***
─ Добытчик, скажи мне, нашел ли ты Аркенстон? ─ обратился к пришедшим позже всех остальных Бильбо и Риан Торин, едва они все собрались в Дейле обсудить дальнейшие действия. Как бы гномы не были подготовлены, даже они не желали оставаться на ночь в тёмном полуразрушенном доме, каждую минуту ожидая опасности. Он был уверен, что окружённый множеством глаз хоббит не посмеет ему соврать. Бильбо Бэггинс совершенно, на вкус Торина, не умел лгать, предварительно не подготовившись. ─ Мы не знаем… я не… ─ но слова хоббита затухли в разгорающемся нетерпении Короля под Горой. ─ Аркенстон. Ты… нашел… его? — уже медленнее и отчётливее произнес сквозь зубы правитель, наблюдая, как под его суровым взглядом хоббит съёжился со страху, и его взгляд заметался из стороны в сторону. ─ Где камень, Бильбо? Хоббит вздрогнул, делая маленький шажок в сторону. Открыт рот, затем прикрыл его и тут сделал то, что Торин не ожидал ─ его взгляд перескочил на стоящую в толпе Риан, хмуро взирающую на них. Больших доказательств ему было не нужно. Никакие слова не смогли утвердить обратное. Очень медленно Торин вынул свой меч и, не сводя взгляд с хоббита, наставил на него острие. Он уже не замечал, да и не хотел видеть, как его братья и друзья, а также прибившийся к ним чародей, сплотились кучнее, испуганно наблюдая за исходом конфликта. Всё, что его волновало, это лишь Аркенстон. Риан сглотнула горький ком в горле. ─ Ты правда нашел его, ─ без тени сомнения произнёс, оттесняя беднягу Бильбо в сторону холодным лезвием. Другие гномы застыли в отдалении. Всё было напрасно. Её пусть и маленькая надежда, что оказавшись от камня подальше, Торин начнёт приходить в себя, оказалась тщетной. Она умоляла, заклинала про себя, чтобы драконьи чары пали. Только вот кажется Торин был болен задолго до того, как они встретились. Просто очень хорошо скрывал это в себе. Или не очень... а Риан так глупо повелась на... какая уже собственно разница на что. «Так надо, так звёзды сошлись...» Вот и всё. Наблюдая как остриё меча приближается к Бильбо, Риан вышла вперёд. « ...Решайся, борись» ─ Оставь его, Торин Дубощит. У Бильбо нет Аркенстона. Нет и никогда не было. В эту небольшую заминку у хоббита появился шанс ускользнуть из-под острия меча. Зато теперь все взгляды оказались направлены на неё. ─ Что ты имеешь в виду? Что происходит? ─ тот перевёл свой взгляд на неё. Был зол, но и недоумевал. ─ А разве ты ещё не понял, Король Под Горой? Камень, за который ты готов продать душу... он у меня, — девушка запустила руку в карман, словно дразня короля гномов «имеющимся» там сокровищем. На короткое, но так много сказавшее мгновение лицо гнома озарилось радостью и одновременно одержимостью. Риан поняла, что никогда ещё она не была столь несчастной. И отступая на шаг от того, кто, как ей казалось, должен был изменить всю её жизнь, она рвала душу на части. Торин больше не тот человек, которого она знала. ─ Может мне отдать его? Чтобы посмотреть, как камень губит тебя. Как развращает сердце и сводит с ума. Ты думаешь проклятье, о котором молвят многие, лежит на этом золоте? Нет, у ценного металла нет души. Это все Сердце Государя. Сердце Горы. Оно должно было находиться глубоко под землей, защищая живущий здесь народ, но будучи выкопанным, оно начало менять гномов. Теперь жестокость, алчность и безразличие поселилось в их сердцах. И чем ближе они находятся к объекту своей страсти, тем сильнее чувствуют его влияние. Ты всё ещё хочешь получить его несмотря ни на что? Риан, до крови закусив губу, вынула руку из-под полы обшитой по краям мехом жилетки, доставая тканевый свёрток, кидая его королю. Тот кинулся за свитком, толкнув со своего пути Фили и ловко поймал его в полете. Его взгляд горел жаждой обладания. Сдернув ткань, Торин обнаружил самый что ни на есть обыкновенный камень. И лишь как маленькое доказательство рядом с ним лежал осколок государева камня. Взглянув на говорившую девушку, он заметил недоверие и шок на её прекрасном лице. ─ Ты не получишь его, Торин Дубощит. Он принесет тебе погибель. Я выбрала его своей наградой и знай, отныне он покоится в жерле Эребора — там, откуда пришел к вам. И никогда более ты не увидишь его. Я так сказала! ─ Своей наградой? Своей наградой? — разъярился Торин, ─ ты недостойна никакой награды, жалкая воровка. Сдерживать слёзы было очень тяжело. В горле першило, но взгляд оставался твёрдым, а спина ровной. ─ Я ведь собиралась на самом деле отдать его тебе. Много раз. Но ты изменился. Тот Торин, которого я знала, никогда бы не стал сомневаться в преданности своих братьев. ─ Преданности? Не смей говорить мне о ней! Я знал, что ты окажешься такой, подлая эльфийка. В твоей душе больше нет света. Уходи! Уходи прочь и не возвращайся! — ярость охватила короля, который ощутил, как боль предательства вновь накрывает всё его тело. Только не она. Кто угодно, но она не должна была предавать его! Девушка расправила плечи под множеством молчаливых взглядов и прошла вперёд. Больше гнева, обиды и отчаяния сейчас её волновало другое. Ни один из гномов не вступился за неё. Никто из тех близких и почти сроднившихся существ не пожелал выйти против своего короля. Накинув на плечи свой потасканный жизнью рюкзак, Риан сделала шаг вперёд. Под тяжёлый флёр молчания она забрала свой меч и щит и отдёрнула ткань палатки в сторону. — Ты ещё пожалеешь о своих словах, Торин Дубощит, но тогда, — она заглянула ему прямо в глаза, — тогда будет слишком поздно. И вышла. Продолжая сдерживать слёзы предательства, она шла и шла с совершенно ровной спиной больше не оглядываясь назад. Алчность и жестокость сгубила не одного человека, гнома, эльфа, хоббита и даже бога. Пусть сейчас она будет виновна во всех прегрешениях, но возможно однажды её поступок излечит Торина. Уже гораздо позже, когда наступил вечер, а девушка давно скрылась в неизвестном направлении, Торин сидел, обхватив руками голову и до боли вцепившись пальцами в волосы. Сейчас он был уверен, что потерял всё, ради чего жил последние месяцы. Нет больше того, за чем пришел он сюда, нет Родины, нет былого дома, нет Камня Государя и нет девушки, что растревожила его душу и украла сердце, чтобы после предать его. Она ведь была так близко. Мечта о том, что ему ответят взаимностью и он посмеет взглянуть в невероятного цвета аквамариновые глаза, блестящие словно сотни Аркенстонов, увидев там похожие чувства. Нет больше радости и нового смысла в жизни. Торин знал, что упрям. Голос рассудка и чувства, всё ещё бившиеся в нём, твердили, что он не прав, что она сделала это ради него, но его мысли были полны другим. Чувством доселе неизведанным — ощущением медленно закипающего негодования и отрицания. Зачем Риан это сделала? Куда она забрала Аркенстон? Правда ли то, что она сказала? Неужели он покоится в самой глубине Эребора? Кто может дать ему ответы? ─ Торин, ─ гаркнул на него суровый Двалин, видя уставший и больной взгляд, смотрящий на него, ─ прекрати хандрить. Хватит сидеть тут взаперти. Орки на полпути к нам, и мы должны быть готовы отразить их нападение. ─ Нас предали, ─ сурово сказал он. — Ты этого ещё не понял? ─ Если ты вернешь её, она расскажет всё подробнее. Я уверен, что тогда ты все поймёшь, ─ обнадёжил его Балин. ─ Объяснение?! ─ сорвался Торин. ─ Она украла камень! Хотя знала, как он дорог мне и всем нам. Только с помощью него мы можем объединить все семь родов и одержать победу. Кто я теперь? Даже не король в изгнании, желающий объединить гномов, нет… никто. Или вы верно ещё не поняли, что Эребор не наш? Разве кто-то из вас уже сразил дракона? Никто не придет к нам на помощь. ─ Прекрати истерику! ─ рассердившись, прикрикнул старый гном. Ему казалось, что он пытается приструнить несмышленого ребенка, а не собственного короля. ─ Я стар, но мой слух ещё не изменяет мне — я прекрасно расслышал, что сказала девушка перед тем, как уйти! Тебе не приходило в голову, что она оказала нам услугу? Но Торин его уже не слушал. Он сорвался с места и направился в места, известные только ему. *** Попрощаться с человеком, вычеркнуть его из своей жизни — это тихонько вырезать кусочки памяти, сжечь отдельные отрывки всех эмоций, которые вызывал человек, и которые вы пережили вместе. Попрощаться с близким человеком — это частично умереть. Но как бы тяжело не было всегда наступает такой момент, когда терять уже не страшно. То, что пугало тебя долгое время вдруг отпускает куда-то на задний план. Ты больше не боишься тонуть, потому что осознаешь ─ ты уже на дне. Ты достиг её предела. И теперь остаётся лишь одно ─ научиться дышать там, не надеясь на помощь с поверхности. Риан, вопреки всем логичным предположениям и доводам, не осталась в лагере людей, не хотела видеть никого из них. Она, невзирая на усталость и горечь, обошла Одинокую Гору, поднимаясь всё выше и выше. Одинокая пещера, скрывающаяся в тени растущего вековечного кустарника, была славным местом укрытия для начала. Слезы, больше не сдерживаемые силой воли, горькими каплями капали из её глаз. Риан «умирала». Впрочем, никого это не волновало, поскольку помимо неё в пещерке было лишь эхо. Риан едва ли помещалась туда полностью, но двигаться дальше не было сил. Она сама выбрала этот путь. Отреклась от мечты и честолюбивых надежд. Она — одиночка. Всегда была ей и будет до скончания жизни. Всё, что теперь её волновало — это не дать погибнуть Фили и Кили. Хотя бы ради их матери, которая тревожится за сыновей где-то там на другом конце света. «Пожалуй, они правы, помещая любовь и прочие чувства в трактаты и книги. Возможно, только там ей и место», ─ твердило ей разбитое сердце. И теперь, лёжа на холодном камне с одним лишь плащом под спиной, Риан стирала из памяти то, что только крепче привязывало её к Эребору: каждую невольную улыбку, каждый недовольный взгляд, нахмуренные брови, суровый вид, беспокойство в глазах, драку спина к спине, холодные ночи, горячие ладони и тысячи минут разговоров. Страдание — страшный огонь. Оно либо очищает, либо разрушает. Предай огню всё, что любила, а затем сожги и пепел. Всё. Всё это сейчас сгорало в огне памяти и пепел прошлых воспоминаний летел по нему, подгоняемый ледяным зимним ветром. Больше ничего не останется ей на память от этого долгого приключения. Длинной во всю её вторую жизнь. Постепенно слёзы высыхали на бледном осунувшемся лице. Риан погрузилась в беспокойный и короткий сон, всё ещё вздрагивая и беспричинно сжимая прохладной ладонью рукоять такого же тонкого, как и последняя связывающая с реальностью ниточка, меча.Глава 27. Тени сгущаются.
12 ноября 2018 г. в 12:11
Услышав шум, Торин приказал всем идти за ним. Теперь они следовали за королём, так или иначе ожидая неприятного. Он, несмотря на прошедшие года, пострадавшую от времени или покореженную деяниями Дракона обстановку, хорошо помнил каждый здешний закоулок. Наверное, даже лучше, чем сама Риан.
Они шли за Торином, словно цепочка огоньков в темноте, то и дело настораживаясь ─ не слышно ли жадного к их сокровищам исполинского зверя? Лишь одна Риан да Бильбо знали правду — не слышно. Но переубеждать гномов было непозволительно, не говоря о том, что бесполезно, ведь их вечное гномье упрямство тверже булыжника.
─ Это главный зал Трора, ─ промолвил Торин, когда они все поднялись на самый верх, откуда Риан, повернув в левый коридор, проникла бы в покои королевы. К её счастью они двинулись прямо. ─ Здесь устраивались пиршества и собирался королевский совет. Отсюда до Главных ворот уже недалеко.
Девушка знала, что путь до Главных ворот был испорчен. К ним не пройти просто так, лишь по воздуху, именно поэтому столь простой выход был ей недоступен. Хоть обрушенная часть перехода была не слишком большой, Риан не была уверена, что гномы смогут перепрыгнуть его и остаться целыми.
─ Торин! ─ воскликнул Оин, видя, как они зашли в тупик. ─ Что дальше?
Рассматривающий грозную впадину Бильбо, сам того не ожидая, предложил решение. Мост. Дуб — самое крепкое и живучее дерево, поэтому недаром из него мастерят лучшую мебель, копья и прочные щиты. Со временем они портятся гораздо медленнее. У гномов оказался отличный шанс найти несколько крепких досок.
Вернувшись в бывший зал, Оин и Глоин — мастера по дереву и его розжигу, внимательно оглядели скамьи и стулья, что начинали гнить. Ковырялись в них, пока не отобрали нужные доски. Наконец те были проложены через пропасть и позволили всем, даже неуклюжему Бомбуру, перебраться через переправу. Пройдя ещё одни двери, девушка замедлила шаг. Ушей Риан вдруг коснулось журчание воды и свет из тусклого постепенно сделался ярким.
─ Здесь берет начало река Быстротечная, ─ сказал Торин. ─ Она приведет нас к Главным воротам.
Из темной дыры в скале выбегал бурливый поток и струился по узкому стоку, выдолбленному в камне искусными руками старинных мастеров. Рядом шла мощеная дорога, и такая широкая, что по ней могло пройти много людей в ряд. Друзья бросились по ней, обогнули выступ, и… О, чудо! — в глаза им хлынул дневной свет. Перед ними выросла высокая арка. Почерневшая, ободранная, но со следами старинной резьбы. Туманное солнце посылало между отрогами Горы бледные лучи, которые золотили порог. Стайка летучих мышей, потревоженных дымом факелов, вихрем пронеслась у них над головой.
Риан не верила собственным глазам. Она вновь тут: Главные ворота открыли им выход, пройдя через который виднелась расстилающая свои просторы пустая долина. Руины Дейла, темный лес и далёкие и, казалось бы, такие недоступные Мглистые горы.
Риан вдохнула полной грудью, улыбаясь. Холодный ветер и наступившая зима пробирали до костей, но этот ветер был необычайно приятным, словно являлся предвестником перемен. А вот гномы заприметили источник своего шума. Им необыкновенно повезло. Источником издаваемого звука были не армия орков, а столь же многочисленная армия вооружённых эльфов и людей, двигающихся со стороны Долгого Озера.
Торин, глядя на огромное подступающее войско, обозначившее свой приход боевым зовом эльфийского рога, был шокирован и разозлён. Кто их уведомил о том, что они здесь? Кто их послал? Не за их золотом ли сюда пришли? Тем не менее гном приказал всем спускаться вниз, чтобы провести переговоры с пришедшими.
Риан, оказывается, не так и хорошо разбиралась в устройстве Эребора, поскольку такой же незаметной лестницы, по которой они начали свой спуск, она не помнила. Та вела их вниз и прямо к плотно замкнутым вратам.
Едва они спустились, как стало понятно, что огромное по своей численности войско ведёт за собой не лесной Владыка, а его сын. Это Леголас направлял вперёд воинов, облачённых в серебристые доспехи и вооруженных мечами, копьями и луками. Риан отчего-то ощутила, как напряжение покидает её. За то короткое время, что они провели бок о бок, девушка стала считать лесного принца если не другом, то довольно неплохим эльфом. Уж он-то не стал бы вредить своим соседям. А уж когда отряду удалось разглядеть прибывших, так сомнения отпали у всех.
Подчиняясь известному только им приказу, армии остановились поодаль. Оттуда отделились четверо: двое эльфов и двое людей, и стали подходить к ним. И эти четверо были знакомы каждому из освободительного отряда.
Она ясно разглядела среди них Барда — озерного лучника, помогавшего им в беде, и, по всей видимости, являющегося предводителем войска. Эльфы — её недавние спутники — Леголас и Тауриэль. При виде последней Кили словно воспрянул духом, а эльфийка едва заметно ему улыбнулась.
─ Гномы Эребора, мы прознали, что сюда надвигаются орки, ─ начал свою проникновенную речь Леголас. А затем, коротко взглянув на закутанного в плащ четвертого спутника, продолжил:
─ Легионы орков, жаждущих вашей крови. Лесной народ хочет мира, поэтому будет воевать против них с вами. За этим мы и пришли. Вам на выручку.
─ Торин Дубощит, озерные жители не менее благодарны за своевременное предупреждение, что помогло спасти множество невинных жизней, ─ вторил ему Бард. ─ А потому и мы будем сражаться против общих врагов
Тот самый четвертый спутник оказался никем иным, как чародеем. Гэндальф выглядел не лучшим образом, однако радовался встрече не меньше других. Его потрёпанная шляпа и полы длинной хламиды были в пыли и нуждались в починке. Несмотря на это, его глаза улыбались, увидев всех друзей живыми и здоровыми.
─ Где же ты был? Почему так долго не появлялся? ─ бойко спросил Глоин, но и прочие вопросы посыпались с разных сторон.
─ Тише, тише, что расшумелись? ─ притворно возмущаясь воскликнул Гэндальф, и оперся на свой резной посох. ─ Я побывал в плену в Черной Крепости, насилу вырвался, орки всё-таки сумели подпалить мне пятки, а они даже не спросят, как мое здоровье! Какая непростительная невежливость, не находите?
Но затем покачал косматой седой головой и улыбнулся всей компании гномов, добытчику и воительнице.
─ Маг всегда появляется вовремя, да Бильбо? — хоббит в ответ расплылся в улыбке. Он уже и не чаял встретить старого мага.
─ Рано вы радуетесь, ─ раздался голос Торина, обращающегося ко всем сразу, прерывая их веселье. ─ Эребор ещё не свободен. Мы ни в малейшей степени не завершили свою миссию. Гэндальф, дракона не было.
Серый маг, услышав плохие новости, заметно помрачнел, но после, обдумав что-то своё, сказал им:
─ Не стоит из-за этого переживать. Время ещё терпит. Мы расположимся неподалеку, в обломках Дейла. Будем лишь надеяться, что зверь просто покинул свой дом.
─ Подгорный король, ты уверен, что дракон существует? Что ещё жив? Поскольку даже я, потомок Гириона, начал сомневаться. Никто из нас не слышал о нем уже много лет.
Бард озвучил давно мучивший каждого присутствующего вопрос. Отряду казалось, что только великий чародей способен дать на это ответ.
─ Я ни в чем не могу быть уверен, лишь в одном ─ дракон был, и он напал на Эребор. Где он сейчас ─ охотится ли или улетел прочь, мне неведомо, а потому, если хотите защитить свою жизнь, остановитесь в Дейле. Мне неведомо, когда он вернётся и что нам делать дальше.
Оставшийся день они были предоставлены сами себе. Торин, несмотря на его приоритетную цель ─ добыть Аркенстон, никого насильно в Гору не позвал. Сама Риан предпочла не возвращаться под Гору какое-то время, а лучше навестить давно заброшенный и разрушенный Дейл. Бильбо уже ушел туда часом ранее вместе с Гэндальфом.
Многие из отряда повторили её действия. По крайней мере, Кили и Фили, а также Бомбура и Оина она однозначно видела среди переселенцев. Как бы ни были предупреждены жители озерного града, предотвратить разрушения своих домов они не смогли. Было решено оставить Эсгарот и устроиться в месте более защищённым, чем город на сваях.
Заметив беседующих явно о чём-то личном Тауриэль и Кили, Риан не посмела им мешать. Подкрепившись в походной кухне, которой временно заведовали Бомбур и оказавшийся рядом с ним Бофур, Риан решила осмотреть руины полностью.
Однако наткнувшись на Леголаса, сидевшего на вершине разрушенной сторожевой башни и напряжённо вглядывавшегося в поступающую темноту, Риан решила остановится рядом.
─ Амариллис, я рад видеть тебя живой и здоровой. Гномы не погубили тебя. Как ваши поиски? ─ спросил, даже не повернувшись к ней, вероятно лишь ощущая её присутствие и не выпуская оружие из рук.
─ Все хорошо, Леголас. Впрочем, как и прежде. Спасибо за заботу, ─ отозвалась она.
Однако те чувства, что переполняли её в данный момент, требовали поделиться ими хоть с кем-нибудь.
─ Ты уже в курсе, что наши поиски ещё ничего не дали. Торин словно… ─ она помедлила и какое-то время подбирала самые удачные слова, ─ …повернулся на Аркенстоне. Его не волнует то, что зверь может быть ещё жив и вполне способен появиться здесь. Я уже чувствую себя лишней там, среди них и… а впрочем какое тебе дело до этого. Какие новости у вас?
─ Отец недоволен моим поступком. Он изгнал Тауриэль, а я ушел следом. Бросив клич, я собрал войско, готовое защищать свой народ. Очень многие последовали за мной. Мы, как я и утверждал ранее, будем сражаться с вами. Наконец-то непонимание и рознь между нашими народами прекратится, ─ доложил ей Леголас, спрыгнув, а вернее с какой-то лёгкостью и грацией опустившись со своего наблюдательного пункта.
─ А на счёт Дубощита… я всерьёз полагаю, что что-то в этом деле не чисто. Но может всё ещё переменится, едва вы справимся с общей бедой. Я чувствую её приближение. Словно сама земля предупреждает нас об этом…
Риан ещё долго сидела рядом с эльфом, пока даже Бильбо не стал собираться обратно в Эребор. Он твердо решил не бросать своих друзей в беде, а девушка решила не оставить хоббита одного. Пора было отдать Торину то, что он так искал.
Но едва они вошли в древнее королевство гномов, как увидели стоящего рядом с троном Торина, уже облаченного в королевские одежды и регалии. Торина, который был очень зол и недоволен.
─ Он здесь, в этом зале. Я точно знаю, ─ громыхнул гном.
─ Мы обыскали всё, ─ негромко возразил ему Балин.
─ Значит плохо искали, ─ сорвался на крик король.
─ Торин, мы все хотим вернуть камень, ─ подхватил Двалин, стоящий рядом с братом.
─ Однако он до сих пор не найден! ─ Король-под-горой не думал понижать тон, окидывая присутствующих товарищей холодным властным взглядом.
Риан замерла, обнаружив неизбежное. Нет, это не правда! Такого не должно было быть. Что изменилось с ним за день, который он провел под Горой, думая лишь об Аркенстоне?!
─ Ты сомневаешься в нашей преданности? ─ вновь подал голос Балин. ─ Аркенстон ─ достояние всего нашего народа. Мы тоже хотим найти его.
─ Это… королевский… камень, ─ буквально по слогам произнес багровеющий Торин. ─ Разве я не Король?
Эхо его крика разнеслось по всему Эребору.
─ Знайте же, если кто-то найдет камень и утаит его от меня, я жестоко ему отомщу.
С такой верой в собственные слова это было произнесено, что Риан не на шутку испугалась. Она тревожно переглянулись с Бильбо, и тот решил то же, что и она. Проклятье драконьего золота существует и Торин попал под него. Нельзя было допустить худшего. Риан выскользнула из тронного зала тяжело дыша.
Вскоре её нагнали Балин и Бильбо.
─ Драконий недуг, ─ прошептал седовласый гном, ─ я уже видел такое однажды. Этот взгляд. Ужасная жажда. Это неистовая и жестокая страсть. Она свела с ума его деда.
─ Балин, а что, если Торин получит свой Аркенстон? Ну, если он найдется. Это ему поможет? — с волнением переспросил Бильбо.
«Пожалуйста, скажи да, Балин», ─ молила Риан, но не была услышана.
─ Этот камень ─ венец всего. Это вершина всех богатств. Он даёт власть тому, кто им владеет. Усмирит ли он его безумие? Нет, дружок, боюсь станет только хуже. Будет лучше, если его никогда не найдут, ─ выдохнул от тяжести своих слов гном.
Вот и все. Вот и решилась судьба Аркенстона. Она заметила незримое согласие с теми словами Бильбо. Риан приняла решение — она не позволит Торину сойти с ума.
Целый день гномы продолжали искать, рыться в огромной сокровищнице. Так назвали полный золота и драгоценностей зал, но никто не мог найти венец желания королевской жажды. И с каждым неутешительным известием Торин мрачнел ещё больше и уже всерьез стал подозревать, что его просто выкрали у него под носом.
Выкрали? А кто у них специалист по добыче всего тайного? Неужели хоббит осмелился пойти против своего короля, посмел предать его? Кто ещё мог так поступить? Ведь не Риан же помогала ему? Но они были единственными, кто дважды проник сюда и дважды могли сделать всё, что угодно.
Однако эту догадку нужно было проверить и как можно быстрее. Осталось лишь дождаться каждого.
Риан предчувствовала это. Время ограничено. Не для них. Для неё. А потом всегда держала при себе полупустой рюкзак, будто бы заранее знала, что за всем этим последует.
И грядущей ночью она собралась сделать это.
Зная, откуда гномы раньше добывали залежи драгоценных металлов и руды ─ шахты те были заброшены достаточно долгое время, ещё до того как подгорный народ покинул Эребор, Риан отправилась именно туда. Минув достаточно опасные и заброшенные тоннели, порядочно пропетляв по ним, воительница достигла бездонной пропасти. Даже дракон никогда не спускался туда.
Вынув из жилета завёрнутый в отрез ткани камень, Риан долго на него смотрела. Сейчас она делает то, что навсегда изменит её жизнь. Но какой от неё прок, если вместо долгожданной победы будет вынуждена наблюдать гибель ставшего дорогим ей существа?!
Риан выдохнула и опустила глаза. Выпрямила спину и напрягла каждую вопящую в теле клетку. Сделав непомерно жадный вдох и втянув через ноздри мрачный затхлый воздух, Риан выпустила когти…