Ты слишком сладкий для меня.

***От автора. Глава вышла очень большая, местами запутанная, местами тяжёлая, местами описывающая, а ещё даже есть места с юмором^^ так что приятного чтения, сладкие мои, надеюсь эта главка вас сильно не загрузит)*** _____________________________________________________________ Больше недели в этом грёбаном мире и я начинаю меняться. Никогда не любил перемены, особенно если они были связаны со мной, ведь ни к чему хорошему они не приводят. Сладкие ароматы, сладкая еда, всё сладкое и уже не такое противное как раньше. К запаху я уже привык, к еде практически тоже, хотя всё равно считаю, что это не моё и будь у меня возможность, то с радостью бы забыл, какого это на вкус. А самая странная из вещей, это то, что я начинаю понимать здешний язык. Не так хорошо, как, к примеру, Кирилл, и общаться мне на нём крайне тяжело, но вот понимаю практически всё. Да и бог с ним, странно, но не опасно, ведь так даже проще, а вот странностей и без этого хватает. Самое ужасное же из всего того, что произошло, не давало мне ни капли спокойствия. Вата. Первый ужас заключался в том, что я смог запомнить имя этого блондина. Но и с этим можно смириться, а вот с тем, что я начал испытывать к нему симпатию и мне нравится его сладко-ванильный запах, я смириться ни как не могу. Пусть я и начал привыкать к сладким ароматам, но чтобы испытывать некое увлечение, этого не может вынести ни моя гордость, ни мой разум. Но и на этом мои беды не заканчиваются. Раздражение, я перестал его испытывать к столь красивому лицу и к столь грациозным манерам. Мне стало приятно находиться рядом с ним, такого спокойствия я ни с кем ранее не испытывал, даже с Кириллом, хотя он и мой лучший друг. И единственное, что мне остаётся после всего этого, это не терять последние частички моей личности. Я стараюсь разговаривать крайне мало, а ещё постоянно приходится себя убеждать в спокойствии ко всему, что меня окружает, в особенность к блондину. Если точнее, то к моему внутреннему спокойствию, так как внешне мне никогда не удавалось проявлять эмоции, даже когда я этого хотел, моё лицо остаётся или серьёзным, или безэмоциональным. Впрочем, логически мыслить мне помогает моё непонимание всего, что со мной происходит. И пока я пытаюсь это понять, а так же понять, что от меня хочет это блондинистое чудо, то я буду оставаться самим собой. Вот только не нравится мне всё это, а в особенности странное чувство того, что я это всё в скором времени пойму. Последние несколько дней, в этой мини-деревне (так я прозвал это странное сборище людей и сооружений), начались какие-то странные передвижения, будто бы они готовились в долгий путь. И к этому я тоже проявил интерес, что обычно для меня не свойственно, однако, интерес нужно было сдерживать, что я, впрочем, и делал, ведь чтобы ещё больше не привыкнуть к этому миру, нужно абстрагироваться от него и от всего, что с ним связано. Всё же у меня есть очень большое стремление покинуть данное место, и я уверен, что найду способ это сделать. Кирилл же, в отличие от меня, был крайне доволен всем. Таким счастливым я его никогда в жизни не видел. Он подружился со всеми, с кем это было возможно сделать, завёл очень большое количество товарищей, а так же обрёл лучших друзей. Не сказать, чтобы я ревновал к тому, что он уделяет мне мало внимания, просто он начал отдаляться от меня. И хотя я рад, что он счастлив, но всё равно не могу смириться с тем, как он быстро нашёл своё место в этом мире. Наверное, я завидую ему. Он такой непосредственный, дружелюбный, легкий для общения. Всегда ему рады и всегда он всем рад. Мне таким никогда не стать, да я и не стремлюсь, вот только на душе всё равно погано. Иногда, когда смотрю на него, так и хочется сделать пакость, да не просто пакость, хочется сделать что-нибудь такое ужасное, чтобы стереть всё счастье с его лица. А после таких мыслей, я понимаю, насколько я гнилой человек. Наверное, мне хочется, чтобы он нуждался только во мне, хотя и в этом я не до конца уверен, ведь порой, мысли о том, чтобы стереть его существования с лица планета, полностью выжигают все возможные догадки. Мне очень не дают покоя все эти мысли… кстати, а когда я вообще начал о таком думать? Вроде бы совсем недавно, раньше я не замечал за собой такого. Я начинаю себя ещё больше опасаться, нужно, чтобы за мной кто-то следил, а то порой мне кажется, что мой рассудок начинает меркнуть. А вот сейчас, я уже начинаю сам себе противоречить. Невозможно отдалиться ото всех и в то же время надеяться, что за мной кто-то будет следить. Эх, как же всё запутано. *** Я сидел около небольшого древоподобного растения, от которого была видна вся деревушка, и слушал недовольного, всеми обиженного Кирилла. -Нет, ну ты прикинь, они куда-то собираются, а мне и слова не говорят! – он надул губы, что означало его крайнее недовольство всего произошедшего. – А ведь мы друзья! Разве можно что-то не говорить друзьям?! Я посмотрел ему в глаза, но ничего не сказал. Ведь скажи я то, что думаю, точно получу ревущего Кирилла, а я не готов на такое пойти, это слишком жутко. -Ну, Костик! Ты почему молчишь? А? Я ведь тебе тут душу изливаю! А ты даже выслушать меня толком не можешь! – Кирилл недовольно бьёт меня по ноге. -Мне нечего тебе сказать, - я отворачиваюсь от его зелёных глаз, в надежде, что он всё-таки отстанет. -Как нечего? Разве ты не был бы недоволен, если бы от тебя друзья что-либо скрывали? -Да не особо. Раз не говорят, значит так надо, - я ему вяло отвечаю. -Ну ты даёшь! Это неправильно! И вообще, раз они мне ничего не хотят говорить, то я сам всё узнаю! А ты мне поможешь! – он с энтузиазмом подскакивает на ноги и тянет меня сделать тоже самое. -Отказываюсь, мне это неинтересно и это глупо, - пытаюсь отмахнуться от него. -Тебе ничего не бывает интересно, так что не отмажешься! – не давая мне больше шанса на возмущения, парень тянет меня ближе к деревушке, а я в это время борюсь со сном, внезапно накатившем на меня. – Короче так, ты идёшь в центральный Пуке-Нуке и отвлекаешь Вату, да так, чтобы он ничего не просёк, а я тем временем добываю интересующую меня информацию. Ты понял?! – Кирилл резко останавливается и начинает меня трясти, да так, что, кажется, будто весь мир содрогнулся. -Нет, ничего не понял, - сквозь тряску и нежеланием сопротивляться, бурчу я. -Как не понял? – возмущается он. -Да вот так не понял. Почему это я должен его отвлекать. И вообще, как ты мне прикажешь это сделать? – всё ещё лениво, но уже вполне осознанно интересуюсь я. -Делать это будешь ты, потому что больше некому, да и никто лучше тебя с этой задачей не справится! А отвлекать ты его будешь словами, разговаривай с ним! -И о чём мне с ним разговаривать? – интересуюсь я, так как заводить беседы не умею. -Да о чём угодно! Да хотя бы о том, какой сегодня день прекрасный! -Нет, не правда. Ужасный день, слишком жарко. -Да кому, какая разница, как тебе там! Ну ладно, тогда поблагодари за обед и завтрак. -Не буду, я его не просил. Да и сладости я ненавижу. -Да что ты как маленький! Это не так! Там не то! Скажи тогда, что в голову взбредёт! -Но мне ничего не приходит в голову. -Грр, скажи, что любишь его! – кричит парень, да так что все вокруг останавливаются и смотрят в нашу сторону. -Нет, не скажу. Это не правда, – отвечаю я спокойно, пытаясь преодолеть внутренние возмущения по этому поводу. -Тогда или ты сам придумываешь разговор и я спокойно пробираюсь внутрь, или потом каждый житель этой местности узнает, как сильно ты любишь Вату, и что ты просто без ума от него, - зло шипит парень, а затем мы доходим до чёрного Пуке-Нуке и он впихивает меня внутрь. Странно, но после такой угрозы с его стороны я чувствую, как у меня начало гореть лицо. Медленно прохожу по небольшому коридорчику бежевого цвета, без каких-либо украшений и мебели, а затем утыкаюсь лицом в очередную дверь. Пытаюсь её открыть, но она не поддаётся, а затем разворачиваюсь и собираюсь уйти, но с дальнего конца коридора мне хмуро машет кулаком Кирилл и указывает пальцем на дверь. Я тяжело вздыхаю, но вновь оборачиваюсь к двери и стучу в неё. Стою около минуты, но никто не спешит открывать, поэтому я вновь разворачиваюсь и собираюсь идти к выходу, так как Кирилл испарился, но в этот самый момент дверь приоткрывается, и я слышу очень недовольный голос Ваты. -Я сколько раз должен повторить, чтобы ты не приходил сюда! - слышу я его и вполне понимаю, однако этот перевод слов сравним лишь с переводом английского на русский в гугле. Я оборачиваюсь и смотрю на то, как Вата пытается справиться с небольшой цепочкой на двери, затем, когда ему удаётся её снять и дверь настежь открывается, я могу лицезреть его ошарашенное лицо. Но так как меня здесь видеть не рады (нет, я, конечно, понял, с каким чудом он меня спутал, но не суть дела, раз я могу спокойно свалить), я роняю кривое «ясно», и собираюсь удалиться, но меня резко хватают за руку длинные пальцы блондина и останавливают. -Эм, прости, я не тебя имел в виду, - оборачиваюсь и смотрю в его серые глаза, которые почему-то поблескивают радостными искрами. – Проходи, - и, не дождавшись моего ответа, он силой втаскивает меня в комнату. Я быстро оглядываю комнату – очень просторная, в светлых тонах. В центре стоит большой круглый стол, чёрного цвета, а вокруг него много круглых табуреток. По бокам окна отсутствуют, зато весь потолок прозрачный из-за чего комната хорошо освещена. Так же я приметил несколько дверей, видимо здесь были ещё комнаты, а так же три больших стеллажа с книгами. -Ты что-то хотел? – Вата доводит мена до стола и усаживает на одну из табуреток, а сам в это время садится рядом. Я внимательно наблюдаю за ним, но сам ничего не говорю, я просто не знаю, что сказать! Спустя несколько минут, Вата не выдерживает тишины. -Костя, зачем ты пришёл? – в его глазах некая надежда, однако не понимаю я этот его взгляд. -Просто так, - выпариваю я первое, что приходит на ум, даже не подозревая, что после моих слов, блондин засияет от счастья. Мне даже совестно немного стало, хотя я и не понял почему. -Может, выпьешь чего-нибудь? – радостно подскакивает парень, а затем направляется в сторону небольшого шкафчика, который я вначале не заметил. -Нет, - слишком поспешно говорю я, не желая употреблять сладкое без особой необходимости. Блондин немного погрустнел, но всё равно дошёл до шкафчика, открыл его и в две кружки налил светло-зелёной жидкости. Когда он вернулся и одну из кружек поставил около меня, я ничего не сказал, даже бровью не повёл в том направлении. -Знаешь, я очень рад, что ты пришёл. Это первый раз, когда ты сам решил ко мне подойти, - парень стоял в метре от меня и одним пальцем постукивал по кружке, а взгляд постоянно бегал везде, кроме меня. Странное поведение, но он явно волновался, хотя причину я не понимаю. И именно в этот момент, когда впервые в жизни я решил попробовать понять человека, снова все мои планы разрушил Кирилл. Не то, чтобы я от него ожидал что-то другое, но я был слегка опечален. Парень аккуратно прощемился сквозь щель в приоткрытой двери, а затем присел, оглядывая комнату. Само собой его поведение привлекло моё внимание и мне стало очень интересно узнать, что он дальше собирается делать, вот только его действия очень плотно были связаны с моими. -Костя? – из раздумий меня вывел голос Ваты. Кажется, он что-то говорил мне, только сразу же после его радостного признания, я совершенно перестал уделять парню внимание. Я перевёл взгляд с Кирилла на Вату и вопросительно на него посмотрел. Помогать моему чудачному другу я не собирался с самого начала, но сейчас, когда я вижу, как он тихо прокрадывается вдоль стены, за спиной блондина, у меня внутри загорелся огонёк азарта, который я не мог проигнорировать. Ради такого я даже взял в руки кружку, что принёс Вата и отпил из неё. Жидкость оказалась кисловатая на вкус и очень освежающая. -Вкусно, - произнёс я единственное слово, что могло поддержать нашу беседу. -Правда? Я знал, что тебе понравится. Для этого напитка… - последовал очередной монолог парня, а я тем временем вновь обратил всё своё внимание на Кирилла. Мой друг дошёл да первого стеллажа и начал перебирать на нём бумаги и книги, усердно что-то ища, и лишь изредка поглядывая в нашу сторону. Когда он в очередной раз взглянул на нас и, заметив внимание со стороны моей скромной персоны, усиленно замахал кулаками, указывая на Вату, а затем начал показывать ещё некоторые жесты, которые явно выражали угрозы с его стороны. Если сравнивать это зрелище с чем-то, то я бы, наверное, сравнил бы его с макакой, показывающей весёлое представление в цирке. -Костя? Тебе что совсем не интересно? – хмуро и обиженно поинтересовался Вата. И именно в данный момент я отметил, что парень очень напоминает капризного ребёнка, который не может привлечь внимание окружающих. В моих глазах это выглядело одновременно и мило и глупо. И хоть вначале я думал, что парень весь из себя серьёзный и ответственный, то сейчас я думаю, что он наивный и плаксивый. О последнем же у меня сложилось впечатление по тому, как он плотно сжал губы в недовольстве. Впрочем, я даже догадываюсь от кого он научился такой выходке, поэтому если что пойдёт не так, я смогу легко остановить приступ недовольства, хотя я всё же надеюсь, что он такого не выкинет. Всё же взрослый человек. -Да на что ты там так смотришь? – грубо поинтересовался блондин, собираясь обернуться. В этот момент время будто остановилось. Кирилл в ужасе подпрыгнул на месте, не зная куда прятаться, Вата уверенно ведёт головой, а я спокойно встаю с места, из-за чего блондин резко останавливается и всё его внимание переключается на меня, а в глазах появляется некий страх. Я подхожу к нему и ложу руку ему на голову. Сейчас, когда я стою лицом к лицу к нему, он не кажется мне таким уж низким, как я думал вначале. Сейчас я могу чётко определить, что мы практически одного роста, ну, может я слегка выше его, сантиметров на пять. По телосложению я тоже не далеко от него ушёл, такой же худой (хотя с этим сыграла плохая шутка, со здешним питанием, я очень сильно похудел), вот только у меня ещё хоть какие-то мускулы есть, а у него ничего такого. Слегка ерошу его волосы на голове, при этом отмечая, что они очень мягкие и у меня появилось странное желание чаще к ним прикасаться, а затем говорю: -Молодец, - только и выдавливаю из себя. Нда, разговор видимо у нас не удался, да и не знаю, за что я его хвалю сейчас, пусть сам, что ли гадает, но парень аж засиял от счастья. Выглядело это со стороны, скорее всего, очень глупо. Стоят два взрослых парня, один из которых гладит второго по голове, а второй, словно щенок, виляет хвостом, от того, что хозяин уделил ему внимание. Кстати, а Вате бы пошли хвост и уши, такие белоснежно белые. Мне вдруг в голову пришла картина, Вата с ушами и хвостом, красота не земная, вот только здесь ролевыми играми попахивает. … Кажется, меня понесло, причём совершенно не туда, куда надо. Что-то я себя странно вести начинаю. Мысленно пытаясь найти причину моего столь странного поведения, я всё же заглядываю Вате за спину и печально отмечаю, что хвостика нет. -Нет…хвостика… - я уныло убираю руку и иду на место, в то время как лицо Ваты озаряется счастливым непониманием. -Нет? Хвостика? – парень большими глазами смотрит на меня, а я в это время успеваю заметить на заднем плане Кирилла, умирающего от немого смеха. Да, признаю, это выглядит крайне смешно со стороны, но даже вся эта ситуация не может прогнать моё разочарование. И совершенно всё равно, что это глупо, для меня это сейчас крайне важно было. -Да, нету, - зачем-то подтверждаю я, после чего Вата ещё в большем непонимании, а Кирилл уже лежит на полу в три погибели. Я грустно вздыхаю, упирая локоть руки в стол и ложу на ладонь голову. Неожиданно мне вспомнилась Женя. Вот странно, мы с ней вроде как встречаемся, но я ни разу в жизни не представлял её с хвостиками и с ушками. Я нахмурил лоб, пытаясь всё же представить свою девушку в столь нескромном образе, но почему-то это не выглядит столь милым, как я себе представлял в том же образе блондина. Это наоборот выглядит безвкусно и отталкивающе. Может не каждому идёт такой образ? Ради сущей убедительности я попробовал представить Кирилла с ушами и хвостом, и это оказалось вполне неплохо, вот только эффект всё равно оставлял желать лучшего. Всё же, не каждому пойдёт такой образ. Вынеся столь глупый вердикт, мне стало легче от своих мыслей, но печаль от того, что у блондина не имеется ни хвостика, ни ушек, осталась. С облегчением вздохнув, я вновь устремил свой взгляд на блондина, и тот хотел было что-то ещё сказать, как вдруг раздался стук в дверь. Кирилл из-за этого звука сжался на полу в маленький комочек, с ужасом отмечая, что не успеет куда-либо свалить, а Вата тяжело вздохнув, прошёлся к двери и странным образом не заметил чудной коврик у стеллажа с книгами. Сжалившись над своим другом, я указал ему пальцем на дальнюю дверь, а затем прошёл за Ватой и стал у него за спиной, чтобы тот не заметил странное передвижение по комнате. Когда же Вата вышел в небольшой коридорчик, а я своим телом закрыл весь обзор в комнате, Кирилл быстренько подскочил на ноги и на цыпочках пробежал к двери недалеко от стеллажа. Но она оказалась закрытой. Я же стоял и спокойно наблюдал за его паникой. После того, как дверь оказалась закрытой, парень впал в ступор, большущими глазами смотря на меня. Ну а я же в свою очередь был спокоен как танк, поэтому лишь слабым движением головы указал ещё на одну дверь, а потом ещё на одну, но все они оказались заперты. Могу поспорить, что если на мне было бы надето платье с большой пышной юбкой, то мой друг вывернулся бы на изнанку, но уже давным-давно находился бы под юбкой, но так как платья не было, приходилось придумывать нечто другое. И в самый последний момент, когда Вата и ещё несколько людей шли обратно, я сделал последний мах рукой на небольшую дверцу стеллажа. Кирилл без особой надежды открыл её, а затем, одарив меня просто пугающе благодарной улыбкой, залез внутрь и прикрыл её настолько, насколько это было возможно. После, я отошёл от двери и спиной прислонился к стене, позволяя всем прибывшим пройти в комнату. Лица практически все были мне знакомы, однако, если при виде Кирилла они расползались в радостной улыбке, то при виде меня, их лица приобретали угрюмый вид с оттенком отчуждённости. Пройдя внутрь, они молча сели на табуретки вокруг стола. Я же, сразу отметив, что мне здесь не рады, да и делать так же мне здесь больше нечего, решил удалиться. Вата в данный момент разговаривал с весьма привлекательной девушкой. Внешне она притягивала к себе взгляд, хоть и выглядела слегка чудной. Короткие синие волосы, такого же цвета глаза и смуглая кожа. Фигура у неё была женская, ну, я имею в виду формы – они у неё присутствовали, однако меня эта часть интересовала меньше всего. Не уделив больше никому стоящего внимания, я собирался удалиться по-английски – ни с кем не прощаясь, но всё же у меня это не получилось. -Костяяяя! – послышался писклявый голосок со стороны коридора, а затем на меня обрушился весь вес девятилетней девочки. Нет, она не была тяжёлой, но когда тебе на шею прыгают с разбега, очень тяжело удержать равновесие. И хоть я уже привык наблюдать данную сцену со стороны, так как девочка всегда проделывала данный фокус с Кириллом, испробовать это на себе я не стремился. -От-пус-ти, - сквозь удавку на шее пытаюсь сказать я. -Костя, Костя, Костя, йаяяяя, покружи меня, - ещё громче пищит девчушка мне на ухо. Я пытаюсь её отцепить, но у меня это не выходит, даже пощекотать попытался, но она, смеясь, ещё крепче обвила мою шею. -Ды-шать не мо-гу, - хриплю я, чувствуя, как начинаю синеть. И уже после того, как у меня мир поплыл перед глазами, ко мне соизволила подойти помощь в виде красавца блондина. С горем пополам он отцепил от меня девчушку, а я вовремя схватился за стену, а то ещё немного и уже валялся бы на полу. -Вата, бяка! Костя меня катать собирался! – начала недовольно колотить маленькими кулачками девочка блондина по груди. Вот только тот лишь слабым движением её отпихнул в бок и подошёл ко мне. -Ты как? – перед глазами всплыло взволнованное лицо блондина, а я в это время отметил, какие же у него длинные белоснежные ресницы. -Нормально, - сипло отвечаю я, затем откашливаюсь и уже нормальным голосом добавляю, - лучше я пойду. -Нет! – оббегая вокруг, кричит девочка, а затем сильно обхватывает меня за талию, а успеваю уже второй раз за день потерять контроль над дыханием, а затем поразиться тому, откуда у столь маленькой девчушки столько сил. -Помоги, - лишь одними губами произношу я это, но Вата меня понял и начал отцеплять маленькие пальчики. Вот только это оказалось не так легко, и с каждой его попыткой, её хватка становилась всё сильнее, и по истечению нескольких минут моих мучений, к нам подошёл один парнишка, который недовольно обвёл нас взглядом, а затем схватил девочку за ухо и лишь одним этим движением заставил её меня отпустить. -Хватит вести себя, как маленькая, - сказал небольшого роста парень, со светлыми вьющимися волосами. -Но вы все такие скучные, - девочка надула губки, после чего парень её отпустил. -Зефирка, спасибо, даже и не знаю, чтобы я без тебя делал, - Вата благодарно улыбнулся моему спасителю, а в ответ получил взгляд полный нежности. По этому взгляду я мог сразу определить, что Зефирке (я уж запомню имя своего спасителя) Вата очень дорог, вот только в каком плане я пойму лишь потом, а сейчас я оказывается полон наивности, но об этом позже… -Ну же, пора начинать, - возмущённо воскликнул светленький из близнецов. -Именно, начнём уже, - вставил тёмненький из близнецов, только он выглядел уставшим, поэтому голос его был не столь громким, как у брата. -Ладно, - маленькая девочка отмахнулась от Зефирки и гордо проследовала к столу. -Пойду, - сказал я, ловя взгляд Ваты. Всё же уходить по-английски, после того, как он пытался мне помочь, было не красиво с моей стороны. -Нет, останься, - не давая Вате возможности ответить, властным голосом молвит маленькая девочка. За одно мгновение она вдруг стала очень взрослой, и её детское обличье сейчас казалось обманчивой уловкой. После её слов, после её приказа, многие переглянулись, не понимая, что она задумала. -Он? – возмущённо подскочил светленький из близнецов. -Остаться? – вслед брату подскочил второй, совершенно забыв, что ещё минуту назад был полон усталости. На лице Ваты тоже отразилось непонимание, но оно продлилось не долго. -Мармеладка, это не самая хорошая идея, - очень холодно произносит Вата, после чего я перевожу на него взгляд и отмечаю, что его выражение лица кардинально изменилось. Он совершенно не похож на того наивного, милого парня, на котором бы идеально смотрелись белые ушки и хвост. Теперь от него веяло холодом, расчётливостью и опытом. К нему вернулась грация, а на место нежным чертам лица пришла холодная красота и ничего более. Именно этот человек меня раздражал. Он напоминает мне меня, и я могу с уверенность заявить, о чём он думает с таким выражением лица и с таким голосом. Сейчас его интересует только выгода, выгода именно для него, и он готов на всё, чтобы её не упустить. И хоть я привык к таким людям и умею сдерживать все, что на меня накатывает, немного обидно видеть, как один и тот же человек так легко меняется. Таким людям нельзя доверять, однако с ними лучше всего иметь дела. Жаль, что он оказался именно таким, а ведь я думал, что мы сможем подружиться. Видимо таких как Кирилл, наивных дурачков, больше в мире нет. -Вата, любовь что, вообще твой разум затмила без остатка? Это отличная идея, - с усмешкой произносит Мармеладка и подходит к стеллажу, где недавно рылся Кирилл, и достаёт оттуда несколько больших листов скрученных в трубки, а затем проходит к столу и начинает их расправлять. -Одно с другим не связано, - всё так же отвечает Вата, однако его уже не слушают, давно всё решив и полностью погрузившись в то, что написано на листах. -Связано, ещё как связано. И не спорь, ты поймёшь меня, когда мы начнём, - после чего девочка уселась на стол, а Вата прошёл к ней, при этом ни разу на меня не взглянув. И это мне очень не понравилось. – Костя, ты тоже присаживайся, - девочка указала на табуретку около неё. -Не хочу, - я помахал головой, собираясь всё же уйти, но тут раздался голос Ваты. -Правильно, тебе лучше уйти. После этих его слов, во мне сыграло упрямство и я, закрыв дверь, прошёл и сел на указанное мне место. -Ой, какой ты милый, даже на провокацию ведёшься, - захихикала Мармеладка. Отрицать её слова я не мог, так как сам понимал, что меня подловили, но противиться и выражать своё недовольство сейчас, значило, что мной можно легко манипулировать, а это не так, поэтому я просто промолчал, ожидая продолжения. -Молчишь? Ну и ладно. Перейдём тогда сразу к делу. Сначала я расскажу тебе немного о нашем мире, о его правилах и о проблемах, а потом кто ты и зачем ты нам нужен. Я сложил руки на груди и безразлично начал слушать всё, что говорит эта маленькая девочка, и хоть она была ещё малышкой, но её манера речи и выражение лица, говорили о том, что она будет постарше меня. После её вступления, я обвёл взглядом всех присутствующий и с некой иронией отметил, что они все выглядели на один мотив. Серьёзные, уставшие, безразличные. Совершенно иные люди, не те, что были раньше. -Мир сладостей, всё сладкое, и мы сладкие. Не было горя, да человек к нам пришёл. И название нам дал и жизни научил. Короче, началось всё очень и очень давно. Впервые к нам пришёл человек и впервые куклы душу обрели. Хм…нет, всё же не получается у меня рассказ, спутано всё выходит, ты так ничего не поймёшь, - девочка тяжело вздохнула, - Вата, давай лучше ты. -Нет, я не вижу смысла ему это рассказывать, - грубо ответил Вата, что-то рассматривая на куске бумаги. -И всё же ты расскажешь, сам ведь понимаешь почему, - уверенно заявила малышка. -Тебе надо больше с Кириллом общаться, ты тогда милее, - укоризненно взглянув на Мармеладку, сказал блондин, а потом посмотрел на меня, и его лицо смягчилось, а взгляд стал нежнее. Кажется, такие перемены в нём должны бы радовать меня, но они наоборот настораживали. Ведь именно таким взглядом меня одаривала Женя. – «Существует одна легенда, - начал блондин, - разные сладости рассказывают эту историю по разному (сладости, там мы себя называем), но никто не знает, правда ли это. В легенде говорится, что однажды в наш мир пришёл неизвестный, очень похожий на сладости внешне, но начинка у него была другой. На вкус он был безвкусным, мог совершать непредсказуемые поступки, мог сожалеть и раскаиваться, а мог дать стимул и уверенность. Сладости, жившие на свете с одним единственным чувством, даваемым им при рождении, никогда не могли обрести новое, и никогда не могли понять другую сладость. Мир безразличия, все жили для самих себя и всем было наплевать на остальных. Человек - так назвался неизвестный, не смог смотреть на мир без красок и объявил, что за свой короткий срок жизни исправит положение в мире, и наделит сладости всеми возможными чувствами. И он сдержал своё обещание. Он научил ценить вещи, даваемые при жизни, он научил радоваться мелочам, грустить из-за их потери, ненавидеть то, что причиняло боль, любить самое дорогое. Но человек не мог жить вечно, настало его время, и он ушёл. Время шло, сладости менялись, чувства угасали, их некому было поддерживать и обменивать, и в итоге самые важные чувства были вновь утеряны. Но человек сдержал своё самое последнее обещание - он вернулся. Он был не такой, как первый раз, но сладости тоже изменились. Человек наделил мир новыми чувствами, новыми эмоциями, и создал царство сладостей. Он объединил сладости воедино, построил четыре графства и отдал их самым ценным сладостям. Так появились Сахарное графство - самое большое, Мармеладное графство, Молочное графство и Шоколадное графство – самое маленькое, но не менее ценное. Самые ценные сладости могли влиять на остальных, и в течение долгого времени сохранять полученные чувства, а так же передавать их по наследству и заставлять ощущать их сладостей, что находились к ним ближе всего. Человек сказал, что его время будет выходить быстрее, чем у сладостей, но он обязательно вернётся, когда они будут нуждаться в нём. Он сказал, что менее сложные чувства будут забываться намного медленнее, чем грусть, ненависть, ревность и любовь, поэтому сладости должны ценить их. После этого человек вновь ушёл. Сладости держали обещание. Графства передавались по наследству, а наследники ждали прихода человека, чтобы он вновь занял трон и навёл порядки в царстве сладостей, а так же научил новым чувствам». Вот, такая легенда существует, и многие из нашего поколения в неё уже не верят, но! Человек всё же пришёл, и им был Кира. Ты можешь не верить, но сто сорок сезонов назад (по вашим меркам сорок лет) Кира уже появлялся здесь. Все кто его тогда знал, уверены, что это он снова вернулся, хотя он ничего не помнит. Так вот, именно тогда он выбрал себе клятвенного. Им оказался Граф Горький, Граф Шоколадного графства. И всё шло хорошо, пока я не совершил страшную ошибку, - после этого Вата резко замолчал, а в его глазах я прочёл искреннее раскаяние за вину. -Брось, никому не интересно в чём ты там себя виноватым считаешь, давай дальше, - подпихивала его Мармеладка. -Эта ошибка изменила всё. Кира исчез, трон так и не был занят, а Граф Горький впал в уныние. Он долго держался, долго старался найти цель в жизни, но ему этого так и не удалось и спустя сто тридцать три сезона (по человеческим меркам приблизительно тридцать восемь лет) он сломался. Не помогала ему ни дружба, ни семья, ни хорошие воспоминания о любимом. Ведь всё это не смогло дать ему то, чего он так желал. Однако появилась она, Амелия, та, что должна была быть уже давно мертва. Появилась такая как ты, и склонила чашу весов графа в свою сторону. Он ненавидел её всем сердцем, а после смерти Киры (так мы тогда считали) он возненавидел мир, что отнял у него его, а проклятый хранитель, который так же ненавидел этот мир, поклялась до скончания времён быть на его стороне и помочь уничтожить всё. И вот теперь Граф Горький враг этого мира, наш враг, враг своей семьи, враг своих друзей. Душа его стала гнить и, пользуясь властью графа Шоколадного графства, он начал распространять Слёзы Страдальца. Красиво звучит, да? Вот только нет здесь ничего красивого, ведь чёрная слизь, подобна смерти, уничтожает все, чего касается. Вата вновь замолчал, а я хоть и старался уловить суть рассказа, так ничего и не понял. -Костя, только не говори, что ты ничего не понял, - произносит Мармеладка, но мне ей и отвечать не нужно, она и так это поняла. – Ну ты даёшь, даже Кирилл бы понял с первого раза, - закатывая глаза произносит она, а я, вспомнив о Кирилле, перевожу взгляд на приоткрытую дверцу стеллажа и удивляюсь тому, что за время столь длинного рассказа, была такая тишина, он что, уснул там? – Ладно, если ещё проще говорить, то после того, как Кирилл исчез в прошлый раз, тот из нас, кто был переполнен к нему чувствами, сошёл с ума и теперь веет в мир крах и разрушения. А тот, кто ему помогает, является человеком, вторым кто пришёл с Царём в этот мир. Ты ведь теперь понял, почему к тебе такое отношение? Тот человек тоже ненавидел сладости, и на этой почве у него поехала крыша. Ведь это мир сладостей, Костя, - девочка спрыгнула со стола и начала кружиться, подняв руки вверх, - здесь всё сладкое. Куда не пойдёшь, а кроме сладостей ничего, здесь даже мы сладкие. Ты ведь заметил, - девочка остановилась и вновь посмотрела на меня, - от нас пахнет сладкими ароматами и поверь, на вкус мы тоже сладкие, но не ты. Ты безвкусный и всегда таким будешь, именно поэтому тебе тяжело с этим смириться. А не смирившись с этим и не найдя в этом мире своё место, ты чокнешься, а после этого никто не знает, что ты сотворишь. Впрочем, - она вновь прошла к столу и села на него, - мы не ставим на тебе печати хранителя. Но ты не подумай, это не от доброты душевной, ведь мы сейчас практически пусты, мало чего чувствовать можем, это всё из-за него, - Мармеладка указала на Вату, - он не особо пуст, так что мыслит немного нестандартно. Да и вот эти с ним согласны, - она поочередно указала пальцем на близнецов и на Зефирку, - а они ведь тоже не совсем пустые, так что мне, скрипя сердцем, приходится им довериться…ну ладно, немного переборщила со скрипом в сердце, ты мне просто нравишься, - девочка улыбнулась, - вроде такой безразличный, но с тобой рядом так уютно, не могу я этого отрицать. Я не сводил с девочки глаз. Её история хоть и была полна эмоций, но сонливость нагнала меня вдвойне, и я даже не успел сообразить, как зевнул. -Хм… что ж, я ожидала похожей реакции от тебя. Иногда кажется, что тебя совершенно ничего не интересует. В общем, про мир и проблему мы уже рассказали, а теперь ближе к теме. Так как в нашем мире сейчас находится два человека, то у нас есть двойной шанс получить Царя. Ситуация вроде как выгодная, но не всё так просто. Кто станет Царём, ты или Кирилл, нам не особо важно, но кому-то по любому придётся им стать. Вот только, как не посмотри, а большая надежда идёт на твою скромную персону. Мы полагаем, Кирилл не сможет обрести новую печать клятвенного. И хотя он ничего не помнит о прошлом, это прошлое всё равно не позволит ему жить настоящим. Костя, станешь ли ты нашей путеводной звездой? После столь пафосной речи, все разом отринули сонливость и посмотрели на меня, ожидая какого-то ответа. Обведя их взглядом, я остановился на Вате, но он упорно отказывался смотреть на меня. -Нет, - только и говорю я. Всё же не понимаю я всего того, что мне сейчас рассказали, да и я вообще-то не собираюсь в этом мире надолго задерживаться. -Ожидаемо, но ты всё же подумай. В этом мире ты можешь получить всё что пожелаешь и кого пожелаешь, тебе нужно только пожелать. Хочешь Великолепного красавца Графа Сладкого? – Мармеладка вновь спрыгнула со стола, подошла и продемонстрировала красивое лицо Ваты, что усердно старался не смотреть на меня. – Или быть может, ты хочешь экзотики? Как насчёт братьев Белого и Молочного шоколада? Разве не заманчивое предложение? Двойная красота, двойное удовольствие? Хм… Нет? Не по тебе брутальные мальчики, что ж, тогда, Зефирка, - девочка отскакивает от близнецов и подбегает к мальчишке, - симпатичный, миленький, тихий и сдержанный, слова поперёк не скажет и сделает все твои тайные желания реальностью. Разве не ангел воплоти? Но если и он тебе не по душе, тогда посмотри на Синьву, - Мармеладка подходит к девушке с синими волосами и убирает их, показывая мне её красивое лицо. – Красавица, да и девушка, я слышала, что в вашем мире, с парнями не заключают союзы, так что она идеальна во всём. А самое главное, на вкус она с кислинкой, не особо сладкая, тебе должна понравится. Но если тебе вдруг не угодило её шикарное тело, и ты предпочитаешь калибры меньших размеров, то выбери меня. Мордашка слегка детская, но вполне привлекательная. На вкус тоже не слишком сладкая, да и статус мой велик. Позволь представиться, Графиня Мармеладная собственной персоной, - девочка поклонилась. В этот раз мне вполне ясно предстало моё положение. Хоть они и показывали, какие меня здесь ждут привилегии, но это только видимость, потому что за всё это придётся платить особой платой. А мне ничего не нужно, по крайне мере в этом мире так точно. -Не интересует. У меня уже есть девушка, - скучающе-безразличным тоном произношу я. В этот самый момент у всех просто округлились глаза, а вот Вата, как-то неестественно умудрился грохнуться на пол с табуретки. И чего они так отреагировали? Это ведь вполне естественно, когда у здорового молодого парня есть девушка. -Идиот?! – вскрикивает Мармеладка. – Я тебе здесь мир предлагаю, весь чёртов мир! Каждый в этом мире будет твоим! Любой станет твоим, все будут преклоняться тебе! Боготворить! Ты станешь Богом! А Бог делает всё, что пожелает! И никто ему слова не скажет, его все понимают и всё ему прощают! Возмущённо кричит девочка, совершенно теряя своё детское очарование. Она бесится из-за того, что ей отказывают, она бесится, потому что не понимает ничего. А меня тоже начинает раздражать вся эта история. -Ты мне предлагаешь мир, но мне не нужен он. Ты мне предлагаешь сладости, но и они мне не нужны. Ты мне предлагаешь власть, но и она мне ни к чему. Ведь это всё так скучно, очень скучно. Мой мир гораздо веселее, гораздо разнообразнее, и поверь, он намного соблазнительнее, так что я отказываюсь от вашего мира, чтобы вернуться в свой мир. Я отказываюсь от каждого в этом мире, что бы вернуться к ней, к моей девушке, в свой мир. И если вы обретаете чувства, находясь рядом с человеком, как вы это говорите, то находитесь ещё ближе ко мне, и тогда вы все поймёте. А пока, я просто побуду зрителем, - я встал с места и прошёлся к двери, так как мне уже порядком наскучило всё это, но открыв дверь, мне вдруг резко захотелось их подразнить. – Однако если у кого-то из этого мира хватит сил меня изменить, если кто-то сможет украсть моё сердце, то я пересмотрю свои взгляды, - я оглянулся и впервые за очень долгое время улыбнулся, вот только эта улыбка была не простая, в ней заключался вызов каждому в этой комнате. В ней проглядывали коварство и усмешка. Жаль только что в тот момент я руководствовался мимолётным порывом, а не логикой. Однако кто ж знал, чем мне это обернётся в будущем… *** Весь оставшийся день я провёл в Пуке-Нуке. Не было у меня никаких чувств, по поводу произошедшего, была лишь крепкая уверенность в том, что сегодняшний день пройдёт как обычно и завтра настанет очередная сладкая пытка. И вечером, когда начало смеркаться, а на небе стали появляться первые звёзды, я уложил голову на подушку, что напоминала облако, и начал погружаться в сон, совершенно позабыв про главного нарушителя моего спокойствия. А зря… Кирилла ворвался в комнату подобно урагану: быстро, шумно и сметая всё на своём пути. Он был на взводе, будто предвкушал нечто интересное. Такое поведение с его стороны сразу же должно было насторожить меня, но я поддался слабой надежде и продолжил, как не бывало, погружаться в сон дальше. Сначала тишину в комнате нарушало тяжёлое дыхание парня, затем шелест бумаги и её глухой стук о пол, а после странное копошение. Не то, чтобы мне особо интересно стало, но всё же я решил приоткрыть один глаз и посмотреть, какие перемены творятся в комнате. Как после выяснилось – не зря. Кирилл приволок с собой гору бумаги, скрученной в трубочку и скинул её в центре на пол, а после взял стул и начал подпирать им входную дверь, будто боясь того кто может в любой момент ворваться внутрь. Однако парень явно не учёл тот факт, что дверь открывается наружу и его баррикады бесполезное дело. -Костя, я выяснил то, что от меня скрывали! – предательски тихо закричал парень, отходя от двери и подходя к горе трубок. Так как мне было совершенно не интересно, что он там выяснил (и если честно, то как мне показалось, это я всё выяснил, хоть и не специально), я перевернулся на другой бок и натянул на голову одеяло. -Не притворяйся спящим, я должен тебе это рассказать, - Кирилл подбежал ко мне, стянул с меня одеяло, а затем вслед за одеялом (на пол) стянул и меня. Я поднял на него глаза, стараясь передать взглядом всё то, насколько мне это не интересно и насколько я недоволен его действиями. -В общем, они через три дня собираются в Шоколадный замок, а там они сразят врага и добудут чёрное зеркало. Хотя со сражением врага я немного перегнул палку, они просто добудут магический предмет и свалят, но не суть дела! Костя! Я просто обязан первым заполучить этот самый магический предмет. Вата наотрез отказывается мне показывать свой, так что это единственный способ его увидеть и, возможно, потрогать, - парень горящими от азарта глазами вновь подбежал к горе трубок и начал их перебирать что-то ища. -Отказываюсь, - громко и уверенно говорю я, уже полностью зная, что последует дальше. -Как отказываешься? Я ведь ещё ничего не сказал, - перебирая одну трубку за другой, сказал Кирилл. -А тебе и говорить ничего не надо, я и так знаю, что ты задумал. Просто ничего другого в твой мизерный мозг прийти не могло, - оповещаю я своего друга, при этом вставая с пола. -Ну, если ты так хорошо меня знаешь, тогда ты должен знать, что просто так я от тебя не отстану, - говорит парень, а затем радостно подскакивает и разглаживает большой лист бумаги на столе. -Знаю, именно поэтому я заранее скажу, чтобы ты этого не делал, а иначе, - я вновь залез на кровать, укрылся одеялом, и после того как хорошенько зевнул, продолжил, - а иначе, Вата узнает о твоём незваном везите. -Ты не посмеешь! Ты ведь тоже в этом замешан! – послышался возмущённый вскрик, затем грохот и слабое поскуливание. Видимо парень допрыгался и упал, хотя, ему уже не привыкать. -Замешан. И что? Мне-то плевать на их мнение, и на всякие магические вещи тоже. -Костя! Ты балбес! – тихо сказал мой друг, а затем повисла тишина, прерываемая лишь слабым шелестом бумаги. Я несколько минут пролежал, ожидая криков, упрёков, упрашиваний, но ничего этого не последовало, а после, под нехорошие подозрения ко всему этому, уснул.