День откровений
12 марта 2018 г., 15:51
Бамбуковая занавеска прошуршала, впуская посетителя. Мамбу поднял голову, кивнул. Вошедший пират подошел и присел рядом, поставив перед главарем ноутбук.
— А наш гость фотогеничен… — усмехнулся тот, смотря на фотографию на экране, потом поднял глаза на пирата.
— Выкинули наживку, посмотрим, что клюнет, — со знанием дела произнес тот. — Я тут пробил его фото по интернету и базам.
Выражение лица пиратского эксперта при последних словах совсем не понравилось Мамбу, заставив приподняться на локте.
— И?
— Ни-че-го…
— Так не бывает…
Мамбу сел, внимательно посмотрел на пирата и перевел взгляд на экран ноутбука. Так действительно не бывает. Любой человек, почти каждый хотя бы где-то, хотя бы раз, но засветится. В базах авиакомпаний, налоговых и полиции, а уж про соцсети и говорить нечего — кладезь информации для них. Сколько солидных кушей было сорвано из-за стремления людей покрасоваться самим и похвастаться своими достижениями или семьей. Но так, чтобы ничего…
— Я прочесал все базы, — повторил «эксперт», — к каким есть доступ и какие смог взломать. Его нет даже в базе Интерпола и ЦРУ, а уж в них, по-моему, есть почти все жители Земли. Даже нас с вами нашел.
— То, что он не прост, я не сомневаюсь, тут и без этого шакала-матроса сразу было понятно. — Мамбу задумчиво кусал губы, теребя чётки в руках, подсмотрел на эксперта. — Политик? Даже если предположить, что честный и неподкупный, все равно засветился бы. На официальных фото, например.
— Судя по его физической форме и выносливости, — подхватил нить размышлений его собеседник, — на политика не похож. Военный?
— Засветился бы. В базе ЦРУ точно, они держат под колпаком все более-менее значимые фигуры из этой области.
— Тогда?.. — Мамбу поднял глаза на своего эксперта, тихо чертыхнулся, потому что волей-неволей все их умозаключения наводили на одну-единственную мысль. — Спецслужбы… Только этого нам не хватало!
Мамбу сжал четки в руках, послышался хруст.
— Похоже на то, — хмуро кивнул эксперт, — причем не из простых. Явно верхушка. Английский у него хороший, хоть и говорил он мало, но я уловил акцент. Не американец, и не англичанин.
— Какая разница! — чертыхнулся Мамбу. — Если его узнают на фото и начнут искать, мне тут только второй «Бури в пустыне» не хватало!
Мамбу поднялся и пару раз прошелся по комнате туда-сюда, остановился, повернулся к собеседнику.
— Вот что. Сегодня вечером попробуем еще один вариант. Приведете всех троих на закате к южному гроту. Сейчас покормите их, дайте воды. Он должен быть в норме к вечеру. Адель не любит дохляков.
Собеседник понимающе усмехнулся.
— Если и после этого не заговорит, утром закончим с ним. Мне напрасный риск не нужен. Если нас накроют, никакие деньги уже будут не нужны.
— А с двумя другими что делать будем? Я пробил их тоже, голяк, пусты, как разбитая копилка. Даже смысла нет возиться.
— Тогда ту да же, к нему в компанию. Всех одним паровозиком спустим… — Мамбу подошел к окну, прикрыв глаза, посмотрел на стоящее в зените солнце, освещавшее вершину нависшей над морем скалы, — с обрыва… Будут у рыб на завтрак европейские деликатесы. Все иди, мне надо подумать.
Пират кивнул, хотел было забрать ноутбук, но Мамбу жестом остановил его. Едва занавески закачались за ним, Мамбу вернулся на ложе, повернул к себе ноутбук.
— Кто же ты, черт тебя побери…
***
Первым из их скульптурной группы отмер Дэймон. Схватив телефон, он набрал номер, включил громкую связь. — Слу… — Откуда у тебя эта фотография?! — не дав даже сказать и слова, взволнованно прервал он. — Наткнулись в интернете, когда мониторили новости по нашему крушению, — ничего пока не понимающий Марк, конечно, услышал явное волнение в голосе Дэймона. — Ты, кстати, читал текст под фотографией? Я из-за него и прислал ее тебе. Текст? В состоянии шока от увиденного никто, конечно же, даже не подумал, что там может быть еще и какой-то текст. Дэймон быстро мышкой спустился вниз. — Сомалийское отделение Красного Креста, — начал он читать вслух, — сообщает об обнаружении на берегу моря человека в бессознательном состоянии. Ввиду последних событий наши сотрудники сделали вывод, что он может быть с затонувшего у берегов Мадагаскара круизного лайнера. Документов при нем не было, в сознание он до сих пор не приходил. Просим родственников, узнавших его, связаться с нами по телефону… — Тебя ничего не смущает? — теперь уже Марк прервал Дэймона. — Сомалийское отделение… — хмыкнул тот. — Вот именно! А ты чего так разволновался? Я вообще тоже думаю, что парень с лайнера, надо попробовать показать его фото выжившим пас… — Это мой тесть. На том конце, словно хрустальный колокольчик, зазвенела тишина. — Можешь мне скинуть все, что у тебя есть по этой фотографии, — после некоторого молчания продолжил Дэймон, — как ты на нее вышел, через какой поиск работал. И вообще, что-то уже нарыл? — Пока нет, — тихим ошеломленным голосом произнес наконец Марк. — Как его имя? — будучи профессионалом, он смог достаточно быстро сориентироваться. — Кристиан Рокье, сорок пять лет. Был на лайнере с женой, она выжила. Мы сейчас с ней в отеле «Махамбо». — Хорошо, понял тебя. Я попытаюсь выяснить, с какого домена был выход в сеть. Будут результаты — позвоню. — Спасибо. Дэймон выключил телефон и обвел взглядом всех остальных. Макс, тоже придя в себя, шумно выдохнул. Саша откинулась в кресле, качая головой и кусая губы. Джоанна все так же неподвижно сидела, не сводя глаз с экрана ноутбука. — Почему, — Макс повернулся к Дэймону, — вас с этим парнем так смутило сомалийское отделение… — Красного Креста? — закончил Дэймон вопрос. Макс кивнул. — Дело в том, что когда происходит что-то подобное, любое, даже неофициальное, отделение Красного Креста в первую очередь связывается с головой, если нет возможности, то выходит на ближайшее официальное отделение или хотя бы на власти, но никак не выкладывает в интернет фотографии найденных людей. Это раз. Два, — Дэймон подвинул ноутбук поближе, слегка развернув в сторону Макса, — смотри, что они дальше пишут. «Судя по характеру полученных повреждений, мужчина подвергся нападению, судя по всему, веснушчатой акулы, имеющей небольшие размеры и оставляющей характерные следы». — И? — не понял Макс. — Ареал обитания веснушчатой акулы действительно побережье Сомали, — кивнул Дэймон, — но последний раз ее видели там тридцать лет назад. Макс откинулся на спинку дивана, вырвавшееся из него отборное немецкое ругательство вывело Джоанну из оцепенения. Она еле слышно всхлипнула, зажав рот рукой, и задрожала. Саша тут же пересела из кресла к ней, обняла за плечи. — Ну, и, наконец, акулы оставляют совершенно другие следы, и никогда не атакуют сразу все тело человека. — Дэймон увеличил фотографию, несколько секунд внимательно изучал раны на теле Кристиана под молчаливые взгляды Макса, Саши и Джоанны. — То, что я вижу, больше похоже на укусы черных муравьев. И, — он повернулся к остальным, — чтобы получить такой разброс ран, надо быть несколько часов привязанным к дереву, в котором живет колония. — Он у пиратов, — очередной отборный немецкий мат, Макс поднялся, меряя комнату шагами, подошел к окну и замер, уткнувшись лбом о стекло. — Да, — кивнул Дэймон, — я тоже так думаю. И это фото — ловушка. Пираты явно не знают его имени, поэтому расчет на то, что родственники, увидев фото, свяжутся с ними. По каким-то причинам пираты уверены, что могут получить за него хороший выкуп, но, не зная имени, непонятно, с кого его требовать. — Его пытали, чтобы узнать имя… Все разом обернулись на голос Джоанны. Она уже смогла взять себя в руки, но отвести взгляда от фотографии пока была не в состоянии. — Похоже на то… — вздохнув, кивнул Дэймон. — И, если до сих пор с нами никто не связался, вывод один. — Он им ничего не сказал. — Джоанна прикусила губы, сдерживая громкий вздох. — Что ж… — Макс отошел от окна и, вернувшись на диван, подсел к Джоанне, взял ее руки в свои. Она, наконец, смогла отвести взгляд от экрана и посмотрела на него. — По крайней мере, мы знаем, что он жив. Пиратам нужен выкуп, они не убьют его. Мы найдем его. — Нам бы понять хоть примерно, где его могут держать… — Дэймон, тоже откинувшись на спинку дивана, повернул голову к Максу и Джоанне. — Марк, конечно, всех сейчас на уши поставит, чтобы вычислить домен, откуда была выкинута в сеть фотография, но… — Дай сюда, — Джоанна тряхнула головой, словно скидывая оцепенение, подвинула к себе ноутбук. — Я не знаю твоего Марка. И я, конечно, не Леон, но попробую сама выяснить, откуда был выход в интернет. У тебя на ноутбуке есть пеленговая программа? — повернулась она к Максу. Тот коротко кивнул, и вскоре на экране уже крутился значок планеты, означавший, что вскоре у них будет шанс узнать ответы на их вопросы.***
Капитан осторожно обрабатывал снова те же раны, что и накануне ночью. Едва Кристиан появился на пороге грота, как у старика все сначала похолодело внутри, а потом вскипело от увиденного. Кристиан был настолько обессилен, что даже не пытался возражать, когда Кровель осторожно усадил его, прислонив боком к стене, и приступил к обработке ран на спине, лишь изредка вздрагивал, когда капитан касался особенно серьезных ран. Матрос, пристроившись у противоположной стены, молча наблюдал за ними. Он не понимал, как можно так стоически выдерживать обработку ран, приносившую боль не меньшую, чем сами раны, но за все время, что капитан провел около пассажира, тот не произнес ни звука. Наконец, капитан последний раз обмакнул рану на плече Кристиана полотенцем и, положив его рядом, осторожно коснулся плеча. — Теперь бы ранам подсохнуть, — капитан отодвинулся от Кристиана, тот повернулся, сел у стены, облокотившись затылком, — но неизвестно, сколько времени они дадут вам. Когда снова придут за вами. — Учитывая, что они не получили пока от меня то, что хотели, — Кристиан усмехнулся, повернул к капитану голову, — скоро придут. — Уроды… — покачал головой Кровель. Матрос, прикусив губы, виновато поглядывал в их сторону. — Вполне ожидаемое поведение с их стороны. — Кристиан слегка поменял положение, невольно коснувшись спиной стены, поморщился, — и другого ждать не приходится. А поскольку прекратить это можно, только согласившись на их требования, что для меня неприемлемо ни при каких обстоятельствах, выбора у меня нет. Радовать соперника проявлением боли я тоже не привык, научился контролировать ее. Капитан посмотрел в сторону Кристиана, но спрашивать, что тот имеет в виду, не стал. На открывшуюся дверь матрос снова вздрогнул, а Кристиан с капитаном лишь подняли глаза. Но это всего лишь были три подноса, на каждом достаточно большая лепешка, небольшой кувшин воды и несколько фруктов. Кристиан удивленно посмотрел на капитана, когда тот, оставив себе лишь воду и фрукты, хлеб молча переложил на его поднос. — Вам нужны силы, нужнее, чем мне. — Кровель остановил его руку и посмотрел в глаза так, что Кристиан замер. — Позвольте мне помочь хотя бы тем, что я в силах сделать. Рука Кристиана вернулась обратно, он как-то совершенно по-другому посмотрел на капитана, поймав, прочувствовав этот отцовский порыв Кровеля. А тот лишь улыбнулся, когда на его поднос лег оторванный приличного размера ломоть. Они не заметили, как постепенно в окошке двери начало темнеть. Кристиан в легкой полудреме сидел, прислонившись к стене, капитан молча посматривал в его сторону, пару раз беззвучно шикнув на матроса, который, как ему казалось, слишком шумно вертелся, устраиваясь у своей стены. Дверь в очередной раз заскрипела, но теперь никто из них троих уже не испытывал заблуждений по поводу причин визита к ним. Кристиан поднялся, капитан тут же встал за его спиной, взял его за руку, словно так мог остановить неизбежное. Матрос молча повернулся в сторону двери. Пиратов было трое. Лишь участившееся дыхание выдавало волнение Кристиана, когда двое из них подошли к нему. Но за руку его взял только один. Второй подошел к капитану, оттолкнул его от Кристиана и слегка толкнул к двери. Матрос привычно вздрогнул, когда третий пират схватил его за руку и так же толкнул к выходу. Их привели на побережье. Оранжево-бордовое солнце медленно опускалось за горизонт, волны набегали на берег и откатывались, оставляя после себя сверкающий в свете заходящего солнца песок. Огромная скала в форме оскалившейся змеиной пасти нависала над морем. — Шикарный вечер, не находите? — Мамбу подошел к пленникам и посмотрел на каждого по очереди. — И обстановка располагает для нашей очередной беседы, — остановившись напротив Кристиана, пират посмотрел ему прямо в глаза. — Они-то вам зачем? — спросил Кристиан. Матрос его, признаться, мало волновал, но за капитана он переживал, не хотел, чтобы старику причиняли боль впустую. — Что вам с них взять-то? — Вы правы, нечего… Но я подумал, что им скучно, наверное, сидеть в темноте. Ни хлеба, ни зрелищ… С хлебом я уже исправился, дело за зрелищем… Привычная тяжесть где-то внизу живота нарастала, сердце учащенно забилось в груди, но ни один мускул на лице Кристиана не дрогнул, когда главарь привычно махнул рукой. Двое пиратов подошли и, схватив за локти, потащили к скале. Капитан дернулся следом, но его тут же осадили, матрос непонимающе крутил головой. — У нашего друга главная роль в сегодняшнем представлении, а у вас, — Мамбу усмехнулся, повернувшись к капитану и матросу, — лучшие зрительские места. Когда их подвели ближе к скале, Кровель в очередной раз попытался вырваться, потому что увидел, что Кристиана положили на песок между морем и скалой, подняли руки и, натянув их, закрепили веревками вокруг выступающих ее частей, а ноги, раздвинув, так же укрепили вогнанными в песок большими скобами. Капитана и матроса подвели к самой скале и, придерживая за руки, усадили на выступы. Мамбу подошел к Кристиану и присел около него на корточки. Тот молча смотрел вверх в вечернее небо, и лишь взволнованно поднимающаяся грудь выдавала его состояние и чувства сейчас. — Очень милое местечко. Здесь замечательно загорать днем, да и море шикарное — ни медуз, ни водорослей. Но вот поздним вечером и ночью местные сюда предпочитают не соваться. Знаете — почему? Кристиан молчал. — Дело в том, что как раз в этом месте проходит тропа миграции морской гадюки, которая днем живет на суше, а в свой дом на мелководье возвращается ночевать. Милейшее создание, скажу я вам. Правда, очень не любит, когда на ее пути возникают препятствия. — Уроды! — вдруг донеслось со скалы. Обернувшись, Мамбу увидел вырывающегося из рук пиратов капитана. — Поэтому, — снова вернувшись к Кристиану, продолжил главарь, — если вы не хотите, чтобы она накормила вас своим ядом, который, к слову, убивает медленно и мучительно, вам придется лежать не просто тихо, а неподвижно. Малейшее движение, когда она будет переползать вас, и… Заодно мы узнаем, так ли хорошо вы умеете владеть своим телом, как мне показалось по двум нашим предыдущим встречам. Скоро Адель, так наша деревня зовет это чудное животное, будет здесь. Но у вас есть немного времени, на звонок хватит. Мамбу лишь кивнул в ответ на все то же молчание Кристиана, который продолжал смотреть в небо, в котором начали появляться первые звезды. — Ночь обещает быть ясной, видно будет хорошо, — усмехнулся Мамбу, подойдя к скале, и посмотрел прямо в глаза капитану, который все пытался вырваться из державших его рук. Пытался, хоть и понимал, что ему все равно не дадут и шага сделать к Кристиану. Но просто сидеть и смотреть он тоже не мог. Матрос от шока даже забыл зажмуриться, лишь вздрогнул, когда со стороны берега послышалось шипение. Капитан сначала замер, затем резко повернулся в сторону Кристиана. — А вот и Адель… — Мамбу улыбнулся, удобнее устраиваясь на скале. Услышал шипение и Кристиан. Не поворачиваться, только не поворачиваться, замереть, желательно, вообще перестать дышать. Руки невольно сжались в кулаки, когда он почувствовал, как его тела коснулась гладкая чешуя. Не поняв неожиданного препятствия, которого еще утром тут не было, змея сначала замерла, ткнулась один раз, еще. Тепло живого существа заставило ее приподнять голову и зашипеть чуть громче. Кристиан прикусил враз пересохшие губы, опустил взгляд вниз, насколько мог, но видел лишь хвост гадюки. Только бы на грудь не поползла, сейчас это была единственная часть тела, которую Кристиан никак не мог успокоить. Она учащенно поднималась и опускалась вверх-вниз, выдавая его волнение. Немного подумав, что же ей делать, змея, поначалу замерев, наконец определилась, опустилась на песок и полезла на брюки. Не спеша радоваться раньше времени, Кристиан все равно пытался успокоить дыхание. И ему это почти удалось. Как раз в тот момент, когда змея, уже было полностью преодолев его ноги, вдруг замерла и подняла голову. «Ч-ч-че-е-е-рт…» — мелькнуло в голове Кристиана, когда гадюка повернулась и медленно поползла вверх в направлении его груди.
