Горнолыжный курорт

Они ещё три дня не выходили из комнаты и остались живы только благодаря Серо, который оставлял еду у порога и быстро уходил, чтобы не слышать всего, что творится за дверью. Но наконец течка прошла, и теперь Киришима мог спокойно поваляться на кровати, без угрозы для своей задницы. - Не расслабляйся, к нам скоро посетители приедут, - Бакуго в привычно ворчливой манере разговаривал с Эйджиро, но действия говорили о другом: он подал парню зелёный чай с мятой. А это "к нам" звучало так по-домашнему и будто показывая , что Кацуки наконец признал, что проиграл Киришиме в этой любовной игре. Когда Эйджиро выполз из комнаты в одних шортах, то столкнулся с Юки в коридоре. Мальчик смотрел на него ошарашенно, но во взгляде можно было прочесть восхищение. - Папа! - Юки бросился на руки к омеги, от чего тот опешил, но вовремя схватил падающее на него тельце. - Чего?! - воскликнул Эйджиро вместе с Кацуки, который уже высунул голову из двери на зов сына. - Мне дядя Каминари сказал, что если Эйджиро выйдет из папиной комнаты в одних шортах и пахнуть от него будет папиным запахом, то тогда он станет моим папой. Это ведь так? - Юки поднял глаза на Киришиму, тот же взглядом спрашивал Кацуки, но он знал ответ наперед, поэтому уже улыбался зубастой улыбкой. А альфа ответил взглядом " Да черт с вами, ты все равно знаешь мой ответ". Омега засиял ещё ярче, погладил светлую макушку и громко сказал: - Да, теперь я твой папа, а ты мой сын! - Ураа! - Юки, заставив Киришиму наклониться, обнял его за шею, затем подошёл к Кацуки и обнял его. Потом стрелой помчался в ванную, но его обогнали два отца, потому что им тоже надо было помыться. В итоге мылись они втроём, Киришима и Юки брызгались в разные стороны водой и гонялись по ванной комнате, в последствии получив два подзатыльника от рассерженного Бакуго. - Эйджиро! Пошел мыться в душевую кабину! Юки, марш в ванную! - тихо посмеиваясь, каждый направился в указанное место, а Бакуго продолжал ворчать под нос, - вот ведь ещё один ребенок на голову свалился, как с ними справляться? - К-а-ц-у-к-и, - пропел Эйджиро, подкрадываясь к Бакуго. - Ну чего тебе, неугомонный? - намыливыя голову, слишком расслабленно спросил Кацуки. - Ничего, - Эйджиро звонко чмокнул альфу в щеку и уже точно убежал в душевую. Угрозы, в сторону скрывшейся в душевой наглой морды, были, но немного и без мата...ну почти, все-таки Юки был в ванной, который тихо смеялся из ванны, прекрасно все видя и слыша. - Вот ведь, - Кацуки потёр щеку, в которую его поцеловали, и на его лице расцвела солнечная улыбка, если у Киришимы она, как лучи солнца, мягкая ласковая, то у Бакуго она и есть солнце - ослепляюще яркая. От такого зрелища омега высунулся из душевой, а Юки так и застыл с мочалкой в руках. От такого внимания к себе альфа возвратился к режиму колючки: - Чё не так?! - Ёжик ты Кацуки, любимый ёжик, - улыбнулся Киришима и продолжил мыться, подмигнул при этом Юки. Когда они помылись, то на столе их уже ждал горячий завтрак, распространяя прекрасный запах на весь дом. Поблагодарив доброго Серо, они принялись есть. Теперь за столом был шум и гомон, но не беспорядочный, а словно журчание ручейка, которые успокаивает напряжённый слух, протекает сквозь грудную клетку, оставляя покой. Кацуки тоже участвовал в разговоре, смеялся со всеми, наконец осознав, что здесь все они члены большой и дружной семьи.

***

Спустя две недели Кацуки должен был ехать в командировку, но отказался от предложения и остался. Как он позже рассказал Эйджиро, что эти командировки не такие обязательные, просто курсы по развитию бизнеса и, как представитель от своего отеля, он иногда участвовал на выставках. Но это все надо проходить 2 раза в год, это только он такой ненормальный, потому что в своём собственном доме ему было неуютно. В качестве поддержки Эйджиро, развернувшись на кровати на бок, прижался теснее к альфе и положил голову ему на грудь. Бакуго обнял его одной рукой за плечо и положил голову сверху на голову омеги, без слов благодаря за поддержку. - Эйджиро, у тебя запах поменялся. - Ну ты меня как бы чуть меньше месяца назад пометил, - не особо вникая в суть этого разговора, Киришима понемногу засыпал. - От тебя пахнет беременной омегой. Ты нормально себя чувствуешь? - все больше бешенство от легкомысленности Киришимы и нарастающее беспокойство терзали Кацуки, - Ты понимаешь, что все-таки забеременел! - все больше закипая, Кацуки переходил на крик. - Слушай, Кацуки, я тебя, конечно, сильно люблю, но будь добр, спи уже. А своё мнение насчет беременности уже давно сказал. - Киришима говорил спокойно, без злости на Бакуго, который в прошлом выслушал кучу истерик про беременность. Омега повернулся к нему спиной, но от этого дальше лежать не стал, теперь прижимаясь к Бакуго спиной. - Эйджиро, вставай! Вставай!!! - Бакуго всеми силами пытался разбудить парня, забравшегося в кокон из одеял, он толкал его, срывал одеяла. - Ну чего? - сонно протянул Эйджиро, разлепляя глаза и смотря на часы на стене. - Что тебе надобно, старче, в восемь часов утра? - Вставай, мы в больницу едем, - уже более спокойно говорил Бакуго, но все ещё стучал босой ногой по ковру. - Твою ж, - Эйджиро рывком поднялся, но от такого действия он не смог устоять на ногах, в то время, как Бакуго уже подлетел к нему, - ну, и зачем? - Доказать, что ты беременный, а теперь одевайся, мы выезжаем через пять минут, - альфа поумерил свой пыл и собирался. Киришима тоже стал собираться, но все было, как во сне, он пытался осознать, что вынашивает их с Бакуго ребенка и через некоторое время он станет отцом. Неизвестность пугала его, но вовремя понявший все Кацуки толкнул его слегка в плечо, показывая, что все хорошо, и он будет рядом. Они приехали в больницу, очереди не было, поэтому они сразу вошли в кабинет. Мужчина-бета поздоровался с ними, попросил Киришиму задрать кофту и приспустить штаны с трусами. Дрожащими руками, проделав все действия, лег на кушетку, которую позже мужчина поднял, чтобы парень был полусидя. Бакуго, видя все это, когда садился слегка ущипнул Эйджиро за руку, а на обиженный взгляд высунул язык, показывая какой омега дурак, если так волнуется от простого УЗИ - это не самое страшное в беременности. Киришима не чувствовал ничего и думал о том, на кого же будет похож ребенок, из мыслей его вывел голос узиста: - Поздравляю! Ребенку уже 6 недель, бьется сердечко. - Спасибо, - радостный Кацуки взял все бумаги и вывел Киришиму из кабинета - Кацуки, я стану отцом? - до сих пор шокированный Эйджиро сидел на лавочке перед больницей, а рядом стоял гордый альфа. - Да, - отвечал Кацуки с гордостью, выпятив вперёд грудь - Я буду отцом, офигеть. Кацуки, я люблю тебя, - Эйджиро смотрел на него все также удивлённо, но вскочил с криками, - Кацуки, мы с тобой станем отцами, а ты вообще во второй раз! - парень со всей силой обнимал. Бакуго в ответ обнимал и гладил по широкой спине, но вскоре снова стал серьезным, - Больше никаких резких движений, а теперь домой - альфа подхватил омегу на руки и понес в машину. Когда они приехали домой, то их уже встречали Серо с Каминари. - Ну что? - спросили почти одновременно. Сидящие напротив на диване Бакуго с Киришимой, от души посмеялись над такой неожиданной слаженностью. - Беременность подтвердилась, уже даже сердечко бьётся, - гордо отчеканил Бакуго, в то время, как Эйджиро спокойно пил травяной чай. В холл ворвался Юки весёлым и шумным торнадо. Кацуки, увидев порывы Денки рассказать все первым, закрыл ему рот рукой, тот все понял и замолчал. Альфа сел на корточки напротив, потрепал рукой такую же светлую макушку, - Юки, сынок. У тебя будет брат, ты будешь с ним дружить? - Бакуго гладил худую шею и почти шептал тихим шелестом ветра. Радостный крик пронзил слух всем присутствующим, и длился он очень долго и иногда комбинироваться беготней вокруг Кацуки и Эйджиро. Мальчик скакал и прыгал со словами: - Папа! Папа! Ураааа! - Юки подбежал к Киришиме и крепко его обнимал. Альфа подхватил сына, извивающегося, как уж на руки и сел рядом с Эйджиро, посадив его на колени, а руку положил на живот своего омеги. Они ещё долго сидели, обсуждая планы на будущее, но Денки, заметив уже засыпающего Юки и замученного Киришиму большим количеством событий, поспешил домой. Родители уложили чудо и сами пошли спать. Эйджиро чувствовал сильную сонливость и немного слабость, поэтому как только вошёл в спальню, сразу лег на кровать (падать он уже не мог). Кацуки аккуратно вытащил из-под него одеяло и лег со спины, ложась на голову выше, как будто закрывал собой, он гладил рукой Киришиму по голове, пока ещё плоскому животу. Омега повернулся к нему к лицом, уткнувшись носом в изгиб шеи, прижался к альфе всем телом. Бакуго обнял несвойственные омегам широкие плечи, но такие любимые. - Эйджиро, я люблю тебя, - прошептал альфа, целуя красную макушку, получив в ответ тихий вздох и счастливую улыбку, он понял, что его услышали и это было также ценно, если бы Киришима ответил.