Прежде, чем я влюблюсь

Сакура сидела на барном стуле и болтала ногами. Глаза ее блуждали по гостиной, осматривая интерьер, и, кажется, отмечали пути к отступлению. Итачи поджимал губы. Ситуация была до смешного идиотской. Полторы недели назад он поцеловал свою напарницу по проекту, нес какую-то чушь, а в конце-концов назвал себя "плохим парнем". Апофеоз идиотизма. А потом отравился какой-то фигней. Вот и ходил уже полторы недели пережеванный и темно-зеленый. Еще и этот проект идиотский. Перед Сакурой было стыдно - каким же придурком она его теперь считает. Полез к ней целоваться, приставал. Но ведь девчонка, кажется, не была против. Верно? Даже отвечала. Так же резко и горячо. С каким-то странным интересом. И вот сидит - ни грамма смущения, стыда, неудобства. А чего ему тогда, Учихе, заморачиваться? Единственно правильное решение - сделать вид, что ничего не было. — Ну что, плохой парень, заниматься будем? - Сакура спрыгнула со стула и принялась копошиться в сумке. Итачи поперхнулся. Игнорировать - не получится. — Ага, - сдавленно промычал парень, удаляясь в комнату за ноутбуком и литературой. Сакура проследила путь уходящего Итачи и решила, что расшибет себе голову об стену, когда уйдет. Этот ж надо! - притащилась к Учихе доделывать его работу, да еще и так бесцеремонно вспоминает недавние события. Но, будучи честной, не могла не признаться хотя бы самой себе - он ее привлекал. Да кого он мог не привлекать? Разве только абсолютно слепую и глухую болотную жабу. И то не точно. Итачи, в отличии от своего брата - Саске, который был ее одногруппником, был мужчиной, в лучшем смысле этого слова. Сформировавшиеся ценности и идеалы, мировоззрение и восприятие окружающего мира, манеры Итачи, его потрясающая внешность, более выразительная, чем у брата, просто сносили Сакуре крышу. Но будучи правильной, милой, до безобразия организованной и серьезной, Харуно было не до влюбленности в парней вроде Итачи, что учился на четвертом курсе и выглядел, как Дьявол. Для Харуно главное - учеба. Поэтому, когда Итачи неожиданно поцеловал ее, мысль о том, чтобы оттолкнуть его, даже не возникла в голове. Этот поцелуй был как вишенка на торте. И пусть день рождения тогда праздновал Саске, самое вкусное досталось Харуно. И теперь при мысли о кухне, Сакуру передергивало. Упаси Господь, там оказаться! — Может чаю? - Появившийся на пороге Итачи чуть не свел Сакуру с ума. Бесшумный, словно не ходил, а летал по воздуху. — Если ты пойдёшь его готовить один, - не задумываясь, ответила Харуно. И чуть не откусила себе язык. Дала ведь себе слово, что не будет напоминать об этом, и тут на тебе. Ох уж этот длинный язык - до добра не доведет. — Ладно, - Итачи поставил ноутбук на какую-то тумбу и потер переносицу, — извини. Я не должен был тебя целовать. Не должен был говорить пафосные речи. Прости, хорошо? Сакуре было так неловко, как никогда. Глупая привычка сначала говорить, а потом делать, часто заставляла ее ввязываться во всякого рода неприятности. И, судя по всему, конца и края им нет. — Оба виноваты. Давай уже займемся проектом и обо всем забудем. Итачи ободряюще улыбнулся. Атмосфера заметно разрядилась и потеплела.