Вытерпишь меня 10 дней?

      Я тихо зашла в дом, закрыв дверь на ключ и отбросив их на диванчик, который стоял в прихожей. Сначала мне надо было разложить продукты, купленные для Гарри, но как только я зашла в кухню, то от неожиданности пакет с покупками в считанные секунды оказался на полу. Наверное, я бы меньше удивилась, если бы увидела в доме грабителей, чем Гарри в раннее утро уже на ногах.       — Что ты здесь делаешь? — с непониманием спросила я громким голосом, еще не совсем отойдя от испуга.       — Слушай, Джонсон, ты уже здесь не первый день работаешь, — немного охрипшим голосом сказал Гарри. — А все так же удивляешься, когда видишь меня по утрам?       — Тебе плохо? Ты заболел? — немного взволнованно продолжила я, боясь, что Гарри простудился после вчерашнего ледяного душа.       — А ты за меня волнуешься? — Гарри поставил две кружки горячего чая на стол.       — А ты перепишешь на меня дом, если умрешь от болезни? — с иронией ответила я, садясь за стол и ближе подвигая к себе кружку с фруктовым чаем.       — Все, что ты получишь, так это цветок, который разбила, когда пробиралась ко мне в дом, — с небольшой улыбкой на лице сказал Гарри, и я так же улыбнулась, вспоминая день, когда мы встретились первый раз.       — Я буду рада, если ты отдашь мне этот чай, — предложила я, вдыхая аромат чая и делая небольшой глоток горячей, но такой вкусной жидкости.       — Этот чай нравится тебе только потому, что это я его приготовил, — не унимался Гарри, заставляя меня все больше краснеть от его слов.       Я еще долгое время улыбалась прежде, чем хоть что-нибудь ответить. Это было слишком хорошее начало дня, чтобы сидеть с грустным лицом, но я понимала, что такое хорошее настроение можно испортить мыслью, что сегодня вечером мне надо встретиться с отцом.       Целый вчерашний день я была уверена, что ни за что в жизни добровольно не соглашусь на встречу с отцом, но как только я увидела маму, то сразу же поменяла свое решение. Ее заплаканные глаза и умоляющий взгляд заставили передумать меня в ту же минуту. Я не могла отказать дорогому мне человеку, только потому, что мне будет очень трудно видеть своего отца. Так к вечеру я твердо решила для себя, что не хочу казаться бедной девочкой, которая хочет показать, как ей было трудно и ждать жалости в ответ.       Я могу признаться, что нам с мамой хорошо вдвоем. Нам не нужен человек, который в любое время может бросить нас и оставить ни с чем. Нам не нужен тот, кто будет врать и все что-то обещать, но так ничего и не делать. Мы есть друг у друга, и моя жизнь наполнена яркими красками и воспоминаниями и без человека, который называет себя моим отцом. Теперь, когда самое трудное позади, мне больше не нужен такой отец.       «Мам, я подарю тебе самое лучшее, что у меня есть, но я не хочу, чтобы тебе опять было больно…» — пронеслось у меня в голове, вспоминая вчерашний день и мамино заплаканное лицо.       Я встречусь с отцом, но лишь для того, чтобы сказать ему, что я смирилась. Смирилась с его отсутствием.       — Мама всегда говорила мне, — неожиданно для себя начала я, — что самые лучшие разговоры начинаются с вкусного чая.       — А заканчиваются? — придвинувшись немного ближе ко мне, уточнил Гарри, не отрывая взгляда от меня.       — Ну…       — Неужели тебе не сказали, чем же заканчиваются самые лучшие разговоры? — делая глоток чая, спросил Гарри.       — Нет, — немного неловко призналась я и добавила: — Но ты можешь сказать мне, если знаешь.       — Как-нибудь в другой раз, Эмберлин, — лукаво подмигнул мне Гарри. — Знаешь, бывают такие вещи, которые ты должна понять сама.       — Оу, — пропищала я, но потом вспомнила, что мне надо было еще попросить Гарри об одном одолжении. — Гарри…       Я хотела спросить как можно непринужденнее, чтобы Стайлс не стал расспрашивать меня, потому что при нем я не всегда могла контролировать свои чувства. Рядом с Гарри мне было все труднее сдерживать себя. Он слишком много раз помогал мне, и теперь я чувствовала небольшую вину за то, что хочу обмануть его.       — Мог бы ты…– я незаметно сжала руки в кулаки под столом, пытаясь не выдавать своего волнения. — Отпустить меня сегодня немного раньше? Я…       — Господи, Джонсон! — как-то слишком недовольно заскулил парень. — У тебя талант портить такие прекрасные планы?       — Какие еще планы? — непонимающе спросила я, недолго ожидая ответа.       — Я собирался предложить тебе посмотреть шикарный фильм вечером, — огорченно произнес Гарри, отодвигая уже полностью пустую кружку. — Уверен, ты его еще не смотрела.       Я была весьма удивлена такому предложению и понимала, что с радостью согласилась бы на просмотр фильма, поэтому разочарованно вздохнула.       — По-моему, ты тоже огорчена? — не скрывая своей обиды, спросил Гарри. — Ты уверена, что твои планы того стоят?       — Уверена, — коротко ответила я, давая понять, что сама этому не рада.       — Но, почему? — как маленький ребенок спросил Гарри, по-щенячьи заглядывая мне в глаза.       — Потому что это мой отец, Гарри, — я думала долгое время над тем, стоило ли мне рассказывать парню всю правду, но после того, как он не скрывал своих искренних чувств, я не могла нагло врать ему в глаза.       — Ты…– с небольшим удивлением начал Гарри, понимая, что я ему рассказала правду, — уже не так боишься меня?       Я вспомнила тот момент, когда попросила Гарри выйти из комнаты, потому что боялась находиться с ним наедине, и это мешало мне работать. Я понимала, что Гарри хорошо запомнил мои слова, поэтому сейчас задал именно этот вопрос.       — Нет, Гарри, — я не могла смотреть ему в глаза, поэтому разглядывала свои руки и кофту. — Ты меня больше не пугаешь.       — Почему? — на свое удивление я чувствовала, что Гарри тоже не смотрит на меня. — Не то, чтобы я был против…       — Потому что ты пообещал отдать мне цветок в своем завещании, — пыталась отшутиться я, потому что не могла сейчас разобраться в собственных чувствах, чтобы говорить серьезно.       Гарри искренне засмеялся в ответ, но я чувствовала, что он хочет спросить что-то еще.       — Можно я не буду притворяться, будто ничего не знаю? — задал риторический вопрос Гарри, но я только непонимающе посмотрела на него. — Я знаю, что тебя воспитывает только мать, и если ты не сможешь рассказать мне, зачем тебе встречаться с отцом, то я буду думать, что ты просто не хочешь смотреть со мной фильм.       — Это понизит Вашу самооценку, Гарри Стайлс? — кокетливо спросила я, поднимая на него взгляд.       — Джонсон, только не говори, что…       — Я хочу поговорить с ним, — перебив Гарри, твердо сказала я. — Я хочу попросить его, чтобы он больше не появлялся в наших с мамой жизнях. Чтобы он не смел думать, что может так просто звонить после того, как забывал поздравить меня с Днем рождения. Вот и все: никаких семейных посиделок с ним и разговоров дочери с отцом по душам я не хочу.       — Если ты захочешь поговорить по душам, — начал Гарри ободряющим голосом, — можешь просить делать тебе фруктовый чай в любое время. Обещаю, что с каждым разом он будет только вкуснее.       — В чем же секрет твоего рецепта, а? — лукаво подмигнула я парню и сделала последний глоток чая, насладившись его вкусом.       — Есть один очень важный ингредиент, — с небольшой интригой сказал Гарри и добавил: — Но сейчас не тот момент, чтобы тебе о нем рассказывать.       — Мне стоит подождать нужного момента? — поинтересовалась я, не заметив, как подумала о том, что нужный момент вообще может никогда не наступить. — Мне осталось работать здесь не так уж и долго.       — Не волнуйся, — я заметила, что после моих слов об уходе Гарри немного задумался, но он все так же быстро отвечал. — У нас будет еще время на распитие чаев и хороший фильм, который мы не сможем сегодня посмотреть.       — Ты можешь посмотреть его один, — с некой виной в голосе сказала я. — Я обещаю, что приготовлю тебе чего-нибудь вкусненького…       — У нас другие планы, Джонсон, очнись, — как-то слишком весело сказал Гарри.       — У нас? — недоверчиво переспросила я, давая понять, что ничего не поняла из его слов.       — А ты думала, я смогу тебя отпустить одну? — с небольшим удивлением сказал Гарри, убирая со стола кружки. — С тобой может что-нибудь случиться в дороге, а я тебе еще не рассказал фирменный рецепт чая.       — Гарри…       — Если ты откажешься ехать со мной, — нагнувшись надо мной, медленно проговорил парень, — то мне придется силой затащить тебя в машину. Не вздумай сбежать, Джонсон.       — А что, если я не хочу ехать с тобой? — тихо спросила я, понимая, что могу снова показаться слабой, но я не хочу, чтобы парень видел меня такой. — Что, если мне не нужна твоя помощь?       — Тогда ты соврешь, — коротко сказал Гарри, отходя от меня. — Знаешь, я могу понять то чувство, когда не знаешь, что и сказать родному отцу. Это самое ужасное чувство на свете: не знать, о чем с ним вообще можно поговорить. Я не хочу, чтобы ты испытала это чувство.       — Хорошо, — я с благодарностью посмотрела на парня. — Но пообещай мне только одно… Если я попрошу уйти тебя — ты без вопросов оставишь меня одну.       — Обещаю, — после недолгого молчания, все же ответил парень и быстро добавил: — Будь готова через два часа.       — Но я же собиралась ехать вечером, — возмущенно сказала я, на что Гарри лишь улыбнулся мне.       — Я хочу завезти тебя еще в одно место, — он уже стоял возле двери и собирался уходить. — Оно тебе обязательно понравится!       Отведенные два часа пролетели незаметно, и в нужное время я была полностью готова и уже стояла около машины Гарри. Я безумно нервничала и всеми силами пыталась успокоить в себе незаметно подступившую дрожь. Все это выглядело как-то странно: поездка вместе с Гарри, встреча с отцом, необычное место, в которое мы должны будем заехать и которое я, по словам Стайлса, обязана увидеть.       — Ты готова? — бодро спросил меня Гарри, подходя к машине и забирая у меня из рук тяжелую сумку с вещами.       — Морально — нет! — проскулила в ответ я, понимая, что сегодня для меня будет сложный день. — И куда ты собрался меня везти?       — А что? — спросил Гарри с хрипотцой в голосе, подходя слишком близко ко мне. — Боишься?       — А ты хочешь, чтобы я боялась?       — Нет, — Гарри открыл мне дверцу машины, ожидая, чтобы я села. — Я хочу, чтобы ты забыла о том, что тебе предстоит сегодня трудная встреча с отцом.       — Говоришь, что хочешь, чтобы я забыла, — недовольно буркнула в ответ я. — А сам только что напомнил мне об этом.       — Не хмурься, — сказал Гарри, когда я уже села в машину. — Ты и так не красавица, а когда злишься, так вообще начинаешь пугать меня.       — Ах, так?! — громко запротестовала я, шутя ударив Гарри по плечу. — Думаешь, я не могу побить тебя?       Конечно, я не могла ударить его в полную силу: на такое смазливое личико и рука-то не поднимется. С каждой минутой я все больше понимала, что Гарри хочет отвлечь меня и что я должна быть благодарна ему за это.       — Ты не сможешь, — с ухмылкой сказал Гарри. — Можешь ударить меня, если хочешь.       Он притянулся ближе и наклонил голову в бок, чтобы я попыталась ударить его по щеке. Неужели он так хорошо знает меня? Я подняла руку, чтобы посмотреть на реакцию Гарри, но он лишь улыбался, что ужасно взбесило меня.       — Дурак, — отпихнув от себя Стайлса, опять недовольно сказала я. — Я побью тебя, как только мы вернемся обратно.       — По-моему, ты только что улыбнулась, — с довольной мордашкой сказал парень, уставившись на меня.       — Тебе показалось, кудрявый, — со странной ухмылкой проговорила я.       — Оу, кудрявый? — Гарри завел машину и тронулся с места. — Как мы так быстро перешли с мистера Стайлса на кудрявого?       Теперь я действительно улыбалась. Почему? Потому что мы с Гарри на самом деле сблизились. Я никогда не понимала, как это произошло, но он не обращался со мной, как с домработницей. Я чувствовала себя другом, и даже сейчас я была безумно рада, что он со мной поехал к отцу.       Я никогда не понимала, с какого момента он начал благодарить меня после того, как позавтракал. С какого момента мы начали разговаривать не только о работе по дому, но и о том, какие фильмы нам нравятся. Я совсем не помнила, как начала доверять ему.       — Если ты будешь так загадочно молчать всю дорогу, — вывел меня из раздумий Гарри, — то я, правда, начну беспокоиться.       — Можно спросить? — я до сих пор не знала, стоит ли говорить это, но сейчас, по-моему, был самый подходящий момент.       Гарри одобряюще кивнул головой и в считанные секунды стал серьезным.       — Как часто приезжают твои родители? — я не смотрела Гарри в глаза, потому что мне было неловко спрашивать о чем-то личном, но я хотела услышать от него ответ. — Неужели тебе совсем не грустно находиться в таком большом доме одному?       — Почему тебе так интересно? — Гарри сосредоточенно смотрел на дорогу, крепко сжав руль.       — Прости, я…– теперь я еще больше не знала, что делать, так что продолжала смотреть на свои руки. — Ты сказал, что тебе знакомо чувство, когда даже не знаешь, о чем поговорить с отцом.       — Мне казалось, что ты знаешь, что мои родители много работают, — Стайлс пытался говорить как можно непринужденнее, но я не верила ему. — Мне нравится быть одному, и я совсем не чувствую себя одиноким.       Я долго молчала. Разве он говорит правду? Нет, я знала это. Он опять не подпустил меня ближе к себе, чем на метр. Я доверяла ему, я верила в него и надеялась, что он так же сможет поверить мне, но он все так же пытался скрыть от меня то, о чем ему было трудно говорить.       Во мне затаилась обида. Неужели он совсем не доверяет мне? Как он смеет! Чертов Гарри Стайлс, как ты смеешь врать мне после того, как я поверила тебе?       — Ты ведь совсем не умеешь врать, — прошептала я, но парень все отлично слышал.       Не долго думая, я ударила Гарри по плечу, совсем не понимая того, что в тот момент он мог потерять управление. Я ударила еще раз… и еще раз. Ослабшим кулаком я продолжала бить его, но так и не смогла ударить парня хоть раз в полную силу.       — Почему ты хочешь казаться таким бесчувственным? — я смотрела Гарри в глаза, желая услышать правду. — Ты столько раз помог мне, но не даешь ни единого шанса отплатить тебе тем же. Я столько раз доверяла тебе, так поверь же мне хоть раз!       Я хотела еще раз ударить его, но поняла, что Гарри быстро подъехал к обочине и остановил машину. Я только подняла кулак, чтобы еще раз толкнуть парня, чтобы он понял, как сильно я злюсь на него, но Гарри схватил мой кулак. Он держал мой кулак, даже когда я пыталась вырваться из его сильной хватки. Парень быстро повернулся ко мне лицом и как всегда посмотрел в глаза.       Зачем же так смотреть? Зачем смотреть таким взглядом, в который можно влюбиться? Как же мне надоело отводить свой взгляд, чтобы очередной раз не смотреть в эти пленяющие изумрудно-зеленые глаза!       — Ты хоть понимаешь, как я верю тебе? — мой голос сорвался на крик. Никому в жизни… Стайлс, ты слышишь? Никому в жизни я не смогла так быстро довериться как тебе! Да как ты можешь…       Гарри до сих пор не отпускал мою руку. Он резко потянул меня к себе, так что я оказалась прижатой к нему. Парень ослабил хватку, отпустив мой кулак, но я продолжала сидеть в его объятиях. Я вдыхала аромат и чувствовала то тепло, которое исходило от парня.       — Я знаю тебя пару дней, — тихим голосом начала говорить я, продолжая лежать головой у Гарри на плече. — Не понимаю, почему вообще сейчас сижу с тобой в машине.       — Эмберлин, — так же тихо сказал Гарри. — Если ты думаешь, что я не верю тебе, то тебе стоит знать, что я ужасно не люблю объятия.       — Зачем же тогда…       — Я никогда не мог обнять человека, если он был не так близок мне, — Гарри продолжал говорить с небольшими паузами. — Я никогда не хотел обнимать того, кого знаю не так хорошо, как хотелось бы. Попробуй объяснить мне, почему же я не могу сейчас отпустить тебя?       Я хотела отпрянуть от парня, но он не дал мне это сделать, еще сильнее прижав к себе.       — Как только ты вошла в мой дом, — я чувствовала, что парень улыбается. — Ты уже стала помогать мне. Ты помогла избежать мне одиночества, в которое я никак не хотел верить до сих пор. И даже если бы в мой дом пришло сто домработниц, то ни одна из них не смогла бы помочь мне лучше, чем это сделала ты.       — Тогда почему ты продолжаешь врать мне? — Только теперь Гарри выпустил меня из своих крепких объятий, и я продолжила говорить, смотря ему в глаза.       — Не так легко говорить правду, когда раньше ни с кем не разговаривал о ней. — Стайлс снова завел машину и тронулся с места. — Но я постараюсь довериться тебе, и сейчас это чистая правда.       В ответ я лишь кивнула головой и слегка улыбнулась. Сейчас я чувствовала некое спокойствие, хотя сама толком не поняла, как оно появилось. Я чувствовала, что Гарри говорил со мной искренне, поэтому всю оставшуюся дорогу я не забрасывала его своими вопросами.       Мы достаточно долго ехали, прежде чем остановиться у совсем пустого берега моря. Я не могу сказать, что этот берег блистал своей красотой или завораживал меня. Он был такой пустой и чистый, что казалось, как будто здесь совсем не ходят люди и даже не знают об этом выходе к морю. Я закрыла глаза, пытаясь насладиться шумом волн и забыть обо всех своих проблемах.       — Что это за место? — тихо спросила я, продолжая стоять с закрытыми глазами.       — Никогда не была на берегу моря? — с улыбкой спросил Гарри, подойдя ближе ко мне.       — О, ты испортил всю романтику, Стайлс! — хмыкнула я, состроив недовольное лицо и скрестив руки на груди. — Почему ты не мог сказать, что это твое любимое место?       — Потому что это не оно, Эмберлин, — без какого-либо сарказма проговорил Стайлс. — Идем, я хочу завести тебя немного дальше.       Быстрыми шагами мы начали идти к подножию невысокой горы, которая находилась недалеко от берега. Она казалась слишком крутой и скалистой, чтобы я смогла забраться по ней, но, по-моему, Гарри это совсем не пугало. Мы стояли уже около самой горы, когда я вновь посмотрела на нее и поняла, что быстрее разобью голову, чем смогу закинуть ногу на такие высокие камни.       — Стайлс, — с небольшим упреком и испугом позвала я парня. — Я, конечно, пробралась к тебе в дом в день нашего первого знакомства, но у меня не хватит навыков, чтобы забраться на эту гору. Мне она совсем не нравится!       — Джонсон, не будь такой трусихой, — сказал Гарри и резко повернулся ко мне. — Неужели тебе совсем не интересно, куда я тебя привел?       — Стайлс, — я начинала злиться на парня, потому что он делал из этой ситуации шутку, вот только для меня боязнь высоты совсем не была шуткой. — Я не пойду туда.       Я как вкопанная стояла на своем месте, не желая даже попробовать закинуть ногу на первый небольшой камень, который служил бы для меня хорошей опорой. В голову сразу же прилила кровь, а руки и ноги начинали неметь и не слушаться меня.       — Я не пойду туда, — с небольшой отдышкой продолжила я, начиная говорить все быстрее и быстрее. — Прости, но я предлагаю просто посидеть на берегу.       — Джонсон, что с тобой? — непонимающе спросил парень, начиная смотреть на меня с удивлением. — Ты не хочешь идти со мной? Я же…       — Нет! — неожиданно даже для себя, крикнула я. — Я не хочу!       — Все в порядке? — Гарри хотел взять меня за руку, но я сделала небольшой шаг назад, давая понять, что я не нуждаюсь в этом. — Тебе плохо?       Я молчала. Молчала, потому что не могла сказать, что безумно хочу увидеть то место, куда он хотел меня привести, но у меня не хватало смелости забраться на небольшую гору. Страх с каждой минутой поселялся в моей груди, и мысли как будто совсем затуманило.       — Я…– у меня как будто застрял ком в горле, и я не могла продолжать разговаривать.       — Ты боишься высоты? — неожиданно спросил Гарри, смотря прямо мне в глаза. Моих сил хватило лишь для того, чтобы кивнуть в ответ и упасть на теплый песок от безысходности. Я чувствовала себя беспомощной.       — Прости, Гарри, — обняв свои колени руками, прошептала я. — Я правда не хотела испортить такой момент.        — Не волнуйся, Эмбер, — успокаивающе сказал Гарри, садясь рядом со мной. — Знаешь, когда-нибудь ты обязательно захочешь узнать, что же находится за этим склоном.       Парень наблюдал за морем, и я тоже начала смотреть в сторону сильных волн, которые омывали побережье.       — Тогда тебе придется побороться с чувством страха и интересом, который с каждым днем будет только сильнее пробуждаться в тебе, — продолжил говорить Гарри, взяв в руки небольшой камень и отряхивая его от песка.       — Иногда страх сильнее любого интереса, — как твердый вердикт выдала я и отвернулась в другую сторону.       — Даже если твои ноги подкашиваются, — говорил Гарри тихим голосом с легкой хрипотцой, — тебя разве не тянет с интересом к своему страху?       Мое сердце екнуло, когда Гарри сказал эти слова. Я не могу сказать, что могла тогда разумно мыслить, потому что моя голова продолжала кружиться от одной лишь мысли об этой горе, но я понимала, что у меня есть не только страх высоты, но и страх… Гарри. Я боялась общаться с ним, я боялась привыкнуть к нему, и я боялась влюбиться в него. И чем больше я боялась, тем больше меня тянуло к этому парню.       Мои щеки начинали гореть. Приступ страха снова охватил меня, но это уже совсем не из-за высоты, а из-за парня, который сидел слишком рядом, чтобы понять, что мое сердцебиение участилось. Почему он вообще говорит мне это? Понимает ли он, что подпуская его ближе к себе, я позволяю страху еще больше поселиться в моем сердце?       — А что, если, — неуверенным голосом начала я, пытаясь не выдавать своего состояния, — что, если можно попытаться подавить в себе чувство интереса?       — Зачем же…       — А что, если я поднимусь на гору, собрав все свои силы, но мне не понравится на вершине? — понимая, что говорю сейчас совсем не о высоте, я начинала бояться, что парень тоже говорит со мной вовсе не о горе. — Я ведь прекрасно знаю, что если поцарапаю руки о камни на первой скале, то у меня не будет никакого желания попытаться подняться на вторую.       — А если понравится? — в первый раз Гарри первым отвел от меня взгляд и смотрел куда-то в другую сторону. — Почему ты боишься рисковать? Знаешь, если всю жизнь не рисковать чем-то, то жизнь не будет такой интересной, какой может быть.       — Ты сам говорил, что я слабачка, — не желая продолжать этот двусмысленный разговор, коротко сказала я.       — И правда, Джонсон, — как-то слишком огорченно сказал Гарри. — Какая же ты все-таки трусиха.       — Я…       — Идем, — Гарри быстро встал с песка, отряхнув штаны. — Нам стоит поторопиться, если ты хочешь успеть к отцу вовремя.       Неужели этот парень обиделся? Я почти уверена, что в тот момент он был огорчен, хоть и пытался не показывать этого. Я еще раз оглянулась, пытаясь запомнить безумно красивый вид, который открывался с места, где мы сидели. Эта гора действительно тянет меня к себе с таким же страхом и интересом, как и Гарри. Смогу ли я когда-нибудь взобраться на нее?