Спасение

Рабочая неделя проходит довольно быстро, и будто в тумане. Он не хочет вспоминать хрупкого и ранимого мальчика, но иногда это всё же происходит. Парень освежает в памяти его грустные, глаза, потухший и боязливый взгляд, покрытое шрамами и синяками тело. Эти воспоминания нисколько ему не помогают. Он старается не думать о плохом, надеясь только на то, что у мальчика всё хорошо, что он находится в тепле и безопасности, а самое главное – он жив и здоров. В пятницу он встречается со своим другом, Зейном, в баре, для того, чтобы немного расслабиться. Луи рассказывает ему про мальчика, про то, какая ситуация на самом деле странная, и про свои переживания и страхи. - Ты прям Мать Тереза, - хмыкает Зейн в конце его рассказа. - Это совершенно не смешно, чувак. Этому парню действительно нужна помощь. – Луи глубоко вздыхает, и сдерживает слёзы, - Ты бы его видел, Зейн. Он такой худой, запуганный, робкий и ранимый, всего пугается, и практически постоянно плачет. На его теле живого места нет, лицо всё в царапинах и ссадинах, а он ведь ещё совсем ребёнок. - Я понимаю, Лу, но, к сожалению, ты ничем не можешь ему помочь, - брюнет обнимает своего друга за плечи, поддерживая его. - Ненавижу этот мир за то, что существуют такие ублюдки, - шепчет Луи, осушая рюмку водки, и желая серьёзно напиться и забыться этим вечером. *** В субботу он просыпается с сильной головной болью и похмельем, и уже жалеет о том, что вчера вечером пил без остановки. Но он всё же заставляет себя подняться с постели, выпить таблетку и хоть немного позавтракать. Практически весь день он проводит, лёжа перед телевизором, просматривая глупые телевизионные шоу и американские комедии. Ближе к обеду, небо на улице затягивается, раздаётся гром, и начинается сильный ливень. Луи думает, что это прекрасная погода для того, чтобы укутаться в плед, заварить себе чашечку чая и почитать какую-нибудь книжку. Что он собственно и делает. Через полчаса он слышит слабый стук в дверь, и думает, что ему послышалось. Но через пару секунд стук повторяется, уже немного сильнее и увереннее. Луи не понимает, кто мог прийти к нему в такую погоду, поэтому нехотя поднимается и идёт открывать дверь. Когда он открывает дверь, он, мягко говоря, в шоке, потому что перед ним стоит мокрый с головы до ног, дрожащий, и обнимающий себя руками… - Гарри? Мальчик поднимает голову, встречаясь с голубыми глазами, полными тревоги и беспокойства. Его нижняя губа дрожит, а глаза наполняются слезами. Ему стыдно, он не понимает, почему пришёл именно сюда, но какая-то неведомая сила привела его к этой двери. Луи не даёт ему возможности начать плакать, он берёт его за руку, и заводит в квартиру, проговаривая: - Боже, малыш, заходи. Гарри не может совладать со всеми своими чувствами и эмоциями, поэтому просто крепко обнимает Луи, ища в нём безопасность, защиту и спасение. - Гарри, - вскрикивает Луи, пугая тем самым мальчика, но потом уже тише добавляет, начиная успокаивающе поглаживать его спину, - просто ты весь мокрый, и теперь намочил и меня. - О боже, прости пожалуйста, - извиняется парень, отстраняясь от Луи и стыдливо опуская голову. - Ничего страшного, малыш. Всё в порядке, - он поднимает его подбородок двумя пальцами, заглядывая в зелёные глаза, и улыбаясь. Конечно, он не получает улыбку в ответ, но всё же в душе надеется, что когда-нибудь этот разбитый, потерянный мальчик будет ярко улыбаться и по-настоящему наслаждаться жизнью. - Хорошо, Гарри. Я думаю, тебе нужно в душ. А после я согрею тебя пледиком, мы пообнимаемся и поговорим. Как тебе такой план? - Звучит прекрасно, спасибо, - смущённо отвечает мальчик. Луи указывает ему рукой проходить дальше в ванную, и мальчик проходит по уже знакомому ему коридору, скрываясь в ванной. Луи смотрит ему вслед, грустно улыбаясь. Он видит, как тот сутулится, что выдаёт его страх и волнение, видит, что мальчик ещё больше похудел, и сердце от этого сжимается. Он не понимает почему, но он правда беспокоится об этом хрупком мальчике. Гарри выходит из ванной спустя несколько минут, снова облачённый в одежду Луи. Он сразу подходит к старшему, неуверенно протягивая к нему руки, Луи сразу же подходит, обнимая мальчика. - Объятия – это, конечно, прекрасно, малыш, но ты должен покушать. Ты стал ещё худее, так что отказы не принимаются. Мальчик послушно кивает, и проходит за Луи на кухню, где на столе уже готовы тарелки с едой. После небольшого ужина, они всё же возвращаются в гостиную, где Луи укутывает мальчика в плед, и обнимает его. Он никогда раньше не любил объятия, но этот мальчик такой нежный и ранимый, что у него просто нет выбора. - Гарри, - медленно начинает Луи, - скажи мне, почему ты ушёл? Разве я сделал, что-то плохое или, возможно, сделал тебе больно? - Нет, ты что? Наоборот. Ты первый человек, который относится ко мне так хорошо, - голос немного дрожит на последней фразе, и Луи обнимает его крепче. - Тогда почему? - Я не хотел быть обузой, и не хотел, чтобы ты вернул меня домой. - Почему ты не хочешь возвращаться домой? – мягко интересуется Луи, поглаживая мальчика по голове, дабы успокоить. - Там мне делают больно, - отвечает Гарри, опуская голову. Сердце Луи снова сжимается, он понимает, как трудно мальчику говорить об этом, поэтому не давит на него. Он расскажет всё сам, когда боль хоть немного утихнет и, когда он начнёт доверять ему больше. - Хорошо. Тогда где ты жил эти несколько дней? И чем питался? - Я … ж-жил на улице. И во… воровал, - после этих слов Гарри отворачивается, пытаясь выпутаться из объятий. Но Луи не даёт ему этого сделать, притягивая обратно, он обхватывает его щёки и видит, что зелёные глаза красные и полны слёз. - Малыш, я не осуждаю тебя, правда. Всё хорошо, ты можешь мне довериться. Гарри кивает, глубоко вздыхает, чтобы успокоиться и кладёт свою голову на плечо Луи. Шатен понимает, что мальчик не хочет больше разговаривать, поэтому не настаивает. Они просто сидят на диване в гостиной, обнимая друг друга и наслаждаясь теплом. Спустя какое-то время, Луи говорит, что пора спать, и Гарри смущённо просит поспать вместе. Луи, конечно, удивлён, но всё же соглашается, потому что это хрупкий мальчик, которому нужна любовь и защита. Они засыпают вместе. Гарри впервые чувствует себя в безопасности, и ему это нравится.