Ты слишком сладкий для меня.

Поначалу я постоянно опасался здешних людей, слишком уж они были ненормальные, но спустя некоторое время я подружился с ними. Причём подружился очень сильно, у меня было такое чувство, что я их знаю уже очень и очень давно. Тин и Дин, как я и предполагал, оказались близнецами, а их цвет кожи и волос был разный, потому что они были белым и молочным шоколадом. В последнее я тоже поверил, причём очень даже быстро. Мои познания в области сладостей были велики, поэтому я сразу же поинтересовался, а горький шоколад тоже на них похож, но они странным образом пропустили мой вопрос мимо ушей, а потом наша тема вообще ушла в другом направлении. Хотя я не особо и протестовал, всё и так было интересно. С Ватой мы тоже нашли общий язык, вот только порой он мне мамочку напоминал. Но это только когда мы были в компании близнецов, Мармеладки и Зефирки, в другом случае он постоянно расспрашивал о Костике. Не то, чтобы мне жалко было рассказать о друге, вот только это немного странным кажется, хотя как он объяснил свой интерес, вроде бы ставило мои сомнения в неловкое положение. Видимо моя крыша поехала, только не в том направлении, в котором следовало бы. Мне теперь везде казались свои подвохи, а всё из-за того дурацкого сна. Кстати я всё ещё считаю, что я возможно гей. Парни для меня до сих пор некоторые привлекательны, да ещё и сон всё никак из головы не выходит, порой даже повторить хочется. Хотелось бы мне сказать, что это мелочи, но это не так, но думать на эту тему всё же стараюсь поменьше, может само рассосётся. Кстати о Зефирке, с этим парнишкой, очень мелким, тихим, а порой наглым, мы познакомились позже всех, но то, как он на меня смотрел, говорило о том, что он мне не доверяет, и будь у него возможность, я бы пошел, куда подальше с этих мест. Сам по себе он вроде бы был неплохим человеком, нет, не так, неплохой сладостью. Как говорится: попал в Рим, поступай как римлянин. Вполне спокойный и помогает, когда его просят, даже никогда не возмущался. По характеру он был полной моей противоположностью, но вот по внешним характеристикам, он напоминал мне меня в мои четырнадцать лет. Короче говоря, подружимся мы с ним или нет, но я ещё поизмываюсь над этим чудо, которое так и хочется назвать: «Мечта педофила». Кстати на эту фразу у меня тоже своеобразное чувство дежавю. Что-то оно меня в последнее время стало преследовать всё чаще и чаще, да и местность и сладости мне знакомыми кажутся. Это явно неспроста. А ещё усилилось чувство того, что я что-то важное забыл. И оно становится с каждой минутой всё сильнее и сильнее. Парни, кажется, знают, почему со мной это происходит, но молчат. Но оно и к лучшему, сто пудово если я их спрошу, они запоют старую песню про то, что я здесь уже был и про то, что я чей-то там клятвенный. Короче говоря, жизнь лёгкой быть не обещает, впрочем, как и скучной. И это я хоть и стал подозревать с самого начала, но убедился лишь сейчас. -Тин, Дин, нужно насчёт чёрного зеркала переговорить. Пройдите в центральный зал, - произнёс Вата, перебивая монотонный диалог близнецов. Я с ним знаком всего три дня, а уже начал удивляться, как у него всегда получается так незаметно появляться и исчезать. -Сейчас? – проговорил Тин, как я уже успел понять, он был светленьким из близнецов. -Уже? – в тон молвил ему Дин. -Да, боюсь, мы не можем дольше с этим оттягивать, - решительно заявил Вата, после чего близнецы встали с места. -А что за чёрное зеркало? – пока парни не ушли, я быстро втёрся в разговор. -Это одна из немногих магических вещей, что осталась от первого царя. Лишь та сладость, что обладает им, может называть себя Графом, - ответил мне Вата, после чего близнецы укоризненно на него посмотрели, а он в свою очередь не обратил на них внимания. -О, так и у тебя тоже есть такая важная вещица? – с интересом полюбопытствовал я, всё же это так круто, новый мир, магические вещи, графы. -С чего ты взял? – удивлённо спросил Вата, а близнецы в своё время тоже рты пооткрывали. -Как с чего? Ну ты же сам только что сказал, что графом может называться только тот, у кого есть магическая вещица, что осталась от первого царя. А раз тебя называют графом, значит, и вещица у тебя такая же имеется. А мой вопрос подразумевался только для того, чтобы ты мне рассказал, как эта штучка выглядит, - поведал я парням логическую цепочку моих умозаключений. -Нет, я не про то. С чего ты взял, что я граф? – уже вернув себе обычное выражение лица, уточнил Вата. -А? Я разве не прав? Я слышал, как тебя так Мармеладка называла. -Вот уж эта Мармеладка. Да, у меня тоже имеется такой предмет, но как он выглядит, я не могу тебе сказать, покрайне мере пока ты всё не вспомнишь, - произнёс Вата, а затем развернулся и направился к небольшой тропинке. Его слова подогрели во мне сильный интерес, так что я спрыгнул с небольшого пенька, на котором просидел последний час, и в наглую побежал за ним. -Ват, а Ват, а что я должен вспомнить? – не обращая внимания на возникающих близнецов, я схватил Вату за руку, чтобы от меня было сложнее избавиться, ведь я видел на их лицах такое желание. -Тебе виднее, ведь это ты забыл, - скучно ответил блондин. -Слушай, меня эти игры конкретно раздражают. Хватит говорить загадками, говори прямо, - я сильнее сжал его руку, пытаясь этим показать всю силу своего недовольства. -Я уже пытался так поступить и понял, что это не выход. Пока сам не вспомнишь, я ничего не смогу сделать. И прекрати уже мять мою руку, нас Костя может неправильно понять, - произнёс Вата, смотря куда-то в сторону и пытаясь освободиться. Я ещё крепче впился ему в руку, а затем проследил за его взглядом. Недалеко от тропинки сидел Костик и недовольно смотрел в нашу сторону. Причину его недовольства я узрел сразу же, а вот Вата видимо что-то спутал. Кстати насчёт этого, я ещё со вчерашнего дня просёк, что отношение Ваты к Костику и ко всем другим, включая меня, совершенно разное. Он к нему относится, как к чему-то очень ценному. Всегда положительно о нём отзывается и по максимуму пытается помочь. Я, конечно, могу предположить, что Костя ему понравился как хороший человек, вот только где в этом злодее хороший человек скрывается? Не, есть ещё один вариант, что он просто его боится и не хочет в его лице наживать себе врага, но и это выглядит не более правдоподобным. Обычно от тех, кого боишься, люди стараются держаться на расстоянии, но никак не ближе. Хотя и здесь свои заморочки, люди ведь разные бывают, а сладостей я вообще не понимаю. Наверное, было бы проще у самого Ваты узнать обо всём этом, но я как всегда выделился и начал строить свои догадки, в итоге я снова вернулся к своим мыслям об геях. А что самое ужасное, так это то, что мне всё это казалось очень естественным. И сейчас, когда мы проходили мимо Костика, который со злостью смотрел на Вату, а всё из-за вчерашней сладкой пытки с едой, я отметил в глазах блондина некую опаску, с которой он попеременно переводил взгляд с меня на Костю. И здесь что-то в моём мозгу щёлкнуло. Появилось ужасное желание поизмываться над блондином. Я отпускаю его руку, после чего Вата облегчённо вздыхает, затем счастливо машу Костику, который старается не замечать моих маханий, и в радостных прыжках подбегаю к нему. -Привет, как твои успехи? – спрашиваю я у друга. Он сразу же понимает о чём я и очень сильно морщится. -Не спрашивай, - парень кисло отводит глаза. -Ты сегодня что-нибудь вообще ел? – интересуюсь я и незаметно кошусь на Вату. Блондин, как я и предполагал, остановился и смотрел на нас. И в данный момент я был очень доволен тем, что он нас не понимает. И хоть он стоит от нас прилично далеко, я совершенно не стесняюсь практически кричать свои реплики. -Не спрашивай, - вновь молвит Костя. -Слушай, ты и так ходячий скелет, а от того, что три дня практически ничего не ел, так вообще на кощея бессмертного похож стал. А ну-ка жри! – я достал из небольшой корзинки, что стояла перед Костей, кусочек яблочного пирога, затем плюхнулся к нему на колени, обнял за шею и поднёс еду к его губам. О том, как Костя сморщился, я промолчу, однако вырываться он не стал, так как сам прекрасно понимал, что в своём состоянии у него нет против меня и шанса, да и без моей настойчивости у него самого не хватит силы воли, чтобы ещё раз съесть сладкое. Нехотя он открывает рот и откусывает пирог, затем морщится, но жуёт его. -А ну прекращай уже жевать, глотай, - командным голосом говорю я ему. Я конечно не против тщательного пережёвывания пищи, но не несколько же минут маленького кусочка. Костя уничтожающе смотрит на меня, но проглатывает, а затем пытается подавить в себе приступ тошноты, и у него это получается. -Хм, а ты вырос в моих глазах. Проглотил, даже не выплюнул. Что ж, раз ты так быстро привыкаешь к сладкому, то вполне осилишь весь оставшийся кусок, - и вместе с этими словами я заставил Костю откусить ещё один кусочек пирога, а сам в этот момент наслаждался букетом эмоций на Ватеном лице. Блондин сначала растерялся, затем остолбенел, немного после обрадовался, а потом резко загрустил. И на данный момент от переизбытка чувств он смотрел на нас как загипнотизированный. Вот мне интересно, о чём он сейчас думает? Однако даже такое большое количество эмоций на его лице не смогло полностью удовлетворить мою коварную сущность, так что когда Костя проглотил последний кусок пирога и с облегчение вздохнул, я решил напоследок доконать Вату. Хотя последнее моё действие подействовало бы только в том случае, если мои предположения верны. Я заглянул в тёмно-карие глаза Костика и гаденько улыбнулся. Костя сразу же просёк, что я собрался сделать что-то не хорошее, но не успел он понять, что именно я задумал, как я приподнял его голову за подбородок и слизал у уголка его губ сладкие крошки. Так как мой друг уже привык к тому, что у меня в голове гуляет ветер, он никак на это не отреагировал, лишь вопросительно на меня посмотрел. -У тебя крошки были, - поясняю я, затем вскакиваю с его колен и краем глаза смотрю на Вату, который растерялся настолько, что потерял равновесие и чуть не упал, хорошо, что рядом стояли близнецы, они его удержали с двух сторон. -Я не это имел в виду, - поясняет Костя. И хоть я прекрасно знаю, что он имел в виду, но объяснять ему ничего не стал, лишь слабо пожал плечами и вновь гаденько улыбнулся. Так как Костя не был особо любопытным, да и ко всему очень быстро привыкал (сладкое не в счёт), то у него очень быстро пропал интерес к моему столь странному поведению. Он достал из корзинки бутылочку с водой, выпил её, а затем встал с места и направился в наш Пуке-Нуке. Что он там собрался делать, я даже спрашивать не стал, и так знаю, что сегодняшний день для него окончен, и он проспит до завтрашнего утра. И хоть в нашем мире Костя предпочитал спать всего по семь часов в сутки, в этом же мире он предпочитал не спать по семь часов в сутки, так как всё здесь было ему столь ненавистно, что его бедная психика в другом случае не выдержала бы такой нагрузки. Проводив Костю взглядом, я вернулся к Вате. -А? – я сделал удивлённое лицо. – Что с тобой? Выглядишь как-то неважно, - взволнованно спрашиваю я, а у самого в это время чертята внутри пляшут и разводят костёр победы. -Ты… - Вата запнулся, пытаясь встать и отпихнуть от себя близнецов, которые на удивление тихо себя вели, - ты ведь сказал, что между вами ничего нет, - на его лице изобразилось очень сильное недовольство вплоть да ненависти, я аж ужаснулся тому, что мог из-за какой-то глупой шутки возыметь в его лице врага. -Ммм? – я изображаю на лице непонимание, всё же отступать так сразу не в моём стиле, да и в любом случае я всегда умел выкручиваться из таких вот ситуаций. Помнится Кей, в первый день нашего знакомства, мне ещё то приветствие устроил, я тогда ещё долго его ненавидел… Эээ… А я о чём собственно? Я усиленно попытался вспомнить этот самый момент о котором только что подумал и того самого Кея, но от такого усилия с моей стороны я наоборот ещё больше запутался. -Кирилл! Перестань витать в облаках, когда с тобой разговаривают, - Вата неожиданно прикрикнул, из-за чего я сразу же позабыл, о чём думал, и вновь обратил всё своё внимание на него. -Ой, прости, что-то в голову всякие странности лезут, видимо исторических фильмов в своё время пересмотрел, что мне в голову странные картины бала лезут, - я почесал свой лоб и лучезарно улыбнулся, - так о чём это мы? Вата после моих слов ещё сильнее нахмурился, а за ним и близнецы, которые мгновенно оживились. -Что за бал? – подбежав ко мне с левого бока и хватая меня за руку, поинтересовался Тин. -Расскажи о нём, - проделал всё то же самое, что и его брат, Дин, только с другой стороны. -Эм, да я и не помню толком, - растерялся я от такого внимания, вдруг оживившихся близнецов. В их глазах горела какая-то надежда, а ещё страшный азарт, который я смог заметить лишь из-за того, что сам иногда пребывал в таком состоянии. -А что там было? – очередной вопрос от Тина не заставил ждать. -А кто там был? – не отставая от брата, налегал Дин. -Да не помню я уже! Не приставайте, я уже и забыл, о чём думал недавно. Ну бывают со мной иногда такие странности, что вспоминаются разные моменты, хотя я и не уверен, что они мне и вспоминаются-то. Как-то приходят, да сразу же и уходят. В общем, с фильмами и книгами нужно заканчивать, да и сомневаюсь я, что у вас есть такая техника, так что это хорошо. -А ты попытайся вспомнить, - налегал Тин. -Да, попытайся, - молвил Дин. -Всё, хватит, - грозно проговорил Вата, привлекая этим к себе внимание, - Тин, Дин, а ну-ка в центральный зал! Бегом! Не спорить, сейчас вы всё равно бесполезным делом заняты. Ещё не время. Близнецы переглянулись между собой, решая какой-то очень важный вопрос, а затем кивнули друг другу. -Хорошо, - Тин отпускает меня. -Ясно, - Дин проделывает то же самое, после чего близнецы удаляются. -Вот теперь мы можем нормально поговорить, - Вата всё ещё серьёзен. -Мда? А мы о чём-то должны поговорить? – делаю удивлённое лицо, чуть сдерживая улыбку. -Да. Что между тобой и Костей? -Нууу, между нами нечто большее, чем дружба, - лукаво отвечаю я, прекрасно понимая, что Вата думает совершенно не о том, о чём мои слова. Он думает только в своём направлении, в том, где я и Костя, предполагаемые любовники, ведь Костя не стал возмущаться от моих действий, а очень спокойно на всё это отреагировал. Впрочем, откуда Вате знать, что Костю такими выходками не взять. -Но недавно ты сказал, что между вами ничего нет! – Вата раздражается, но я не намерен так быстро всё объяснять. -Правда? Я такое говорил? – делаю вид, что пытаюсь вспомнить. -Да, говорил! Зачем ты соврал? -Я не врал, я никогда не вру, - обиженно надуваю губы. -Кирилл, ты ужасен, я никогда не думал, что ты такой! – Вата разворачивается и собирается уйти. -А какой я? – догоняю Вату и иду рядом с ним. -Отстань, - Вата ускоряется, а я за ним. -Да брось, чего ты так разошёлся-то? – хватаю Вату за руку и останавливаю, нужно уже заканчивать с этой шуточкой, а то точно боком мне это выйдет. -Уже не важно, - он пытается вырваться, но у него это не выходит. Не то, чтобы я был сильнее его, просто он пытался не причинить мне вреда. Я уверен, что если бы он приложил больше сил, то я бы уже давно отлетел бы на несколько метров. -Да брось, ты что, разозлился из-за того, что я сделал? – я решил не уточнять, что именно я сделал, пусть сам идёт в нужном направлении. -Да! – очень честно отвечает он. – Так что между тобой и Костей? Вы занимаетесь этим? Мне вдруг захотелось вновь над ним поизмываться, но я вовремя себя сдержал. -Если ты под «этим» подразумеваешь нечто пошлое, то нет, мы этим не занимаемся! Я же тебе уже говорил, парни не могут спать друг с другом! – стараюсь своим словам придать больше возмущения. А сам в это время пытаюсь отогнать мысли, что я предполагаемый гей. -Но ты же только что это… - Вата аж задохнулся от возмущения, не в состоянии произнести слова увиденного. -Это? Ты имеешь в виду то, что я слизал крошки с его щеки? – пытаюсь сказать всё это так, будто это ничего не стоящая мелочь. – Так это ж нормально для друзей, - я хватаю вату за рубашку и наклоняю к себе, а затем провожу языком по его щеке, чтобы доказать правдивость своих слов. – Вот, видишь, я и тебе так сделать могу. Так что можешь тоже так делать, это в порядке вещей. Вата на миг о чём-то задумывается, а затем недоверчиво прищуривает глаза. -Не верю, - заявляет он. -Не веришь, так сам проверь, - я улыбаюсь ему, а затем, будто до меня только что дошло, хмурю лоб и подозрительно у него спрашиваю, - а что это ты так на это отреагировал? Вата сразу же забыл про возмущения, так как я задел очень важную часть всего произошедшего. -Ну… - он замялся. -Что ну? – налегаю я на него, при этом обдумывая все самые интересные оправдания, которые я бы придумал на его месте. Вата вдруг резко замирает и перестаёт дёргаться по сторонам, а затем уверенно и гордо, с некой грацией, вздёргивает подбородок и произносит: -А вот это уже лично, - а затем так же гордо и грациозно удаляется. Я следую за ним и очень усиленно стараюсь довести парня, задавая всякие вопросы, но он их все игнорирует. И когда мы доходим до большого чёрного Пуке-Нуке, он останавливается, говорит, что дальше мне нельзя и входит внутрь, закрывая передо мной дверь. Конечно, я слегка разочарован таким поворотом сюжета, но всё же вполне довольный решаю вернуться на полянку и погреться на солнышке. Да и с Ватой, я уверен, мы ещё не раз об этом потолкуем, уж я-то постараюсь. Хотя немного жаль парня, не видать ему взаимность.