Таверна: истории у камина

Таверна «Под Липой» не пустовала И всех неизменно она привлекала. В ней не было места ни капле печали — Там всласть пировали и песни слагали. Недаром о ней прокатилась молва. Таверна добра, хороша и жива. Почёт с уваженьем окажут любому И старому гостю, и молодому. * * * Работали в ней всего три человека. Хозяин Таверны — трактирщик и пекарь Хороший, и вечно он был занято́й. Хозяин простым был, но добрым душой, И каждого гостя встречал с улыбкой. Работал всегда по системе он гибкой: Как всех пришедших с душой накормить, Так всем и весёлый настрой подарить. Был он не крупным, но коренастым, Чуть с сединою и очень глазастым: Всё замечал его добрый взгляд. Верным советом вносил он свой вклад. А́листор внешне на пятьдесят Выглядел, хоть его не тяготят Вовсе всей про́житой жизни годы: Труд каждодневный приносит всходы. Светлые брови давали контраст Тёмным глазам, и, как балласт, Лоб покрывали часты морщины, Посередине нос был орлиный. Фартук наш Алистор вечно носил, И за порядком в Таверне следил. Руки испачканы вечно в муке — Кашу готовил в своём котелке. И хорошо он всегда относился Так к персоналу, почти не злился На недочёты. Был пекарь женат — Люди на пальце кольцо различат. Секрет его счастья в простых лишь речах, И в ласковом взгляде, горящем в очах. * * * Яства носила член персонала: Толк в разговоре отменно познала. Это была молодая девица, Что энергична; не прочь и напиться С гостями хорошими вдоволь, и снова Бежать меж столов: вот и пир уготован. Всё успевала, всегда весела, И привлекательна очень была. Элле не дашь ты и двадцати, Как ни старайся и ни крути. Ярко-зелёный цвет её глаз За изумруды примешь ты враз. Волос прямой и светло-русый Вмиг одолеет любые вкусы. Щёки и нос украшали веснушки. Маленький рост, прямо как у девчушки. В дирндль всегда была Элла одета: В белой рубашке, и блуза с корсетом Сверху надеты, а юбка внизу — Маленький фартук провёл полосу. Очень стройна и очень изящна, Пусть и ранима — хоть раз бы мрачной Эллу в Таверне не видел никто. Выпить по кружкам всегда разлито́. Также был бармен, о нём мы потом Замолвим словечко в ряду основном… * * * Эта Таверна, как все в те года, Манила гостей ароматом вина. Обставлена скромно, немного жеманно, Но выдержан стиль. И не стало вульгарно Сие заведенье, что людям служить Готово всегда — аппетит утолить. Огромные балки держали карниз, И звери глядели со стен прямо вниз. Из дерева пол не был устлан коврами, И доски уже износились с годами, Ведь танцевали и били галоп Тысячи разных и длинных ног. Столы расширялись, встречая компании Головорезов, что с жуткою манией Выпить любили: кувшины с вином И ку́холи с ромом вертели вверх дном. А лавочки длинные и табуреты Работали долго там с тяжестью этой, Но крепко держались, служа и тогда, Когда ими дрались сие господа. А ночью, чтоб света хватало всем в зале, Вокруг освещалось здесь всё факелами И свечками, тлевшими уж круглый год. Люстра, что в центре, вошла в обиход: Как торт она сделана крупный — слоями, На цепи подвешена — светит ночами… * * * Стоял за стойкой отменнейший бармен, Хранил алкоголь, и всегда в своём шарме, Но вечно ворчал он за недоплату: Давай чаевых, иль не будет вам блата! Чуть был кудрявым, среднего роста. Серый цвет глаз, а шрам не просто Так украшал его маленький нос — С гномами в драке был перекос. Плоские скулы и тонкие губы, Что закрывали белые зубы. Статный красавец — ни дать ни взять — Бармену было всего двадцать пять. Дэнни был всегда опрятным И в разговоре очень приятным. Брюки, рубашку, фартук, жилет Бармен носил — как с иголки одет. Хоть был угрюм, но знал своё дело: Так, добросовестно и умело, Выпивку всем гостям наливал. Очень он злился, их упрекал, Если стаканы и кружки разбили — Сразу же им алкоголь запретили. Но Дэнни за гостя делался рад, Если бутыль был целый им взят. А шкаф был огромен — хоть нá год в запой. И рядом бочонки — подать лишь рукой. У стойки ещё заказать и еду, Как го́лодны, можно в любой день в году: Прекрасной стряпнёй вас порадует повар, Ведь этот трактир им самим был основан. Давно все в округе бордель этот знали, И праздным визитом его почитали… Но нашу Таверну ждало приключенье И скоро наступит нежданно мгновенье, Когда соберёт людей она в круг Историй, что им украсят досуг.