House Of Memories

Я удрученно посмотрел на Каллена и забрался в его теплую машину. Вечно серые улицы Форкса после нескольких дней стали еще дождливей, что вроде и радовало меня, потому что Эдвард был рядом, но и разочаровывало одновременно, ибо по солнцу я безумно скучал тоже. Однако эта вводящая в депрессию погода была прекрасным отражением моего не менее серого настроения. Нет, в школе все было относительно неплохо. Меня несколько раз за день подкололи насчет моих несуществующих отношений с Калленом, но не больше, чем обычно. Мне стоило порадоваться, что шумиха вокруг меня и Эдварда медленно снижает обороты, но радоваться этому я не мог. В этот раз дело было в моем отце. Хоть слухи про мои отношения и утихали, однако все эти разговоры точно дошли и до моего отца, особенно после выходных в Ла-Пуш. Я в этом так уверен, потому что несколько раз за сегодняшний день почти все учителя странно смотрели на меня, я уж промолчу про учителей английского и биологии. Сначала я не понимал, в чем дело, почему они так долго смотрят мне вслед, некоторые даже с недовольством, но как объяснил потом мне Каллен, до них просто дошли все эти слухи. Уж если они знают, то мой отец, старожил этого маленького городка, осведомлен о моих отношениях точно. — Не переживай так, Габи, — хлопнула меня по плечу Элис и послала полный сожаления взгляд, до того, как я сел к Эдварду в машину. — Постарайся прислушаться к советам Эдварда, и тогда, возможно, разговор получится лучше, чем я видела в изначальном варианте, — она успокаивающе улыбнулась, однако от этого легче мне ни черта не стало. — О боже, — вздохнул я, понимая, что мое положение очень и очень плохое. Настолько все плохо, что у меня трясутся колени. — А если Эдвард даст какие-нибудь дерьмовые советы? Элис посмотрела на меня таким взглядом, что мне стало понятно, что я покойник. — Тогда импровизируй, — вздохнула она, не зная, какой совет дать мне в таком случае. Честное слово, лучше бы она вообще ничего не говорила, а то от ее помощи мне легче как-то не стало. — Не переживай ты так, у твоего отца была не настолько бурная реакция, какой ты ее себе представляешь. — Неужели? — с недоверием переспросил я. Она кивнула. — Он был больше обеспокоен, что ты учишься в этой школе всего месяц, а про тебя уже распространяются такого рода слухи. Но тебе стоит подробнее спросить об этом Эдварда, он же у нас чтец чужих мыслей, а не я. — Спасибо, Элис. Эдвард, когда я приземлился рядом с ним на пассажирском сиденье, погладил меня по плечу, но это меня никак не успокоило. Я лишь покачал головой, откинулся на спинку и закрыл глаза, пытаясь расслабиться. Но что-то у меня не получалось, руки до сих пор тряслись, хотя мне казалось, что последние слова сестры Эдварда немного поубавили нервозности в моем теле. Однако нет. Что бы ни сказала Элис, успокоиться я вряд ли смогу. Мы уже почти подъезжали к моему дому, когда я открыл глаза, а Эдвард решил заговорить. — Начни с разговора про Томми, — неожиданно вставил Эдвард, чем очень удивил меня. — Он так смущен этой ситуацией, что ему сложно будет первым начать разговор, поэтому сделай это ты. Я недоуменно посмотрел на Каллена. При чем здесь вообще этот Томми? И о том ли Томми из футбольной команды идет речь? Мало ли, вдруг в этой школе учится больше, чем один мальчик с таким именем. Например, в моей старой школе в каждом классе было по три-четыре Стива. Однако это все равно бред какой-то, потому что мне незачем говорить про какого-то другого Томми, которого я даже не знаю. — Тебе же Джон так и не рассказал про твоего со-командника? Значит, речь идёт все-таки про того самого Томми. Я покачал головой. — Нет, — озадаченно ответил я. — Отлично, тогда поговори с Чарли именно о нем, это будет просто прекрасными стартом, — сказал Эдвард, останавливая машину недалеко от моего дома. — Просто начни с того, как тебя смущает поведение одного парня в твоей команде, — пожал плечами Эдвард. — А это точно поможет? — скептически поинтересовался я у него, особо не веря в успех этого разговора. — Просто сделай это. Я вздохнул. — Ладно. Он будет спрашивать что-то конкретное, к чему мне стоит быть готовым? Эдвард хитро улыбнулся, а я в этот момент пожалел, что вообще на свет родился. Он наклонился ближе ко мне, до такой степени близко, что я ухом почувствовал эту прохладу, исходящую от его губ. — Он хочет знать, встречаемся ли мы, — прошептал Эдвард мне на ухо. Это не было для меня новостью, потому что я и до того подозревал, что мой отец захочет спросить нечто подобное. По крайней мере, я теперь в этом уверен. — Да? И что мне ему ответить? — Это я спросил скорее из растерянности. Конечно, я знал, что мне следует сказать отцу, что это всего лишь слухи, которые появились не пойми отчего, однако следующие слова Эдварда ввели меня в ступор и даже, можно сказать, шокировали. — Ну, ты можешь сказать, что мы встречаемся, — совершенно спокойно ответил Каллен. Я уставился на Эдварда как на умалишенного. Не знай я его лучше, чем себя самого, так бы о нем и подумал. Годы идут, вселенные меняются, а Эдвард Каллен, к счастью или сожалению, остается все тем же. Я и Белла разные люди, в любой другой вселенной, мне кажется, мы всегда будем отличаться друг от друга, даже наше окружение будет чем-то отличаться, но Эдвард... он никогда не изменится. — Я не хочу, чтобы у моего отца случился инфаркт. Я не стал говорить, какой он идиот или придурок, думаю, в напоминании больше нет необходимости, он и так это знает. — Ты слишком драматизируешь. — А еще мы не встречаемся, — зло отрезал я. Он промолчал, и это было лучшее из всего, что он мог сделать. Я скрестил руки на груди, периодически тяжело вздыхая и смотря на улицу, вдоль которой расположились до безобразия одинаковые дома, которые сегодня своим видом раздражали больше обычного. Эдвард просто сидел рядом и терпеливо ждал, когда я соберусь с мыслями, а мне так и хотелось выйти из машины и громко хлопнуть дверью. Тишина между нами была удушающе напряженной, отчего мне хотелось убежать подальше. — Ладно, — в конце концов, сказал я, немного расслабляясь. Эдвард краем глазом взглянул на меня, выглядя намного более напряженным, чем я секунду назад. — Довези меня уже до дома. Каллен в недоверии приподнял правую бровь, будто сомневаясь в правильности моей просьбы. — Ты уверен? — решил переспросить он. Я спокойно пожал плечами, будто это перестало волновать меня. Но меня до сих пор потряхивало из-за предстоящего разговора, и Эдвард знал это, но обсуждать мое состояние никто из нас не собирался. — Я все равно уехал в школу не на своей машине, он в любом случае заподозрит что-то неладное, — ответил я, приподнимая уголки губ. — Тебе же надо показать из себя примерного бойфренда, который не только забирает в школу своего парня, но и привозит его обратно, не так ли? И вот с этого момента мне действительно стало лучше. Стоит какими-то безобидными шутками разгладить ситуацию, и мир уже не кажется настолько дерьмовым, каким он был минуту назад. — Габи, — позвал он меня, пытаясь выглядеть серьезным, однако я заметил тень улыбки на его губах. — Да? — сделав невинное лицо, поинтересовался я. — Заткнись. И мы поехали до моего дома. Я уже совсем не чувствовал тревоги. Я подумал, если Эдвард, а тем более Элис, так спокойны на этот счет, то мне не о чем волноваться. Элис бы сразу сказала мне, будь все очень плохо, и попыталась бы мне помочь. А сегодня она была совершенно спокойна и сказала, что мне не стоит переживать по этому поводу. Если она так сказала, то все пройдет хорошо, не так ли? Не так ли? Нет, мне не стоит снова думать об этом. Как только я начинаю задавать эти идиотские наводящие вопросы самому себе, как мое спокойствие обращается в крах. Пока мы ехали до конца улицы, я решил подумать над тем, что надену на танцы, которые состоятся уже на следующей неделе. Я раздумывал над тем, что мне стоит поговорить с Терезой о ее платье, чтобы я мог подобрать рубашку к ее наряду. У меня уже был опыт с этими танцами, и я знаю, что лучше поговорить о наряде сначала с девушкой, а то плохо будет всем, а тебе в первую очередь. Однако стоило нам подъехать к соседнему дому, как Каллен резко затормозил, что немного напугало меня, но я быстро пришел в себя. Между моим домом и домом наших соседей росли деревья, поэтому машину Эдварда не видно. — Что такое? — раздраженно спросил я. — Кое-что случилось, — сквозь зубы почти прорычал он, все сильнее и сильнее сжимая руль. — Эдвард… — предупреждающе начал я и неосознанно накрыл его напряженную руку своей, чувствуя эту связь. Это напряжение и электричество, которое проскальзывает между нами, стоит нашей коже соприкоснуться. Меня бросает в жар в такие минуты, несмотря на температуру кожи Эдварда, но сейчас мне не стоило терять голову. Мне надо сосредоточиться. — Что такое? Мой голос звучал максимально мягко и… как-то устало. Мне хотелось прийти домой, быстро поговорить с отцом, потом подняться в свою комнату и завалиться на кровать. В мои планы не вписывались чрезвычайные ситуации, но, увы и ах, эти самые ситуации даже разрешения твоего не спросят, они просто берут и случаются независимо от твоего желания. — Незваные гости, — нервно отрезал Эдвард. Я сначала открыл рот, чтобы переспросить, а потом понял все и резко его закрыл. Догадаться, о ком идет речь, труда не составило, потому что в мире Беллы события развивались почти так же. Почти. Сейчас, как мне кажется, все идет хуже некуда. — Блэки? Я прав? Он лишь кивнул. Да, они могут создать нам проблемы. — Какое настроение у Джейкоба? — поинтересовался я. Мне надо было знать, чего хочет от меня Джейк или на что он рассчитывает. Я очень сомневаюсь, что он приехал бы в гости к Чарли только потому, что соскучился по нему. Я уверен, что при нынешнем положении дел (это я про его обращение и Калленов говорю), вряд ли у него есть время на посещения старых друзей его отца. — Он… хочет поговорить с тобой. То мой отец собирался устроить разговор по поводу моих отношений, теперь еще Джейк нарисовался, который, без сомнения, хочет устроить взбучку мне все из-за того же. Боже, кто вытрахает мои мозги следующий? Краем глаза я взглянул на Эдварда. А, ну да. У меня уже есть постоянный кандидат на эту роль. — Ясно, — вздохнул я, чувствуя всю нелепость и невыносимость ситуации, которая легла на мои плечи. У меня и без того много проблем, но чертов Джейкоб Блэк спокойной жизни мне не даст. — Думаю, до дома я дойду все же один. Не переживай, один раз не подпортит твой статус идеального бойфренда, — попытался улыбнуться я, но получилось как-то вяло. Все это меня расстраивало. Я надеялся спокойно обсудить некоторые вещи, которые касаются моей личной жизни, с отцом, а приходится обсуждать их с Джейкобом Блэком. — Нет, я все же довезу тебя, — возразил Эдвард, не желая слушать другие варианты развития событий. — Это может быть опасно, — попытался отговорить его я. — Ты же прекрасно знаешь, что волки не умеют сдерживать себя. И мы не знаем, как хорошо Джейкоб держит себя в руках. — Вообще-то знаем, — не унимался Каллен. — Я читаю мысли, если ты забыл, — самодовольно проговорил он, постучав себя по виску. Я страдальчески застонал. — Эдвард, не стоит. — А я думаю, стоит. Это может продолжаться бесконечно. Если мы сейчас не найдем компромисс, то ни к чему не придем или даже поссоримся, чего мне очень не хотелось. Я не знаю, сколько раз Эдвард встречался с оборотнями в этой реальности и насколько хорошо он прислушивался к их мыслям, но он действительно не понимает, как опасно злить их. Джейкоб всегда более-менее умел держать себя в руках, но как насчет его характера в этом мире? Я не знаю наверняка, поэтому рисковать не хочу. Я взглянул на Эдварда, который был напряжен как никогда прежде. Он был обеспокоен всей этой ситуацией не меньше меня, даже немного зол. Спорить можно сколько угодно. Споры либо ни к чему хорошему не приводят, либо рано или поздно одному приходится пожертвовать своей точкой зрения, уступить место другому мнению, скажем так. Я смотрю на Эдварда и понимаю, что, скорее всего, уступившим буду я. И это не последний раз. — Ты уверен, что это хорошо закончится? — Я всего лишь довезу тебя до дома, — пожал плечами Эдвард, заводя мотор. Уж не знаю, чего хотел добиться Каллен, но когда через несколько минут мы подъехали к моему дому, Джейкоб был на улице, что очень усложняло ситуацию. Я удрученно взглянул на Эдварда, но он был предельно спокоен. — Он не зол и даже не хочет идти убивать, — пытался успокоить меня парень. — Нет, он, конечно, мечтает убить меня и остальную мою семью, но у него нет желания сделать этого сейчас. Он лишь приехал убедиться, что ты правда имеешь ко мне какое-то отношение. Я взглянул на Джейкоба, который смотрел на нас в ответ. В его взгляде так и читалась ненависть, отчего мне было не по себе. Если Джейкоб сейчас контролирует себя, то в любую минуту он может сорваться. — Ну все, ты меня довез, а теперь пока, — попытался улыбнуться я и уже потянулся к ручке двери. Но Эдвард схватил меня за рукав пальто. — Габи, подожди. Я вздохнул и устало на него посмотрел, ожидая, что же такого еще он скажет. Я думал, он скажет что-нибудь про Джейкоба и что мне следует быть осторожным и прочая ерунда, которая была в стиле Эдварда Каллена. Но вместо всех этих речей, он наклонился ближе к моему лицу и… поцеловал меня. Нет, конечно, это был не настоящий поцелуй. Его холодные губы медленно и слишком мягко коснулись моей скулы. Его губы на моей коже ощущались как бархат и как прикосновение со снегом. И это было нечто горячее, потому что от его холодных губ по всему телу я почувствовал, как тепло стремительно растекается по моему телу. Да, это было самое настоящее опьянение. От смущения или от прилива чувств, я точно не знаю, я даже глаза прикрыл. Никогда со мной такого не случалось. Ни одна девушка за все восемнадцать лет не вызывала во мне такой трепет. Даже во время секса я не испытывал нечто подобное, что уж говорить об обычном поцелуе в щеку? Он отстранился от меня, заглядывая мне в глаза. В его как никогда теплых глазах можно было увидеть восторг. Его эмоции тоже лились через край, и по нему видно было, что он сделал это не потому, что хотел еще больше разозлить Джейка. Желание коснуться его губ, по-настоящему поцеловать его, возросло настолько, что я чуть подался вперед, но совсем чуть-чуть. Я вовремя успел остановить себя, опуская взгляд вниз. — Я говорил тебе, что ты идиот? — поинтересовался я у него, задыхаясь от переполнявших меня эмоций. Жар стремительно прилипал к моим щекам, и в этот момент я всеми способами проклинал Эдварда, потому что больше всего на свете ненавидел краснеть. А когда ты находишься рядом с таким парнем, который буквально одним взглядом сводит тебя с ума, тут тяжело не быть раком. Он усмехнулся. — Ты говорил это уже сто раз. — Значит это сто первый. Я посмотрел на Джейкоба, который выглядел сейчас скорее смущенно, нежели разозлено. Он смотрел куда угодно, но только не на нас. — Все будет нормально, Габи, — сказал Эдвард, а я ему не особо-то верил, особенно сейчас, когда Блэки здесь, и Джейкоб, который всей душой теперь ненавидит еще и меня. — Джейкоб не собирается что-то рассказывать твоему отцу. Да, он и его отец хотят поговорить с тобой, но не с твоим отцом. Я страдальчески вздохнул. — Ты придешь сегодня? — спросил я, пропуская его слова мимо ушей. — Кто-то же должен охранять тебя от твоих кошмаров, — пошутил он. — Тогда увидимся. И я вышел из машины. Пройдя несколько шагов навстречу Джейкобу, я обернулся, чтобы последний раз посмотреть на Эдварда. Он завел мотор и плавно поехал вперед, начиная разгоняться до своей любимой ненормальной скорости. — Привет, Джейк, — улыбнулся я, делая вид, будто все в порядке и вообще так и должно быть. — Не ожидал, что вы заедете в гости, но все равно рад тебя видеть. Вы просто в гости или по делу? Я для себя решил, что буду строить из себя дурака ровно до того момента, пока Блэк сам не захочет выяснить отношения. Я не тот, кто будет начинать первым, потому что если и есть способ избежать скандала, я всегда буду цепляться за него. — Эм… — растерялся он от моей неожиданной дружелюбности. — Твой отец захотел посмотреть футбольный матч с моим отцом. И позвал еще меня, чтобы тебе не было скучно с их «старческими разговорами». Джейкоб тоже пытался выдавить из себя дружелюбность, но говорил он это с таким каменным лицом, будто вот-вот перейдет на угрозу. Интересно, как долго он будет выдавливать из себя «дружелюбность» и скоро ли перейдет к действиям. Хотелось бы мне верить, что он решит оставить все, как оно есть, но это же Джейкоб, он обязательно посчитает нужным вмешаться в это. — Здорово, — с поддельным энтузиазмом ответил я. — Тогда идем в дом. Мой отец видел, что я приехал домой на машине Каллена. Это было видно по его смущенному и растерянному взгляду, которым он наградил меня, когда я и Джейк вошли в дом. За ним из кухни на своем кресле подъехал тот самый Билли Блэк, отец Джейкоба. Билли выглядел более старым, чем в мире Беллы. У него было какое-то болезненное лицо, больше седины появилось на голове. А еще он не выглядел особо дружелюбным, когда увидел меня. Что ж, обратного пути у меня нет, придется столкнуться с этим лицом к лицу. — Хей, пап, — весело сказал я и повернулся к старшему Блэку. — Здравствуйте, Билли, рад видеть вас. Билли попытался мне улыбнуться, но не особо-то у него это получилось. В этот момент я изо всех сил сдерживался, чтобы не закатить глаза или не сказать что-нибудь лишнее. — Привет, Габриэль. — Ладно, идем в гостиную, — прервал наш зрительный, очень напряженный контакт с Билли, мой отец. Кажется, он этого не заметил. — Ужин почти готов. Знаешь, Габриэль, Билли принес очень вкусную рыбу, ты просто обязан попробовать… Я выдохнул с облегчением, потому что ни мой отец, ни один из Блэков не стали обсуждать меня или Эдварда Каллена. Когда мы сидели в гостиной перед телевизором и обсуждали игру, я чувствовал эту неловкость и напряжение. Билли и Джейкоб вели себя как обычно, мой отец иногда бросал на меня странные взгляды, а я вжался в диван всем телом, делая вид, будто я обожаю этот апельсиновый сок из пластикового пакета. Джейк сидел в кресле с каменным лицом, даже ни разу не повернув голову в мою сторону, за что я был ему очень благодарен. Билли на своем кресле сидел рядом с ним, временами комментируя игру, а мы с Чарли сидели на диване. — Я пока помою посуду, — слишком громко и чересчур возбужденно сказал я, когда был перерыв между периодами. — Я тебе помогу, — неожиданно подхватил Джейкоб, вставая с места. Я аж так испугался его сурового голоса, когда он говорил это, что выронил тарелки, которые собирал со стола. — Габи, ты в порядке? — отец поднялся со своего места, помогая мне собирать тарелки, которые, слава богу, не разбились. — Я… эм, да. Я быстро побежал на кухню, надеясь, что Джейкоб не пошел за мной, но я прекрасно слышал его громкие шаги позади себя. — Ты какой-то нервный, — спокойным голосом сказал Джейк, вставая рядом со мной около раковины. Я краем глазом посмотрел на него. Видимо, за эти годы он принял свою сущность и научился контролировать себя и свою злость. Однако он не мог скрыть своего раздражения, когда он сделал вдох, находясь так близко ко мне. Судя по всему, на мне остался запах Эдварда, то есть запах вампира, который был отвратительным для оборотня и наоборот. — Все нормально, — вздохнул я, натирая тарелки и передавая Джейкобу, чтобы он их вытирал и ставил в шкаф. — Просто… день очень тяжелый и довольно насыщенный. — Твой отец сказал, что недавно ты попал в аварию. Ты нормально себя чувствуешь после этого? Этого я совсем не ожидал. Но, думаю, это всего лишь формальность. Он думает, как бы подвести разговор к сути. Я кивнул. — Да, но со мной все нормально, меня вовремя оттолкнули. — Розали Хейл оттолкнула. А вот это уже подозрительно. — За что я ей очень благодарен, иначе меня бы сейчас здесь не было, — пожал плечами я. — Да, но ходят слухи, что она была достаточно далеко, чтобы оттолкнуть тебя. Я застыл. Никто после аварии не говорил о Розали. Все были обеспокоены мной и тем парнем, что вел машину, но про Хейл даже сплетней никаких не было. И все же, кто-то очень глазастый видел, что Розали в этот момент была не со мной, и рассказал об этом кому-то из стаи. Тереза? — Это всего лишь слух, — пытаясь быть спокойным, ответил я. — Мы с Розали были вместе во время аварии. Она не могла найти своего брата, Эдварда. Мы с ним сидим вместе на некоторых предметах, я тебе уже говорил об этом, поэтому она думала… — Так ты встречаешься с Эдвардом Калленом? — перебил меня Джейк. На этих словах тарелка снова выпала из моих рук, только в этот раз в раковину, в воду. Я прищурился. А этому парню палец в рот не клади. Вон, какой прямолинейный стал! Сейчас он напоминал мне не того Джейкоба Блэка, которого я знал в теле Беллы, а Сэма Адли, вожака их стаи. — Джейкоб, почему ты спрашиваешь? Я, кажется, уже отвечал тебе на этот вопрос, — ответив, я передал ему очередную тарелку. Джейкоб усмехнулся и посмотрел на меня, как на маленького ребенка. Так, будто он пытался вдолбить мне какую-то истину, о которой знает каждый взрослый, но я никак не хотел ее принимать. — А я, кажется, говорил тебе, что Каллены опасны. — Джейкоб, да, я встречаюсь с ним, — зло отрезал я. Я понимал, что мне следует быть осторожным, но уже не мог держать себя в руках. — Я встречаюсь с чертовым Эдвардом Калленом. Я с ним встречаюсь, а не ты, поэтому не стоит лезть в это. Это моя жизнь, мои отношения, и только я выбираю, что для меня опасно, а что нет. Он явно такого всплеска не ожидал от меня. Он несколько раз похлопал глазами, не зная, что мне сказать в ответ. — Хорошо, — вдохнул он. — Но, я думаю, это касается твоего отца. — Ты собираешься рассказать моему отцу? Не знаю, что я чувствовал больше в этот момент: страх или злость? Наверное, все мои переживания смешались, и теперь я ощущал все одновременно. Но под влиянием моих чувств, я понял одну вещь предельно ясно – Джейкоб не сделает этого. Тут я улыбнулся. Кажется, это был больше оскал, нежели улыбка. Давай, Габи. Не заставляй этому волку загнать себя в угол. — Джейкоб, не говори чушь, — засмеялся я. — Что ты ему расскажешь? — мой голос стал на несколько тонов ниже. — Что я встречаюсь с парнем? Спешу огорчить тебя, но он уже догадался об этом. — Я не об этом… — А о чем тогда? — О том, как Каллены опасны… — Знаешь, что, Джейкоб? Мой отец очень уважает доктора Каллена, думаю, ты осведомлен об этом, — продолжил я, но истерическая улыбка уже пропала с моего лица. — И ему не очень понравится, если ты не назовешь хорошую причину, почему Каллен опасен и почему я не должен встречаться с ним. А ведь у тебя нет весомой причины говорить о таком Чарли, не так ли? Мы сверлили друг друга взглядом, когда Чарли вошел на кухню. За этими разговорами, я даже не заметил, как перестал мыть посуду и развернулся всем телом в сторону Блэка. Как только я заметил отца, сразу отвернулся, домывая последнюю посуду. — Как у вас дела? — поинтересовался отец. Я улыбнулся ему. — Хорошо! Из нас двоих получилась отличная команда по мытью посуды, — засмеялся я, но Джейк не подхватил мою шутку. — Думаю, мы поедем домой, Чарли, — напряженно оповестил его Джейк. — Но ведь игра еще не закончилась, — возмутился мой отец. Я застыл с посудой в руках, ожидая подвоха. Я верил, что Джейк ни слова не скажет моему отцу про меня и Эдварда Каллена, но сомнения все равно были. — Мне завтра на работу в первую смену, — придумал оправдание парень. — Да и отец, наверное, уже устал. Он в последнее время плохо себя чувствует. Чарли лишь кивнул. На такое он возразить не мог. Когда мы вышли на улицу, чтобы проводить Блэков, там уже была кромешная темнота, которую в некоторых местах перебивало старое искусственное освещение от уличных фонарей. — Увидимся на следующей неделе, Чарли, — напоследок сказал Билли моему отцу, а затем посмотрел на меня. Думаю, он надеялся, что его взгляд будет строгим или давящим на меня, что я испугаюсь его. — Габи, будь осторожен. — О, вы тоже. Он устало вздохнул, будто после этих слов я окончательно разочаровал его, и для меня уже нет спасения. Что ж, он прав. Меня уже не спасти. Даже если я сам захочу, я не смогу оторвать себя от Эдварда Каллена. ХХХ Как только мы вошли в дом, Чарли сказал: — Джейк какой-то странный сегодня. Нет, в последние несколько лет он, конечно, ведет себя достаточно необычно, но сегодня он был страннее некуда. Ну, начинается. Пережил одно, а теперь попробуй пережить другое. — Наверное, — просто ответил я, садясь на диван. — Как у тебя дела в школе? — поинтересовался отец. Мой отец не знал, как прийти к этому разговору, поэтому начал с малого. Нам обоим тяжело об этом говорить, именно поэтому разговор должен пройти легче. Никто из нас особо не хочет углубляться, так что все должно закончиться нормально. — Ну… — замямлил я, пытаясь подобрать правильные слова. — Неплохо. Да-да, вполне неплохо. — Тебе нравится школа? Я пожал плечами. — Она отличается от Финикса, впрочем, весь город отличается от Финикса, — сказал я. — Но прикольно. Особенно мне нравятся тренировки. Знаешь, у меня очень классная команда, но… — Но? — переспросил отец. Я вздохнул. — Я почему-то не нравлюсь одному парню из команды. Ладно, решил для себя я, надо довериться Эдварду. Он редко ошибается, поэтому он может быть прав насчет того, что мне надо начать разговор именно с Томми. В конце концов, мне же интересно, почему этот парень возненавидел меня. — Расскажи об этом. — Его зовут Томми. — А, я понял, — кивнул Чарли. — Ты про Томаса Уильямса? Я пожал плечами. — Наверное. Честно говоря, я понятия не имею, какая у него фамилия, — ответил я. — Он просто… ненавидит меня. — Понимаешь, Габи, для Томаса это тяжелый год, — начал Чарли, и по нему было видно, что он переживает за этого парня. На самом деле, мой отец, как шериф маленького городка, всегда переживал за детей, с которыми происходило что-то неладное. Наверное, он чувствовал ответственность за каждого человека, даже если и не имел к нему никакого отношения. Я думаю, это и есть признак хорошего полицейского. — Я очень хорошо знаком с его мамой, и я знаю, как она переживает за него. — Что произошло? — Ничего настолько страшного, чтобы так убиваться, но, знаешь, первая любовь и все такое, — говорил Чарли, а я только кивнул, давая понять, что для меня это знакомо. Да, я знал, как тяжело расставаться с первой любовью. У меня это случилось дважды, но в теле Беллы. Однако от этого оно не переставало быть менее болезненным, потому что второй раз был хуже некуда. Стоит мне подумать об этом и закрыть глаза, как я начинаю видеть мертвые глаза Эдварда, которые смотрят на меня бездушно и холодно. Я стараюсь отгонять эти мысли подальше. Сейчас Эдвард жив. Он жив, он рядом со мной, и в этом мире я не допущу, чтобы с ним и с его семьей случилось что-то ужасное. — Томми со средней школы встречался с одним парнем. Так вот в чем дело. Вот почему Эдвард сказал, что мне стоит начать разговор именно с этого случая. — Они встречались несколько лет, — продолжил Чарли. — Парень Томми был старше его на два года, его звали Аарон. Его отец известный политик, но Аарон жил в Форксе, потому что его отец считал, что школьное образование его дети должны получать в родном городе. Однако в прошлом году он закончил школу, и его отец отправил его учиться куда-то в Скандинавию, изучать международные отношения. — Хорошо, это я понял, — сказал я. — Но почему Томми ненавидит именно меня? — Аарон занимал позицию квотербека, — ответил Чарли так, будто это было самой очевидной вещью на свете. Теперь все встало на свои места. Томми страдал по парню, которого сильно любил, а тут появляюсь я и занимаю позицию его парня на футбольном поле. Было ли это достаточно для ненависти к другому человеку? Нет, думаю, нет. Понимал ли я его чувства? Да, определенно. — Наверное, да, это действительно для него тяжелый год. Тем более, в таком маленьком городе, где все обо всем знают. — Кстати, я хотел поговорить с тобой кое о чем, — решился все-таки отец. — Да…? — очень осторожно спросил я, понимая, куда он клонит. Чарли, видимо для храбрости, отпил немного пива из банки, что немного позабавило меня. Да, не каждый день говоришь со своим совершеннолетним сыном о его ориентации. — До меня дошли слухи, что ты встречаешься с Эдвардом Калленом, — заговорил об этом отец. — Да и ты сегодня приехал из школы на его машине. — Это… все очень сложно, пап, — сказал я первую глупость, которая пришла мне на ум. Я знал, что мы будем говорить об этом, но так и не придумал, какие слова лучше подобрать и что именно ему сказать. — Слушай, Габи, я не знал, что ты гей… — Я не гей, — резко прервал я его, хотя, вот честно, уже сам не верил в свои слова. А если я сам не верю, то и других убедить мне не получится. — Ну… или не совсем гей, честно говоря, я еще не разобрался. Наверное, вся эта ситуация со стороны звучит очень комично, но мне самому сейчас было не смешно. — Я хотел сказать, что даже если ты и гей, то ты все равно останешься моим ребенком, — отец говорил так уверенно, будто долго и тщательно готовился к этому разговору. Ну, хоть кто-то из нас двоих думает над тем, что говорить. — Ситуация с Томми показала мне, что в этом нет ничего такого. Да, сейчас Томми ведет себя не лучшим образом, но на то есть причины. А так он обычный подросток, такой же, как ты или любой другой парень из вашей команды. От этих слов становилось тепло в груди. Все-таки Чарли не только хороший человек, прекрасный полицейский, но и Отец с большой буквы. — Но меня беспокоит, что у тебя какие-то отношения именно с Эдвардом Калленом. Я улыбнулся. На этот раз действительно улыбнулся, тепло и искренне. — Ты просто его не знаешь, — ответил я. — На самом деле, он очень хороший человек. И… он мне нравится. Правда, нравится. И я тоже нравлюсь ему, но мы пока плохо знаем друг друга. — Так вы не встречаетесь? — напрямую спросил меня отец. — Нет, мы не… Ну, ты можешь сказать, что мы встречаемся. Джейкоб, да, я встречаюсь с ним. Я встречаюсь с чертовым Эдвардом Калленом. — Да, мы с Эдвардом встречаемся уже некоторое время, — вздохнул я. — Мы не хотели пока никому говорить, потому что еще не уверены в серьезности наших чувств, — говорил я, импровизируя и ощущая себя полнейшим придурком. — В Форксе нет секретов, — понял мой отец. Я кивнул. — Да. Стоит по секрету кому-то что-то рассказать, как об этом знает весь город. — А мама знает? — Ох, пап… ХХХ Я смог расслабиться только тогда, когда закрыл дверь в свою комнату и наконец остался наедине со своими мыслями. Боже, я смог пережить это день, в конце которого никто не подрался и не умер. И именно это я считаю своим личным успехом. Я открыл окно нараспашку, ожидая прихода Эдварда, а до этого я решил немного посидеть в ноутбуке и переписываться с мамой или со своим лучшим другом. Однако стоило мне только улечься на диван и включить музыку, как Эдвард Каллен появился в моем окне. Он без затруднений забрался в мою комнату и улегся на другой половине кровати. — Как все прошло? — поинтересовался он. Я закатил глаза, убирая ноутбук и поворачиваясь к нему. — Как будто ты не знаешь. Да я уверен, что этот сталкер все это время находился где-то неподалеку в лесу, вслушиваясь в каждое наше слово. — Я-то знаю, — довольно сказал Эдвард. — Но твои мысли читать я все еще не могу, поэтому мне интересно, что чувствуешь ты. Я лишь пожал плечами. — Я не знаю, — честно ответил я. — Не знаю, что чувствую от мысли, что я обманул отца насчет нас. — Ты его не обманывал, — возмутился Каллен. — Обманывал. Мы не встречаемся. — Но ты бы хотел? Этот вопрос обескуражил меня. Я тупо некоторое время смотрел на него, пытаясь разгадать его мотивы, но ничего не приходило мне в голову. Только то, что я тоже нравлюсь ему. Но мне было как-то тяжело принять мысль, что мои чувства могут быть взаимны. Просто потому, что он и его влюбленность в меня никак не укладывались в моей голове, мне сложно поверить и представить это. — Это не имеет значения, — попытался я уйти от разговора, но безуспешно, потому что если Эдварду чего-то хочется добиться, то он приложит все усилия для этого. — Мы говорим о нас, поэтому еще как имеет. Я застонал, спрятав лицо где-то в подушке. — Да, — сквозь зубы ответил я. — Что да? — переспросил Эдвард довольным голосом, я уверен, что сейчас у него улыбка шире некуда. Вздохнув, я сел на кровати. Я думал, что все сюрпризы и самые тяжелые моменты остались позади, но Эдвард не дает мне расслабиться. Я взял его лицо в свои руки и приблизился к нему так близко, что стоило податься чуть вперед и наши губы столкнулись бы. И это был бы прекрасный момент для первого поцелуя, но не это было моей целью. — Это была правда, когда я сказал отцу, что ты нравишься мне, — сказал я, пытаясь говорить внятно и не терять голову из-за его близости. — Ты до безумия нравишься мне, я могу признать это. Но мне так страшно, что ты не чувствуешь того же, что это всего лишь твой интерес ко мне. Из-за моих скрытых от тебя мыслей. Из-за моего запаха, который сводит тебя с ума. И, наконец, из-за моих знаний о тебе и твоей семье. — Габи, я… — Я знаю, — перебил его я. — Что ты думаешь, что это не так. Но ты не можешь знать наверняка. Он был человеком старого времени, чего я тоже боялся. Он человек довоенного времени, когда были другие устои и обычаи. Когда просто так нельзя было поговорить с дамой или позвать ее на свидание, если у тебя нет на нее серьезных намерений. Что уж говорить о симпатии одного мужчины к другому? Что если через некоторое время он поймет, что такие отношения неправильны для него? Но держаться от него подальше я тоже не мог. — Габи, ты не можешь говорить со стопроцентной уверенностью, что я чувствую, а что нет, — говорил он. — Я живу на этой земле уже очень долго, я читаю мысли других людей уже очень долго. За это время я научился понимать других людей. Я понимаю, что такое злость, радость, ненависть или ревность для человека. И я примерно понимаю различия между любовью и любопытством. — Но ты не знаешь, что я скрываю от тебя, — напомнил ему я. — Вдруг это окажется что-то такое, из-за чего ты не захочешь меня больше видеть? Правда, я очень сомневаюсь, что после того, как я расскажу ему обо всем, он захочет оттолкнуть меня. Но у меня закрадывается мысль, что он назовет меня как минимум сумасшедшим. — Ты мне тоже нравишься, Габи, — признался он. — Настолько нравишься мне, что уже ничего не оттолкнет меня. Я усмехнулся. — Ты так уверен в этом? — Да. И он потянулся вперед, намереваясь меня поцеловать. Это был именно тот осознанный момент, когда хотелось именно головой, а не просто порыв чувств. Это был как раз таки тот осознанный момент, когда чувства раскрыты, когда вы оба знаете, чего хотите, когда все неловкие моменты расставлены по своим местам… Кроме… — Подожди, — почти выкрикнул я, тут же закрывая рот рукой. Не знаю, для чего конкретно я это сделал; то ли потому, что боялся, что мой отец услышит, то ли от того, чтобы Эдвард точно не поцеловал меня. Эдвард закатил глаза. — Ну что такое? — раздраженно поинтересовался он. Я истерически рассмеялся, утыкаясь лицом в его плечо, потому что я обломал не только его, но и самого себя. — Прости, просто я… — Ты этого не хочешь? У него был такой обиженный голос, что я засмеялся еще сильнее. — Боже, — сказал я, пытаясь отдышаться и отстраняясь от него. — Ты даже не представляешь, как я этого хочу. — Но? — Но перед тем как мы начнем наши отношения официально, — продолжил я. — Я не хочу секретов между нами. Я хочу рассказать тебе обо всем. — Ты уверен? Я кивнул. — Ты даже себе представить не можешь, насколько. Меня беспокоило, что мы не доверяем друг другу, но сейчас… — Мы можем доверять друг другу. — Ага, поэтому вставай, — неожиданно приказал я, сам вставая с кровати и снимая со спинки стула свое пальто. — Чего? Ох, похоже, заставать врасплох Эдварда будет моим любимым занятием. — Мы едем к тебе домой, — на полном серьезе сказал я. — И зачем? Тут оставаться серьезным я не смог, поэтому улыбнулся. — Чтобы рассказать правду, конечно же. О, ну и познакомиться с твоей семьей, раз уж мы без пяти минут пара. Давай, поднимайся, я уверен, Элис уже ждет нас. ХХХ Было темно, поэтому я не мог сказать, есть ли отличия в доме Калленов от того дома, что был во вселенной Беллы. Но окна были все такими же во всю стену, я видел как горел свет во всем доме и как в гостиной собралась вся семья. — Я немного волнуюсь, — поделился я. — Да, я слышу, как быстро бьется твое сердце, — усмехнулся Эдвард, заезжая в подземную парковку. — Но на пути сюда ты был таким уверенным. Не переживай, Элис предупредила их о нашем приезде, однако она блокирует свои мысли. — Она уже знает, что я хочу сказать, — догадался я. — Она не хочет, чтобы ты знал раньше времени. — Это меня убивает, — застонал Эдвард. — Идем, — вздохнул я и открыл дверь машины. Визуально дом выглядел таким же. Да, поменялось несколько ваз, да и некоторые картины были другими, но, в основном, все оставалось на своих местах. Элис буквально запрыгнула на меня, обнимая меня за шею, когда мы поднялись наверх. — Я так рада, что вы приехали, — весело сказала она. — И, Габи, я тебе верю. — Правда? — переспросил я, когда она отпустила меня. — У меня нет другого объяснения, почему ты так много знаешь о нас, — ответила мне девушка. — Ладно, я молчу, а то мне сложно скрывать от него свои мысли. — Она своим маленьким пальчиком указала на Эдварда, который закатил глаза. — Идемте, — нетерпеливо сказал Эдвард, слегка подталкивая меня в гостиную. В гостиной шло бурное обсуждение. Не знаю, о чем именно, но я уловил фразы «черт возьми», «не доверяю», «это опасно», «готовлю вещи для переезда». Не сложно догадаться, о чем идет речь. Или о ком. Но все они замолчали, как только мы вошли в комнату. — Рад снова видеть тебя, Габи, — поприветствовал меня Карлайл. — Здравствуйте, доктор Каллен. В стороне стояла Эсме, сердце этого дома и семейства. Она была все такая же миниатюрная и красивая, ее рыжие локоны аккуратно лежали на плечах, выглядела она как всегда мило. Она тепло улыбнулась мне и протянула руку. — Рада познакомиться с тобой, Габриэль. Я пожал ее руку, стараясь выбить из головы картинки, где она была мертвая. Она сейчас здесь, она жива, а остальное не важно. — Я тоже, миссис Каллен. Прошу, зовите меня просто Габи. — Тогда я буду просто Эсме. — Как пожелаете. Не знаю, о чем она думала в этот момент, но Эдвард рядом со мной улыбнулся и прошептал ей что-то, еле шевеля губами. — О, Габи, я тоже рад познакомиться с тобой, — неожиданно подлетел ко мне Эмметт, зажимая меня в действительно медвежьи объятия. — Я так много наслышан о тебе. Это же ты украл все внимание и сердце моего брата? — Эмметт… — предупреждающе начал Эдвард. — Эмм, не пытайся меня смутить, у тебя это не получится, — возразил я, выпутываясь из его стальной хватки. Я уже был закален на его шутки, да и я сам умею колко отвечать, если потребуется. — Тем более, я все еще зол на тебя за эти дебильные ставки и танцы. Я разговаривал со всеми ними так, будто знал их много-много лет, что было почти правдой. Но они-то не знали меня совсем, однако моя легкость в разговоре с ними их совсем не смутила. Джаспер стоял в стороне и лишь кивнул мне, когда наши взгляды встретились. По всей видимости, ему до сих пор тяжело справляться с жаждой рядом с человеком. А потом мои глаза наткнулись на Розали. Она не выглядела особо дружелюбной, но, кажется, убивать меня не собиралась. По крайней мере, не при всей семье. — Как твоя голова? — всего лишь спросила она, я думаю, больше из вежливости, нежели из-за беспокойства. — Уже почти не болит, — просто ответил я. — Спасибо за… тот раз. Она лишь кивнула и отвернулась. — Ладно, Габи, если ты уже со всеми поговорил и познакомился, то, может, мы перейдем к делу? — спросил Эдвард. — А тебе уже не терпится, да? — усмехнулся я, ткнув его в бок. — О, а этому парню палец в рот не клади, — весело сказал Эмметт. — Хорошо, приступим, — вздохнул я. — Думаю, не стоит просить вас присесть, потому что в обморок вы в любом случае не упадете, но вы можете мне просто не поверить. — Не беспокойся, все пройдет хорошо, — встряла Элис. — Элис, помолчи уже, — шикнул на нее Эдвард. — Эдвард, где твои манеры? — возмутилась Эсме. — Это произошло в ночь перед моим отъездом из Аризоны, — начал я, надеясь, что Элис не ошибается, и все действительно пройдет хорошо. Я приказал себе взять себя в руки и просто говорить, желательно без остановки, иначе продолжить я вряд ли смогу. — Я проснулся среди ночи и понял…