But all that dies... Is born again.

Ради собственной безопасности и осторожности Итариллэ приняла непросто решение путешествовать в меньшей человеческой форме. Дракон бы преодолел огромное расстояние высоко на крыльях очень быстро. Но кто знает, что ожидает её по ту сторону Леса? А Гор? Она нежелательная персона где бы то ни было. Оттого пусть и дольше и тяжелее, но полуэльфийка собрала купленный в Эсгароте паёк, накинула на плечи тёмный плащ и вышла на встречу приключениям. Ладно, прошла она не так много прежде чем превратиться в дракона тем самым экономя себе неделю тёплых летних дней. Опустившись около Мен-И-Наигрим, Итариллэ сделала небольшой привал, проверив снаряжение. В рюкзаке лежал увесистый кошель золота, серебра, драгоценных камней и украшений хорошо укутанный в свёрток с тёплой одеждой. Скоро дни станут короче, а ночи холоднее, к тому же в горах никогда не бывает тепло, порой там и снег совсем не тает. Прицепила ножны с мечом на бедро, в который раз радуясь тому, что гномы умели создавать отличное оружие, не портящееся с годами. А вот лук и стрелы пришлось покупать в городе. Пару изогнутых ножей девушка закрепила на теле. Особенно её радовал выточенный человеческим кузнецом сверхтонкий кинжал, который крепился на подошве сапога. А вот из провианта была фляга с питьевой водой и пара буханок хлеба. Любое мясо и рыба очень быстро испортились бы, к тому же в лесу никогда не бывает дефицита с животными. Оставался последний вопрос и это четвероногая помощница. В месте, где жила и росла маленькая княжна, в треугольнике, образованном слиянием двух рек ─ Лангвелл и Грейлин в Андуин, ─ первоначально жили племена Эотеода. Племя людей Севера, ставших предками рохирримов, были и ее предками. Её отец очень гордился своим наследием и приучил своих детей любить его с не меньшей силой. Эотеды были наездниками. Лучшими в своем роде. Они покоряли лошадей с детства. После жестокой битвы людей Гондора и истерлингов, проходившей при Келебранте, эотеды перебрались гораздо южнее и основали новое государство ─ Рохан. Лишь их дальние предки остались жить на своей исторической родине. Они продолжали чтить свои традиции, выращивать лошадей и обучать непревзойденных наездников. Ко всему этому добавились и гены матери. Отец рассказывал, что Анкалимэ умела слышать ветер, понимать звёзды, без труда читать следы и общаться с животными. Итариллэ взяла от неё куда больше, чем думала сама. По одинокой и запущенной дороге, ведущей сквозь старый и страшный лес, галопом передвигалась лошадь, осёдланная одинокой путницей. Девушка не обращала внимание на плохую дорогу в выбоинах и ямах, разросшиеся болота, заросли дикой ежевики и странные шорохи по обе стороны от себя. Порой она гнала коня несколько дней к ряду, пока животное не выдыхалось. Но дикие кобылы были куда выносливее своих домашних сестёр. Иной раз на пути Итариллэ возникали орки, жаждущие наживы и караулившие новых жертв. Острый взгляд и хорошее обоняние помогали обнаружить засаду до того, как становилось слишком поздно. А мясо было мясо, кем бы оно раньше не бегало. Когда своды над головой сплелись в единый свод, Итариллэ замедлилась. Звёзды больше не были её ориентиром, и подняться в воздух было крайне тяжело. К тому же кобыла уже порядком выдохлась от такого забега. Полуэльфийка отмечала на карте зарубки в виде дней и ночей, проведённых в дороге, места привалов и засаду. Этому она обучилась ещё будучи княжной ─ всегда оставлять знать о себе. К шестнадцатому дню стало светлеть. То и дело в дневное время суток меж густых крон проглядывали лучики солнца. Орков давно было не видать, как и прочих хищных тварей. Появлялись кролики, кабаны, лисы и олени. Можно было выдохнуть. Лихолесье осталось позади. Однако следующий большой привал Итариллэ устроила лишь спустя сутки после того, как покинула густой и мрачный лес. У берегов Андуина, в долине обитали грозные воины беорнинги, с которыми жители Тарбата вели торговлю. Там было безопаснее. Хоть и пришлось выложить половину кошеля с монетами за их услуги. У подножья Мглистых гор девушка провела семь дней, пополнила запас воды и еды и выспалась без необходимости прислушиваться к каждому шороху. Ведь дальше предстоял путь через горы. Тарбат... отныне ей больше никогда не попасть туда. Даже одним глазком не получится взглянуть на некогда родные края. Может оно и к лучшему? Часть её прошлого давно мертва. Наметив на карте приблизительную тропу Итариллэ сознательно пожелала обогнуть Ривердейл ─ очередное королевство эльфов. Чтобы попасть на Великий Восточный Тракт, как гласили карты, следовало попетлять по узкой горной тропе. В теории избежать нежелательной встречи с эльфийским народом можно было дойдя до истока реки Митетгель, пройти сквозь троллистую пущу и снова оказаться на тракте ─ недалеко от моста через реку Буйную. Решив не унывать, Итариллэ поблагодарила беорнингов и продолжила свой поход. Кто бы мог подумать, что опасное Лихолесье будет не таким тяжёлым, как путь сквозь скалы. Тогда пришлось окончательно признаться самой себе, что драконом было куда удобнее. Зверь не уставал, ему требовалось меньше пищи и тёплых вещей, он мог преодолеть огромное расстояние по воздуху и при этом никто бы не посмел напасть на него. Но поклявшаяся самой себе никогда не давать знать о драконе, Итариллэ была вынуждена двигаться медленно. К концу двадцатого дня путешествия полуэльфийка стала замечать, что лето подходит к концу, в горах каждую ночь становилось всё холоднее и холоднее. Её спасала зимняя накидка из меха и ночной костёр, но она чувствовала, что это ненадолго. Драконья кровь, невосприимчивая к перепадам температур, помогала лишь когда Итариллэ полноценно оборачивалась, что случалось уже очень давно. Но взамен этого могла разжигать пламя без использования кремния, сосредоточившись на горячем пламени и выдыхая его изо рта ─ гортань в тот момент покрывалась тёмными чешуйками и была защищена от ожогов. Также как и когти помогали в разделке мяса или когда было необходимо схватиться за камни, чтобы не упасть вниз. Помимо неё в горах обитала другая жизнь. Итариллэ не видела их, но прекрасно слышала и чуяла. Их запах отличался от орочьего, но также отдавал каким-то горьковатым привкусом. Любопытство было сильно, но здравомыслие победило. Возможно они не так дружелюбны к путникам, как беорнинги, а сражаться с большим количеством противником девушка была не в состоянии. Ривенделл показался ей к концу двадцать девятого дня путешествия. О, он был прекрасен. Глядя на это невероятной красоты нетронутое тёмными силами место так и хотелось проследовать туда, где всегда гостеприимные эльфы дадут тебе приют. Крутая извилистая тропа была словно создана для уставших путников, а деревья, что начинали расти у подножья Мглистых гор, говорили ей, что она почти закончила тяжёлый этап пути. И всё же... страх был слишком велик. Эльфы были бессмертными и могущественными созданиями, опытными воинами. И она не знала смогут ли те обнаружить её вторую сущность. Это место не для неё. Пометив на карте тропинку, Итариллэ свернула с проторенной дороги туда, где не ходила ещё нога ни одного человека. Девушка достигла истока реки Митейтель спустя ещё несколько дней. Та вытекала из северной части Мглистых гор, где согласно картам пересекалась у Последнего моста и сливалась с Бруиненом. Течение горной реки было слишком сильным. Опасность подобных рек было слишком хорошо знакомо полуэльфийке. Чтобы попасть в троллистую пущу и княжество Рудуар, необходимо было отыскать наиболее узкое место и перейти реку вброд. Даже там сильно утомлённая девушка с трудом преодолела преграду в виде набегающих потоков воды, подводных скользких камней и ледяной воды. Выйдя на берег насквозь мокрая Итариллэ ощущала как горит её кожа, пытаясь согреть онемевшее тело. Подтянув свой промокший рюкзак повыше, она завалилась спать, не забыв разжечь костёр, чтобы хотя бы попытаться согреться. На этот раз Итариллэ отдыхала недолго. Уже к вечеру следующего дня она полностью была готова к новому этапу пути. В троллистой пуще было много зверей и чистая вода, поэтому силы вернулись к ней очень скоро. Искупавшись в небольшом чистом озере и полакомившись рыбой, Итариллэ выстирала и высушила свою одежду, немного утеплилась и двинулась на пути к своей заветной мечте. В поисках дома. Лесные тролли к её удивлению Итариллэ не попадались, возможно по тому что передвигалась она на своих двоих и днём, а те, как известно были ночными существами. Зато повсеместно ветер доносил аромат орков и варгов. Что они делали по эту сторону гор и недалеко от эльфийского государства было непонятно. Тем не менее в карте Итариллэ нанесла некоторые важные обозначения. Что её разочаровало после возвращения на Великий Восточный Трап, так это мили бесплодных земель и бескрайних болот, располагающихся по правую сторону, и вырубленная пустыня по левую. Карты устарели. Возможно когда-то тут и была жизнь, небольшие поселения и торговые пути, но отныне всё было иначе. Когда на пути показалась тёмная покрытая мхом старая постройка, по описанию похожая на крепость Амон-Сул, шёл седьмой день пути по тракту и чуть больше двух месяцев общей дороги. Судя по наступлению заморозков и укорачиванию солнечных дней, лето давно сменила осень. Точнее она бы узнала в человеческих поселениях, но пока ещё полуэльфийке не попалось ни одного такого. Спустя столько дней лишений Итариллэ начала скучать по своей Горе, по тёплым подземным источникам, по библиотеке, по оружейным комнатам, горе золота и драгоценностям. И если бы не маячащая над головой угроза в виде гномов и их жажды возмездия, она так и провела бы остатки своей долгой жизни в тепле и комфорте. И абсолютном одиночестве. Итариллэ вынуждена была признать, что даже самые затяжные походы вместе с отрядом воинов не были так тяжелы для княжны, как этот путь. Но отступать было некуда да и слишком поздно. Переночевав в руинах дозорной башни и отогревшись в пламени костра, полуэльфийка двинулась дальше. С каждым днём всё больше и больше находились остатки человеческой жизнедеятельности. Старые дома, сломанные телеги, заброшенная гостиница, водяная мельница, пепелище от костров путников. Несмотря на запустение, ощущать присутствие жизни в округе было настоящим блаженством. Когда в отдалении показались очертания первого полноценного города Бри, она была готова прослезиться. Утомительное путешествие подходило к концу. К самому городу Итариллэ подошла почти на закате. Бри был обнесён воротами и глубокими рвами, а с внешней их стороны росла живая изгородь. В тёмное время суток ворота закрывались и выставлялись караульные. На посту висело несколько листовок с наградами за головы. Искали как орков так и людей преступников. Итариллэ поёжилась, когда стража внимательно досмотрела её, сравнив с ориентировками. Правда затем вполне любезно указали на самый известный ближайший трактир в городе и пожелали удачи. Итариллэ и забыла каково это жить в городе. Проведя столько дней наедине с природой, она была ошеломлена шумом, грязью и вонью, окружившей её. Отходы животных и людей, куры под ногами, свиньи на задних дворах домов, лошади, гадящие под ноги, грязь и месиво под ногами, детишки-попрошайки, карманники и легко одетые девушки, зазывающие к себе на ночь. Пришлось отключить свои органы чувств до минимума, иначе даже день провести в подобной атмосфере было бы нереально. Прижимая свою походный рюкзак к себе, Итариллэ подошла к огромному трёхэтажному зданию. Из окон дома лился свет, а из каждой его щелочки звучала музыка. Подумав о мягкой кровати и горячей ванне, полуэльфийка отворила двери в таверну «Гарцующий пони». Девушка подозревала, что спустя несколько месяцев выматывающего путешествия выглядит слишком потрёпанно, но не того, что едва ступив в светлую и тёплую гостиницу, к ней под ноги кинется небольшая женщина с крупными кудрями на голове. Она пахла совсем не как человек, но очень приятно. Та, услышав просьбу Итариллэ и получив золотую монетку тут же принялась отдавать приказы своим помощникам и велела подготовить лучшую спальню. Укутавшись в мягкое и тёплое одеяло после горячей ванны, Итариллэ поняла, что больше всего на свете скучала именно по этому ощущению. Дома. Встретившая тем вечером Итариллэ хоббитиня была женой владельца трактира. Звали её Мерри Хэт. Для хоббитов, славного народа населяющего Шир, было необычным жить и работать с людьми, но пара любила свою работу. Мерри лично встречала каждого путника, была добра и ласкова со всеми, чем немного напоминала покойную бабушку Рианнон. А её супруг Пул вёл дела честно, никогда не обманывал и не завышал цены на услуги. Оттого и дело их ладилось. Мерри оказалось болтливой и сердобольной женщиной. Она лично предположила откуда пришла Итариллэ и посетовала что им молодым лишь бы в приключения пускаться. И конечно спросила её имя. Из-за того, что слегка выдающиеся уши полуэльфийка прятала под волосами и капюшоном плаща, та не поняла, что она не совсем человек. И это было большой удачей. В мире очень редко рождались полукровные дети. Рано или поздно найдётся кто-нибудь, кто узнает о ней и её судьбе. Проще было полностью отказаться от старого и начать новую жизнь. Но какую? Времени на размышление в дороге было предостаточно. И Итариллэ взяла себе другое имя, отдавая и дань памяти своей семье и нарекая себя но новую судьбу. — Мое имя — Риан, госпожа Мерри. Я пришла издалека. Мне пришлось оставить свой дом, когда мои родные погибли. Я долго путешествовала по разным городам. И пока ещё не нашла своего дома. Риан было производным от Рианнон. Бабушка многое вложила в свою первую внучку. И хоть и ушла, когда девочке было всего пятнадцать лет, осталась в её сердце навсегда. — Бедная, бедная девочка, сколько горя натерпелась. И какая я тебе госпожа? Зови меня просто Мерри, — с нескрываемым сочувствием проговорила собеседница, протирая столешницу. Мерри велела Риан не беспокоиться о комнате и даже если у неё не хватит денег, она могла бы помочь им и тем самым заплатить за свой угол. Итариллэ не стала показывать свой кошель монет и драгоценностей, но поблагодарила за предложение. В целом прошло несколько дней прежде чем Итариллэ вновь обратилась к Мерри с поиском жилья. Золото имело свойство быстро заканчиваться, а у неё не было таких больших запасов. Приличную часть монет пришлось отдать на новую одежду ─ всё, что носила в пути полуэльфийка пришло в негодность. А ей к тому же многое нужно было перешивать под себя. Жильё для одинокой девушки нашлось не сразу. Многие не хотели пускать к себе потому что думали, что она ночная работница. Некоторые наоборот хотели именного этого. Какое-то время Риан жила в таверне и помогала Мерри, выполняя самые различные поручения: от разносчицы еды в трактире, до почтальона. Позже Риан нашла для себя более высокооплачиваемую работу, но время от времени оказывала доброй Мерри свои услуги. А навыки свои она прекрасно продемонстрировала в сфере, где редко встретишь женщин. Однако отлавливать разбойников выходило у Итариллэ лучше, чем разносить закуски и пиво захмелевшим гостям. В отличие от полупустого главного тракта, Бри располагался на пересечении двух дорог — Великого Западного Тракта и Зелёного Тракта, к северо-востоку от Шира и к югу от руин Форноста, являясь таким образом крупнейшим населённым пунктом среди себе подобных. Не удивительно, что на дорогах к нему было немало людей, желающих поживиться за чужой счёт. Впрочем и в менее крупных деревеньках таких как Стэдл, Комб и Арчет были свои герои. И городское управление Бри боролось с такими, выдавая награду за их поимку. Некоторые нужны были живыми, но лучше всего ей удавалось доставлять мёртвых. Те никогда не могли сказать каким способом обычной девушке удалось их поймать. Бри являлся фактическим торговым центром на территории от Шира до Ривенделла и крупнейшим поселением людей в Эриадоре тогда, когда Шир населяли преимущественно хоббиты. Несмотря на такие различия, жители Шира настолько привыкли к близости Бри, что практически не различали эти два места. Пускай Шир и славился спокойным и неагрессивным населением, но помимо разбойников с разоренных и разрушенных городов, промышляющих на дорогах, изредка случались и нападения более других безжалостных существ. Они разоряли сельское хозяйство, грабили и убивали, а также не гнушались каннибализмом. Особенно в холодное время года, когда дичи в лесах не хватало. Так и случилось и в первый год пребывания Риан в тех краях. Не терпевшая орков в любом их состоянии, а также проникшаяся сострадание к маленьким и безобидным хоббитам, она часто помогала просто так. Этот народец не доверял верзилам, как звали людей в тех краях, но вскоре репутация защитницы взяла своё. И многие семьи с удовольствием звали девушку на четырёхчасовой чай. Объездив весь Бри, Риан осталась довольна этим городом и решила остаться тут, а не в Шире, как планировала изначально. Город был достаточно плотно застроено домами, значительная часть которых (около сотни) — каменные. Для архитектуры Бри являлось характерным использование смешанного типа построек: первые этажи домов нередко выстраивались из камня, а вторые (третьи же были большой редкостью) — из дерева. Большая часть домов была повёрнута парадными фасадами на запад — к Великому Тракту. Население Бри составляют преимущественно люди: жили здесь тёмно-русые, ширококостные, приземистые люди весёлого и независимого нрава; никаких властей они не признавали, зато отличались особой толерантностью и доброжелательностью в отношении как друг к другу, так и к представителям остальных рас и народов Средиземья: хоббитов, гномов, эльфов. Вторую по численности группу представляла диаспора хоббитов, обитавших преимущественно в селении Стэддл, и отчасти — в Комбе. Так же не обошлось и без малочисленной группы гномов, среди которых самым известным был торговец Гроф из Синих гор. Эльфов же тут не видели очень давно. Позже Риан полностью освоилась в новом для себя месте. Разговорилась с хозяйкой магазина готовых платьев. И часто закупалась там одеждой, которая приходила в негодность в пути. Госпожа Элеонор под заказ лично шила для неё особые наряды и никогда не спрашивала для чего ей такие платья. Чёрные и плотные, защищающие руки, длинной по щиколотку. На талии крепился кожаный корсет со шнуровкой, благодаря которому и держалась вся конструкция, потому что верхняя часть спины была обрезана. Поверх платья накидывался тёмный плащ, а зимой ещё и полушубок из тёплой серой шерсти и длинные чёрные перчатки, полностью скрывающие ее руки. С непривычки подобный образ вызывал недоумения у местных жителей, предпочитающих яркие и цветастые одеяния. Ведь не скажешь же, что на чёрном не видна кровь и ночью маскироваться удобно домохозяйке с пятью детьми. Не поймёт. Впрочем и в Бри её вскоре начали узнать, просить помочь с доставкой товаров или почты, иногда спеть на детских праздниках, устраиваемых Мерри в "Гарцующем Пони" за отдельную плату. С помощью Мерри Риан удалось найти домик, в котором жила её двоюродная внучатая племянница Пэм Сэвидж и поселиться в нем. Пэм была дружелюбна и доверчива. Она оказала гостье хороший приём и всегда была любезна. Своё полукровное происхождение Риан продолжала скрывать. На обдумывание своей жизни у неё была целая смерть и долгие двенадцать лет. За это время Риан много раз вспоминала слова неизвестного о том, что мать подарила ей вторую возможность. Больше она не стыдилась Анкалимэ, была бы её воля, хотела бы пообщаться с ней вживую, но открыться посторонним людям, доверить свою тайну было слишком опасно. Что до дракона, то его девушка заперла глубоко внутри, не позволяя даже случайно выбраться наружу в неподходящее время и место. Одежда и ограниченный круг общения помогали ей в этом. Порой, выбираясь в отдалённые и дикие места, Риан зажигала огонь, использовала когти, а однажды даже крылья, чтобы спикировать вниз, но о том, чтобы подняться в воздух и расправить крылья речи никогда не шло.