Нефилим. Часть I

      5 октября, 2010 год.       Проснувшись утром в девять часов, встаю с кровати выспавшийся и полный сил. К счастью, ночью мне ничего не снилось. Сознание и подсознание отдохнули. Встаю, щурясь от яркого света в спальне. В комнату проникли лучи утреннего солнца. Встав, потихоньку одеваюсь, чтобы не растянуть мышцы. Затем, делаю утреннюю зарядку и спускаюсь на первый этаж.       Спустившись, захожу в кухню, завариваю себе чашку капучино в кофемашине. Позавтракав чашкой свежесваренного кофе, жареной яичницей с кружочками сосиски и парой бутербродов, убираю со стола. После, возвращаюсь в спальню, чтобы найти чистую одежду и, спустившись, принять душ.       Взяв чистую одежду, я спускаюсь обратно и захожу в душ помыться. Отойти полностью от дремоты. Приведя себя в порядок, насухо вытираюсь и одеваюсь в чистую одежду. Затем, вновь поднимаюсь наверх и захожу в кабинет, собираю вещи в саквояж и в чемодан. Всё-таки Бруклин-Парк находится далеко, в штате Миннесота.       Приготовившись к завтрашней поездке, с мобильником, заряженным под завязку, спускаюсь в гостиную.       — Джой, просыпайся, — бужу мохнатую любимицу. — Мы сегодня идём гулять. Заодно купим билеты на поезд до Миннесоты, куда отправимся завтра.       Собака, проснувшись, встаёт с лежанки, зевает и потягивается, зажмурившись. После, она бежит ко мне и громко радостно лает, дыша через клыкастую пасть.       — Ура! Идём гулять! — Джой прыгает вокруг меня.       — Сперва позавтракай, — я иду в кухню.       Взяв из напольного шкафчика миску, кладу её на пол. Затем, беру с холодильника собачий корм и выкладываю содержимое в миску. Зову Джой позавтракать. Она прибегает ко мне и, приблизившись к миске, начинает уплетать за обе щеки.       Тем временем я одеваюсь в вестибюле в уличную одежду. Коричневое пальто поверх водолазки, вязаная шапка и ботинки с перчатками. Нахожу в шкафчике поводок и на время кладу на столешницу. Затем, запихиваю мобильник в карман пальто и застёгиваю пуговицу. В другой карман бумажник с паспортом.       Через несколько минут Джой находит меня по запаху у выхода из дома.       — Дорогой хозяин, я готова.       — Окей.       Я беру со столешницы поводок. Мы выходим из дома, я закрываю дверь на замок и прячу ключ в тайнике. После этого прикрепляю поводок к ошейнику Джой, и мы идём к автобусной остановке. Он подъезжает к нам через десять минут, мы садимся в него и едем в город, гулять.       Приехав в город спустя полчаса езды, мы с Джой высаживаемся поблизости от Центрального парка. Несмотря на пасмурность, день отличный, ничто не должно помешать выгулу собаки. По дороге я решаю зайти в ближайший от него зоомагазин.       Внутри магазинчика, когда мы входим в него, стоит такой шум и гам, что голова начинает идти кругом и уши закладываются. А за спиной раздаётся переливчатый перезвон музыки ветров, подвешенных над дверным косяком. Я вместе с Джой прохожу к кассе. За ней никого не видно, тогда я нажимаю на кнопку вызова. И через несколько минут к нам подходит владелец зоомагазина.       — Утро доброе, молодой человек, — мне по доброму улыбается сухонький дедок в возрасте от шестидесяти до семидесяти лет. — Что-то посмотрели для вашей питомицы?       — Да, — я аккуратно ставлю перед ним большую упаковку сухого корма, разделённого на двадцать пакетированных порций.       — Хм, сэр, а вы уверены, что вашей собаке подходит такой корм? — засомневавшись, придирчиво спрашивает дедок и хмурит и так морщинистый лоб.       — Более чем, уважаемый, — уверенно отвечаю и обращаю взгляд в сторону Джой, которая чешет бок задней лапой, усевшись на пол. — Мы с ней завтра собираемся поехать в Миннесоту. Еда нужна ей будет в поездке.       — Ну-ну, — неодобрительно качает головой тот и цокает трижды языком. — Я больше тридцати лет работаю в зоомагазине, — рассказывает он, выходя в зал из-за кассы. — С образованием ветеринара, между прочим. Давайте-ка я рассмотрю вашу собаку, — он надевает очки, висящие у него на шее на цепочке.       — Ладно, — пожимаю плечами и осознаю, что ошибся с выбором. — У меня беспородная дворняжка, — подняв Джой с пола, как пушинку, прошу у неё прощения и по указанию продавца-консультанта ставлю собаку на смотровой стол. — Вот так, — она встаёт на все свои четыре лапы.       После осмотра мы переносим Джой на весы и взвешиваем. Узнав вес животного и его рост, продавец наконец рекомендует мне купить действительно подходящий корм для моей мохнатой подруги. Я благодарю этого дедулю за профессиональную рекомендацию. Затем, беру новую пачку корма вместо ранее взятой, последнюю возвращаю на место. Вернувшись к Джой, которая ждала момента, когда её опустят на пол, я беру её на руки и опускаю на пол.       Заплатив за покупку собачьего корма, мы с Джой выходим из зоомагазина. Выйдя, идём дальше по своим делам. Погода всё ещё не желает улучшаться; небо затянуто одеялом из серых и белых облаков, из-за них через прорехи просачиваются редкие солнечные лучи. По улицам гуляет холодный ветер, разнося снежинки в разных направлениях. И порой мне даже чудится, что нет-нет да мелькают где-то жуткие тени и шелестят их не менее страшные крылья. Выдохнув изо рта облачко пара, я иду по Восточной 66-й стрит Ленокс-Хилла ко входу в Центральный парк, а Джой бежит рядом со мной трусцой.       По дороге к парку мы с Джой неожиданно встречаем ту, о которой говорили прошедшим вечером. Мы с ней просто столкнулись друг с другом, лицом к лицу. Видимо я для этой девочки довольно-таки большой и высокий.       Столкнувшись с моей грудью, Дженнифер поднимает взгляд и.       — Йохан?! — вытаращив глаза, выдыхает в приятном удивлении.       — Привет, Дженнифер, — смотрю на девушку с добротой и теплом и мягко улыбаюсь ей. Джой в это время стоит рядом и, высунув язык, дышит через пасть, глядя в другую сторону. «Охлаждается, — понимаю я язык её телодвижений, — после пробежки».       — Привет, — радостно произносит девушка и лучезарно улыбается, поправляя сбившуюся вязаную шапочку с помпоном. — Рада видеть вас, Йохан, — после, стеснительно отводит взгляд в сторону. А увидев мою собаку на поводке, она охает и продолжает удивляться. — Ой, у вас появился мохнатый друг?! — её изумление меня очень радует. — Какая милая! — Дженнифер садится на корточки. — Как её зовут? — интересуется, бесстрашно почесав собаку за ухом.       — Её зовут Джой… Дженнифер, давай зайдём куда-нибудь, — предлагаю своей знакомой. — А-то замёрзнем на холоде.       — Вы правы, — соглашается та, кивнув, и встаёт с корточек.       К счастью, рядом с парком есть небольшое кафе, в котором продают восхитительно вкусную выпечку и шоколад, холодный или горячий в зависимости от времени года. Я, Джой и Дженнифер идём туда. Оно находится на Мэдисон-авеню и называется «Кафе мадам Эклер».       Перед тем, как зайти в него, я прошу Джой подождать нас снаружи, она соглашается, гавкнув разок негромко. Я привязываю её к специальному столбику перед входом, после, мы с Дженнифер заходим в кафе.       В заведение витают умопомрачительные ароматы. Дженнифер и я подходим к витринам и смотрим, что можно поесть да выпить.       — Доброго дня вам, голубки, — вежливо улыбаясь, здоровается с нами кассирша.       Переглянувшись друг с другом, мы возмущённо чуть ли не кричим ей:       — Нет, мы не голубки.       — Хорошо, хорошо, — успокаивает та, посмеиваясь тихонько. — Я вас поняла.       — Что выбрала? — я подхожу к Дженнифер и тоже смотрю на изобилие вкусностей внутри витрины, перед которой она стоит, пригнувшись.       — Парочку макарон с фисташковым вкусом, — отвечает девушка, повернувшись ко мне. — А ещё стакан какао со сливками, без сахара с добавлением зефирок.       — Окей… Так, а мне дайте горячий шоколад, тоже с зефиром и большой круассан со сливочным кремом.       — Сейчас подадим, — говорит кассирша, пробивая в ККТ всё, что мы ей назвали. — Пока садитесь за свободный столик.       Найдя в зале свободный столик, мы садимся за него. И, пока ждём наш заказ, сидим лицом к лицу в неловком молчании. Через несколько минут нам на подносах приносят наш заказ и расставляют на стол перед нами. Затем, раздатчик в переднике называет мне сумму покупки, держа в руках переносной терминал. Вытащив из бумажника банковскую карточку, я оплачиваю покупку — свою и Дженнифер.       Жест доброй воли. Девочка всё ещё школьница, родители (на счёт них — без понятия, знаю только, что она сиротка), и деньги ей вряд ли дают достаточно на карманные расходы.       Я кладу бумажник обратно в карман пальто.       После того, как раздатчик уходит начинается наша неловкая беседа. Мы с ней мало знакомы друг с другом, так что нет в этом ничего удивительного. Дженнифер сидит молча, уставившись в свой бумажный стакан с остывающим какао, и иногда моргая. На её щеках с очаровательными веснушками проступает милый смущённый румянец.       Тем временем на улице уже совсем рассвело, солнце должно быть почти в зените. Я вытаскиваю мобильник из кармана пальто и смотрю на время. Часы показывают на экране телефона 10:15 до полудня. Спрятав телефон в карман, решаю всё-таки первым нарушить затянувшееся молчание.       — Ну-с, как у тебя дела? — беру стакан с горячим шоколадом, дую в него в ожидании ответа, чтобы немного остудить.       — Всё хорошо, — честно отвечает Дженнифер, оторвав взгляд от стакана с какао и, быстро посмотрев на меня. — Я… учусь, скоро десятый класс окончу… Уже пора бы задуматься над тем в какой вуз и на какую специальность поступить, — задумчиво говорит она и отхлебывает какао, откусив кусок пирожного. — Ммм, как сладко… А вы? Йохан, как ваши дела?       — Тоже всё хорошо, — отвечаю со ртом, набитым круассаном.       И девушка, хихикнув, смеётся негромко во весь зал. Её милый смех становится заразным, и я, не удержавшись, смеюсь ей вслед. Однако, дожевав круассан, сглатываю, запив шоколадом, и поправляю горло.       — Извините, — успокоившись, Дженнифер салфеткой промакивает прослезившиеся глаза.       — Всё в порядке, — заверяю её. — Ты ничем меня не задела.       — Ой, я чуть не забыла сказать вам.       — Да?       — Я каждое воскресенье ходила в церковь, следуя вашему совету, и очищала там оберег святой водой. После того как выписалась из психиатрической клиники.       — И демоны обходили тебя стороной?       — Да. Благодаря вам я была и до сих пор в безопасности. Ещё на всякий случай в моей комнате поставили иконостас с иконами Христа и святых.       — Молодцы, — усмехаюсь, удивившись такому решению. — Умно поступили.       — Старшая воспитательница, заменившая мне мать, попросила об этом священника, который служит в той церкви, в которую я хожу… А вы так и не до конца ответили мне, — замечает Дженнифер и кладёт в рот второе пирожное.       — Много чего происходило с того дня, после твоего исцеления, — расплывчато говорю, допивая шоколад. — Пожар, устроенный демонами; человек, похищенный сатанистами; ДТП на мосту, опять же из-за бесов. А теперь… тяжело больная наркоманка. И завтра утром мне надо ехать в Бруклин-Парк в Миннесоте. Пока всё на этом.       После моего ёмкого рассказа повисает столь же короткая тишина.       — Йохан, — нарушает её голос моей собеседницы. — А можно мне с вами поехать? — Дженнифер вдруг беззастенчиво осторожно берёт меня за левую руку, которой я держу наполовину пустой бумажный стакан, и поднимает на меня взгляд, глядя просящими глазами.       — А ты разве не учишься? — почему-то я не убираю её маленькую руку от своей. Рука девушки такая мягкая, нежная и тёплая. И не от тепла, передаваемого от температуры напитка, а сама.       — У меня каникулы, двухнедельные. Ещё с позавчерашнего дня, — и Дженнифер убирает руку с моей, от чего я неосознанно малость расстраиваюсь. — Я предупрежу воспитательницу в приюте, что уезжаю на каникулы со своим другом.       — Я друг? — недоуменно моргаю, услышав как эта милая девушка назвала меня. — Я правильно тебя понял?       — Конечно. Я верю вам, Йохан, — Дженнифер тепло улыбается.       По моему телу разливается такая теплота, что мне вновь кажется, что она «солнышко». Так бы и назвал Дженнифер при ней. Но мы сейчас, к сожалению, не одни в зале. Вокруг за столиками сидят как минимум четыре посетителей.       — Вы очень хороший и добрый человек, — продолжает девушка. — И, если бы не вы, Йохан, я бы погибла, так и до самой смерти оставаясь бесноватой, прикованной к постели, — в последних словах слышна горечь. — Кроме того, я вижу, что вам нелегко в одиночку справляться со всем, — добавляет, отойдя от печальных воспоминаний, — что навалилось на ваши плечи. Поэтому, разрешите мне помочь вам, отблагодарить за то, что вы для меня сделали.       «Такие проникновенные слова, — мучительно зажмуриваюсь, услышав от моей собеседницы эти слова. Дженнифер говорит, что я хороший и добрый. Всё дело в том, что родители воспитали меня таким. А ныне я не считаю себя таким уж «белым» и «пушистым». — Что ж, кхм, веский аргумент. Девушка права. Мне и правда тяжело приходится. Мана не бесконечна. Когда она приближается к нулевому значению я начинаю сильно уставать и большего сделать не могу».       — Хорошо, — с трудом соглашаюсь. — В таком случае пошли, — встав со стула, беру пакет с собачьим кормом. — Мне всё равно надо выгулять Джой, — и смотрю в сторону застеклённой двери, за которой нас она ждёт.       Допив наши напитки, мы встаём со стульев и выходим из «Кафе мадам Эклер». Подойдя к моей собаке, я отвязываю её от столбика. Затем, мы втроём идём не в Центральный парк, как я планировал, а к автобусной остановке. Дженнифер говорит, что с неё можно доехать до той, что находится неподалёку от сиротского приюта. По пути к ней я спрашиваю мою попутчицу:       — Дженнифер, а где ты собираешься жить по окончанию школы?       По личному опыту знаю как несладко живётся студенту в общежитие нашей страны. Жестокая реальность не соответствует ожиданиям. Сам жил в кошмаре отдельно от родителей, будучи уже восемнадцатилетним. Маленькая безликая комнатка с дешёвой мебелью из ДСП и немарким ковролином на полу. Как же я тогда разочаровался. Полный облом. Пожив с месяц в этом ужасе, я сразу подал заявление о том, что отказываюсь дальше жить в общежитие. А потом, собрав все свои манатки, перебрался обратно в родительский особняк.       — Не знаю, — вздохнув, Дженнифер пожимает плечами.       — Гм, — задумываюсь над её честным ответом.       «Если подумать, моему солнышку совсем негде будет жить когда девочку выселят из приюта. В общежитие Дженнифер совсем загнобят. Жизнь там ей покажется адом на земле, в этом гадюшнике. Нет, ни за что, я не допущу этого, ни в коем случае. Решено, пусть Дженнифер поселится у меня. У меня ей будет житься гораздо лучше и приятней».       Кивнув своим мыслям, я предлагаю:       — Если не знаешь, где тебе жить после школы, то можешь поселиться у меня… Пока у тебя есть время подумать над моим предложением. Один год. Настаивать и торопить не буду.       Переходим дорогу на светофоре, подождав когда проедуд автомобили и загорится зелёный свет.       — Хорошо, — соглашается девушка, светясь от счастья. — Спасибо, что даёте время подумать, — она нагоняет меня у фонарного столба. — Я в самом деле рада, что встретила вас, Йохан. Мне очень повезло, что у меня появился такой хороший друг, как вы.       — Я тоже рад встрече, Дженнифер, — неуверенно отвечаю ей взаимностью и слабо улыбаюсь.       Через несколько минут мы добираемся до остановки и ждём наш автобус. Табло показывает, что наш маршрут подъедет через пять минут. Между тем я чувствую нутром чувства, искренние чувства ко мне этой милой попутчицы. Они самые тёплые и, они полны надежды. Но, надежды на что? А спустя минуту я догадываюсь; ведь меня самого тянуло к ней. Как говорится: подобное тянется к подобному. Да, до сих пор тянет. Потому намеренно беру руку Дженнифер в свою. А она, смущаясь, хватается за мой локоть и прижимается ко мне.       — Йохан, я…       — Потом, — улыбнувшись, мягко прерываю её. — Сейчас автобус подъедет, — однако продолжаю чувствовать любовь, нежность и благодарность, исходящие от неё. И мало-помалу начинаю отвечать ей этими же чувствами.       Потому, что боюсь, нервничаю и волнуюсь. Боюсь, что могу нечаянно причинить боль моему солнышку, боюсь обидеть её и, боюсь испугать её своей второй сущностью. Дженнифер может испытать ко мне другому противоположные чувства, когда моё второе альтер-эго проявит себя перед ней. Девушка испугается, почувствует отвращение, неприязнь и уйдёт, оставит меня. И моё сердце, превратившись в хрусталь, упадёт и разобьётся в дребезги.       Наконец, отвлекая меня от дурных мыслей и, возвращая в реальность, подъезжает наш автобус. Мы втроём садимся в него и едем к сиротскому приюту, находящемуся в Статен-Айленде. Автобус двухэтажный и длинный. Так как первый этаж полностью занят, мы поднимаемся на второй и, найдя свободные места, садимся на них.       Нам ехать шестнадцать минут до Бродвей/Запад Хьюстон стрит. Оттуда до улицы Хайлен/Олд Таун Роад чуть больше получаса. И с этой остановки одиннадцать минут пешком до Ричмонд/Дельвуд Роад. И столько же минут до последней остановки Ричмонд/Лайтхаус-авеню. Ну а потом просто закажем такси и поедем до пункта назначения.       Через два с половиной часа долгой поездки мы втроём приезжаем в Статен-Айленд. Прекрасное озеленённое живописное боро Нью-Йорка, считающееся спальным районом. Приют, где выросла Дженнифер, находится в пятнадцати минутах ходьбы от конечной остановки. Спустя эти пятнадцать минут мы добираемся до него. Старое каменное четырёхэтажное здание, увитое плющом и, окружённое невысоким в три фута и двадцать дюймов забором. Двумя часами ранее. Бронкс.       Коварный Мефистофель, узнав о новой слабости нефилима в виде девушки по имени Дженнифер, не замедлил поделиться этой информацией со своим сообщником — суперзлодеем Антихристом. Решив использовать эту слабость против Йохана, который по его мнению явно не равнодушен к юной сиротке, Антихрист разработал хитроумный план.       — Мэйсон, я более чем уверен в своих догадках, — сказал демон. — Кроме того, у тебя есть все шансы на встречу с мистером фон Рихтером. И, — он делает значимую паузу, — козырь в виде твоей шлюшки.       — Сандра?! — неприятно удивился тот. — Причём здесь она?       — А при том, что если мне не удастся обольстить эту девчонку, в дело вступит твоя Сандра. Она уболтает её пойти с ней на, скажем, дискотеку. Но, Мэйсон, подробности нашего плана Сара не должна знать.       — Мефисто, мне казалось, что тебе всё по силам, — Мэйсон скептически сузил глаза. — С чего ты взял, что у тебя не получится соблазнить?       — Я почувствовал, что наша сиротка защищена, — Мефисто скривил губы.       — Что?!       — О да, — и поморщился. — На ней сильный оберег от воздействия негативной энергетики. То есть от нечистой силы вроде меня.       «Дерьмо, только этого не хватало, мать её» — мысленно ругнулся злодей и скрежетнул зубами, сильно ударив кулаком по столу, за которым сидел и пил горячий чай. Железная кружка от удара подпрыгнула, завалилась на бок и покатилась на пол. К счастью, она была пустой.       — Ладно, — скрепя сердце, согласился Мэйсон.       Антихрист и Мефисто детально обсудили план и утвердили каждую деталь. Они решили использовать Дженнифер как приманку, чтобы привлечь Нефилима в ловушку. Да, Дженнифер была очаровательной и красивой девушкой, которая невольно притягивала внимание не только нефилима, но и других существ света.       Два злодея — один человек, а другой демон — решили использовать чувства Нефилима к ней как оружие против своего врага. Они рассчитывают на то, что Йохан не сможет оставить девушку в беде и, придя спасти её, попадёт в их засаду.       — Нам нужно ещё немного подождать, — сказал Мефисто, неизменно коварно улыбаясь. — И мы сыграем на их чувствах друг к другу.       — Тот, кто умеет ждать и терпеть, — кивнул Мэйсон, соглашаясь с ним. — Верно, — подтвердил тот. — Выходит победителем, — завершил он фразу, затем рассмеялся.       Коварный смех демона понравился Антихристу, и он так же, как и Мефисто расхохотался, сжимая сильные кулаки в предвкушении. Продолжение следует…