Их-то трое, я - один!

POV Егора На место я прибыл примерно через два часа. Вход в клуб оказался со двора, поэтому я потратил еще с десяток минут, стараясь его найти. Наконец, я все-таки вошел в "Селл". К моему удивлению, клуб оказался довольно нормальным, потому что, признаться, я ожидал чего-то пошлого, в духе Норманна. Однако клуб был просто большим подвалом с просторным танцполом, барной стойкой у противоположной стены и столиками, окруженными мягкими на вид кожаными диванами. Каждый стол был отгорожен невысокими перегородками, что добавляло уюта этому месту. Музыка грохотала, давя на барабанные перепонки и на мозг, вспышки света слепили, а нос атаковали запахи приторно-сладких духов, курева и спиртного. В общем, самый обычный клуб. Норманна я нашел за одним из столиков в компании трех мужчин и двух девушек. Когда мужчина увидел меня, его глаза нехорошо заблестели, взгляд прошелся по моему телу, он разулыбался и, велев одному из своих друзей подвинуться, усадил меня рядом с собой. Благо, хоть лапать не стал, а то я был готов при малейшем поползновении в мою сторону убежать. Вскоре передо мной поставили бокал с каким-то ярко-оранжевым коктейлем, и все подняли тост за Норманна. Мне не оставалось ничего, кроме как присоединиться к ним. Пара поздравлений - и бокалы у всех опустели. Одна из девушек со своим молодым человеком вызвалась пойти сделать еще заказ, а я в это время попытался поговорить с братом Яна о работе, но вторая девушка утащила его танцевать. Мне ничего не оставалось, кроме как ждать. Через какое-то время Норманн попытался и меня вытащить на танцпол, но я достаточно успешно упирался, и он вместо этого предложил еще выпить. Пили опять-таки за его здоровье, благополучие, и за что там еще принято пить на дне рождения. В тот момент я ненавидел свое воспитание, которое не позволяло мне сидеть с кислой миной и действовать Норманну на нервы до тех пор, пока он не поговорил бы со мной о работе. Пришлось присоединиться к тосту и снова приложиться к спиртному. Когда же я снова попробовал завести разговор о делах, мужчина быстро ушел в туалет, оставляя меня тихо скрипеть зубами. Мое настроение не улучшал и тот факт, что я чувствовал, что почему-то начинаю пьянеть. Обычно от одного-двух коктейлей мне ничего не бывает, максимум повышается настроение, но я чувствовал, как в голове уже начинает шуметь, и стал замечать, что мои движения стали менее скоординированы. Происходящее вокруг стало постепенно ускользать от сознания. Черт, что такого они намешали в эти коктейли, что меня так плющит?! Когда Норманн вернулся, я не заметил, зато превосходно почувствовал его прикосновение к моей щеке. Прикосновение было до невозможности горячим, настолько, что кожа в принципе не может быть такой жаркой, и тем не менее, она была. Я вздрогнул и хотел было отстраниться, но вдруг понял, что с трудом контролирую свое тело. Руки и ноги были словно ватными, а от поглаживаний пальцев Норманна по телу проходили волны жара, заставляя буквально трепетать. Тем не менее, я все прекрасно осознавал, наблюдая словно бы со стороны за происходящим. Когда мужчина понял, что я не сопротивляюсь, он довольно ухмыльнулся и наклонился ко мне, собираясь поцеловать. Кое-как я сумел отвернуться, хотя вместо того, чтобы еще и оттолкнуть его, только мазнул ладонью по его груди. Норманна не смутило то, что я ушел от поцелуя: он коснулся губами моей шеи, посылая по всему телу наслаждение и одновременно заставляя мое сознание мучиться от неправильности и мерзости происходящего. Губы сменялись языком и зубами, и я словно со стороны слышал собственное сбившееся дыхание и слабые стоны. Мужчина легко пресекал слабые попытки оттолкнуть его, каждая из которых давалась мне невероятным усилием воли. Он уже начал расстегивать мою рубашку, когда его друзья все-таки соизволили обратить внимание на происходящее. - Норманн, ты не хочешь со своим мальчиком уединиться? А то, боюсь, что если ты его разложишь прямо тут, охрана нас в это великолепное заведение больше не пустит, - насмешливо произнес один из мужчин. - Ты прав... - я увидел глаза Норманна, в которых читалось только одно - похоть и желание. К ощущению грязи и мерзости происходящего прибавился неконтролируемый страх, а в противовес этому, стоило мужчине погладить мое бедро, как с губ сорвался судорожный полувздох-полустон. - Я возьму твою машину, заберешь потом со стоянки моего дома, - сообщил он тем временем приятелю и, забрав ключи, легко поднял меня на руки, не забывая при этом мять и поглаживать мои ягодицы. - Хорошо провести время! - смеясь, пожелала одна из девушек. - О, не сомневайся, мне будет просто волшебно, - ухмыльнулся Норманн. Поездка до его дома слилась для меня в круговерть дороги, машин и домов, остро приправленную страхом, осознанием беспомощности и постыдным жаром, не желающим покидать тело. Слабые попытки сопротивляться, когда Норманн уже нес меня к подъезду, ни к чему не привели: я не то что пошевелиться почти не мог, я даже не мог достаточно напрячь связки, чтобы закричать! Полутемный лифт, где я снова как-то умудрился избежать столь противного мне поцелуя, затем - прихожая, небольшой коридор и просторная комната с диваном по центру, видимо, гостиная. Больше я ничего не успел осознать, потому что Норманн набросился на меня с удвоенным энтузиазмом. Мужчина быстро снял с меня одежду и разделся сам, при этом не прекращая ласкать мое тело, чередуя поцелуи с болезненными укусами, а поглаживания - с щипками и шлепками. Кажется, я просил его остановиться, но это мог быть и только мысленный крик. Как мантру я твердил "нет-нет-нет!", но, разумеется, Норманна это не отвлекало, а, кажется, заводило только больше. В какой-то момент он склонился к моему лицу, и я понял, что у меня не осталось сил даже на то, чтобы отвернуться. Я зажмурился, чтобы хотя бы не видеть превосходства и похоти в глазах мужчины, и в тот же момент по зажмуренным векам резанул включившийся в помещении свет. POV Яна В последнее время я буквально не находил себе места. Вроде бы ничего не случилось, и в тот единственный за полторы недели раз (единственный на фоне ежедневных встреч!), когда мы виделись с Егором, он как всегда был мил и приветлив, разве что слишком задумчив. И все-таки я прекрасно видел, что что-то у моего любимого парня случилось. Когда я спросил его об этом, он лишь отмахнулся, но явно погрустнел. Разумеется, я не имел никакого права вмешиваться в его жизнь, да и требовать от него ответа не мог - ведь официально мы даже не встречаемся, да и Егор так и не сказал, нравлюсь я ему хоть немного, или нет... И все же, я не мог оставаться в стороне. Ежедневно изводя себя мыслями о том, что могло произойти, я все-таки додумался (и года не прошло!) позвонить подруге моего розововолосого котенка, благо, я когда-то сохранил ее номер телефона. Все оказалось и плачевно, и смешно одновременно. Егору нужны были деньги, а, значит, работа, и это притом, что, по его собственным словам, его отец - очень богатый человек. Ну, ладно, не хотел брать у родителя - так обратился бы ко мне! Впрочем, тут все снова упирается в тот факт, что, видимо, я Егору все же никто... В конце концов, я нашел, по моему мнению, единственно правильный выход - помочь парню найти работу, чем и занялся. И вот, потратив почти неделю, я подыскал неплохую подработку у своего товарища на фирме. Оставалось только сообщить об этом Егору и убедить его не злиться на меня за то, что лезу не в свое (хотя, по-моему, очень даже мое!) дело. С чувством выполненного долга, я собрался и поехал домой. На стоянке возле дома мое место было занято уже знакомой машиной одного из приятелей Норманна. Значит, брат дома и, скорей всего, с компанией. Это не радовало, особенно в свете того, что с нашей встречи в ресторанчике, куда я впервые приводил Егора, Норманн взял в привычку интересоваться у меня, не успел ли я еще переспать с парнем и каков он в постели. Это неизменно бесило меня, и пару раз я даже чуть было не ударил брата... Спасало только то, что квартира у нас двухэтажная (я занимаю как раз второй этаж), и я мог видеть его всего дважды - когда приходил домой и уходил на работу. Значит, сейчас предстояло, по возможности не привлекая к себе внимание наверняка подвыпившей компании, пробраться к себе наверх. Как ни странно, войдя в квартиру, я не услышал ни громкой музыки, ни пьяного смеха. Вообще было подозрительно тихо и темно. Пройдя в гостиную, я включил свет, чтобы ни обо что не споткнуться по дороге к лестнице на второй этаж, и замер. На диване были два обнаженных тела. В верхнем я без труда узнал Норманна, склонившегося над, судя по всему, молодым парнем. Брат загораживал его почти полностью, и разглядеть, кто это, не представлялось возможным. Впрочем, меня и не особо интересовало очередное увлечение Норманна. Странно только, что парень не поднял визг, когда я включил свет, но мало ли... - Хоть бы до спальни дошли, - недовольно произнес я, уже направляясь мимо них к лестнице, когда вдруг краем глаза заметил что-то светло-розовое на подлокотнике дивана. Такой цвет мог быть только у... Как я умудрился отшвырнуть более крупного Норманна чуть ли не на другой конец гостиной, я не знаю. Знаю только, что пришел в такое бешенство, что, готов был не просто побить брата, а на полном серьезе убить его. На диване действительно лежал Егор. Обнаженный, раскрасневшийся, со следами укусов по всему телу, при этом с крепко зажмуренными глазами и мелко дрожащий. Кажется, я зарычал. - Ах ты, сука! Я тебя... - я уже сделал пару шагов к удивленно моргающему (еще бы, ведь я всегда раньше был слабее его) Норманну, собираясь как минимум избить подонка, когда с дивана раздалось еле слышное: - Ян?.. Брат мигом вылетел у меня из головы, стоило мне обернуться и посмотреть в ярко-голубые, сейчас расфокусированные и наполненные слезами глаза Егора. - Я здесь, - тихо шепнул я, подхватывая парня на руки и отмечая, что он весь горит. - Все хорошо, я тебя никому не дам в обиду. - Ян... - юноша медленно приподнял руку и еле ощутимо сжал мои пальцы, держащие его за плечо, после чего повернул голову, уткнувшись лицом мне в грудь, и тихо всхлипнул. Как можно быстрее, при этом стараясь не потревожить дрожащего у меня на руках парня, я поднялся на свой этаж и уложил его на кровать. Хотел укрыть одеялом, но парень не позволил, прошептав, что ему жарко. Он действительно горел, а еще до меня вдруг дошло, что, несмотря на слезы и явное нежелание быть с Норманном, Егор был возбужден... - Что ты ему вколол?! - рявкнул я, влетев в гостиную и с разбега заехав кулаком в челюсть брату. Тот, только что поднявшийся с пола, куда я его недавно швырнул, снова упал. - Блядь... - сплюнул он. - Если ты мне сломаешь челюсть, братик, то не узнаешь, каков твой сладкий мальчик в постели... Не удержавшись, я ударил его ногой в голень. Как врач знаю, что это крайне болезненно. Норманн вскрикнул и схватился за ногу, шипя проклятия. - Повторяю: Что. Ты. Ему. Вколол?! - присев перед ним на корточки, прошипел я. - Ничего, - и почему я никогда раньше не замечал, что ухмылка брата может быть такой мерзкой. - Ничего я ему не вкалывал... - Напоил, не важно! Что?! - рявкнул я. - Какие-то наркотики и афродизиак, чтоб поотзывчивей был... - все с той же бешеной улыбкой, ответил Норманн. - Какие?! И ты что, их смешивал?! - Не знаю, - рассмеялся он. - Мне друзья порекомендовали. И, правда, мальчик стал таким безотказным... - я с трудом удержался, чтобы не ударить его еще раз. Вместо этого буквально бегом бросился на кухню, взял стакан воды и несколько таблеток угля. Так или иначе, наркотики - та же отрава, только еще более опасная, и надо как-то помочь организму с ней справиться, а, раз Норманн не в курсе, что именно Егору подмешал, придется действовать вслепую, а потому еще более аккуратно... Вернувшись к себе в комнату, где я оставил парня, я застыл на пороге. То, что я увидел, заставило мое сердце биться с невероятной скоростью, а тело совершенно однозначно отреагировать. Егор, видимо почувствовав, что в безопасности, разметался на кровати. Его ноги были широко раздвинуты, пальцы мяли простынь, он то и дело чуть прогибался в пояснице и, часто дыша, негромко постанывал. Услышав, что я вошел, он открыл глаза и прошептал: - Ян... пожалуйста... я... не могу больше... хочу... Твою мать. А я-то как хочу! Вот только я хочу, чтобы мой котенок осознавал, что происходит, и чтобы не афродизиак, а его собственное тело диктовало ему реакции на мои прикосновения. Кто бы знал, сколько усилий мне стоило аккуратно накрыть его одеялом и затем, приподняв его голову, заставить проглотить таблетки угля и запить их водой! Егор, кажется, с трудом мог двигаться, но все равно умудрялся тянуться ко мне. Когда я уже хотел встать и уйти от него, парень успел поймать меня за руку. - Останься... - услышал я. - Хорошо, - нехотя (все-таки, я не железный!) согласился я. - Дай только переоденусь... Стараясь не смотреть на постель, где одеяло с Егора опять сбилось, обнажая большую часть невероятно соблазнительного и желанного тела, я быстро разделся и вернулся к кровати, где под подушкой была моя пижама. Не тут-то было... Егор снова взял меня за руку и легко потянул, заставляя меня наклониться к нему. - Ты не... хочешь?.. - спросил он меня, чуть не плача. - Пожалуйста... - и его руки оказались у меня на плечах. - О боже, Егор, - простонал я одновременно от отчаянного желания и осознания, что ни в коем случае нельзя поддаваться своему желанию. - Ты сам будешь жалеть, если мы... - Пожалуйста... - то, как он шептал это слово, буквально сводило меня с ума. Не знаю, как я смог удержаться, но я заставил себя просто лечь рядом с любимым парнем, положив между нами одеяло, чтобы не чувствовать соприкосновение кожи и не возбуждаться еще сильнее, и только целовал его лицо и руки, мысленно борясь с желанием послать все к чертям и подчиниться инстинктам. Наконец, Егор забылся беспокойным сном, и я смог встать и сходить в душ - снять напряжение. Когда я снова вошел в спальню, парень тихо посапывал, лежа на боку и подтянув колени к груди. Разумеется, у меня была мысль, что надо бы просто укрыть его одеялом, а самому пойти спать в другую комнату, но я не смог заставить себя уйти. Вместо этого я лег, прижавшись к спине Егора и обняв его, и вскоре тоже уснул. POV Егора Проснулся от непередаваемого ощущения комфорта. Никогда еще мне не было так удобно в постели! Обычно я либо сползаю головой с подушки, и от этого затекает шея, либо сбрасываю одеяло и становится холодно, либо вообще ложусь как-нибудь так, что на утро все тело болит. Но нет, в этот раз мне было тепло, в меру мягко и вообще очень уютно. Не желая просыпаться, тем более что была суббота, я лениво переплел пальцы с обнимающей меня рукой... стоп! Рукой? Обнимающей меня?! И в этот момент я все вспомнил. И как Норманн меня напоил чем-то на своем дне рождения, и как чуть было не изнасиловал, и как очень вовремя появился Ян, и как уже я его буквально умолял меня трахнуть... От стыда я тихонечко застонал, и от этого звука мой организм словно проснулся. Голова буквально взорвалась от сильнейшей боли, перед глазами заплясали цветные круги, а живот скрутило спазмом. В этот раз мой стон был уже не от психического дискомфорта, а от сугубо физического. Никогда бы не подумал, что может быть настолько плохо! С трудом я чуть отполз от обнимающего меня во сне Яна, перевернулся на спину и глубоко вздохнул. Тошнило нещадно, а сил на то, чтобы встать, и найти санузел в незнакомой квартире не было. Благо, своими телодвижениями я разбудил доктора, и уже через пару секунд он склонился надо мной, обеспокоенно спрашивая: - Егор? Ты как? Что болит? - Тошнит... - с трудом пробормотал я. Это волновало больше всего. - Сейчас, - быстро кивнул Ян и вышел из комнаты. Вскоре он вернулся со стаканом воды и какими-то таблетками. Стоило мне осознать, что придется все это проглотить, как стало еще хуже. - Егор, тебе станет легче, надо это выпить... - стоило мне отвернуться от протянутого стакана, произнес доктор. - Давай, поверь мне... Кое-как, с большим трудом и с помощью Яна я сел, опираясь плечами о его руку, и все-таки принял лекарства. Думал - стошнит, но оказалось ничего, даже не стало хуже. Я снова рухнул навзничь и прикрыл глаза, надеясь, что вскоре мне полегчает, и тут же почувствовал прохладное прикосновение ко лбу. Приоткрыл один глаз - Ян, гладит меня по челке. С трудом сложив губы в подобие улыбки, я расслабился. К моему удивлению, мне уже становилось ощутимо легче, а от присутствия моего доктора было лучше вдвойне. Наконец, я достаточно оклемался (покалывание в висках и тяжесть в затылке не в счет), чтобы снова открыть глаза и приподняться на локтях. - Эм... спасибо? - неуверенно протянул я, глядя на нежно улыбающегося Яна. - Не за что, - покачал он головой. - Я должен извиниться за... - О, нет, - при воспоминании о вчерашнем я невольно вспыхнул. Если о действиях Норманна я старался не думать, то при одной мысли о том, что я сам вытворял перед Яном, мне становилось стыдно. - Это я должен извиниться... я вел себя... ммм... - Егор, - пальцы Яна неожиданно оказались на моем подбородке, аккуратно, но настойчиво поворачивая мою голову к нему и заставляя смотреть в глаза, - я прекрасно понимаю, что вчера ты был под действием наркотиков. Если бы не это, поверь, твое поведение было бы для меня лучшим подарком. - Извращенец, - буркнул я. - Но спасибо, что ты вчера не... - Не за что, - он понял, что я хотел поблагодарить его за то, что он не воспользовался ситуацией, и улыбнулся. - Если тебе лучше, пойдем, тебе надо поесть, чтобы окончательно нейтрализовать действие той гадости, что в тебя влил Норманн... Ян дал мне халат, проводил до ванной, а потом я сам нашел кухню, по аромату яичницы. Когда мы уже пили чай, доктор наконец решился снова завести разговор о том, что произошло. Нехотя, я все же рассказал ему обо всем. Признаться, я не ожидал, что реакция будет настолько бурная! Во-первых, меня обругали как маленького за то, что я не поделился денежной проблемой с ним, и что Яну пришлось выпытывать все у Синди (кстати, та еще предательница оказалась, хотя мне и было приятно, что Ян интересовался мной и моими проблемами). Во-вторых, меня опять-таки обругали за то, что поехал в клуб, потом - за то, что пил, ну, а затем... Затем было очень много нелицеприятных эпитетов в адрес Норманна, а также угроз прибить его. Видя, как я помрачнел, при упоминании о его старшем брате, Ян поспешил сменить тему. Оказалось, что он подыскал мне возможную работу помощником менеджера, причем с очень неплохой зарплатой! Пообещав, что обязательно позвоню туда в понедельник, я попросил его одолжить мне вещи, потому что понятия не имел, куда делись мои. Разумеется, рубашка висела на тщедушном мне, как на вешалке, а штаны больше напоминали шаровары, но, как ни крути, это было лучше, чем ехать домой голым. Когда мы спустились со второго этажа, как оказалось, двухэтажной квартиры, я невольно схватился за руку Яна, опасаясь встретить внизу Норманна. Но, к счастью, вокруг стояла тишина, а моего вчерашнего мучителя не было видно. Зато на диване, вызвавшем кучу тошнотворных воспоминаний, лежали мой мобильный и кошелек. Забрав свои вещи, я поспешил к выходу. - Ну, пока, - подняв взгляд на Яна, сказал я. - И не думай. Я тебя теперь никуда от себя не отпущу, - коротко поцеловав меня в лоб, ответил мне доктор. - Домой я тебя отвезу, а в понедельник встречу из института. И... - Ян! - я понимал, что он беспокоится за меня, и это было чертовски приятно, но все-таки я не привык, чтобы каждый мой шаг контролировали. - Я не маленький, чтобы ты со мной целыми днями носился! - Это как посмотреть, - хмыкнул он и открыл дверь, выпуская меня на лестничную клетку. - В любом случае сейчас я тебя точно отвезу... Пришлось показывать ему мой дом, а затем, когда он в сотый раз спросил, точно ли все со мной нормально, и приглашать в квартиру. Собственно, у меня дома мы просидели до самого вечера, о чем-то болтая, смотря какой-то фильм и (стыдно признаться!) обнимаясь. Вообще, я думал, что после вчерашнего в принципе не смогу переносить чужие прикосновения, но, как оказалось, все обошлось. Видимо, сказалось то, что я был накачан наркотиками и то, что Норманн, к счастью, не довел дело до конца. В любом случае, мне было приятно сидеть в кольце рук Яна и чувствовать его горячее дыхание и редкие поцелуи. Самое интересное, что мы так увлеклись друг другом, что не заметили, что уже очень поздно. Очнулся я только тогда, когда зевнул уже, наверное, в десятый раз. Часы показывали половину второго ночи. Прогонять Яна в такое время я не стал, а просто помог ему разложить диван в гостиной и ушел мыться. Когда же я возвращался к себе и заглянул к нему, чтобы пожелать спокойной ночи, то мигом попал в его объятия. - Дурак, что ты делаешь? Пусти! - даже не пытаясь вырваться, пробормотал я. В ответ я получил лишь легкий поцелуй в макушку и тихий шепот, подозрительно похожий на "люблю тебя". После этого я не меньше часа ворочался в постели, прокручивая в голове все аспекты поведения Яна и пытаясь все-таки решить, что я к нему чувствую. Когда же я уснул, подсознание подкинуло отвратительные картинки того, что со мной делал Норманн, да еще и того, что он только собирался сделать. Проснулся я со вскриком и понял, что больше не усну. С чего вдруг мой полусонный мозг выдал идею пойти спать под бок к Яну, я не знаю. Только когда я тихонько прокрался в гостиную и, стараясь не разбудить доктора, забрался к нему под одеяло и почувствовал горячие руки, сразу же обнявшие меня, я мигом успокоился и провалился в сон. Разбудил меня, простите, самый обыкновенный стояк, соприкасающийся с чем-то не менее твердым. Приоткрыв глаза, я понял, что лежу на боку, вжимаясь "утренней проблемой" в Яна, а тот, обнимая меня и поглаживая по спине, прижимается ко мне в ответ. - Извращенец! - немедленно выдал разом проснувшийся я, выкарабкался из теплых объятий и ломанулся в ванную, слыша за спиной негромкий и совершенно явно довольный смех доктора. На водные процедуры и уборку гостиной ушло все утро. Я все еще дулся на Яна (хотя в том, что перебрался к нему на диван, была только моя вина), на что он только посмеивался. Погода была пасмурная, и мы остались дома, снова бездельничая и смотря какие-то фильмы. Кстати, сколько было смеха, когда я пошел готовить нам пельмени, а доктор в это время нашел у меня на компьютере вкладку с яойным аниме, оставленную Синди! Разумеется, мне не поверили, что виновата подруга, а, когда я обиделся, Ян долго заглаживал вину, нежно меня обнимая и покрывая легкими поцелуями мою недовольную физиономию. Наконец, вечером я все-таки выгнал его домой. - Обязательно позвони мне завтра, - попросил он. - И лучше не один раз. Иначе я приеду за тобой к институту! - Напугал! - показал я ему язык. - Мне ж завтра еще на работу эту твою устраиваться, так что не приедешь ты за мной! - Проверим? - хитрая ухмылка. - Не надо, - мгновенно пошел на попятную я. - Так и быть, позвоню, но только ради своего собственного душевного спокойствия... На этом Ян меня обнял, чмокнул в нос и, пожелав спокойной ночи, уехал. Уснуть я смог только после того, как трижды перечитал все сообщения моего доктора, сохраненные на телефоне. Этой ночью сны не были такими ужасными, как предыдущей, но все-таки я пожалел, что отпустил Яна. С ним засыпать было намного легче и приятней.