Герой с тысячью лиц

«Я видел сон — он был реален, Услышал птицы крик — он душу рвал».

      Мне снился сон. Я видел войну и был на этой войне в главных ролях. Своего лица не видел, но знал, что я и есть тот, кто вселяет в них ужас. Мои движения были такими, какими и должны быть у Мастера Убийств. Я был воином и убивал, проходя всё дальше и дальше, вглубь армии, туда, где должен находиться командир. За мной шли мои верные солдаты и добивали уцелевших. А я без сомнений, страха, устали продвигался дальше. Огромный меч сверкал в лучах заходящего солнца, а кровь, что должна была окрасить его в алый цвет, капала на землю. Еще один шаг, удар и я вижу перед собой того, кто пришёл на наши земли. Он не дрожит, но и не нападает первым, как делали другие, ведомые вначале, не пойми чем вперед на верную гибель, а затем отступающие, падающие и кричащие от страха. Но не мне их судить. Достав свой меч и улыбнувшись, он что-то проговорил. Но я даже не понял его слов. А затем мы сошлись в битве. Несколько ударов и он отскакивает, а мой меч вновь поёт песню смерти, вкусив кровь врага. Я слышу, как он звенит, как дрожит в моей руке и жаждет крови врага, и я уступаю ему. Сегодня я не буду сдерживать его ярость и желание.       Снова новые стремительные удары, но куда ему тягаться с легендарным Поглотителем и мной. Огромный двуручный меч, словно легкий тростник, меняет постоянно своё направление, доставая врага во все невозможные места. Я играюсь с ним, бью, но и он не сдаётся. Но чувствую, время заканчивается, я скоро проснусь и теперь вижу этот мир все лучше, вижу больше деталей и вижу лицо этого человека так отчетливо, словно это не сон. Последний удар и голова катится прочь, а я смеюсь и просыпаюсь.       Можно сказать, конечно, что проснулся я в холодном поту, чтобы не казаться совсем уж бесчувственным, но это не так. Я, как всегда, просто открыл глаза, не вскакивая с кровати, не крича, и в какой уже раз вздохнул.       — В этот раз сны более детальны.       Но даже так я не могу испытывать сильных чувств. Просто не могу. И не потому, что я какой-то человек из стали, всё проще. В детстве надо мной провели некий опыт и за то, что я являюсь тем, кем сейчас являюсь, меня лишили 80% ярких чувств*. Я не могу захлебнуться в страсти, не могу сходить с ума от боли, не умею самозабвенно любить и ненавидеть. Нет, вру. Умею. Но только одного человека. У меня не было выбора. Я влюбился в родную сестру. Вот только что-то пошло не так, наши с ней отношения уже давно перешли ту грань, когда о людях говорят «любят другу друга как родные». Конечно, этого не отнять. Но с каждым годом её взгляды на меня, да и что скрывать, и мои ответные, несли всё больше страсти и чувственности. А ещё я стал кое-что вспоминать и понимать. И это что-то меня удивляло. Я сделал вывод, что сны — это вовсе не сны, а воспоминания моей прошлой жизни. И в них был кое-кто, кого я видел каждый день в этой жизни.       Не знаю, как это происходит у других детей, что вспоминают себя и свои прошлые жизни, но у нас это было как озарение. Мы, просто однажды, увидев друг друга, спросили: «Ты помнишь свою прошлую жизнь?», причём одновременно. Да, было весело. Встав с кровати, улыбаясь и вспоминая выражение лица сестрёнки, я начал одеваться. В тот день, уже через минуту мы сидели, обнявшись, и рассказывали друг другу то, что вспомнили. А через полгода сестра осознала себя полностью, и нам с трудом удалось её скрыть от Академии, что набирала таких, как мы.       Академия Спасителей — международное заведение, в котором готовят сирогане; таких, как я мечников в прошлой жизни и курома; магов. Юки оказалась ведьмой, да не просто ведьмой, а одной из сильнейших своего времени. А я был при ней, её защитником. Так вот, возвращаясь к Академии. Как правило, они хорошо следят за всеми одаренными, но благодаря тому, что мы раньше вспомнили себя, чем другие по статистике, нас не заметили. Мы были, как сейчас принято называть, современными магами или операторами магии, что использовали псионы своего тела для изменения окружающей действительности. И если курома использовали свою духовную силу, частицы своей души, то операторы современной магии использовали силу своей ауры и силу своего тела. С помощью специальных устройств Поддержки магии, которые преобразовывали псионы в заклинания. То есть, я и сестра помимо того, что были древними волшебниками и воинами, что тщательно нами скрывалось, также являлись операторами магии и использовали не свою душу, а свою энергию. Вернее, частицы ауры и тела, которые принято называть псионами.       Обычно приём в Академию происходит в возрасте шестнадцати лет, именно к этому моменту дар из прошлой жизни полностью раскрывается и его легко обнаружить. Проверка в Академию проходит летом, а проверка на современную магию весной. И пройдя проверку в Школе Магии, мы автоматически были зачислены в неё. Именно поэтому нас не стали проверять повторно.       А ещё благодаря тому, что наши тела и так состояли из огромного количества силы, те методы, что использовала Академия для выявления силы души на нас бы не сработали в любом случае. Ведь могли они как-то проверить нас и без этого экзамена в Академию? Могли, если бы захотели. Но мне вот только интересно. Давно доказано, что помимо псионов — частиц ауры, есть ещё и духовные частицы, рожденные самой душой. И именно, их используют маги, которые приказывают духам. Но тогда возникает вопрос — считать ли их курома? Пожалуй, нет. Но вдаваться с утра пораньше в такие тонкости, я не хочу. И так слишком много времени провел за размышлениями, пока делал все необходимые с утра действия: одевался, ходил умыться и так далее. Я привык сразу заниматься несколькими делами, пока сестрёнка спит и мне не с кем поговорить, стараюсь занять свои мысли хоть чем-то. А дальше у меня по расписанию тренировка. Так что, одевшись и взяв с собой своё устройство поддержки, созданного в виде браслетов и имеющее всего три последовательности заклинаний записанных в нём, я вышел на улицу.       Устройства поддержки — это приборы, которые упрощают вызов магии. Внутри него записана магическая программа и благодаря подаче псионов в устройство, он создаёт заклинания. Только благодаря таким приборам современным операторам магии не требуются старые усилители; кольца; посохи и иные изделия, которые могли усиливать, направлять и изменять магию. Также, благодаря уже готовой последовательности магии, записанной в устройстве, оператору не надо создавать что-то своё. А чтобы стало более понятно, можно привести пример с готовой формой для выплавки или готовки теста. Маг только направляет силу (металл, тесто), а благодаря форме она (металл) принимает нужные очертания. Так рождается заклинание. В моём устройстве было всего три таких формы, последовательности, а именно: заклинание, направленное на моё тело и уменьшающее его вес; заклинание, направленное на увеличение скорости тела благодаря уменьшению сопротивления воздуха и третье заклинание, позволяющее менять вектор направления движения, за счёт чего можно было пренебрегать инерцией. Лучшая моя разработка, стоит отметить, ведь все три заклинания относятся сразу к трём разным системам современной магии: «Скорости»; «Весу»; «Движению». А чтобы реализовать все эти три системы в одном устройстве, при этом каждое из них не конфликтовало друг с другом и своей последовательностью активации не перезаписывало энергетическую оболочку тела или явления, пришлось даже исхитриться и ввести цикличность повторения. То есть, если ранее каждое новое заклинание перезаписывало Эйдос, то теперь для того, чтобы изменить явление, одна последовательность переходит в следующую, не затрагивая основу Эйдоса, а влияя прямо на материальный мир.       Эйдос — первоначально термин из Греческой философии. В современных исследованиях магии Эйдосом называют форму информации, которая прикреплена к явлению. В современных исследованиях магии, «Магия» является техникой, которая изменяет Эйдос, что в свою очередь изменяет свою истинную форму, «явление». Но зачастую волшебники, зная о такой особенности современной магии, намеренно защищают информационное измерение и Эйдос от вмешательства, и тогда изменить объект или явление будет невозможно. Моя же разработка помогала обойти этот запрет, ведь Эйдос не меняется, точнее, он остаётся прежним, только в рамках самого явления или объекта, но по сути уже являясь иным. Думаю, никто ничего не понял. И поэтому приведу наглядный пример. Сейчас я бегу, постоянно уменьшая вес своего тела, но моя масса остаётся прежней. Она как была 70 килограмм, так и будет, но вот сила, с которой я давлю на землю, уменьшается. И для этого я не меняю Эйдос своего тела, это в принципе невозможно, ведь иначе я бы должен был сбросить лишние килограммы, но заставляю мир думать, что веса стало меньше. В то же время те же самые браслеты можно разрезать, нагреть, взорвать. И вот тут меняется сам Эйдос, но именно на это и направлена защита самих браслетов, чтобы их невозможно было изменить. Второе направленно на уменьшение сопротивления, действует по тому же принципу. Я просто нейтрализую саму силу, что мешает мне двигаться, находя её в информационном поле и нивелируя. А третье работает по тому же принципу, но теперь вектор движения моего тела подчинен не законам природы, а мне. И я сам решаю, в какую сторону он будет направлен, за счёт чего, я могу резко остановиться и также резко изменить направление в воздухе, оттолкнувшись, например, от веточки. Не настолько, конечно, всё легко, но принцип именно такой. И только тремя этими последовательностями я и пользуюсь из-за того, что на более сильное у меня просто не хватит сил.       И вот мы подошли ко второму моему секрету. Несмотря на то, что в теле псионов у меня много, все они идут на поддержание моего тела и моей единственной способности — умения работать в информационном измерении. Я вижу его словно вторую реальность. Вижу все последовательности заклинаний, могу стирать и изменять Эйдосы без устройства поддержки, просто выпуская свои псионы из тела. Считая, что такое мне доступно только с помощью специальных разработанных лично для меня устройств. О чём разговор, если моё тело может отрастить себе руку, не потратив при этом ни грамма физических сил и восстановив Эйдос тела до момента ранения. А если меняется Эйдос, то меняется и явление.       Но даже такие размышления не позволили мне совершенно перестать следить за обстановкой. И стоило мне сделать шаг, как в меня полетел кунай, а следом за ней леска, несколько сюрикенов и иных колюще-режущих предметов. Увернувшись, подпрыгнув и часть вернув хозяевам, отбив их, я сам на рефлексах пошёл в наступление. Сейчас передо мной было около пятнадцати человек, и все они желали навредить мне. Откуда в городе и столько людей, да ещё и жаждущих моей крови? Всё просто. Сейчас я находился на территории одного храма, по документам относящихся к синтоизму, а на деле являющийся оплотом смерти. Именно здесь заслуженный Мастер Боевых Искусств, Маг Древнего Направления тренировал своих учеников и эти ученики были моими коллегами, а я их семпаем, так как с раннего детства и, вот уже на протяжении десяти лет, я тренировался убивать, калечить и проникать в чужие дома. Это были ниндзя или шиноби и, хотя я не относился к ним и не являлся прислужником в этом храме, тем не менее, мой метод сражения включал и их стиль. И поэтому, легко отбив атаки и контратакуя, стал выводить каждого участника из боя. Кому-то вывихнув руку, иному ударив по голове и всё время перемещаясь.       Вот очередной удар кидает меня на землю, перекатываясь, я подпрыгиваю и с разворота бью ногой. А вот мне приходится изгибаться на зависть акробатам и падать на мостик, чтобы в следующую секунду взмыть на два метра в высоту. Стараясь использовать только в самом крайнем случае устройство, сейчас я прыгнул, используя только ресурсы тела. Но уже в следующую секунду, используя магию, изменил направление. Понимая, что шутки кончились, так как в бой вступил сенсей, которого я даже не сразу ощутил и кинжал, что просвистел в опасной от меня близости тут был совсем не причём. Ведь ещё до того, как я увидел оружие, все мое естество закричало: «Спасайся!» Поэтому, приземлившись и раскидав оставшихся учеников как котят, используя максимум сил и скорости, я устремился к сенсею. Всегда удивлялся, как, вот скажите как, он успевает всё блокировать. Но в этот раз я был лучше, и уже через минуту нашего махания рук, когда ни один мой удар не достиг его, а его удары не достали меня, он, разорвав дистанцию, сказал:       — Теперь отключай.       И сам, чуть снизив скорость движения рук и ног, начал бить меня, постоянно норовя зайти за спину. Вот теперь можно было делать ставки. Ведь если используя магию, я доминировал бы в любом случае, то в рукопашной схватке без использования специальных техник с его стороны и с моей, у него был шанс. И мы перешли ко второй части нашей ежедневной тренировки. Блокировав его руку, что пыталась достать меня, я вместо того, чтобы сблизиться, ушёл вбок, но в следующую секунду, используя поломанный рисунок боя, нанес удар в его спину, чтобы достать. Надеясь, что мой удар окажется быстрее и опаснее, чем его атака, которую он также успел произвести, моментально подстроившись под мой новый стиль. И если мой удар пришёлся в его печень, то его достал меня в живот, и на этот раз можно было говорить о равновесии.       — Всё?       Тут же остановившись и посмотрев на своего сенсея, я отошёл на один шаг назад.       — Тацуя, кажется, я уже не могу бороться с тобой без использования моих штучек.       Ехидно улыбаясь, Якумо-сенсей, чуть хромая, двинулся ко мне.       — Сенсей, прекратите изображать немощного! Но, думаю, если вы позволите использовать его, — показал рукой на браслет. — То вы вправе выбрать и территорию, и методы.       Реальный бой или бой, приближенный к реальному. Вот то, что мы оба хотели испытать. И его ответ мне очень понравился:       — Тогда ещё несколько дней потренируемся, а потом я скажу. Вечером, в среду или четверг. Устроит?       Хм. Среда или четверг. Вечером, это значит ночью. Утром рано не вставать. Школы ещё нет, дел нет.       — Согласен! Сенсей, почему я вас не ощутил там, в воздухе?       И снова эта его улыбка. А с учётом того, как вечно сверкают его глаза, и в них читается веселье и азарт, его улыбка только настораживает. А он, придя в беседку и заставив одного из учеников принести нам чая, только когда сел за стол, ответил:       — Заметил, значит.       Не спрашивая, утверждая очевидное, иначе бы не спрашивал. Но таков уж был Якумо-сенсей — вечно весёлый, опасный и любящий поболтать Мастер. А вторую его часть души лучше бы не знал никто.       — Я скрыл своё излучение. И ты, по привычке сканируя информационное пространство, ощутил только фон.       — Хм, научите?       — Позже да.       А затем мы оба замолчали, ожидая чая, что у Мастера всегда был очень вкусный. Я думал о том, чем сегодня заняться, а он, не ясно о чём думая, всё также улыбался. День, определённо, хорошо начался.