Спасение

Луи чувствует тяжесть на своей груди, как чьи-то руки сдавливают его тело, а ещё влагу, из-за которой его футболка, кажется, намокла. Слышит тихие рыдания, и неразборчивый шёпот, и это заставляет нехотя, но всё же открыть глаза. Он несколько раз моргает, пытаясь окончательно проснуться и понять, в чём дело. Смотрит вниз и видит кудрявого мальчика, который, утыкаясь лицом ему в футболку, захлёбывается собственными рыданиями, но продолжает спать. Луи понимает, что Гарри снится плохой сон, ужас, из-за которого он безостановочно плачет, и, кажется, желает скорее спастись. Парень застывает на мгновение, не зная, что делать: дать мальчику наконец выплеснуть наружу свои страхи, эмоции, чувства или же разбудить и избавить его от этих мучений, спасти от того кошмара, который преследует даже во сне? X Что же с тобой сделали, малыш? X Внезапно, сломленный мальчик кричит сквозь сон, отчаянно и истерично, бьёт кулаком в грудь, дрожит. Он кричит о помощи, о спасение, отчаянно просит, умоляет. Луи чувствует холодные, леденящие мурашки на своей коже, чувствует страх, боль и отчаяние. Он слышит эти душераздирающие молящие крики, и желает только одного: помочь этому мальчику, спасти его. Луи легонько трясёт его за плечо, при этом успокаивающе поглаживая спину круговыми движениями, — Гарри, проснись! — Пытается Луи, но, кажется, Гарри начинает плакать только сильнее. — Гарри! Давай, малыш, просыпайся. Это всего лишь плохой сон, — мальчик перестаёт кричать, и шатен продолжает нежно шептать, успокаивая. Кудрявый мальчик медленно открывает свои покрасневшие зелёные глазки, шмыгая носиком, и поднимает голову вверх, сталкиваясь с обеспокоенными и добрыми голубыми глазами. Слёзы всё ещё катятся по его щекам, а тело немного дрожит. — Ну же, малыш. Это был всего лишь страшный сон. Луи говорит мягко, тихо, кладя голову мальчика обратно, себе на грудь, и гладя мягкие кудряшки. Ласково целует в макушку, прижимая к себе крепче. Он так хочет избавить этого нежного и хрупкого, но разбитого мальчика от боли, от страданий. Слёзы неосознанно начинают литься по его щекам, а сердце разрывается. Мальчик отчаянно цепляется за футболку парня, и безумно шепчет, повторяя одну и ту же фразу. X Спаси меня, пожалуйста. X Луи немного сдвигается на диване, поднимает голову Гарри, обхватывая за обе покрасневшие щёчки. Мальчик заглядывает в голубые глаза, наполненные слезами, болью и сожалением. Большие пальцы мягко, любовно скользят по щёчкам кудрявого мальчика, стирая горячие слёзы. — Я спасу тебе, Гарри, — уверенно произносит Луи, целует в лоб, снова крепко обнимая, — всё будет хорошо, малыш. Я тебе обещаю. Гарри утыкается в шею Луи, вдыхая приятный запах. Шатен не прекращает шептать о добре, любви, о том, что всё наладиться, и, кажется, мальчик наконец успокаивается. Снова засыпает под тихий, приятный голос Луи, надеясь, что завтра всё будет хорошо. *** В следующий раз Гарри просыпается один, укрытый тёплым одеялом. Его глаза красные и немного болят из-за непрекращающихся слёз, а в висках покалывает. Его тело горит, и он откидывает одеяло в сторону, окидывая комнату взглядом, замечая, что шторы плотно закрыты, и Луи негде нет. Он медленно поднимается с дивана, чувствуя слабость и усталость. Подходит к окну, отдёргивая шторы. Солнце давно скрылось за горизонтом, и тёмную улицу освещали только высокие фонари, дождь наконец прекратился, оставив после только большие лужи и приятный запах. Кудрявый мальчик отходит от окна, и направляется на кухню. Каждый шаг даётся ему тяжело, а всё тело, кажется, горит. Гарри открывает дверь, и видит шатена в фартуке, пытающегося что-то приготовить. Он матерится себе под нос, а потом громко вскрикивает, когда масло в сковороде начинает стрелять. Мальчик начинает хихикать, прикрывая рот, но потом в горле начинает першить, и он начинает громко кашлять. Из-за этого Луи поворачивается, замечая, что мальчик у порога весь красный, и кашляет, согнувшись пополам и хватаясь за горло. Он сразу берёт стакан, набирая в него воду, и подлетает к мальчику, хлопая его по спине, после протягивая стакан. Гарри задерживает дыхание на секунду, и выпивает воду, которая помогает прекратить кашель. Луи обеспокоенно дотрагивается до его лба, отмечая, что он очень горяч. — Гарри, чёрт, ты весь горишь, — произносит он с неким осуждением, подхватывая мальчика под руку и ведя обратно в гостиную. — Ложись и отдыхай, а я пока приготовлю для тебя суп. Гарри смотрит на шатена с благодарностью, не веря в то, что кто-то может о нём заботиться. — Не стоит, Луи. Я вполне нормально себя чувствую, и сам могу приготовить ужин. Я люблю это, и у меня неплохо получается, — произносит мальчик, опуская голову на последней фразе, ведь он не хочет показаться хвастуном. — Малыш, я бы очень хотел попробовать твои блюда, и я уверен, что они мне понравятся, — Луи улыбается смущённому и расстроенному мальчику, гладя его по голове, — но в следующий раз. Ты заболел, дорогой, поэтому тебе нужен отдых. — Но, Лу, ты и так многое для меня делаешь, я не… — Гарри, — Луи перебивает мальчика, ласково касаясь его ладони, — я ведь уже говорил, что мне нравится о тебе заботится, мне нравится помогать. — Да, прости. — Не стоит извиняться, котёнок, — новое прозвище заставляет Гарри покраснеть и смутится, но также оно вызывает улыбку на его лице, которую он пытается скрыть. Но Луи всё же замечает, что все эти нежные прозвища, прикосновения, несвойственные ему раньше, успокаивают мальчика, расслабляют и радуют. Луи смотрит на этого прекрасного мальчика, который хоть и болен сейчас, но, кажется чувствует себя прекрасно и уютно впервые за всё время. Он понимает, что ни капельки не жалеет о том, что встретил его. Он также понимает, что Гарри помогает ему открыть новые стороны себя, новые грани, о которых он даже не подозревал. Спустя минут 20 Луи наконец заканчивает готовить куриный бульон для Гарри, и захватив с собой таблетки и градусник, направляется в гостиную. На диване, свернувшись калачиком и завернувшись в одеяло, лежал Гарри, чьи спутанные кудряшки разметались по подушке, а пальчики подрагивали, сжимая края одеяла. — Гарри, — Луи приседает возле кровати, нежно смахивая чёлку с зелёных глаз, — давай проверим твою температуру, дорогой. Шатен помогает мальчику принять сидячее положение, аккуратно придерживая за плечо. Они измеряют температуру, и спустя пару минут градусник показывает 38.4. — Ну, что же, малыш, ты заболел, — произносит Луи и так очевидный факт, ласково улыбаясь и приглаживая кудряшки, — теперь давай я тебя накормлю, и ты отдохнёшь. — Я и сам могу, — протестует Гарри, и после начинает громко кашлять, прикрывая рот ладошкой. — Я не сомневаюсь в этом, Гарри, — парень медленно гладит его спинку круговыми движениями, — но я хочу позаботится о тебе. Гарри благодарно кивает, стараясь не покраснеть, выпрямляет спину и отодвигается к краю, чтобы Луи хватило места на диване. Шатен садится рядом, соприкасаясь плечами, и начинает кормить мальчика, предварительно дуя на столовую ложку для того, чтобы немного остудить бульон. Через какое-то время Гарри хнычет, обиженно выдвигая вперёд нижнюю губу, и отодвигается от ложки, которая направляется прямо в рот. — Луи, я уже наелся. — Малыш, ещё немного. Тебе нужны силы, а после ты сможешь отдохнуть и поспать или мы можем вдвоём посмотреть какой-нибудь фильм, — глазки мальчика загораются и он с радостью соглашается на ночной просмотр какого-нибудь фильма, и ему всё же приходится заставить себя доесть тарелку куриного бульона, который Луи для него приготовил. После того, как с едой покончено, Луи укутывает мальчика в тёплое одеяло и даёт выпить пару таблеток от простуды. Они вместе выбирают фильм, останавливаясь на лёгкой семейной комедии, которая сможет поднять им настроение. Гарри по-настоящему рад такому уютному и спокойному просмотру фильма, ведь раньше ему не удавалось насладиться шедеврами кинематографа, потому что ему либо не позволяли этого делать либо у него не было на это времени. Поэтому сейчас он даже немного взволнован, и безмерно счастлив сидеть рядом с человеком, который протянул ему руку помощи, хоть и его горло ужасно саднит, а в висках покалывает. Гарри отсаживается как можно дальше от шатена, ведь не хочет делиться с ним своими микробами и заразить. Но как только Луи включает нужный фильм и присаживается на диван, он притягивает Гарри к себе в объятия, несмотря на протесты и сопротивление младшего. Так что, они комфортно устраиваются в объятиях друг друга и смотрят милую комедию в тишине, которая лишь изредка сопровождается кашлем кудрявого мальчика, но он быстро прекращается, если Луи кладёт руку ему на спину, нежно и успокаивающе поглаживая. Где-то в середине фильма, когда Луи уже думает, что мальчик уснул, слишком вымотанный и уставший, тот тихо шепчет слова, который заставляют сердце больно сжиматься: — Я никогда не видел свою маму, — сломанным голосом произносит он, его слезящиеся глазки наблюдают за фильмом, где дружная семья справляется со своими проблемами и неприятностями, при этом продолжая любить и поддерживать друг друга. — И у меня никогда не было настоящей семьи. — Мне жаль, малыш, — мягко говорит парень, поглаживая кудряшки, пока в душе снова появляется желание оберегать этого ранимого мальчика, спасти его, забрать себе всю боль и страдания.  — Я так благодарен тебе, Лу, — мальчик заглядывает в голубые глаза и уже не сдерживает слёз, — ты так много сделал для меня. Я даже не знаю, как смогу отплатить… — Не думай об этом, Гарри, — шепчет и нежно целует заплаканного мальчика в макушку, крепче прижимая к себе. Они больше ничего не говорят, продолжая смотреть фильм, но уже через несколько минут Луи смотрит вниз и понимает, что малыш уснул в его руках. Он разглядывает его умиротворённое лицо пару секунд, осознавая, как красив и нежен этот ранимый мальчик. Подушечки пальцем проходят по мягким чертам лица, оглаживая розовые щёчки, и наслаждаясь бархатистостью кожи, они исследуют каждую родинку, не пропуская ни одного шрама и ссадины, которые так не уместны на милом личике. Луи грустно улыбается, и, выключая фильм, аккуратно поднимает мальчика и несёт в свою спальню для того, чтобы он мог наконец спокойно выспаться в тепле и уюте. Он поправляет его одеяло и зачёсывает назад непослушные кудряшки, после чего выходит, решая поспать сегодня на диване в гостиной.