Хроналис

Заметки: При прочтении этой истории в вашей голове может появиться вопрос: «Что же такое дракон?» Дракон — это сильное, хищное, огромное, змееподобное мифическое существо с огромными крыльями, с длинным хвостом с шипами, с двумя или четырьмя когтистыми лапами. Все его тело покрыто крепкой чешуей, и он извергает огонь, но здесь вы также увидите вид дракона, у которого есть не только огненное дыхание, но и ледяное. (так что не удивляйтесь).

***

На улице стояла глубокая ночь. От ветра можно было порезаться, а сухая земля под ногами не хотела скрывать лёгких шагов. Охота была довольно сложной. В этот раз сразу вычислить дракона не удалось, а погода только сыграла твари на руку. Держать клинок наготове и искать следы в темноте становилось труднее с каждой минутой. И если бы не каждый его день был такой. Хладнокровный альфа снова проводил бесконечные часы в тёмном лесу в поисках очередного дракона. Несмотря на то, что это занятие требовало много сил и какой-то доли жестокости, на самом деле Юнги нравилось это, хотя частенько погоня за этими существами и постоянные травмы надоедали. Но что же поделать, если нужно хоть как-то зарабатывать на жизнь и помогать старшему брату — их бизнес ни в коем случае не должен загнуться, ведь двое молодых альф жили только этим. Сегодня тот день, который должен был стать их золотым билетом в хорошую жизнь ещё на месяц вперёд. Ключевое слово — должен был. И погода, и направление ветра, всё идёт против Юнги. Он почти засыпает от усталости, но продолжает промаргиваться, присматривать, чтобы заметить борозды на стволе дерева. Если он в ближайшее время не достанет голову дракона — заказчик найдёт другого охотника, а они с Намджуном будут голодать. Это почти единственное, что держит его в сознании. Это и факт того, что он ненавидит чешуйчатых мерзких тварей больше всего на свете. Он бы убивал таких на завтрак, обед и ужин, и плевать на вознаграждение. Когда он видит их густую кровь на своих ладонях, у него внутри что-то приятно сжимается. Драконы ведь приносят вред, так пусть он на минутку побудет героем или рыцарем, спасающим город, а не просто наемником. Его история была даже страшнее, чем его настоящая жизнь. У Юнги не было ни отца, ни матери — они умерли, когда ему было три года, поэтому маленького ребёнка пришлось воспитывать его дяде. Тот был не слишком заботливым или даже хорошим, терпение на маленького Юнги не было, и тот часто получал от родственника. Мин помнит, что часто плакал и просился к родителям, а дядя не мог придумать ничего лучше стандартной отговорки. Все вопросы маленького альфы были бесполезны, в ответ он получал только: «Юнги, понимаешь, твои родители попали в лучший мир», но из этой фразы он не понимал ничего, только снова и снова требовал чтобы и его отправили в лучший мир. Сейчас, когда он вспоминает те времена, он думает, что дядю бы не сильно расстроило, если бы он в один день отправился к родителям. Хотя тогда он очень сильно по ним скучал. Дядя Юнги был богатым владельцем нескольких пивнушек в их поселении, в которых частенько засиживались охотники, те самые которые устраивали драки, напивались до безумия и иногда у него глазах не стеснялись трогать тамошних девок. Каждый день после успешной охоты десятки парней и мужчин приходили в заведение, где наливали довольно крепкий сидр и вкусно кормили — дешёвое да и почти единственное удовольствие в их деревушке. Они не были той компанией, в которой стоило бы находиться маленькому ребёнку. Но его никто не спрашивал. С него спрашивали, но он не мог. Он отчётливо помнит тот вечер, когда всё закончилось. Шестилетний на тот момент Юнги семенил маленькими ножками по полу зала между уже пьяными мужчинами. Когда он наконец-то добрался до дяди, то опять начал хныкать и просить отвезти его к родителям, ведь малыш замерз и хотел согреться в объятиях папы-омеги и услышать увлекательную историю отца. Ласки и любви не хватало до ужаса, но ещё больше волновал холод, который забирался под тонкую льняную рубашку и щекотал кости. Тёплую одежду нужно было заслужить. Юнги снова и снова прокручивал все те сказки, рассказанные родителями, даже самые нелепые, вроде той про любовь охотника и владельца дракона. Маленький альфочка всегда смеялся с этой истории и говорил: «Это не плавда! Зестокие альфы не юбят слабых омег!». Сейчас он не думает так же. Сейчас он думает, что охотник не сможет полюбить что-то кроме своей работы. Потому что осознавать свою силу перед кем-то настолько могущественным и огромным — это как провозгласить себя Богом. Заочно. Раздраженный родственник глянул на Юнги и зло ответил, что его родители давно гниют под землей и больше никогда его не обнимут. Момент, как мир ребенка рушится, до сих пор у него перед глазами. Не видя ничего из-за слез, альфочка выбежал на улицу и врезался во что-то. Как оказалось, это была лошадь одного из охотников. Она мирно стояла с кучей сумок и мешков, будто не почувствовав удара. Лошадь была белой, когда-то белой. Было видно, что за ней давно не ухаживали, но это и понятно — в те дни стояла осень, плавно переходящая в зиму и ледяные дожди, которые превращали их дороги в грязевые лужи, шли постоянно. Кобыла стояла смирно, как будто её хозяин оттренировал её до мастерства послушания. Она стояла, а ней бесконечным количеством висели тюки. Они, в отличие от самой лошадки, были яркие, красивые. Некоторые были заполненные, но Юнги побоялся открывать. Вдруг придёт охотник и устроит маленькому нелёгкую. У него и так день не выдался. Любопытство всё же взяло вверх, и Юнги полез в один такой мешок, чтобы проверить, вдруг там будет что-то интересное и дорогое. Он тогда не был вором, но дядюшка иногда пытался приучить ловкого ребёнка к мошенничеству. В сумке были золотые монеты и драгоценности, он полностью нырнул в глубокий мешок, а кобыла немного махнула хвостом, немного возмущаясь от прибавившегося веса. Внутри он рассматривал толстые гравюры, неаккуратно налепленные на монеты, играл с сияющими камешками и накручивал на руки золотые браслеты. В игре, завороженный блеском Юнги, совсем не заметил, как уснул — холод и стресс дал о себе знать. Через минут десять из заведения вышел молодой и не совсем трезвый охотник и, забрав все мешки и сумки, отправился домой. Он не заметил ни утяжелившихся сумок, ни почему-то медленно бредущей кобылы. Проснулся Мин уже в хижине неизвестного мужчины. Он открыл глаза и запаниковал, потому что замкнутое пространство и темнота сильно напугали ребёнка, он начал плакать от страха, пока охотник не вытащил альфу из мешка. Понятное дело — тот сначала успокоил его, накормил, а потом начал допрос. Парень был удивлён, что ни он не заметил ребёнка, ни ребёнок не заметил, что путешествовал в сумке так долго. Юнги рассказал, что не имеет родителей, что дядя постоянно над ним издевается, что видит каждый день пьяных и злых мужчин. Всё вышло хорошо — этот неизвестный любил маленьких детей, поэтому он сжалился над Юнги и позволил остаться у себя. Охотник представился Ким Намджуном. На тот период ему было восемнадцать лет. Сам Нам был не таким уж и взрослым, но он рискнул принять к себе маленькое черноволосое чудо. Ему было жаль маленького сиротку, и он решил, что Юнги станет его младшим братишкой. Сам мальчик, после ласкового обращения и вкусной еды, а самое главное — тёплого одеяла, решил, что уж точно не уйдёт обратно к дяде. Шли дни, недели, месяца, года. Их семья казалась странной, но только для тех, кто никогда не был охотником. Намджун действительно хорошо тренировал, никогда не давал поблажек и много требовал, только, в отличие от того же дядюшки, и давал много взамен. Теплота, еда, хорошее оружие и много знаний. Нам рассказал Юнги все истории о драконах, показал, как их убить и даже выдал причину для этого. «Драконы — жестокие твари, ты никогда не знаешь, когда они сойдут с ума и подпалят деревни или решат пожрать весь скот и людей заодно. Мы должны охранять их, Юнги. Ты понял?» Юнги называл Намджуна братом или боссом, в зависимости от того, где они находились. С годами они действительно сблизились, вместе открыли свой бизнес, начали заниматься охотой на редких драконов, которых очень сложно найти, а тем более убить. Намджун обычно засиживался в книгах, за которыми охота была ещё сложнее — все экземпляры были рукописями, которые было трудно достать. Юнги обычно точил клинки и собирал травы, чтобы потом, вместе со старшим братом, приготовить яд и обмазать острие. Приходилось идти на хитрости. Идти с голыми руками против клыкастого размером с сотню домишек — плохая затея. Намджун хорошо обучил своего мелкого братишку. Вместе они занимались каждый день, и на счете юного охотника уже более двадцати убитых драконов. Юнги нравилось, то чем он занимается, ведь его работа требует беспощадности, а он стал именно таким. Мин Юнги был грозным и жестоким альфой, в котором не было ни капли жалости. Иногда Нам удивлялся, почему внезапно тот милый невинный ребёнок вдруг превратился в машину для убийств, но и родословная и образ жизни говорил своё. Просто невозможно было остаться тем же ребёнком, когда на твоих глазах убивают. Ещё шанс, что такой характер передался ему от родителей. Как позже узнал Юнги — его родители были беспощадными и кровожадными охотниками. Сначала парень не верил в это, потому что в памяти мама и папа окружали его такой заботой и любовью, что два факта просто не сходились в голове. Но потом слухи до него начали доходить чаще, и с каждым разом его «милые» родители для него становились чужими и отвратительными людьми. Всё, что было для него прекрасным детством, оказалось притворством. И тогда остатки разрушенного мира окончательно пали. Хоть Ким Намджун и был альфой, но не таким, как его брат. Он был более спокойным и не таким резким, скорее, Нам обладал рассудительностью, а не импульсивностью, как у Юнги. Ким просчитывает все шаги наперед. Он никогда не спешит и часто подолгу обдумывает то, что собирается сделать, из-за этого за свою жизнь убил меньше драконов и разных мифических существ, чем Юнги. Но дело не в количестве, а в том, что именно с его помощью младший и осуществлял все свои подвиги. Он был как наставником, как мудрым отцом — он был Мерлином возле своего Артура. Несхожести в характерах не мешали их семейным отношениям. Все вокруг замечали, что они не родные, но то, как они относились друг к другу, заставляло поверить в то, что эти парни братья не только по духу и роду занятий, но и по крови. Их связь была чем-то большим, чем зависимость или общее дело. Просто маленькому ребёнку нужна была семья, а одинокому Намджуну нужен был тот, о ком можно было заботиться. Юнги очень сильно любил своего старшего брата, даже когда они оба уже стали взрослыми и серьезными парнями, то все равно иногда дурачились как маленькие дети. Их выходные, свободные от охот и всяких дел, проходили беззаботно и весело. Частенько братья ездили на озеро, которое находилось рядом с лесом, где по иронии судьбы сейчас Мин пытается отыскать спрятавшуюся тварь. Как бы грустно не было признавать, но даже если ты Бог, иногда есть кто-то, пусть и ниже тебя по классу, кто будет способен взмывать высоко над деревьями, тогда как ты будешь стоять на земле. Он слышит взмах тяжёлых крыльев вдалеке, но уже знает, что добежать не успеет. Хоть он и ранил чертова дракона, тот нашёл в себе силы поднять вверх. У Юнги нет стрел, а ещё, кажется, силы закончились около часа назад. На небе тысячи звёзд, и все они своим шёпотом помогли дракону откликнуться на зов своего обеспокоенного хозяина. Видя удаляющуюся тварь, Юнги обещает себе, что обязательно найдёт способы его убить. Усталость побеждает, и он закрывает глаза, прислонившись к стволу дерева. Последняя мысль о том, что придётся где-то искать новую подработку, чтобы хоть как-то пережить холода. Даже их лошади уже не могут вынести ноши без постоянного питания. Над лесом поднимается дракон, с его бока стекает густая кровь, которая каплями рассеивается в воздухе, первым по осени дождём омывая деревню. Капли касаются его лба. Холодный ветер бьёт Юнги по щекам, а сырая промёрзлая земля неприятно касается тела. Звезды шепчут что-то и ему, но он их уже не слышит. Сон, который Юнги откладывал несколько дней, вступил во владения и ещё не скоро отдаст свой законный трон.