И все окутает пожар

      Фредерих внимательно осматривал людей. Дохрена, нет, дохренище людей, словно пауки ползали по улочкам города, иногда задевая Фреди плечами, ногами, руками. Ужасные люди, ужасные… Они ничего не могут, не могут даже заявить о себе. Все такие «необычные», «уникальные». От их «уникальности» рябит в глазах, ибо в погоне за ней они становятся большинством, кучкой похожих людей, с пеной у рта доказывающих, что они разные.  — Аккуратней! — рыкнул Фредерик, как только черноволосая миниатюрная девушка врезалась прямо в его грудь. — Вперед смотри, курица!       Вам может показаться, что Фреди уж очень сильно агрессивен. Это так. Просто постоянный недосып и более глубокое изучение человечества дало свои плоды. Будь проклята эта гребаная школа и директор, который послал его на это дело. У городских хрен что узнаешь, ибо не помнят, а приезжие нихрена не знают. Как же его все достало.       Девушка робко подняла синие глаза, испуганно вжавшись в руку брата. Адриан хотел было вступиться за сестру, но, увидев на шее Фреди оберег школы Охотников За Нечистью номер семь, в которой учится сам, прикусил губу. Неужто директор послал еще одного человека в эту глушь? Моани лишь похлопала глазками, мямля какие-то извинения.  — Как тебя зовут? — Адри встал в боевую стойку, ибо не собирался отдавать свое дело, из-за которого застрял в этой дыре кому-то постороннему. — Я не собираюсь бросать дело наполовину.       Адриан обнажил кольцо-оберег школы Охотников За Нечистью номер семь, чтобы показать, что не просто кто-то с улицы, а, можно сказать, коллега охотника. Точнее конкурент.  — А я не собираюсь отказываться от своего первого дела, — пофигистично бросил Фредерих, обнажая легкие клычки, в которых оказалась зажата зубочистка. — Имя мое, данное Богом — Фредерих Фон Грейт, а данное отцом — Фредерих Белкинг.  — Это и мое первое дело, — рыкнул Адриан.       Моани сделала шаг назад и испуганно посмотрела на брата и недруга. Она не собиралась отдавать свое дело и дело брата, но, если этого засранца прислал директор, то отвязаться от него необходимо официально и не просто так словами. Это займет много времени. Неожиданно перед глазами Мо очутилось бледное лицо той самой белокурой девушки, которая уже приходила к ней. Она что-то шептала, заставляя девушку взяться за голову и беспомощно молить о помощи. Моани уже не было дело до того, что подумают люди. Она хотела избавиться от той боли, что скрутила ее голову, переходя на скулы, звенела в ушах, не давала открыть глаза и высекала слезы.  — Помоги… Она убьет… Время скоро вернется, — шептала уже что-то более понятное белокурая. — Дочь… Моя дочь…       Тут приходовец неожиданно остановился. Время как будто замерло. Изо рта призрака потекла кровь, а спустя секунду она осела на дорогу кучкой пепла, которую в секунду вскружил ветер, унося вдаль.       Адриан стискивал в объятиях сестру, потряхивая ее, пытаясь привести в порядок.  — Время… — рыдала Мо. — Оно вернется… Она убьет ее! Убьет Анджи!  — Кто? — шокировано уставился на Моани Адриан.  — Мари! — выкрикнула девушка.