идиотская привычка, так как Фантомхайв очень занятой человек и, иной раз, дома может появиться не раньше двенадцати часов ночи. Однажды Дюлес просидел на крыльце около трех часов, дожидаясь прихода альфы. И дождался. Только в последующем получил сильный выговор. В основном же, каким-то чудесным способом, приходил вовремя, заставая хозяина дома на месте. И вот, в субботний день, в обеденное время, Лео решил сделать сюрприз. Он приготовил грушевый пирог и, пока тот был тепленький, решил отнести Винсенту полакомиться. Только вот в процессе приготовления сильно обжог руку, поэтому теперь ходил с перевязкой. Винсент открыл дверь не сразу. Опять отсыпался. А вчера прислал голосовое сообщение, что вернулся очень поздно. — При… — хотел было поздороваться, но заметил бинт. — Что с рукой? Лео и слова вставить не дали, тут же отобрали у него пирог из рук, как только затащили в дом, а после стали осматривать пораненную конечность. — Получил ожог от случайного соприкосновения с нагретой духовкой. Все хорошо, оно скоро пройдет. — Ты хоть промыл холодной водой? Обработал мазью? — стал заваливать вопросами альфа. От волнения его сон как рукой сняло. Для Лео такая забота оказалась очень приятной. И все же, он заставил переживать — это не есть хорошо. Протянув свободную руку, он осторожно коснулся лица возлюбленного альфы. — Не беспокойся о моем состоянии, Винсент. Я обработал руку и перевязал ее. Болит рука, конечно, но ожог не серьёзный. Без волдырей обошлось. — Будь в следующий раз осторожнее, — альфа поцеловал сначала поглаживающую руку, а после и пострадавшую. — Никакой пирог не будет стоить, если ты пострадал. — Обещаю стать ещё более осторожным, — ответил Лео. И хотел бы в приветствии ещё чмокнул в щеку или губы, но банально стеснялся промазать. За него эту проблему решил Винсент, стоило успокоиться, что больше ничего не приключилось. Наклонился и коснулся розовых бутонов в легком мимолетном поцелуе. Смущение Лео очень шло, он выглядел запредельно очаровательно, особенно когда наряжался в красивые наряды, как в этот раз. Чарли оказался в сильном вдохновении, это с первого взгляда заметно. Удивительно, как сильно Лео шли наряды, на подобии кимоно и мантий. Все что длинное и развевалось бы свободно на ветру. — Раз ты приготовил пирог, предлагаю сейчас же его опробовать, — Винсент обнял за талию, провожая в сторону кухни. — Как раз будет мне завтрак. — Так ты и правда только проснулся, — нежно улыбнулся Лео. — Прикасаясь к твоей щеке, я почувствовал отпечаток чего-то, на чём ты заснул. — Да, Уильям заставил меня до четырех утра рассказывать свою роль наизусть, ибо в последний день жутко косячил с текстом. Ну что поделать, если режиссер утвердил совсем нелогичные и тупые фразы, — жаловался Винсент. — Мне так и хочется внести что-то от себя, кроме поведения. — А можно мне услышать после того как поедим эту сцену? Заодно послушаю тебя в роли. — Ох, — Винсент театрально вздохнул, — ты тоже решил меня ею добить? Вот что я тебе сделал, мышонок? Это ласкательное не так давно было дано Лео. По началу оно жутко смущало, но со временем привык и стал чувствовать себя особенным в жизни Винсента. Только вот придумать ответное ласкательное так и не смог. Не потому что фантазии не хватало, а из-за банального стыда. — Ничего. Я просто хочу тебе помочь. А так же поближе узнать о твоей работе, которой ты отдаешь всего себя. Я все хочу о тебе знать. Помогать и поддерживать. Если в чем-то трудно, не держи в себе, скажи об этом. Я всегда буду рядом.   — Спасибо, — ласково поцеловал в висок. — Я счастлив, что у меня тоже теперь есть опора, которой я могу поплакаться в плечо. Жизнь актера трудна, когда ты один. Уильям терпеть не может мои пьяные жалобы, а в обычное время я стараюсь этого не показывать, — голос стал серьезнее. — Я привык к образу этакого дурачка-повесы. Привык, что роли, хоть и хорошие, но не всегда позволяют раскрыться. А в самом начале пути и выбирать не приходилось, берешься за все, что дадут, лишь бы вырваться вперед. — Вот поэтому передо мной можешь снимать эту маску, — лишь в подтверждение сказал Лео, но в вдруг остановился. — Ой. А где же пирог? Куда ты его положил? — Тц, — хлопнул себя по лбу. — Я оставил его на небольшом трюмо у входа. Сейчас принесу. А ты пока присядь. И, — на последок бросил, — не смей что-то готовить. Сейчас моя очередь после твоего пирога. Вот так всегда. Не будь у Лео даже ожога, родные, и Винсент в том числе, все равно бы ворчали и старались как можно реже держать его близко к кухне для самостоятельной готовки. Все бы ничего, но их всех настораживало, когда Лео собирался это делать один. А теперь, получив ожог, он и вовсе будет пару дней сидеть и лишь прислушиваться к звукам приготовления. — Слушай, — Винсент принес пирог и поставил его на стол, — а можно немного интимный вопрос? Кое-что его стало волновать, когда они начали встречаться. И нет, Винсент ни к чему не хочет принуждать, только вот… была в жизни омег одна маленькая деталька. — Какой? — кивнул Лео, как бы подтверждая, и тут же любопытствуя. — Как у тебя проходят течки? Лицо стало гореть. Лео испытал сильнейший стыд и не удержался от желания прикрыть своё лицо руками. Из-за неловкости он и не сразу заговорил. А когда заговорил, стал больше мыслить: — Ну… понимаешь… это… оно… в общем-то почти ничего… Нет, ну я… А! — громко простонал, дав себе мысленный пинок, только бы успокоиться, и после стал говорить куда яснее, но все ещё смущенный. — Я не пью таблетки, но пользуюсь спреем. Он заглушает запах. А так… я… сам себя ублажаю по ночам… — Значит, все проходит без отклонений? — удовлетворенно кивнул сам себе альфа. Это хорошая новость. — Я как-то читал, что омеги, прошедшие длительный курс лечения, неговоря уже о коме, могут испытывать некоторые проблемы на половом уровне, учитывая обилие лекарственных средств, которые они принимали. А если это гормоны и того подавно. — Нет-нет, с этим никаких проблем. По началу были и это оказалось естественно после лишения одного из органов чувств, а так же длительной комы. Но вскоре все восстановилось. — Я рад, — Винсент поцеловал в теплую щеку. — Значит, в будущем я все-таки смогу рассчитывать на малыша. Только показалось, что неловкость спала, как альфа, словно нарочно, добил. И в этот раз Лео сложил руки на стол, а уж на них голову, скрывая горящее лицо. Ужас как стыдно… — Тебе чай или кофе? — Винсент решил перевести тему. Пусть омега потом поразмышляет о будущем. — Кофе, — с удовольствием ответил тот, радуясь смененной теме как никогда раньше. Винсент принялся наводить порядок и готовить легкий кофе. По крайней мере омеге он не хотел делать слишком крепкий. А вот себе надо. Иначе он опять вырубится. Был у него период в жизни, когда он жил только на кофе и энергетиках, чтобы просто не заснуть. Правда Уильям тогда его хорошо отпинал, и отправил на обследование, чтобы проверить, нормально ли после такой дозы кофеина с сердцем. Нормально. Пронесло. Но менеджер стал периодически следить за режимом друга-подопечного. А сегодня, помимо одного лишь кофеина, дабы прийти в себя и не спать, он так же насладился свежеиспечённым пирогом. И его поражало то, как Лео, в силу своего огромного дефекта, мог вкусно готовить. Многим и зрячим людям это не под силу. — Видимо, ты в восторге, — с улыбкой нарушил тишину Лео, — ты так мило чавкаешь и тихо мычишь. — Прости, у меня дурная привычка, из-за который Френсис часто лупила меня за столом, — виновато рассмеялся. — И ведь она младшая сестра. Меня, — голос стал театрально печальным, — старшего братика-альфу лупила младшая сестренка-омега. — Не драматизируй так за столом, — стараясь не захихикать, Лео вместо этого погладил по голове. Преимущество сидеть на расстоянии вытянутой руки. — И я не осуждаю тебя сейчас. Наоборот, мне нравится. Это лишь доказывает, что готовка удалась и тебе очень нравится. А если доволен ты, то доволен и я. — Я стараюсь избавляться от вредных привычек, — Винсент широко заулыбался, и если бы Лео видел, то у него возникла бы ассоциация с тем, что альфа похож на большого преданного пса. — Просто знай, что со мной можешь вести себя открыто и не следить так рьяно за тем, что делаешь, говоришь или невольно воспроизводишь, — последний раз погладив по затылку, а после по плечу, Лео вернулся к попиванию кофе. А вот свой пирог пробовал по минимуму. Не хотел сильно наедаться. — Где ж такое сокровище раньше было? — сам у себя спросил альфа, беря еще кусочек пирога. А когда ему еще предстанет возможность съесть что-то до невозможности вкусное? Еще пару лет назад, четыре или около того, он мог наслаждаться домашней стряпней от родителей или же младшей сестры. Но чем больше становился знаменит, тем меньше оставалось времени на семью. А то и вовсе перестал навещать. У сестры своя семья и жизнь, родители переехали в купленный Винсентом загородный дом, на старость лет живя припеваючи… А здесь омега. Альфа старался уделить ему внимание. Конечно, порой через силу. Если бы Лео жил с ним, было бы проще, но альфа не мог этого предложить. Лео надо привыкнуть к его дому, привыкнуть гулять от него же. А это дело времени.

***

— Давай же, Винсент, — который раз стал упрашивать Лео, с ногами забравшись в кресло. — Войди в роль. Передай мне эмоции своего персонажа. Он на грани отчаянья, почти потерявший надежду на очередную встречу с возлюбленной. Я хочу это услышать. — Ты бы видел характер этой возлюбленной, — Винсент уже через силу, по десятому кругу, перечитывал роль. Кто ж знал, что Дюлес может оказаться хуже Уилла и режиссера вместе взятых? — А что не так с характером? — с непониманием спросил Лео. — Стерва в жизни. Меня, такого лапочку, даже не замечала. — О, ну, конечно, — тихо фыркнул омега, не теряя боевого настроя. Любыми способами добьется хорошей сцены. — Как она вообще посмела не замечать твой светлый лик и супер очарование? — Вот! Даже ты понимаешь это! — все еще наигранно отвечал Винсент. На деле ему было плевать. Хотя особа и правда вредная. — Но разве актер, знающий своё дело, не должен в идеальности входить в свою роль, не взирая на то, что напарник, по характеру, совсем не сахар? Другое дело, если эта девушка не разделяет понятие «личное» и «работа». Тогда да, с такими людьми очень тяжело сотрудничать. — Вот ты сейчас ударил ниже пояса, — трагически произнес альфа. Его назвали профи, но с подвохом. — Я не знаю точно, как все у вас заведено. Поэтому заранее прошу прощение, если оскорбил, — виновато произнес омега. — Я нисколько не сомневаюсь в твоем профессионализме, однако твоя партнерша меня стала смущать. Она ведь не мешает тебе? — Да нет. А может, она в меня влюбилась? Скоро открою тебя людям официально, после операции. К слову, альфа уже почти приготовил нужную сумму и вскоре решил отправить Лео на обследование. Тронутый заботой возлюбленного, тот крепко обнял в ответ и даже слегка приподнялся на коленях, чтобы альфа сильно к нему не наклонялся. Близость с ним все сильнее будоражило кровь и вырабатывала зависимость. — Обожаю своего мышонка, — потерся носом о нос омежки, создавая милую атмосферу. — Я тоже тебя люблю, — со счастливой улыбкой ответил омега, млея от внимания и ласки. — Но нам пора вернутся к твоей роли. — Ох, ты решил не жалеть меня? Да ты Уильяму фору дашь, — тихо проворчал и вдруг приподнял омегу на руки. С тихим ойканьем, тот покрепче вцепился в плечи мужчины. Немного пугал отрыв от земли, даже если находился в этот момент в самых надежных объятьях. После болезни и тяжелой работы, Винсент все еще может ощущать слабость. — Я пожалею. Как только услышу от тебя хорошо поставленную сцену. А если хочешь, в следующей, где идет реплика с твоей партнершей, я могу взять на время ее роль. — М-м, — альфа заинтересовался. — А ты знаешь, что в следующей сцене поцелуй? — Да, ты ведь читал, — коротко кивнул Лео. Конечно, ему неприятно было слышать о поцелуях, которые его альфа, по профессии своей, обязан был исполнять с другими омегами. Но работа есть работа. Он не смел указывать. — Я сыграю с тобой до конца. — Не переживай, — мурлыкал Винсент, — нежные поцелуи и настоящие я дарю только своему мышонку. — Ты должен показать любящий поцелуй, — серьезно заговорил Дюлес, отбрасывая в сторону ревность. — Чтобы на экранах люди видели — ты всем сердцем любишь этого человека. — Тогда вместо нее должен быть ты, — то ли в шутку, то ли серьезно произнес альфа. — Поэтому я готов сыграть с тобой, — улыбнулся вновь Лео, осторожно положив голову на сильное плечо мужчины. — И если тебе так будет легче… уже на съемках, целуя ее, ты можешь вспомнить наш поцелуй. — Ммм, мне будет очень не хватать тебя. Я же помню вкус твоих губ. Напоминание об этом ужасно смущало. И все же Лео не подавал виду, что покраснел. Если только к нему не будут приглядываться. — Так ты согласен сыграть со мной? — Полностью согласен, — не мог больше противиться. К тому же омега действительно хорошо слышит, где альфа немного фальшивит. В этом определенный плюс. Так как первая сцена была полностью завязана на передачи чувств одного героя, они автоматически переключились на другую, где им удалось увидеться, но в последний раз. Главная героиня, по сюжету, умирала на глазах своего возлюбленного, но умоляла не мстить и не горевать по ней. Ведь судьба всегда сталкивает их. Не важно сколько пройдет времени, их души возрождаются и они продолжают помнить друг друга. Устроив место своей «смерти», на софе, Лео прикрыл глаза и устроил левую руку на животе, где, по сюжету, должна была остаться рана от ножа. Альфа склонился перед ним. Взгляд стал выражать боль и дикое страдание, стоило представить, что он на самом деле терял своего возлюбленного. Теперь было, что представлять, и сердце сжалось. А глаза защипало. При смерти Лео он точно бы заревел, как последний мальчишка. — Пожалуйста, — с горечью прошептал, беря свою любовь за руку. — Не оставляй меня снова… Я не смогу пережить этой минуты. Пусть это была игра, но на мгновение Лео представил, что все происходящее правда, и его альфа… очень сильно страдает. В груди защемило. Приоткрыв глаза, он медленно склонил голову и «поймал» взгляд возлюбленного, складывая губы в слабой печальной улыбке. — Так нужно… это наша судьба. Но мы обязательно с тобой встретимся вновь. Всегда встречались. — Почему?.. — плечи альфы дрожали. Он склонился, двумя руками держа омегу за руку и прижимаясь к ней лбом. — Почему мы должны вновь терять друг друга? Когда же это кончится? Когда мы будем просто счастливы вместе? Впервые Лео не мог уловить ложь. Он понимал, что в данный момент играет, и Винсент просто невозможно точно влился в роль, стал тем несчастным мужчиной, который был вынужден раз за разом терять свою возлюбленную… но это игра. Не по-настоящему. А чувства так искренни… На глаза невольно развернулись слезы. — Скоро, — подал тихий, нежный голос, невзирая на «боль», и чуть сильнее сжал ослабевшими пальцами руку возлюбленного. — Мы будем счастливы, обещаю тебе. Но и ты должен пообещать, Ричард. Не пытайся отомстить. Прошу тебя… не бери этот грех на душу. — Я не могу этого обещать, — мотал головой «Ричард», это было выше его сил. Он никогда не сможет простить убийцу. Никогда и ни за что! — Ты должен, — с лёгким нажимом сказал омега, — иначе… мы не сможем увидеться. Мы окажемся… в разных мирах. Ричард, — слезы полились с новой силой, — прошу тебя… прошу, пожалуйста… — Знаю… — альфа был готов завыть от безысходности. — я так хочу быть с тобой… Пожалуйста, не оставляй меня и в этот раз одного… ты мне дороже всего на свете. Тихий стон сорвался с губ. Остались считанные секунды — смерть дышала в спину. — В последний раз, — с тяжёлым дыханием, держась до последнего, Лео заговорил чуть быстрее, умоляюще, — в последний… поцелуй меня. И, не смея отказывать в последней просьбе, мужчина склонился, закрепляя желание быть вместе самым крепким нежным и горьким поцелуем. Это прощание. И в последний миг две слезы, бежавшие по щекам, соединились в одну каплю, упавшую на пол. Умирающая героиня перестала отвечать, ее губы остались безвольны, а последний выдох утонул в поцелуе. Ее сердце перестало биться и пальцы разжались… — Я реально сейчас разревусь, — прошептал Винсент прямо в губы своего омеги. — Все хорошо, я жив, — улыбнулся Лео и открыл глаза, пусть и не видел возлюбленного, а после протянул свободную руку, что все это время зажимала якобы рану на животе, и осторожно стёр влагу с щек альфы. — Ты превосходно сыграл. Настолько, что я не смог услышать ложь в твоих словах. — Потому что я реально переживал, — пояснил альфа и его голос немного хрип. — Не хотел терять тебя. — Ну, я точно не умру, — посчитал нужным уверить возлюбленного своего этим простым фактом, затем приподнялся и осторожно обнял. — Осталось тебе так же идеально сыграть на сцене. — Постараюсь, — дал обещание Винсент. — Ты не разочаруешься, когда услышишь это на экране через две недели. — Я никогда в тебе не разочаруюсь. Этому не бывать. — Все равно я сделаю ради тебя эту сцену идеальной, — пообещал Фантомхайв. — Хочу, чтобы наша сцена не прошла даром. Да. Эта сцена стала их. И будучи на съёмках, шло подготовление к последнему на сегодня эпизоду, самому эмоциональному и сильному. Винсент вспоминал, как проигрывал его с Лео, и вместо своей партнерши представлял на ее месте именно его. Со стороны девушки случались ошибки и иной раз попросту не хватало чувств, приходилось несколько раз переигрывать сцену. В итоге с пятой попытки режиссер остался удовлетворен и отдельно поблагодарил Винсента за хорошо отыгранную часть, а он только устало улыбался. Домой хотелось больше, чем слушать похвалу. Совсем недавно он отправил голосовое сообщение своему омеге, что они отсняли сцену. Но домой ему просто не дали уйти. Остановила Мария. Его неизменная партнерша, являющаяся главной героиней фильма. Коснувшись его руки и тут же отпустив, дабы лишний раз не смущать, мало ли, девушка мило улыбнулась. — Отлично поработали, Винсент. Не сильно устал? — Немного, — ответил односложно альфа, удивленный ее изменениям. Обычно ведь не замечала его. Или нарочно делала вид, не суть важно. Ее интересовала лишь собственная внешность и создание своей жизни в твиттере, для множеств своих фанатов, рьяно следящих за ее жизнью. Королева соц.сети. И по жизни та еще стерва. — Но не настолько, чтобы не составить мне компанию? — полувопросительно, полуутвердительно сказала она, ухмыльнувшись. — Можем поужинать вместе. Поговорить. А то ведь работаем вместе, а так нормально и не общались. — Прости, у меня уже назначена встреча и отменить ее не могу. — «И не желаю», — продолжил свою мысль в голове. — О, как жаль, — сожалеюще протянула девушка. И не ясно, искренне или же наигранно. Не спроста ведь актриса. — Ну, тогда в следующий раз. Уж час для меня ты сможешь отыскать. Бай-бай, — послав воздушный поцелуй, она развернулась на каблучках и ушла. — Не уверен, — сам себе под нос произнес Фантомхайв, направляясь домой. Его ждал Лео.

***

Прослушав голосовое сообщение Винсента, Лео заранее подготовил себя к встрече: убрал легкий беспорядок в комнате, в основном из-за картин, ватманов и красок, но не успел переодеться, так и оставаясь в теплом халате и слегка взъерошенными волосами, как в дверь позвонили. Вечерним гостем мог быть только один человек. Лео прислушался к голосам и понял, что не ошибся. Тетя Андж говорила с прибывшим Винсентом, а после раздались шаги по лестнице. Винсент отправился прямо к нему, в руках держа небольшую прямоугольную коробочку. Решил подарить омеге то, что покажет, какой он может оказаться романтиком. Дверь оказалась не запертой и после двух тихих стуков в дверь, не сдерживая улыбки, Лео дал разрешение зайти. Сидел он в кресле у окна, а по его коленям и рукам ходил туда-сюда Мир. — Здравствуй, Винсент. Давно не общались лично. — Да, — улыбался альфа, — и я ужасно соскучился. Сегодня мы отсняли ту сцену, и я решил сделать тебе подарок. Благодаря моему омеге я смог поразить режиссера. — Ты — умница, — искренне похвалил за старания Лео и поднялся с кресла. Уже немного приученный, Мир перебрался на плечо и остался сидеть там, а омега, в свою очередь, весьма вовремя, стал поправлять слегка торчащую после душа челку и затянул халат потуже. — Что за подарок? — Тебе пойдет, — Винсент подошел ближе — Подбирал недолго, но тщательно. Взяв омегу за руку, он вложил в нее бархатную коробочку. Как и обычно, в таком случае, со стороны Лео пошел тщательный «осмотр». Приятная на ощупь вещь, а после что-то прохладное внутри. — Украшение… — тихо пробормотал себе под нос и стал осторожно вести указательным пальцем линии. Круговые движения с небольшими «вмятинами», где были драгоценные камешки. В целом форма была похоже на сердце, а чуть выше проведя… пошла цепочка. — Это кулон, да? В форме сердца. — Да, чтобы показать, как ты дорог моему сердцу, считай, дарю свое. Винсент перехватил кулон и решил надеть его на шею омеге, осторожно, чтобы не потревожить Мира. Конечно, этот дорогой подарок смотрелся бы куда лучше, будь Лео одет чуть более празднично, а не щеголя в домашнем халате. О чем он успел пробурчать вслух. — Ты и в домашнем очень мил, — тихо шепнул. — Я тебя очень люблю. Чувствительные ушки подверглись атаке. Лео забавно сжался, чуть приподняв плечи и, чтобы Мир не свалился, взял того на руки. Лицо начало гореть. И так всякий раз, когда стыд достигал апогея. — Спасибо… — Через пару недель тебе скажут, смогут ли сделать операцию или нет. И я надеюсь, что все пройдет отлично и ты получишь гарантии. К этому шагу Винсент подходил серьезнее, чем родные или сам Лео. Дядя с тетей, как только узнали о его щедрости, стали буквально боготворить. Они ведь и не надеялись на такое чудо. Да и сам омега, иной раз просыпаясь утром, задумывался, а правда ли то, что происходит? Действительно ли он встретился с самым прекрасным, добродушным и преданным альфой, каких не видел даже зрячим, и не знал в своей жизни, или же все слишком долгий и до боли реалистичный сон? И как же он был счастлив, когда осознавал действительность происходящего. Не сон. Возлюбленный его был и есть рядом. И даже сейчас. Поддавшись своим слишком омежьим чувствам, Лео крепко обнял за шею и долгим поцелуем коснулся правой щеки альфы. — Мой мышонок, — с умилением отозвался тот, с трудом сдерживая желание взять на руки и покрутить вокруг оси. Для Лео и Мира это будет сильный удар, поэтому, не стоило. — Какие у тебя планы на завтра? Не хочешь погулять? Нам дали выходной и мне хочется быть рядом с тобой. — Хочешь погулять именно в нашем районе? Или куда дальше? Как бы нас не увидели кто из твоих фанатов или, того хуже, в прессу не попали. Ты ведь хотел скрыть наши отношения. — Я предлагаю на пикник, погода позволяет. Сестра недавно приглашала к ним на барбекю. Я как-то упоминал, что решил остепениться. Она бы не прочь познакомиться с тобой. — С твоими родными? Буду рад, — мягко улыбнулся Лео. И совсем не против был узнать семью возлюбленного получше. Как и упоминалось ранее, он желал все о нем знать. Это касалось и родных. — Тогда завтра на барбекю? — альфа прямо светился довольством. Он с удовольствием познакомит сестру со своим омегой. Да, Френсис грубовата, но точно не причинит вреда Лео. Она не такая вредина. — Да, конечно. Но во сколько? — Я заеду. В два часа мы должны быть там, — прикинул Винсент на пальцах. — Думаю, что в двенадцать будет в самый раз, а то ехать на другой конец Лондона. — Хорошо. Тогда к половине двенадцатого я должен быть при параде, — пересадив Мира вновь на плечо, Лео взял своего альфу за руки и повел в сторону своей постели. — Наверняка ведь сильно устал. Полежи на кровати, а я сделаю нам какао. Винсент не был против прилечь и будет забавно, если он заснет. — Только оденься не парадно, а как тебе комфортно. Френсис любит натуральное. — Хорошо, обещаю не выделятся. Хотя к этому вопросу тебе лучше подойти к дяде, он уж точно может одеть меня, как дорогую куклу. — Твой дядя уже сталкивался с Френсис. Она заезжала на площадку недавно, передавала домашние пирожки, — Винсент развалился на постели, закидывая руки за голову. — Ах да, я помню, — тихо ответил Лео, прикладывая указательный палец к подбородку. — Да, он говорил, что это твоя сестра постряпала. Они были вкусными. — А Алексис невероятно готовит мясо. Ты с руками съешь его колбаски! — Поверю тебе на слово. Вернув Мира обратно в клетку, где он сразу решил заняться спортом и немного покрутить колесо, Лео понял это по характерному звуку, с легкой улыбкой направился к выходу. — Не засни только. Мы выпьем какао, а после я побуду для тебя мягкой игрушкой. — Не обещаю! — донеслось вслед омеге. Альфа все-таки сильно устал, а подушка до невозможности мягкая. Еще бы и одеяло.... идеальное сочетание. В итоге когда Лео вернулся, а на все про все ушло примерно десять минут, его трудяга альфа уже спал. Поставив поднос на стол, он осторожно подошел ближе к постели и присел на край. — Ты был молодцом сегодня, — зашептал, мягко перебирая волосы спящего. — Я тобой горжусь, любимый. Произнеся первое в своей жизни ласкательное по отношению к альфе, Лео немного наклонился вперед и поцеловал в лоб. Винсент что-то пробормотал во сне, а после улыбнулся, и смотрелся очень мило.