Mary Geoise Inc. Химера Имуги.

— Коразон, подписывай. — Мэари-онэ-сама, ты уверена?.. — начал было шептать мне на ухо Росинант, но я незаметно двинула ему по ребрам локтем, дабы призвать к порядку. — Роси, не мельтеши, все будет пучком, — так же тихо ответила я, после чего уже громче добавила: — У нас на руках хороший расклад… Потенциальный клиент, что сидел напротив, едва заметно поморщился — завуалированный намек на Джокера он прекрасно уловил. В последнее время, имя, которым Доффи назывался на встречах, стало едва ли не равным по силе убеждения с кровавыми угрозами. Приставь я нож к глотке ушлого мужика, тот испугался бы куда меньше, чем когда в разговоре всплыл Джокер, вернее, даже намек на оного. Репутация наше все. — Коразон-сан, вам не стоит волноваться, мы выполним свою часть сделки, как того требует условия договора. — Елейно заулыбался тип, нервно косясь в сторону человека в маске птицы, он же Дофламинго, что до этого восседал на своем месте, не участвуя в разговоре, зато лыбился будь здоров (чем нервировал мужика еще больше). Все, что мог сказать, Доффи уже сказал и теперь просто молча давил авторитетом. И, кажется, немного волей. Росинант тихонько вздохнул, но начал подписывать бумаги, скрепляя договор печатями и подписями. Через четверть часа с формальностями было покончено и, теперь уже полноценный клиент, поспешил ретироваться. Помимо нас троих в комнате обитал Верго, с налипшей к щеке котлетой, но беседой он интересовался мало, уделяя больше внимания тарелке с ужином, в которой по какой-то причине не хватало той самой котлеты. У него, впрочем, как и у всех остальных, исключая меня, маска скрывала только верхнюю часть лица, а потому парень без стеснения уминал поздний ужин. Мне оставалось только глотать слюни, ожидая конца переговоров, попутно размышляя над тем, что было бы неплохо просверлить в маске чудища дырочку для соломинки — пить с этой бандурой на морде лица было также проблематично. — Это дурацкая затея! — проворчал Дофламинго, снимая маску с клювом, когда в помещении не осталось лишних ушей. — Янтарный свинец, конечно, ценный, но ты ведь сама говорила, что он ядовит! — Тем больше у нас причин прикупить партийку другую! — «весело» отозвалась я. Моя веселость мало кого обманула, разве что Верго, но тому было плевать на мое настроение. — Мэари, просто скажи, в чем дело, — гнул свое Доффи, не переставая лыбиться и поигрывать пальцами по столешнице, словно играя на пианино. Фруктовиком он стал не так давно, а потому не упускал возможности потренировать способности. Вот и сейчас, свернутые листы только что подписанного договора скаканули ему в руки, раскрываясь на лету. — Я допускаю, что материал может быть полезен нам, но для чего было необходимо выкупать шахту? — Хотелось уверенности в завтрашнем дне… земельный участок лишним не будет, — пожала плечами. — И ты, конечно же, захочешь его осмотреть? — прозорливо и на редкость саркастично поинтересовался Доффи. — Ты очень догадливый, Фламинго-кун! — Фу-фу-фу! — усмехнулось чудо в перьях, тех самых, розовых. Шубы — ярко розовую и черную — купила Эмилия на одном из зимних островов, где мы были проездом. Отказать матери братья Донкихот не смогли, а потому послушно таскали подарки на своих плечах, распугивая прохожих. И если Доффи импозантный элемент гардероба понравился, то Роси носил исключительно не желая обидеть мать. — Кажется, старческий маразм уже не за горами, а, Мэари-баба? Уже и имя мое не в силах вспомнить. Старость не радость, да? — Я вас всех переживу! — убежденно заявила я. — Ну-ну, только в завещании не забудь упомянуть! — хохотнул Доффи. Я демонстративно закатила глаза, но поскольку так и сидела в маске, мою экспрессию не оценили. — Говорят, там довольно красиво, — примирительно заметил Росинант, как всегда выступающий буфером между мной и Дофламинго. «Нашла коса на камень» — это как раз про нас. И как только мы еще не разругались в пух и прах? По пальцам можно пересчитать случаи, когда мы приходили к согласию без споров, откровенной ругани и вымученных компромиссов. — Как бы то ни было, а недвижимость дело благое, — подвела итог я, давая понять, что вопрос уже решенный. Это было делом принципа — не дать трагедии Охары повториться спустя много лет в Флевансе.

***

Белый город поражал своими видами. Пейзажи тут были умопомрачительные, а архитектура навевала мысли о Рае. Даже города небесных островов меркли на фоне Белого Города. Да и жители города выглядели более чем благополучно — продажи янтарного свинца позволяли жителям жить в свое удовольствие. Но стоит отдать должное жителям Флеванса, несмотря на наличие денег, уподобляться знати они не спешили, хотя порой на улицах нам встречались довольно богато одетые люди. Практически каждый житель имел пару миллионов белли в копилке, но при этом все как один производили впечатление воспитанных, интеллигентных людей. Даже шахтеры — профессия которых считалась престижной — в нерабочее время одевались модно, но без излишнего пафоса и проводили свой досуг в театрах, ресторанах или прогулках в парке. — Фу-фу-фу, меня блевать тянет от этой идиллии, — благодушно поделился впечатлениями Дофламинго. — Действительно, я совсем не вижу нищих, — растеряно отозвался Росинант, оглядываясь по сторонам в поисках бездомных или попрошаек. — К тому же, Флеванс довольно большой город, но здесь так чисто… — Чисто-чисто! — пропела девочка на его руках, которую полтора года назад притащил с очередной «командировки» Дофламинго. Он вообще повадился таскать домой всех без разбору. Верго положил начало целой веренице «подобрашек». И если маленькая послушная малышка с большими черными глазами не доставляла неудобств, более того, ее стремление быть полезной, порой позволяло оставить под ее присмотром Эйса, то странный мужик к месту и не очень вставляющий свое имя, был как бельмо на глазу. Хотя стоит признать, что боец из Джи вышел приличный. Хотя на кой нам боец? Мы мирная законная организация! Но это еще цветочки, однажды Доффи превзошел сам себя и притащил на базу целый выводок минков сурикатов! Пятеро братьев были на одно лицо, даже имена у них были похожи Анджи, Боджи, Генджи, Ллойдж и Полдж. Даже спустя год я так и не научилась их различать. Доффи, кажется, тоже, только он в этом никогда не признается, но кому какое дело? Тем временем Детка 5 дергала Росинанта за челку, и, судя по выступившим на глаза Донкихота слезам, целью малышки было организовать плешь на лбу нашего ангелочка. Эйс, что был чуть младше девочки, вышагивал где-то впереди, размахивая палкой. Мальчишке явно не хватало компании сверстников. С Деткой 5 ему было не интересно — девочка изо всех сил старалась вести себя как взрослая, а взрослых в окружении Эйса было предостаточно, так что ладили они, откровенно говоря, не очень, попеременно доводя друг друга до слез. Зато Эмилия не могла нарадоваться на малышню, буквально заваливая их своей заботой. И если Детку 5 это поначалу немного пугало (хоть она и старалась не подавать виду), то потом она стала главной помощницей — в свободное от учебы время, она повсюду следовала за Эмилией, стремясь помочь ей хоть в чем-нибудь, либо хвостиком увивалась за Сатоцем, перенимая знания по ведению хозяйства. Эйса же наоборот, сюсюканья раздражали, ему больше нравилось устраивать ловушки на меня или Росинанта, а Эмилию пацан воспринимал как неизбежное, но полезное зло. Как бы то ни было, на парящем острове детям было тесно и идею прогуляться в город, восприняли с энтузиазмом. — Моем чисто-чисто! — напевали в вполголоса Росинант и Детка 5, светя на улицу широкими дебильными улыбками. — Моем-моем трубочиста… Доффи привычно улыбался, шагая в раскоряку в своей ядреной шубе, но я видела, что фламинго ускорил шаг, дабы уйти в отрыв и не слышать эту жутко фальшивую песенку в исполнении братца. Шахта, которую мы выкупили за баснословную сумму, была действительно одной из самых больших. Рабочие не знающие о визите сменившегося начальства нас не замечали, благо мы были без масок, да и наблюдали за работой со стороны, стараясь не привлекать лишнего внимания. — А что эти дяденьки делают? — поинтересовалась Детка 5. — Эти дяденьки копают туннели под землей, — пояснил Роси. — Зачем? — тут уж заинтересовался и Эйс. — Ищут сокровища! — Или прячут трупы любопытных детишек, — едва слышно фуфукнул Доффи, но был услышан Деткой 5. — Копать-хоронить! — весело воскликнула малышка, как-то услышанную от меня фразу. Уж и не вспомнить по какому поводу на язык скаканула фразочка из забавного давно забытого мультфильма, но девочке пришлась по вкусу. — Онэ-сама! — укоризненно посмотрел на меня Росинант. — Это не я! — мигом открестилась я, но Росинант только укоризненно покачал головой, ни капли не поверив моим словам. Я бы тоже не поверила. Дофламинго радостно уфуфукнул — то ли из-за фразы, то ли от того, что я осталась крайней — после чего объявил что с официальной проверкой мы нагрянем завтра, а пока ему нужно проветриться, а потому он лишает нас своего общества. Росинант с Деткой 5 тоже свалили, но в строго противоположную сторону — на корабль, где на камбузе испытывала новые рецепты Эмилия. Оставшись наедине с Эйсом, невольно нахмурилась, зеркально отразив настроение мальчишки. Посверлив друг друга мрачными взглядами, телепатически пришли к выводу, что на корабль нам не хочется, а потому мы продолжим гулять по городу. По Флевансу мы шатались бесцельно, отовариваясь по мелочевке в лавках, да пробуя местную закуску у лотошников. — Маэли скучная, — обвинительно ткнул в меня пальцем Эйс. В целом он прав, в моем возрасте уже не хотелось нестись сломя голову, хватало созерцать прекрасную архитектуру, получая ни с чем не сравнимое эстетическое удовольствие. К тому же, приключенияй мне с избытком хватало в повседневной жизни. У нас на базе что ни день, то недоразумение, потому я и ловила редкие дни покоя. Увы, ребенку этого было не понять, а потому он обижался, злился, бесился от скуки, но… не убегал. У Эйса действительно был несносный характер, но по настоящему больших проблем он никогда не создавал. Для ребенка его возраста он был довольно внимательным, со склонностью замыкаться в себе, чтобы обдумать ту или иную мысль. Делиться этими мыслями он не желал, но я признавала право ребенка на секреты. К тому же, здраво полагала, что у дитя 4 лет не может быть по-настоящему страшных секретов. А кто разбил вазу или съел последний пудинг — мелочь, не стоящая внимания. По крайней мере моего. С этим у нас разбирается Сатоц. — Расскажи сказку! — потребовало дитятко, когда мы дошли до парка и устроились на скамейке. — Хм, — призадумалась я. — Какую хочешь? — Про кита! — Опять? — с наигранной скукой поинтересовалась я. — Ты ведь уже наизусть знаешь про него все истории. — Тогда придумай новую, — гнул свое Гол Д. — Чувствую себя сценаристом популярной франшизы, — хмыкнула я, после чего призадумалась. — Окей, босс, давай вспомним на каком моменте мы остановились. — На том, где Большой Белый Кит нашел себе семью. — О! точно. Напомни, кто там был? Хмурость пропала с лица ребенка. В черных глазах заиграли веселые искорки. Пожалуй, сказки про Большого Белого Кита были единственным спокойным занятием, которые Эйс мог променять на активные игры. — Много разных зверей, начиная от рыбок-клоунов, заканчивая акулой… и даже синей птицей! Я призадумалась, чуть внимательнее поглядев на ребенка, после чего начала новую историю. — Да, у Большого Белого Кита действительно появилась семья, которую он так хотел. Много разных рыб, что плавали с ним в одном океане, полюбили нашего Кита. Даже птица, что живет высоко в небе, была очарована им, а потому присоединилась к их семье. Но знаешь, в том же океане, где плавал Большой Белый Кит с семьей, плавал один страшный пират, имя которого мне уже не вспомнить, но многие люди звали его Черной Бородой. Так вот, у Черной Бороды было Черное Сердце. Оно было таким не всегда, в далеком прошлом, с ним произошло много страшных вещей и его сердце стало таким же черным, как морское дно, куда не проникает свет солнца. В этих самых темных глубинах на свет появляются самые яркие жемчужины, прекрасные как тысяча солнц и сотни лун, а еще там рождаются дьявольские фрукты невиданной мощи. Даже самый странный и бесполезный дьявольский фрукт дает его обладателю невиданную силу, что уж говорить о тех фруктах, что сам Морской Дьявол не стал бы есть. Таким фруктом, по легендам и был Черный Фрукт. Ты ведь уже понял, Эйс? Черная Борода у которого было Черное Сердце, возжелал этот Черный Фрукт, чтобы стать сильнее всех в мире. — Но ведь это правильно! — вдруг влез мальчишка. — Чем ты сильнее, тем лучше, разве нет? Я чуть раздраженно повела плечом, стараясь выглядеть взрослой и рассудительной. Вероятно, нужно было повременить и рассказать историю о Черном Фрукте позже, когда Эйс подрастет, потому что сейчас ребенок рассуждает на редкость прямолинейно. — Сила, Эйс, это не только та сила, о которой ты подумал. Силу дает не фрукт. Силу дает твое сердце. — Мое сердце сильное! — заверил меня Эйс. — Верю, — рассмеялась я, взлохматив черные волнистые волосы. — Так мне рассказывать эту историю дальше? — Угу. — Тогда слушай. Черная Борода долго бороздил воды океана. В одном из своих путешествий он столкнулся с семьей Большого Белого Кита. Встретив Большого Белого кита, рыбку-клоуна, акулу, синюю птицу, он решил присоединиться к ним, став частью семьи. Его Черное Сердце переполненное жадностью, в какой-то миг дрогнуло, вот только жадность его была безгранична, а потому спрятав свою мечту в самом темном уголке души, Черная Борода продолжил ждать и искать Черный Фрукт. Однажды… Сказка оборвалась, когда мне в голову прилетел мяч. — Эй! — взвился на ноги Эйс. — Извините! — прокричали подбежавшие дети. Потерев затылок, вздохнула. И все-таки, сама судьба велит повременить с концом этой сказки. — Ого, уже темнеет! — попыталась отвлечь Эйса от прерванного рассказа. — Давай возвращаться, Эмилия готовит новый пирог с ежевикой. Промедлим, и нам ничего не достанется. Уже на выходе из парка, краем глаза заметила мелькнувшую в толпе белую шапку с черными пятнами.

***

— Ваха-ха-ха! — ржал Гарп, одной рукой удерживая Эйса за шкирку. — Отпусти, старый пердун! — рычал мальчишка, норовя пнуть Монки Д., но длины ног для маневра было недостаточно. — Хрыч! Старый Хрыч! — Ах, ты!.. БУМ! — Мэари-и-и-и! — взвыл Эйс, бросая на меня — редкое дело! — молящий о помощи взгляд. — Увы, увы, — подняла я руки в жесте полной капитуляции. — Нападение на дозорного плохо скажется на моей репутации честного бизнесмена. — Честного? — мигом ухватился за слово Гарп. — Что-то подсказывает мне, что мне стоит подарить вам, Маджере-сама, свод законов, дабы восполнить пробел в ваших знаниях! — Между прочим, для этого у нас есть юрист… — Это твой кошак? Отвечать расхотелось. — А чем тебя не устраивает мой кот? Он всем котам кот! — Мваха-ха-ха! С котом порядок, но вот тип в пижонских розовых перьях уже был не раз замечен в весьма подозрительных ситуациях… — Подавайте официальный иск, — отрезала я. — А всякие доводы, не подкрепленные фактами, оставьте при себе, контр-адмирал Гарп. — Пфе! — скривился тот, продолжая мучить Эйса, успевшего вооружиться рогаткой — подарком Катакури. — Просто общипаю твоей птичке перья и дело с концом. Вот погоди, поймаю на горяченьком… — Вы мне зубы не заговаривайте, — увела разговор со скользкой дорожки — законопослушность Доффи была неспроста подвергнута сомнениям. Я сама порой беспокоилась, как бы это чудо в перьях не натворило дел, но пока у меня не было доказательств. Если Дофламинго и проворачивал делишки за моей спиной — а скорее всего это было так, применять силу он никогда не считал зазорным — то делал это так мастерски, что копать под него было бесполезно. И, скорее всего, небезопасно. Гарп глянул на мое посмурневшее лицо и понимающе хмыкнул — как всегда проницателен, чтоб его! — Знаете, Гарп-сан, вы бесите меня с момента нашего знакомства, — чистосердечно призналась я в ответ на его понимающий взгляд. — О! Мне частенько это говорят! — состроил невинную мину дозорный. — Интересно, с чего бы это? — Действительно… — Потому что ты старый пердун! — нашелся ответ у Эйса. — Что б тебя паршивец, зови меня дедом! Мэари. Ну, скажи ты ему!.. — Устами ребенка глаголет истина, — туманно ответствовала я. — Пердун! — Дед! — Нет, ты мне не дед! Какой дед будет бить внука? — Любящий! Я только покачала головой, не особенно вслушиваясь в их разборки. Спустя четверть часа, когда на голове Эйса выросла россыпь шишек, оставленная кулаком любви Гарпа, контр-адмирал, соизволил обратить внимание на меня. — Чему вы обучаете этого оболтуса? Он же слаб, как котенок! — Сам ты слабак! — мгновенно отозвался Эйс, за что получил еще один заряд дедовской любви. — Ну… — уклончиво протянула я, понимая, что ответ Гарпу не понравится. — Эйсу хорошо даются гуманитарные науки. Он уже довольно неплохо читает… Договорить я не успела, Гарп ожидаемо разразился возмущенной тирадой: — Вы же угробите мне первого внука! Если вы там у себя не… Я только кивала, выражая полное согласие на все претензии дозорного. — Лучше заберу-ка я его себе! — Эй! — в голос возмутились мы с Эйсом. — Молчать, шмакодявка! — гаркнул Гарп. Подскочили мы оба. Заметив наше замешательство, контр-адмирал расхохотался, но пояснил к кому именно обращался. — Ну, что вы Маджере-сама, разве ж я позволил бы себе обратиться так к вам? — Еще как! — Право слово, вы переоцениваете меня… — Это не комплимент. Но Гарп уже не слушал, начиная рассказывать, что в его родной деревеньке Эйсу будет куда лучше, а главное — интереснее! — Ага, с горными бандитами, — буркнула я. Дозорный на миг заткнулся, окидывая меня любопытно-настороженным взглядом, и я прикусила язык. Опять проговорилась. — Да уж, вашу информационную сеть не стоит недооценивать, — хмыкнул мужчина, решив не допытываться откуда мне известны такие детали. — Как бы то ни было, там пацану будет и интереснее и полезнее. А гуманитарным и точным наукам, его обучат в училище. — Учи… что? — не понял Эйс. — Ну, это такое место, где обучают новых дозорных. Там даже есть классы с пятнадцати лет… Сенгоку решил готовить кадры смолоду, что довольно здравая идея. — Я не хочу быть дозорным! — возмутился мальчишка. — А будешь! — рявкнул контр-адмирал. — Ты мой внук, а значит пойдешь по моим стопам! — Еще чего! Вновь завязалась ссора, результатом которой стало многократное увеличение количества шишек на черноволосой макушке. — Мэали-и-и-и! — Ну что ты как девчонка! Не хнычь! — Девчонка? — мигом нахмурился Эйс, сжимая кулаки. — Сам ты девчонка! — Бе — оттянул веко Гарп, — девчонка! Где же твой бант? — Старый Хрыч! — кинулся в атаку Эйс, но тут словил кулак любви, правда, уже в моем исполнении. — Мва-ха-ха-х… ай! — Достали, — процедила я сквозь зубы, с хрустом сжимая кулак перед носом у дозорного и мальчишки. — Гарп-сан! — рявкнула я на дрогнувшего мужчину, — для чего вы позвали нас на встречу? Контр-адмирал вытянул губы трубочкой и зачастил: — Как зачем? Внука повидать! Гостинчики передать!.. Кулак вновь замаячил у Монки Д. перед носом. — Ну и еще сообщить, что дела в Флевансе вести не самая безопасная затея… Я скривила губы. Не свойственное моему лицу презрение, заставило Гарпа удивленно замолчать. — Вы о янтарно-свинцовой болезни? — на всякий случай уточнила я. — О чем? — удивился дозорный, чем нимало удивил меня. — Не знаю, что там за болезнь, но я слышал от Сенгоку, что Флевансом заинтересовался Сакадзуки. — Акаину? — мрачно выдохнула я. — Ага. Учитывая, что твоя розовая пташка творит за твоей спиной, тебе стоит проверить, не успел ли он натворить что-то, из-за чего Сакадзуки пустит всех вас на дно к Морскому Дьяволу. Я криво усмехнулась. После Ватер 7 я не раз сталкивалась с Акаину — все-таки первый покупатель (на которого я постоянно ссылалась), ставший постоянным клиентом. Заказывал дозорный большими партиями, в основном защитно-транспортные комплекты. Пару раз я лично присутствовала на передаче груза — без маски, как в старые добрые времена. О том, что перед ним глава корпорации Акаину не знал, сама же я всегда называлась всего лишь еще одним менеджером. Его это устраивало — вести дела он предпочитал через проверенных людей, коим я, как ни странно, являлась. Наше сотрудничество продолжалось довольно долго, до инцидента с Охарой, после которого я стала спихивать обязанности менеджера на кого-нибудь еще. Я не судила людей за поступки, которые они не совершали. Так было в Ватер 7, когда приняла решение спасти малознакомого дозорного. Винить человека за то, что он еще не совершил — нечестно. Теперь же, мне оставалось винить только себя за то, что зная, что ждет Охару, я проморгала момент, когда можно было изменить историю в лучшую сторону. Спасти жителей острова. Спасти древние знания о мире. Спасти Акаину от ошибки. — Что ж, — медленно протянула я, — благодарю за предупреждение. — А то! — хмыкнул Гарп, что увлеченно болтал Эйса за ноги. — И, пожалуй, я соглашусь, что Эйсу будет полезно поехать на каникулы в деревню к бабушке… то есть дедушке. — О! — обрадовался Гарп. — Нет! — возопил позеленевший Эйс, покорной тушкой обвисший верх тормашками.

***

— Проблемы Флеванса — наши проблемы! — К черту Флеванс, включи мозги, Мэари, сейчас самое время перепродать шахту и свернуть все дела на этом острове. — Слушай, верни трубку Росинанту и не морочь мне голову! Миниатюрная ден-ден-муши оскалилась, словно готовясь вцепиться мне в глотку мелкими зубами, но в итоге буркнула неразборчиво ругательство и сменила оскал на растеряно-озабоченное выражение мордочки. — Онэ-сама? — Ты достал то, о чем я тебя просила? — Да, но я не понимаю, зачем тебе это, — удрученно отозвался с того конца Росинант. — Скоро поймешь, а пока действуй по плану. И помни, кроме тебя о нем никто не должен знать… — Я еще тут, вообще-то, — влез Доффи. — И твоего непутевого старшего братца. — Мр-ря? — мякнул уже за моей спиной Питоу. — И одного наглого блохастого кошака. — Это уже далеко не тайна, — хмыкнул кот. Не удержавшись, возвела глаза к потолку каюты. — Короче, кроме нас четверых об этом никто знать не должен! — Я понять не могу, — вновь раздался низкий голос Дофламинго, — зачем тебе этот пацан? Мало того детского сада, что уже есть? — Сейчас на базе только Детка 5, Эйса отослали к деду в деревню. — Бедняга, — в унисон посочувствовали все трое. — Да ладно, вам, Гарп-сан смог воспитать сына, значит и внуку ничего не грозит, — вяло оправдывалась я. — Фу-фу-фу, узнаем через пару недель. — Как бы то ни было, — с нажимом перебила я саркастично настроенного фламинго, — Трафальгар Ло выгодное вложение… — Обычный пацан… — вновь перебил Доффи. — Слушай, иди, займись чем-нибудь полезным, а? — раздраженно отозвалась я. — А сейчас я по твоему валяю дурака? — Именно. Дальше мы самозабвенно ругались, Роси и Питоу с интересом слушали наши словесные конструкции, но через пару минут заскучали и, перекинувшись парой слов, отключили муши, тем самым оборвав традиционный спор с Доффи на полуслове. — Гаденыш, вроде, вырос, а остался таким же говнюком! — в сердцах бросила я. — Конечно-конечно! — заворковал кошак, после чего уставился на меня не мигая. — Моя глупая хозяйка ведь солгала, да? — Хм? — не очень убедительно изобразила непонимание. — Вы ничего не сказали про тот фрукт. — Потому что кроме Росинанта об этом никто знать не должен, — веско произнесла я, с намеком глядя на полуминка. — Особенно Доффи. — Опе-опе но ми, — приложил палец к губе кот, — довольно занимательная парамеция, но Питоу не понимает, для чего такая секретность. — Для того, — вздохнула я, — чтобы не соблазнять в человеке его тьму. Дофламинго не должен узнать об Опе-опе но ми раньше, чем Трафальгар Ло его съест. В идеале, ему вообще бы не знать, какой фрукт достался мальчику… — У него уже есть Ито-ито но ми, — гнул свое кошак, — не съест же он второй фрукт. — Не съест, более того — не захочет. Питоу, — обернулась к коту, — поверь мне, чем дольше Доффи будет в неведении, тем будет лучше для всех. — Мя… что ж, — медленно протянул кошак, выдерживая мой взгляд, после чего склонил голову в легком поклоне, как делал обычно, когда признавал мое право отдавать приказы, — Питоу поверит на слово. Но отыскать Опе-опе но ми так и не удалось. К моменту, когда мы уже подплывали к Флевансу, ньюс-ку принесла газету, где на первой полосе красовался заголовок «ЭПИДЕМИЯ. БЕЛЫЙ ГОРОД ЗАКРЫТ», а значит, нашему судну ход дальше был закрыт. Поминая Морского Дьявола, было решено бросить якорь и связаться с оставшимися на острове Дофламинго и Росинантом. Вероятно, в Белом Городе царил форменный бардак, поскольку вызов ушел в никуда. Фортуна была явно не на нашей стороне, поскольку спустя четверть часа громом среди ясного неба прозвучало: — Корабль дозорных прямо по курсу! — Не высовывайся, — шепнула я кошаку, который было увязался со мной на палубу. Что-то подсказывало мне, что сейчас коту лучше не светить своей мордой перед властями. И оказалась права. Корабль, что приближался к нашему судну был мне не знаком — дозорные часто меняли корабли, только некоторые индивидуумы вроде Гарпа придавали своим корытам индивидуальность — зато была знакома высокая фигура на корме. Глядя на приближающиеся проблемы, натянула самую вежливую улыбку на которую была способна в данный момент и помахала смурной фигуре дозорного. — Кажется, сегодня мне придется уболтать на сделку самого дьявола.