Кризализм

Тео пытался притвориться, что совершенно не ходил по комнате, думая о Лиаме. Когда дверь в ванную открылась и оттуда вышел Данбар в одном, мать его, полотенце, Тео попытался притвориться будто ему все равно. Тео забыл дать ему одежду. А может и специально не сделал этого. Он сел на журнальный столик, хотя буквально в двух шагах от него стоит диван, который а) мягкий, b), а и c) b. И притворился, что смотрит на пейзаж за окном. Вот только его взгляд немного промазал и упёрся в стену в противоположной стороне от окна. — Почему ты не сказал, что у тебя сломан душ? — спросил Лиам. Очевидно, чтобы поглазеть на тебя, пока я настраивал бы поток воды. Очевидно, мой план сработал. — Я забыл об этом. Тео не отрывал взгляда от стены персикового оттенка, но точно знал, что Лиам улыбается. Своей фирменной улыбкой. Когда это случилось, стена перестала казаться такой интересной. Хотелось посмотреть на Лиама. Ему постоянно хотелось посмотреть на Лиама. Рейкен даже не хочет знать, сколько времени Лиам провел в тренажерном зале. Ведь, чтобы добиться такого тела нужно там жить. Данбар выглядит идеально. Кожа с оттенком какао с большим количеством молока — любимый напиток Тео. Руки — отдельная слабость Рейкена — созданы, как для лакросса, так и для нежности. А главное — он почти без одежды. Это делает его более привлекательным. Тео догадался, что он слишком долго пялится на Лиама. Но капля, очерчивающая торс Лиама, слишком сильно притягивает внимание. На этот раз Тео мечтает стать каплей воды и пройтись по прессу этого красавчика, а потом, о боги, скрыться за краем полотенца, которое и так слишком низко опустилось. А может ему стать полотенцем? — Ты пахнешь, как мечта, — голос Лиама прозвучал слишком близко и сладко. Дежавю поглотило Рейкена и он прикусил губу. Вот только раньше Данбар был пьян, а сейчас его разум вроде бы трезв. — Ты уже говорил это. — Когда? — Лиам искренне удивился. — Когда пытался затащить меня в кровать… — за секунду Тео понял как это звучит, поэтому попытался выйти из неловкого положения, — … чтобы поспать со мной, — не вышло. Лиам сделал еще один несмелый шаг к Рейкену. Данбар улыбнулся самой невинной улыбкой в своем арсенале, но в глазах мерцают дьявольские огоньки. — У меня получилось? — кажется, огоньки превратились в пожар. — Да. — А сейчас получится? — кажется, Лиам сейчас подожжет леса в глазах Тео. — Боюсь, у тебя похмелье. — Это из-за тебя, — на слова Данбара Рейкен приподнял бровь. Ведь он никого не спаивал в последнее время. Да и вообще, никогда никого не спаивал, — Твой запах пьянит меня. И вообще, ты плохо на меня влияешь. — Кто бы говорил… — засмеялся Тео. И вправду, в последнее время он начал делать странные вещи. А его мысли — это вообще отдельная история. Рейкен в который раз спрашивает себя, когда он успел начать сниматься в фильме? Ведь вновь он чувствует себя актером, а сценарий в его сердце подсказывает, что сейчас самое время для поцелуев. И, кажется, в сценарии сердца Лиама написано то же самое. Ведь он наклоняется ниже, касаясь своим носом носа Тео. Рейкен непроизвольно делает шаг назад и понимает, что пути для отступления нет. Стена. К тому же, кто вообще собирается отступать? Особенно, когда горячее дыхание Лиама опаляет губы Тео. Пожар в его глазах выходит через губы, когда Данбар целует парня, прижимая его своим телом к стене. Руки Тео нашли себе место на шее Лиама, стараясь придвинуть того еще ближе. Хотя куда уже ближе. Данбар же, в свою очередь, положил руки на бедра Тео, прижимая того ближе. Хотя куда уже ближе. И завершает эту картину одновременный стон, который вырвался из уст парней, как только их губы соединились. Захотелось поблагодарить учителя физики, который попросил Рейкена подтянуть Лиама по предмету. Но это случится, конечно же, после того, как они закончат. Кстати говоря, на чем они собираются остановиться? И собираются ли они вообще останавливаться? Лиам целовал с наслаждением, упиваясь каждой секундой. Данбар прижался к парню всем телом. Да так, что Тео почувствовал слишком быстрые удары его сердца. — Тео, — Лиам говорил с хрипотцой, — Тео. — Да? — Кажется… — Данбар начал осыпать шею Рейкена поцелуями, после которых остаются яркие пятна на коже, — …кажется, я не могу остановиться, Тео. — Тебе не нужно… — сквозь протяжный стон проговорил Рейкен, — Пожалуйста, не останавливайся. Лиама ударило этими словами. Его пробила легкая дрожь, а из легких вышел весь кислород, который благополучно перешел в легкие Рейкена. — Черт возьми, Тео, — Данбар еще сильнее прижал к себе парня, — Ты погубишь меня. — А потом подниму из мертвых, — Рейкен потянулся за еще одним поцелуем, но Лиам поймал его губы на пол пути. Они двигались, как одно целое. Как единый организм. Они делились друг с другом воздухом, но дышали только общими стонами. Послышался скрип, характерный только для входной двери в дом семьи Рейкенов. — Как думаешь, нас заметят? — Видимо, Лиам тоже услышал и тоже не хочет останавливаться. — Ну, если мы сольемся со стеной… — Тео начал говорить, покрывая лицо и шею Лиама поцелуями. — …нас точно не заметят. — Что ж… — улыбнулся Данбар, — …тогда мне нужно подойти к стене чуть ближе. Лиам превратил свои слова в действия, но на его пути стоял Тео. Это ему не помешало подойти ближе. И, кажется, теперь внутренние органы Рейкена расплющены, как блины на масленицу. Но он не жалуется. — Оу-у… — протянула Тара, когда не заметила парней, — Пойду прогуляюсь. — Обожаю ее, — шепнул Тео. — А я обожаю тебя, — шепнул Лиам и живот Рейкена может взорваться от такого количества бабочек в нем. Послышались удаляющиеся шаги и тихий голос Тары, которая не хотела, чтобы парни продолжили, пока она не ушла: — Погода сегодня хорошая. Тео — девственник. Ветерок правда сильный. — Ненавижу тебя! — крикнул Рейкен и заткнул Лиама поцелуем, потому что тот уже открыл рот, чтобы съязвить что-нибудь. — Солнце светит, предохраняйтесь, птички поют, — видимо, Тара еще не далеко ушла. — Мы не… — начал Тео. — Хорошо. Не волнуйся, — быстро проговорил Лиам и заткнул Рейкена поцелуем, потому что в глазах Тео застыло удивление и… радость.