Маленький монстр

В день родов Себастьян был рядом и самостоятельно контролировал процесс. Рожавший очень сильно кричал и нецензурно выражался, ребенок в буквальном смысле разрывал его на части. Длились эти муки на протяжении нескольких часов. Сиэль вымотался очень и очень сильно. Даже для демона он выглядел довольно жалко после процесса. А когда и вовсе услышал крик ребенка, провалился на какое-то время в небытие. Силы оказались практически на нуле, как у смертного, в физическом плане. При следующем пробуждении он стал слышать голоса. Первый узнал бы из тысячи, это был Себастьян, а вот второй… детский и такой… знакомый. Его он уже слышал. — Проснулся, — повторил неизвестный ребенок. Матрас под легким тельцем прогнулся. Распахнув глаза, Сиэль увидел, как над ним склонилась его маленькая копия. Ребенок был похож на него в возрасте пяти лет. Лишь цвет глаз и форма носа достались от Себастьяна. — Папа, — радостно улыбнулся ребенок. — Здравствуй, папа. От шока Сиэль и слова вымолвить не мог, а уж пошевелиться и подавно. «Сколько же я пробыл в отключке?.. И почему у дитя столько радости в голосе?» — Фантомхайв не понимал. А вот Себастьян словно мысли прочитал. Сел на другую сторону и, убрав лезшую челку в глаза, стал рассказывать: — После родов ты проспал три дня. Наш Дариэль за это время успел сильно подрасти. Все благодаря силе, что он забирал, будучи маленьким эмбрионом, растущим в тебе. Так что, — с улыбкой пожал плечами, — поздоровайся с сыном. Как только он научился разговаривать и самостоятельно передвигаться, не отходил от тебя ни на шаг. Подпитывал своими силами через прикосновения. Это его особенность. Сиэль слушал, что ему говорят и не понимал: «Зачем Дариэль все это делал? Хотел, чтобы я быстрее очнулся и ушел?» Вполне логичное, хотя и грустное предположение. Но что еще думать, когда у них не сложились отношения еще будучи в том самом состоянии эмбриона?.. Будучи к ребенку лицом к лицу, Сиэль ощутил сильную растерянность. Он проснулся, думал увидеть сына младенцем и усвистать, куда глаза глядят, а сейчас видит того повзрослевшим. Дикость какая-то! Из-за негативных мыслей Сиэль пропустил оставшееся объяснение Себастьяна. Он вообще смотрел в одну точку перед собой, погрузившись в пессимистичные думы. В себя привели прикосновения. Маленькие ладошки коснулись его лица, вызвав шквал удивления, а после малыш прикоснулся своим лбом к его. Через этот контакт Сиэль чувствовал, словно в него вливают силу, а весь скопившийся негатив, напротив, уходит. — Поговори со мной, папа. Я хочу услышать твой голос. Хочу, чтобы ты посмотрел на меня. Не отталкивай меня, папа. — Да…риэль… Впервые парень назвал сына по имени. За всю историю беременности этого не случалось ни разу. И глаза ребенка, такие похожие по цвету на глаза возлюбленного, загорелись радостью. — Это я, папа. Прости, что так мучил тебя. Смотря в знакомые, невозможно родные, омуты глаз, Сиэль понимал, что они его манят. Манят так же, как глаза своего демона. «Это такая особенность цвета? Или что?..» — Сиэль не знал ответа, так же, как и не знал, как себя повести перед сыном. — Не напирай, Дариэль, — вмешался Себастьян, погладив сына по голове. — У папы сильный шок, ему нужно переварить все то, что навалилось. Иди пока в комнату, поиграй. — Хорошо, — послушно кивнул ребенок, а после отстранился от родителей и покинул спальню. — Что это было? — вслух произнес Сиэль. Не ясно лишь у кого он спрашивал. У себя или Себастьяна. — Это был наш сын. — Н-но… И сдулся. Большего произнести не мог. Не находилось слов, абсолютно никаких. В голове рой пчел шумел. Видя это, Себастьян решил устроиться рядом и наконец обнять. Так, как давно не делал. Кажется, что целую вечность. Почувствовав объятия возлюбленного, Сиэль инстинктивно прижался к нему, обнимая в ответ. Он соврет если скажет, что не скучал по ласке своего демона. Ещё как, Люцифер его раздери, скучал! За полгода слишком много между ними случилось склок. Сейчас же все словно вернулось на круги своя. Будто и не было принятия решения завести ребенка, не было пережитых мучений, не было маленького ребенка, которого он увидел после пробуждения… — У нас появился сын, Сиэль, — тихо заговорил Себастьян, усиливая объятья, — и ты должен принять этот факт. Как и то, что он любит нас. Не только меня, но и тебя. — Слишком неожиданно у него появилась любовь ко мне, — глухо прошептал Сиэль, немного сжав рубашку старшего демона в своих ладонях. Так быстрее приходило осознание, что он все-таки не спит. — Пусть он и порождение тьмы, но все равно остается ребенком. И ему нужна связь обоих родителей. Все то время он не получал от тебя ни капли тепла. Я ведь уже говорил ранее, он все слышит, и все чувствует. Помнишь тот день, когда я рассказал о связи между тобой и им? Он хотел, чтобы ты его услышал. Но ты не захотел. И этим причинил ему боль. Однако теперь, когда он появился на свет и научился говорить, первое, что сказал мне: «Я сделаю все, что угодно, только бы папа простил меня и принял. Я не хочу, чтобы установленная между нами связь порвалась. Не хочу, чтобы он ненавидел меня». — Связь? — Сиэль переваривал свалившуюся не него информацию. Как все странно звучало. — Не было между нами как таковой связи, — говорил тихо, слово сам не был уверен в своих словах, ибо многого не понимал. — У него с тобой была связь. Я же его только подпитывал. — Опять двадцать пять, — устало вздохнул Себастьян, прикрыв глаза. — Есть у него с тобой связь. И была. Возможно, я тебя сейчас удивлю, но куда крепче, чем со мной, ведь ты был носителем. Он был частью тебя. А я лишь поверхностная поддержка. — Но у тебя с ним она совсем иная! В глазах как-то странно начало щипать, поэтому парень и поспешил спрятать лицо в груди бывшего слуги.  — Связь передачи энергии и моральная связь — разные вещи. С тобой он общался, а со мной лишь один раз, по твоим словам, изъявил желание. И то с твоей помощью. — Он боялся, — в голосе старшего демона проскользнула странная, несвойственная ему, печаль. — Ты столько раз его отталкивал. Он боялся и в тоже время желал установить с тобой контакт. Я пытался его уговорить. И в тот день… Объяснение прервало неожиданное всхлипывание. Для них обоих это стало неожиданностью. Демоны не могут плакать. А тут такое… — Сиэль?.. — удивленно выдохнул Себастьян, слегка отстраняясь, а как только поднял голову демоненка, столкнулся с синевой глаз, что были влажные от слез. Он редко видел слезы Сиэля. Все случаи были связаны с человеческим прошлым, когда молодой граф подрывался после диких кошмарных снов. Это было их маленьким секретом. Однажды дело дошло до угроз. Фантомхайв обещал дикую расправу, если кто-то узнает об этих слезах. — Эй, — впервые растерялся Михаэлис, осторожно вытирая большими пальцами мокрые дорожки, — ты что плачешь? И… как? — Не знаю, — Сиэль отпихнул руки демона и вновь спрятал лицо у того на груди. — Не смотри! — Это из-за Дариэля? — Угу, — немного заикаясь, отозвался Сиэль. И ведь правда… он на самом деле плакал из-за Дариэля. Возможно, сын и правда пытался наладить с ним отношения, а Сиэль, намучавшись, никого не хотел понимать и принимать?.. — Позвать его? — уже спокойнее, отойдя от шока, добавив ласки в голос, спросил Себастьян. — Не надо. Не хочу, чтобы мои слабости кто-то видел. — Но ведь я вижу. А Дариэль не «кто-то». Он не станет тебя осуждать или считать слабым из-за того, что ты плачешь. — Ты не в счет, — вновь заворчал Сиэль. — Ты и раньше их видел. Главной сути не услышал, а значит докапываться бесполезно. Себастьян не стал больше лезть и просто позволил своему демоненку, наконец, расслабиться, успокоиться и подумать. Не прошло и пятнадцати минут, как Сиэль вновь задремал. Себастьян вышел из спальни и ушел к ребенку. Пусть он рос стремительно быстро, но по сути шел лишь третий день после его рождения, он ничего не знал о мире, не знал толком, кто он сам, не знал людей и других тварей, которые существуют на земле. И Себастьян был тем, кто помогал познать мир. Заботился и оберегал, как любое другое живое существо оберегает свое потомство. Не важно, демон ли, человек, он все равно будет заботиться и помогать. Возможно, вскоре и второй родитель присоединится. Сильнее Себастьяна будет оберегать Дариэля. А пока Сиэлю нужно время, что тянулось до самого утра следующего дня. Проснулся бывший граф в относительно хорошем состоянии. Возлюбленный находился рядом, что прибавило дополнительную капельку к положительным эмоциям. После приветственного поцелуя, наполненного сдержанной страстью, тот отстранился и сказал, что пойдет проведает сына, пока он сам не засунул свой любопытный нос в их спальню. Сиэль отпустил, а сам устроился на животе, как давно не мог позволить себе полежать. Рука оказалась под подушкой, нащупав то, что сделал еще в день принятия решения завести ребенка. Небольшой кулончик из зубов вампира. Когда-то ведь Сиэль хотел его подарить сыну. А что произошло потом?.. Тихий вздох сорвался с губ. Он хотел ребенка, хотел от своего возлюбленного и поэтому пошел на решение завести его. Тем временем его семья (теперь они стали ей, с появлением сына) находилась вместе, на первом этаже. Себастьян помаленьку учил сына, знакомил, первым делом, с тем кто есть люди, кто они, демоны, и другие существа. Следом установленные принципы и проживание в мире, в котором люди не знают о них. А если и так, то считают не более, чем выдумкой. Четвертый день жизни вновь изменил Дариэля. Он немного прибавил в росте. — Как там папа? — спросил после трех часов учения. — Проснулся давно, только вот не выходит, — правду сказал Себастьян, позволив слезть со своих колен. — Я могу к нему зайти? — Можешь, вот только… — Я уйду, если почувствую, что он не готов со мной говорить, — прервал родителя мальчик, сжав ручки в кулаки и потупив взгляд. — Он… мне нужен. — Понимаю, — кивнул старший демон. — Тогда попробуй. Получив разрешение, Дариэль бегом отправился в спальню, где все еще находился первый родитель. Сиэль лежал на постели, смотря в окно. Внутри боролись два противоречия. Не мог же он долго бегать от своей семьи. Но вот… самому сложно переступить через себя и свою гордость. «Может, Дариэлю я и правда нужен?.. Но как понять об истинных намерениях маленького демона?» — Папа? Сиэль вздрогнул, но голову повернул. — Привет, — негромко произнес. Получив ответ, мальчик тут же воспрянул духом. До того выглядел он настороженным, готовым в любую секунду сбежать, если ощутит нежелание родителя его слышать, не то, что видеть. Раскрыв пошире дверь, он осторожно вошел в спальню. «И все же… какое поразительное сходство. Словно смотришь на себя в далеком прошлом», — не переставал удивляться Сиэль. И только глаза, красно-карего оттенка, возвращали все на места. — Иди сюда. Сиэль видел, что Дариэль осторожничает. В конце концов он должен оказаться мудрее, отложив проблемы в стороны. Не перекидывать все на плечи ребенка, которому… поверить сложно, но лишь четвертый день! А выглядит он… на пять лет. С последней встречи и вовсе стал выше. «Что же будет через месяц? Его нельзя будет отличить от меня?..» Дариэль довольно быстро оказался рядом и забрался на постель. Поразило то, как преданно он смотрел на родителя. Вздохнув, парень протянул руку, чтобы впервые прикоснуться к своему ребенку. — Прости меня. Пора было принимать во внимание, что они семья. А маленький замотал головой, словно не веря в то, что услышал. В следующую же секунду он сократил последнее между ними расстояние, буквально влетая в родные объятья. — Нет, папа, ты не виноват. Ты ни в чем не виноват. Это все я. Моя вина. Я причинял тебе одни лишь неудобства. Делал больно. На протяжении полугода ты страдал только из-за меня. А я… не мог это контролировать. Мне нужна была твоя сила и твоя энергия. Прости меня, прости… Я обещаю, что все верну тебе. Я буду делиться с тобой и силой, и теплом. Я тебя люблю, папа. Ты только не ненавидь меня, пожалуйста… — Нет, — прошептал Сиэль, обнимая Дариэля. — Ты же не знал. Я раздражался, потому что действительно было больно, а от моих слабых просьб ты не успокаивался. Но успокаивался от рук отца. Меня это сильно угнетало, и я стал кричать. Энергия не так важна, я вполне знал, как ее восполнить. — Это на уровне инстинктов, — прикрыв глаза и уткнувшись куда-то в грудь родителя, стал приглушенно говорить ребенок, — от отца не исходило негатива, он давал мне тепло и желал моего появления, а от тебя… папа, я тебя все равно люблю!.. Но ты… не хотел меня. Ты жалел, что я рос в тебе… — Это не правда. Я хотел твоего рождения. Сам согласился на это, — демон отстранил немного сына, — даже сделал это для тебя, когда только принимал решение на согласие. Сиэль вытащил из-под подушки тот самый кулон. Видя подарок перед собой, сделанный своими руками… руками того, кого Дариэль безмерно любил, он протянул свои маленькие ручки и забрал протянутую вещицу. — Это мне?.. — Да. Правда я не знал, понравится ли тебе. Подарок не предполагал в себе никаких замочков. По желанию мальчик мог просто одеть кулон через голову, что и сделал. А после стал вблизи рассматривать хорошую качественную работу. От охватившей радости ему хотелось засмеяться, а после крепко-крепко обнять. Что он и сделал, проведя детальный осмотр. Кинулся родителю на шею. — Спасибо, папа! Он очень красивый! — Прости меня, малыш, — Сиэль прижал мальчика к себе. — Я сожалею, что не дал тебе нужной заботы. — Еще не поздно. Пусть я расту очень быстро, отец сказал мне, что это из-за того, что я забрал у тебя слишком много сил, но мне по прежнему четыре дня. Но мы живем долгую и насыщенную жизнь. Еще ведь… все впереди, да? Ребенок поражал не только тем, что рос быстро, но и тем, в каком ускоренном режиме развивалось его мышление, как быстро он учился толкать взрослые речи, наполненные смыслом. И все же… его вопрос прозвучал по-детски и наивно. — Конечно, — позволил себе улыбку, — у нас с тобой все еще впереди. Сиэль был рад, что они пришли к пониманию и примирению. С плеч огромные валуны свалились. — Я люблю тебя, малыш. Последние слова о любви затронули маленькое сердечко. И как простой ребенок, которому не чужды эмоции, он заплакал. Сначала тихо, а через пару секунд, находясь в объятьях родителя, со всхлипыванием и негромким завыванием. От облегчения и радости. — Не плачь, — мягко попросил Сиэль и поцеловал своего ребенка в макушку. — Я буду рядом с тобой. Обещаю. Только не плачь, маленький мой. Себастьян появился на пороге спальни, как только услышал подозрительные звуки, похожие на плач. Рожденные демоны плачут лишь в первые секунды своей жизни, показывая миру себя. В дальнейшем же… Нет. Все это его демонята. Два маленьких драгоценных черных камушка, которым не чужды слишком сильные эмоции, что больше присущи человеку. Он молча наблюдал за воссоединением, а на губах появлялась улыбка. Начало новой жизни далось превосходно. Теперь он вместе с Сиэлем вырастит достойного демона, который, несомненно, достигнет величия. И да будет так. Конец.