Вытерпишь меня 10 дней?

      На часах пять утра. Как бы я не хотела заснуть, меня мучила ужасная жажда, поэтому я тихо спустилась на первый этаж за холодной водой. Я осторожно делала каждый шаг, пытаясь не разбудить парня, но быстро поняла, что сегодня он спал не в своей комнате, а на диване в гостиной, когда увидела его здесь под легким клетчатым пледом. Меня слегка удивило, что у него в спальне стоит просто огромная двуспальная кровать, на которой места хватило бы на всю мою семью, но он спит на каком-то твердом диване, свернувшись клубочком.       Допив воду, я еще раз заглянула в гостиную. Может ему холодно? Неужели он всегда спит под таким легким одеялом? Я понимала, что все это будет выглядеть странно, но, набравшись смелости, все же смогла ближе подойти к спящему Стайлсу. Он выглядел каким-то тревожным, как будто его что-то беспокоило даже во сне. Наверное, я бы отошла через пару секунд, но Гарри резко начал ворочаться со стороны в сторону. Я побоялась, что он уже проснулся, почувствовав мое присутствие, но парень так же крепко продолжал спать. Неужели ему снится кошмар? А я-то боялась, что это мне ночью может присниться Гарри Стайлс.       Я продолжала молча стоять около Гарри, надеясь, что он сможет уснуть без вида тревоги на лице, но парень продолжал ерзать. Он начал тяжело дышать, сильнее сжимая краешек пледа в руках. В тот момент я была напугана. Может мне стоило разбудить его?       Только я потянулась рукой к парню, как он начал успокаиваться. Скулы уже были не так напряжены, и он не сжимал плед с такой силой, как делал это минуту назад. Я тихо выдохнула, понимая, что парень все-таки успокоился. Что же ему снилось?       Такими же тихими шагами, как и пришла сюда, я стала подниматься на второй этаж в комнату, которую предложил мне Гарри для ночевки. Эта комната была безумно красивой, но она не выглядела так, как будто в ней кто-то спал каждую ночь. Такое чувство, что спальня пустовала целыми днями и лишь убиралась горничными по выходным.       Мне всегда казалось, что оставаться одному в таком большом доме ужасно. Хотя нередко я думала и о том, что Гарри привык к тому, что ему все можно в этом доме, и это его полностью устраивало. Этот парень привык к тому, что весь дом находится в его распоряжении, и, наверное, его полностью устраивало то, что в таком большой доме живет лишь один человек.       Я попыталась уснуть, но все мои попытки были тщетны. Я уже была полностью собрана, и в моей голове даже промелькнула мысль о том, что можно было бы начать делать уборку. Только потом до меня дошло, что на часах и шести часов-то нет, и это будет выглядеть как минимум странно.       Я быстро заправила кровать, на которой спала и в оставшееся время решила погулять по второму этажу, пока Гарри не проснется и я не смогу приняться за работу. Сначала я зашла в комнату Гарри, надеясь, что он не заставит меня врасплох, когда я буду именно в его спальне. Конечно, можно было бы начать разглядывать его детские фотографии, какие-то личные вещи и то, что стояло на самых видных местах и на полках, но больше всего меня привлекала его кровать. Ужасно большая и такая красивая!       Не задумываясь, я плюхнулась на эту кровать и, вдохнув полной грудью, поняла, что подушка пахнет Гарри. Я немного смутилась, потому что понимала, что знакома с этим парнем не так давно, чтобы сейчас лежать на его кровати без спроса. Я хотела быстро встать, поправив простынь и одеяло, но именно в это время мои веки начали тяжелеть и медленно закрываться.       Через глубокий сон я начала слышать какие-то звуки, которые, как мне казалось, доносились совсем близко.       — Господи! — вскрикнула я, понимая, что уже долгое время сплю на кровати Гарри и очередной раз крикнула тогда, когда увидела Стайлса, который сидел на стуле около меня: — Боже мой!       Вся покраснев, я быстро встала, пытаясь понять, что происходит, но после сна я не очень хорошо соображала.       — Прости, я, эм…– пыталась оправдаться я, когда Гарри, не сказав ни слова, посмотрел на меня. — Я случайно заснула…       — Плохо спала на своей кровати? — без какой-либо злости, а, наверное, с неким беспокойством спросил Гарри.       — Нет, вовсе нет, — я пыталась быть милой, потому что сейчас очень сильно облажалась, но на самом деле я не совсем хорошо спала ночью из-за того, что кровать была слишком мягкой.       — Правда? — со своей фирменной ухмылкой спросил Стайлс, убирая телефон в сторону и продолжая со мной разговор. — Тогда почему же ты спала на моей кровати? Неужели я так тебе понравился?       — Ладно, ты меня раскусил, — я с улыбкой посмотрела на Гарри. — Мне не совсем удобно было спать: кровать была слишком мягкой. Я не привыкла спать на такой мягкой подушке и шелковых простынях.       — Прости, — Гарри выглядел очень мило с утренним беспорядком на голове и в домашней одежде. — Надо было подумать об этом.       — Не стоит извиняться, — я попыталась пригладить волосы после сна, но они все равно торчали в разные стороны. — Я не должна была заходить в твою комнату без разрешения.       — Моя кровать тоже такая же неудобная для тебя? — как-то странно поинтересовался Гарри.       Наверное, он редко спит на ней, но почему? Купить бы мне такую кровать домой, так я бы не смогла встать с нее утром: она так бы и манила меня к себе каждый раз.       — Нет, она очень удобная, — немного смутившись, ответила я. — Почему ты спал сегодня на диване?       Я спросила немного неожиданно, поэтому парень резко посмотрел на меня, но потом смягчил свой взгляд.       — У меня такой большой дом, — он говорил это весело, но мне казалось, что его эмоции неискренние. — Разве я не могу спать там, где захочу?       — Ты сказал мне сейчас правду? — именно в этот момент я почувствовала себя смелой, чтобы задать этот вопрос.       — С чего бы мне врать? — как-то слишком громко спросил Стайлс, и на секунду я подумала, что мне стоит замолчать.       — Может, потому что ты хочешь казаться совсем другим человеком? — я спрашивала Гарри, смотря ему в глаза, потому что больше всего я ненавидела, когда мне врут, что он сейчас, впрочем, и делал. — Ты хочешь казаться слишком бесчувственным.       — Ты поняла это, потому, что я не спал сегодня на своей кровати? — теперь Гарри начинал злиться, но я не останавливалась.       — Я попыталась подступиться к тебе, — я говорила тихо, но уверенность не покидала мой голос. — Я пыталась помочь тебе, как это сделал вчера ты.       — С чего ты взяла, что мне нужна помощь?       — Гарри, — проигнорировав его вопрос, мягко сказала я. — Ты сегодня хорошо спал?       — Отлично, — с небольшой грубостью ответил парень. — Знаешь, — я хотела сказать, что видела, как его что-то мучило во сне, как он ворочался и боялся чего-то. Был ли это кошмар или просто плохие мысли, которые не хотели покидать его, но он не давал мне ни единого шанса, чтобы попытаться помочь ему, поговорить с ним об этом. И я промолчала, сказав совсем другое.       — Ты знаешь единственный минус в таком большой и красивом доме? Стайлс не ответил. Он молчал, потому что наполовину уже знал ответ, но не хотел произносить его вслух.       — Одиночество, Гарри, — я посмотрела в его изумрудно-зеленые глаза и увидела в них странный огонек, который появлялся в глазах тогда, когда узнавали о том, что так хотели скрыть от тебя. — Одиночество…       — Джонсон, — парень выглядел растерянно, но пытался не подавать вида. — С чего бы такие мысли? По-моему, я плачу тебе деньги не за глупые разговоры.       — Можете говорить, что хотите, — я не понимала, почему говорю ему все это, но молчать я не могла. — Мистер Стайлс, как часто Вам снятся кошмары?       — Что? — в глазах Гарри я увидела непонимание.       — Кошмары, которые не дают Вам спать, мистер Стайлс, — я продолжала обращаться к нему на «Вы», хотя знала, что это не нравится ему.       — Что ты…       — Когда Вы последний раз хорошо спали? — не унималась я, продолжая задавать вопросы.       — Почему ты опять обращаешься ко мне, как к старику, Джонсон, — Гарри пытался увильнуть от вопросов.       — Мистер Стайлс, — я не слушала его и продолжала говорить: — Не уходите от вопросов, найдите слова, чтобы ответить!       — Эмберлин, прекрати! — громко сказал Стайлс, от чего я немного сжалась.       — Гарри, я могу помочь тебе…       — Занимайся своей работой, Эмберлин Джонсон, — не слушая меня, уже успокоившись, сказал парень. — Принимайся за уборку сейчас же.       — Вы плохо выглядите…       — Ты первая, кто мне это говорит, — перебил меня Гарри.       — Вам надо хорошо выспаться, — не унималась я.       — Уходи! — Стайлс с яростью в глазах посмотрел на меня, но это не испугало меня.       — Скажите, мистер Стайлс, когда Вы будете готовы принять помощь от меня? — я смотрела на него с доверием, но не видела взаимности во взгляде. — Мне осталось десять дней работать в вашем доме, но мне хватит этого время, чтобы избавить Вас от бессонницы.       После этих слов я, как можно быстрее, выбежала из комнаты, чтобы Гарри не успел запустить в меня чем-нибудь тяжелым. Я, правда, хочу помочь ему. Я хочу, чтобы эти две недели или уже оставшиеся десять дней он запомнил. Чтобы он запомнил имя Эмберлин Джонсон и смог хорошо спать по ночам…       Вот только позже весь оставшийся день мы ходили как не свои. Мы избегали один одного, пытались находиться, как минимум, в пяти метрах друг от друга и не начинали разговор. За пару часов Гарри Стайлс стал закрываться, хотя никогда не был полностью открыт для меня. Неужели он так и не сможет принять от меня помощь? Эмберлин Джонсон, не расстраивайся! У тебя обязательно все получится, просто нужно время.       Я зашла в кухню и только сейчас решила снять повязки с рук, которые вчера Гарри старательно завязал мне, чтобы боль ушла намного быстрее. Мои руки совсем не чесались, а от ожога осталось небольшое пятнышко, которое напомнило мне о том, как я была подавлена вчера.       Мне было вчера так трудно, и я не понимала, почему заревела, как маленький ребенок при Гарри. Я не доверяла ему, да и он не доверяет сейчас мне, но тогда мне казалось, что я могу положиться на этого беззаботного и веселого парня. Я тихо сидела за столом несколько минут, вспоминая все вчерашние события. Наверное, сегодня у меня было бы хорошее настроение, если бы не этот утренний разговор с Гарри.       Неожиданно и слишком громко зазвонил мой мобильный телефон, так, что я немного вздрогнула, но быстро подняла трубку, увидев на дисплее номер мамы.       — Да, мам, — как можно веселее сказала я.       — Дорогая, с тобой все в порядке? — мама была немного взволнована, но по голосу, видимо, она уже поняла, что у меня хорошее настроение и немного успокоилась.       — Мам, все в полном порядке, — я всегда умела скрывать свои эмоции в таких случаях. — Прости, что не позвонила тебе вчера, я так устала.       — Если тебе тяжело работать…       — О, мам, не беспокойся, — так же бодро сказала я, когда Гарри зашел в кухню и прошел к холодильнику. — Мне совсем не трудно.       На этих словах я отвернулась от Гарри, потому что он прекрасно понимал, что я разговариваю с мамой о работе.       — Как у тебя дела? — продолжала разговаривать я с мамой, как всегда беспокоясь о том, что мама осталась дома одна. — Ты принимаешь таблетки, которые прописал тебе доктор?       — С каких пор ты спрашиваешь об этом каждый день? — мягко, но с упреком спросила мама. — Эмбер, я же не маленький ребенок. Конечно, я пью все, что мне прописали.       После слов мамы я улыбнулась и краем глаза заметила, что Гарри смотрит на меня. Он сел за кухонный стол напротив меня и совсем не стеснялся смотреть в упор. Хотя, когда это Гарри вообще смущался!       — Эмбер, — мягко продолжила мама, — ты помнишь, что завтра День рождения отца?       Я не ожидала услышать этот вопрос. Конечно, я знала! Конечно, я помнила, когда родился человек, который сначала подарил мне жизнь, а потом бросил нас с мамой, когда мне было шесть лет. Я испугалась, что Гарри услышал этот вопрос, потому что он сидел слишком близко. Пытаясь не подавать вида, что я растерянна, я попыталась ответить веселым голосом.       — Мам, я помню, ты бы могла мне и не напоминать, — мой голос вздрогнул на последних словах, и я опять покосилась на Гарри, чтобы убедиться в том, что он до сих пор ничего не понимает из нашего разговора. — Слушай, давай поговорим об этом потом. Я немного занята.       — Эмбер, он звал тебя в гости! — крикнула мама, пока я не успела скинуть трубку, но я еще больше испугалась, что Гарри услышит. — Пожалуйста, ради меня, встреться с ним!       Я сбросила. Я выключила телефон, прежде, чем мама закончила что-то говорить. Гарри все так же смотрел на меня, но я уже не обращала внимания на него. Потупив взгляд, я смотрела на стол, пытаясь обдумать все те слова, что сказала мне мама.       Он зовет меня в гости? Я сжала телефон в руке, надеясь, что это было не так заметно. Он хочет увидеть меня? Мои скулы напряглись и теперь стали более заметны на уже побледневшем лице. Отец? Отец хочет нашей встречи после стольких лет? Я не видела его три года! Три чертовых года я не видела его, хотя каждый свой День рождения я ждала, когда он позвонит и скажет, что приедет сегодня к нам в гости. Я не маленький ребенок, но я хотела увидеть его. Я хотела увидеть своего отца! Я так хотела…       Почему же я не радуюсь? Почему же теперь, когда он сам хочет увидеть меня, мне так страшно? Где ты был! Где же ты был все это время?!       Я начала махать головой в стороны, понимая, что мне уже не так хочется встречаться с ним. Я привыкла, что его нет рядом, и ему не стоило появляться через столько лет.       Сначала он часто звонил, после того как ушел к какой-то красавице. Я ждала его звонка каждый день, спрашивая маму о том, не хочет ли она пригласить его в гости. Даже если мама и хотела увидеть отца, он сам не хотел приходить к нам. Лишь иногда он заявлялся к нам домой, чтобы поиграть со мной или сводить в ближайший зоопарк. Потом он звонил только на праздники, но чем старше я становилась, тем реже становились звонки и тем быстрее я забывала, как выглядит мой родной отец.       — Джонсон, — громко позвал меня Гарри. — С тобой все в порядке?       Я не смогла ответить, а только одобрительно покачала головой и встала из-за стола. Я не хотела ничего рассказывать Гарри, а тем более плакать при нем, поэтому я медленно, как ни в чем не бывало, поднялась на второй этаж и зашла в ванную комнату. Я открыла кран на всю мощность и села на холодную плитку.       Только тогда, надеясь, что Гарри сидит в гостиной и смотрит телевизор, я заплакала. Каждый раз, когда я пыталась сделать глубокий вдох, я захлебывалась слезами, и мое дыхание становилось прерывистым. Я не плакала громко, чтобы Стайлс не услышал меня, поэтому мне было еще труднее. Я сдерживала себя, пытаясь не закричать. Я с силой сжимала свои ноги, прислонив голову к коленям. Я ненавижу его! Я ненавижу его, за то, что его не было рядом так долго, а сейчас он просит о встрече.       Моим слезам есть оправдание. Не только обида за себя, но и за маму. Когда ей стало хуже, я работала, где только могла и пыталась принести в дом лишнюю копейку. Я позвонила отцу и сказала, что маме нездоровится. Он обещал… Он обещал помочь с лекарствами, обещал навестить нас, как только получится. Он так много всего говорил и ничего не выполнял.       Еще один приглушенный всхлип. Неужели он совсем не любил маму? Как же я его ненавижу! Как же…       Я хотела вытереть слезы, но услышала скрип. Дверь в ванную открылась, и мне стало еще хуже, когда я стала осознавать, что на пороге стоял Стайлс. Нет, пожалуйста, только не сейчас! Не сейчас, когда я сижу на холодной плитке, не в состоянии даже поднять голову. Мне не надо лишних вопросов, упреков и советов! Я этого не хочу…       Гарри как будто прочитал мои мысли и без слов зашел в ванную, закрыв за собой дверь. Он медленно сел на плитку возле меня, но не пытался успокоить: он даже не прикасался ко мне. Он просто был рядом.       Мои слезы превращались в глухую истерику. Так я называла то состояние, когда внутри тебя все бурлит, вскипает, хочет выпрыгнуть наружу, но ты это подавляешь и пытаешься удержать в себе. Я продолжала сидеть, уткнувшись лицом в руки и не переставая крепко держать ноги, согнутые в коленях.       Гарри встал, ничего не говоря, и попытался поднять меня. Он не тянул меня силой, но я не хотела строить из себя жертву и послушалась его. Следующие минуты я помню как в тумане, потому что чувства прожигали меня насквозь. Я вся горела. Горела от ненависти и отчаяния. Гарри медленно подошел ко мне и, взяв за плечи, подтолкнул меня в сторону душа. Душ? Неужели он серьезно думает, что какой-то душ может помочь мне сейчас? Я не понимала, к чему он клонит, но через секунду я в одежде уже стояла в душевой кабинке. Немного испугавшись, я посмотрела Гарри в глаза. Он увидел мое непонимание и страх. Пока я пыталась осознать, что происходит, Гарри запрыгнул ко мне в кабинку, от чего я немного пошатнулась. Здесь было достаточно места, но мы стояли слишком близко друг к другу.       На мне были тоненькие носочки, так что на гладкой поверхности я начинала поскальзываться. Понимая, что я теряю равновесие, парень быстро сориентировался и крепко обхватил меня рукой за талию, прижимая к себе. Мы были так близко, как никогда раньше… Мне было ужасно жарко. От слез мое лицо было все красное и опухшее, а ноги совсем не держали меня. Наверное, если бы не крепкая хватка Стайлса, я бы сейчас уже сидела на корточках.       Быстрым движением Гарри включил кран с ледяной водой. Только сейчас я поняла, что он помогает мне. Я закрыла глаза, когда холодные капельки воды начали падать на мое лицо. Я понимала, что моя одежда, как и одежда Гарри, будет вся мокрая, но меня это сейчас совершенно не беспокоило. Сначала на меня попало несколько капель, но уже через секунду напор воды увеличился, и Гарри еще сильнее прижал меня к себе. Неосознанно я положила голову ему на грудь, ощущая тепло парня, который уже промок до последней ниточки.       По-тихому из моей головы начали выветриваться все ненужные мысли, и я начала приходить в себя. Ледяной душ хорошо подействовал на меня, так, что мое лицо было уже не такое красное. Только сейчас я поняла, что все это время была разгоряченная, и ледяная вода сняла этот жар, но у Гарри была нормальная температура, а он уже долгое время стоял под холодной водой, совсем не двигаясь.       — Гарри, — спохватившись, позвала я парня. — Ты можешь заболеть!       Я легонько оттолкнула его, чтобы выйти из душевой кабинки. Парень с доброй улыбкой посмотрел на меня и подал чистое полотенце, чтобы я смогла протереть хотя бы лицо. Вся ванная комната была от нас в воде, но, по-моему, Гарри это совсем не беспокоило.       — Уверен, с тобой уже все в порядке, — показывая ямочки на щечках, сказал парень, — раз ты уже заботишься обо мне.       Я ничего не ответила. Я совсем не знала, что сказать. Совсем недавно мы поругались, но он опять помог мне.       Укутавшись в полотенце, я опять села на пол, но уже не для того, чтобы плакать, а для того, чтобы поговорить с Гарри. Парень понял это и, последовав моему примеру, так же сел на пол, завернувшись в белое полотенце.       — Я всегда думала, — тихо начала говорить я, не смотря на парня, — что принимать помощь очень трудно. Потому что потом ты будешь в долгах у этого человека.       Думаю, Гарри понимал, к чему я веду, но в этот раз он не хотел меня перебивать.       — Поэтому меня всегда поражали те люди, которые помогали безвозмездно, — я продолжала говорить, но не чувствовала себя так уверенно, как хотелось бы. — Я всегда пыталась всем помочь, ничего не желая в ответ, но никогда не принимала эту помощь, боясь остаться в долгах. Когда мне было очень трудно и хотелось высказаться — я подавляла это в себе. Я говорила, что обязательно справлюсь сама, ведь я всегда со всем справлялась. Сначала это были слезы, тихие слезы, которые можно было смахнуть рукой, но потом все стало намного труднее.       — Если ты никогда не желала получить что-то в ответ, — начал говорить парень, — то почему же ты сомневаешься, что кто-то так же, как и ты сможет помочь тебе, не пытаясь записать в список должников?       — Потому что я думала, что никто не сможет мне помочь, — теперь я уже говорила не только о себе, но и о Гарри, который еще сегодня утром отказался от моей помощи. — Я думала, что эти проблемы должна решать сама, потому что они слишком личные, чтобы делиться ими.       — Боишься, что останешься в долгах, если помогу тебе?       — Я боюсь не долга, Гарри, — я сильнее укуталась в полотенце и продолжила: — Я боюсь, что не смогу его отдать.       — А если все-таки сможешь? — с неким вызовом спросил парень.       — Не думаю, что смогу тебе чем-то помочь, — теперь я уже говорила лично про нас. — Ты не подпускаешь к себе…       — Да, мне снились кошмары, Эмбер, — это был первый раз, когда Гарри назвал меня неполным именем или фамилией. — Мне часто снятся кошмары.       Я смотрела на Гарри, не отрывая взгляда. Все произошло так быстро, что я до конца не осознавала, что Стайлс наконец-таки сказал мне правду.       — Когда я был маленьким, — продолжал говорить Гарри, делая небольшие паузы, — родители часто уезжали в командировки, оставив меня с нянькой. Я не любил рано ложиться спать, так что однажды пересмотрел каких-то ужастиков на ночь. Несмотря на то, что я был достаточно смелым, я все равно оставался ребенком, у которого были свои страхи, так что в ту ночь мне приснился самый настоящий кошмар. Обычные страшилки, которые я увидел в фильмах, начали казаться мне по всей комнате: у меня было прекрасное воображение. Наверное, мне никогда не было так страшно, как в ту ночь. Родителей не было, так что я сразу начал звать няню, которая оставалась со мной даже ночью. Эта женщина была ужасна! Я ненавидел её всем сердцем, но никто не слушал меня.       Наверное, только теперь я начинала понимать, почему же такой взрослый парень боится чего-то. Детские страхи будут оставаться с нами до тех пор, пока мы сами не сможем побороть их.       — В тот раз, — Гарри смотрел куда-то вперед и как будто вспоминал тот день, — она прибежала ко мне на крики, но так и не помогла. Она только отругала за то, что я не спал. Я ждал от нее помощи, но она заперла дверь на ключ, чтобы я не смел гулять по дому ночью. Я остался совсем один. В этой ужасной комнате с монстрами, которые, как мне казалось, хотели забрать меня. Я понимал, что никто не поможет мне, так что целую ночь я просидел в углу, дрожа от страха. Я просидел всю ночь с игрушечным пистолетиком в руках.       Я молчала, не зная, что ответить. Первый раз он был так искренен со мной, что еле заметная улыбка заиграла на моем лице.       — Не вздумай смеяться, Джонсон, — уже с улыбкой добавил Гарри. — Я вовсе не боюсь монстров, которые живут под моей кроватью.       Я улыбнулась, потому что понимала, что настоящий Гарри возвращается: тот Гарри, который любую ситуацию может превратить в шутку.       — Боишься, что тебе никто не поможет? — только сейчас я поняла, что мы с Гарри сидели так близко, что наши плечи прикасались друг к другу. — Боишься, что не поверят тебе?       — Слишком много вопросов, Эмберлин, — Гарри взъерошил волосы, которые были уже не такими мокрыми.       — Гарри, — тихо позвала я парня после недолгого молчания. — Можешь пообещать мне кое-что?       — Ты хочешь сходить со мной на свидание? — Стайлс вопросительно поднял одну бровь.       — С чего это вдруг? — со всей серьезностью спросила я, сдерживая улыбку.       — Вот черт, Джонсон, — мило проскулил Гарри. — Ты испортила такой момент! Обычно в фильмах после таких разговоров идет или поцелуй, или приглашение на свидание. Как ты могла все испортить?       Я искренне засмеялась, понимая, что он в очередной раз развеселил меня. Недолго думая, я притянулась ближе к Гарри и оставила легкий поцелуй на его щеке. Парень удивленно посмотрел на меня, явно не ожидая такого хода событий, но это еще больше развеселило меня.       — Ты случайно не втюрилась в меня? А, Эмбер? — с ухмылкой спросил Гарри, говоря мне это на ухо.       — Мистер Стайлс, — так же тихо прошептала я ему на ухо. — Вы мне платите не за глупые разговоры, не забывайте.       Быстро проговорив это, я встала с холодной плитки и направилась к двери, понимая, что так и не смогла дать точного ответа на его вопрос. Я прекрасно понимала, что для Гарри это была всего лишь шутка, но так же я хорошо понимала, что мои мысли, как и чувства, были в беспорядке. Начинала ли я влюбляться в Гарри? Надеюсь, это лишь помутнение в моем разуме, и завтра я буду уже в полном порядке. Да, этого просто не может быть. Мне осталось работать здесь еще пару дней, так что я не могу позволить себе влюбиться в этого парня. Не волнуйся, Эмберлин, ты справишься с этим…