Наша история, или Любовь под музыку!

Моя прогулка по саду затянулась до часу ночи. Всё это время я просто ходил по тропинкам меж деревьями, раз за разом прокручивая момент выступления и встречу с Михаэлем, который всем своим видом показывал недовольство и раздражение. Он мне завидовал! И это, скажу я вам, чертовски приятно! Я стал уверенней в себе и своих вокальных способностях. Плюс, добавилось чувство превосходства над другими первокурсниками. Ведь я единственный из нашего потока, кто выступил на линейке. Задрав голову вверх, я с глупой улыбкой на лице топал обратно в Академию. Ночной пейзаж приносит спокойствие. Звёзды рассыпаны на тёмном, практически чёрном небе. Эту красоту дополняет молодой полумесяц. Хочется всё это нарисовать и любоваться, только вот руки у меня не из того места растут. Быстренько преодолев расстояние от сада до здания, я как можно скорее поднимаюсь на второй этаж. — Билл, подожди! — окликнул меня незнакомый голос. Я затормозил и обернулся. Передо мной стоял невысокий паренёк и мило улыбался. Похоже, он тоже первокурсник, так как выглядит не старше меня. — Мы знакомы? — задаю интересующий вопрос. И чего ему не спится в такой час? Хотя, молчал бы, сам не лучше… — Нет, меня Натан зовут. Я хотел сказать, что на сцене ты был великолепен! У тебя потрясающий голос! Весь зал ликовал! — восторженно шептало это низкорослое создание. Ох, чёрт возьми, это так приятно! — Спасибо, рад, что тебе понравилось, — улыбаюсь и собираюсь, наконец, уйти в комнату. Но он хватает меня за руку. — Что-то ещё? — Ну… — замялся бедняга. Да ты не боись, я не кусаюсь. – Я, в общем, на гитаре играю. Ты же слышал, что говорил директор? Так вот, я хотел предложить тебе стать дуэтом для зимней сессии, — на одном дыхании выпалил парень. Какой ещё дуэт? Я вроде всё слушал, не пропускал ничего. Кроме как… Ох, я искал себе стул и пропустил некоторые моменты из речи. Ну да, всегда так! Когда слушаешь внимательно, обязательно будут нести всякую ненужную хрень, а как только отвлечёшься, так говорят самое нужное и интересное. — Я, если честно, не знаю ни про какие дуэты. Точнее, не слышал. Давай я всё завтра узнаю, потом ты мне сыграешь, там и посмотрим, — надо отвязаться от него. Я сейчас прям тут упаду и буду спать! — Да, конечно, я тогда подойду в пятницу. Хорошо? — Оk, договорились. Ну, спокойной ночи! — не став слушать его, я просто поплёлся дальше по тёмному коридору, стараясь не грохнуться на полпути. Дошёл до комнаты на полусогнутых ногах. Как же я хочу спать! Открываю дверь… Не успел я сделать и пару шагов, как спотыкаюсь обо что-то и целую линолеум. Бл*дь! Прекрасно, валяюсь на полу в окружении коробок. Откуда они тут в час ночи? Нет ни сил, ни желания что-то делать. Хм…, а не пошло бы всё на х*й?! Так и не вставая с холодного пола, начинаю засыпать. Через какое-то время чувствую, что кто-то поднимает меня и переносит на кровать. Вот это да! До меня медленно начинает доходить, КТО меня перенёс, и как только Том отходит, отворачиваюсь лицом к стенке. В этот же момент распахиваю глаза-тарелочки и тупо смотрю в одну точку. Чего это он? Вот уж чего-чего, а такого я не ожидал. Может он меня и не ненавидит? Хотя, это вряд ли… Наверное, ему стало противно, что я на его коробках улёгся. В том, что это именно его коробки, я не сомневаюсь. Свои-то я давно убрал. Да, точно, так и есть. Не придумывай себе сказки, Билли! Пролежав ещё минут пять, я, наконец, начинаю проваливаться в царство Морфея. И вот, когда я уже почти уснул, снова начинается шевеление на соседней кровати. Внезапно на меня ложится что-то тёплое и мягкое. Плед. Том укрыл меня. Сон как рукой сняло, и я повторно выпадаю в осадок. Да твою мать, Трюмпер, что ж ты творишь?! За один день и ночь раза так четыре точно выпроваживал меня из реальности. Ну, так нельзя! Пожалей мои нервы, которые и так ни к чёрту! Пытаюсь уснуть. НИ-ФИ-ГА! Что я только ни делал: и овец считал, и коров считал, да я даже жирафов считал! Короче говоря, насчитал я уже полный зоопарк, а сон так и не приходил. Мысли-предатели не отпускали, решив поиздеваться надо мной, заставляя думать-думать-думать… И уже под утро, изрядно задолбавшись, всё же проваливаюсь в неспокойный сон.

* * *

Утром я был как выжатый лимон. Спать хотелось ужасно, плюс ко всему ещё и плохое настроение. Тома я не обнаружил, видимо, решил не палиться, и свалил по-тихому. И правильно сделал. Я бы начал злорадствовать, напоминая события вчерашнего дня. Быстро умывшись и позавтракав, я быстро собирался и отправился на занятия. Идя по коридорам к нужной аудитории, мысли то и дело возвращались к действиям Тома. Странный он… То ругается и материт, то вот такие приступы доброты и нежности. Крышу от этого, скажу я вам, сносит нехило. И что с этим делать, я понятия не имею. Да и думать сейчас нет никакого желания. Учёба на первом месте. Пары начинаются в девять, занятия по полтора часа и небольшие перерывы. Первая пара на сегодня это английский язык. Да-да, тут кроме музыкальных предметов есть ещё и обычные, общеобразовательные, но далеко не все. Например, алгебры, геометрии и прочих точных наук тут нет, что, несомненно, радует! Зато есть физическое воспитание. А это уже угнетает, так как со спортом я не дружил никогда. Добежав до нужной аудитории, со спокойной душой вваливаюсь в неё. Народу-то сколько! Ах, ну да, общеобразовательные у нас совместные. То есть, с другими учащимися первых курсов. Вижу Георга и Тома, оживлённо о чём-то болтающих. Подойти или нет — вот в чём вопрос. А чего я собственно колеблюсь? Сосед же не знал, что я не спал ночью. Постояв пару секунд, всё же решаюсь подойти. Но не тут-то было. Ко мне подходит тот самый парень, который дуэт предлагал. — Билл, привет! У тебя всё в порядке? — это чудовище заинтересованно осматривает меня. — Привет. Э-э-э… - запинаюсь, понимая, что не помню имени парня. — Натаниэль, — напоминает рыжик. У него просто волосы рыжие, вот и кличка нашлась. — Или просто Натан. Так у тебя всё хорошо? — Да, всё прекрасно. Извини, я пойду! Мимолётно улыбаюсь парню и отхожу в сторону. — Эй, Билл! — да ёб ты, всем я нужен, блин. — Билл, мы тут, иди сюда! — поворачиваю голову и вижу улыбающегося Георга и Тома, который в упор на меня не смотрит. Немного подумав, я всё же поднимаюсь к парням. Их общество я предпочту с бОльшим удовольствием. — Привет, парни, рад видеть. Георг, как ты? Совсем к нам не заходишь, — приветливо говорю. Том, смотревший в окно, кивнул, как бы подтверждая мои слова. Но кивка, видимо, было мало, и он заговорил: — Кстати, да, нехорошо друга забрасывать! — Ну, знаете, времени нет. С самого переезда мучаюсь! Сосед храпит как трактор. Я уже подумываю прищепку ему на нос нацепить и кляп в рот засунуть. Сил уже нет! — измученно выдохнул Гео. Бедный, мне его жаль! Хорошо, что Том не «поёт» ночью. Тогда я б его точно убил. Словно прочитав мои мысли, Том снова «подал голос»: — Не боишься убить его ненароком? Сейчас я даже рад, что меня с тобой, Билл, заселили, — наконец-то посмотрел на меня. — Ты не храпишь! — и это недоразумение начало смеяться. — А ты откуда знаешь? Что, не спится по ночам, и ты глазеешь на Билли? — слащавым голоском проговорил Георг. Том аж воздухом подавился, а мы с длинноволосым заржали на всю аудиторию. Моё вчерашнее выступление принесло свои плоды, так как до прихода учителя, к нам, а в частности ко мне, подходили многие первокурсники. Все как один говорили одни и те же слова: «Это было потрясающе, ты талант». Ох, я знаю, что я талант, можно не напоминать! Не стоит льстить царю, всё равно пользы вам от этого не будет! А потом пришла училка. Должен сказать, что на учительницу она мало была похожа. Молодая, симпатичная, короткая юбка, блузка с большим вырезом декольте, распущенные волосы и мягкий приятный голос. Звать Оливия Хаинз, двадцать три года, работает первый год. Короче говоря, под её очарование попали все, и пара прошла на удивление легко. После английского была музыкальная литература. Так как это не общее занятие, на эту пару шли только вокалисты. Нас десять человек. И как назло, учитель попался хреновый. Стал втирать, что его занятия прогуливать нельзя, что будет заваливать всех и вся, и поблажек у него нет. А ещё поносил про то, что мы, как вокалисты, просто обязаны знать композиторов, их биографии и творчество. Задрал, короче, сильно. После литературы я поплёлся в библиотеку. Проторчал там, наверно, с час, очередь была огромной. В итоге: нереально тяжёлый пакет с учебниками, партитурой и ещё кучей всего. По дороге «домой» раз десять чуть не упал. Такому хрупкому и нежному созданию как я противопоказано таскать такие тяжести! Ну, в общем, допёр я всю эту макулатуру, расставил по полочкам и со спокойной душой пошёл в сад.

* * *

Вечер наступил как-то слишком быстро и встретил меня весьма необычно. Не успел я зайти в Академию, как меня снес ураган по имени Георг. Глаза горят, волосы дыбом, сумасшедшая улыбка до ушей, весь какой-то дёрганый. Пора звонить девять-один-один. — Билл, Билл, ты слышал? Старшие устраивают в своём общежитии вечеринку для нас, первокурсников. В честь поступления и начала обучения! — Нет, не знал. И что? — устало вздыхаю. Нет у меня желания куда-либо переться ради развлечения. Спать хочу. — Как это что? — смотрит на меня, как на инопланетянина. — Мы обязаны пойти! Там же все первокурсники будут! Давай, собирайся, через полчаса начало! — оживлённо тараторил Листинг. — Да не пойду я никуда! Отстань, я иду спать — О-о-о, ну ты многое теряешь, но заставлять не буду. Тогда спокойной ночи что ли. Хотя какой, нахрен, ночи, сейчас только девять вечера! — Ну и плевать. Я устал. Всё, Гео, давай, пока, — развернулся и ушёл. Вот так просто. Войдя в комнату, застукал такую картину: Том стоит на коленях, выпячивая зад, голова под кроватью и оттуда слышен отборный мат. Распирает на «ха-ха», но я молчу, хочу ещё немного полюбоваться открывшимся видом. Я точно извращенец! — Долго раком будешь стоять? Хотя, знаю, это намёк, да? – Том, ударившись затылком о кровать, вылез и смотрит на меня убийственным взглядом. — Да, намёк! И что дальше? — ошарашенно смотрю на него. Я просто дар речи потерял от этого заявления. — Ну и рожа, — этот осёл заржал на всю комнату — Боже, ты бы видел себя, — не унималась нечисть. – Ой, Билл, знаешь, говорят, смех продлевает жизнь, смотря на тебя, я буду жить вечно! — Пошёл в задницу, ещё одно слово и я тебя запихну башкой в унитаз, чтоб мозги промыло, придурок! — однако меня это сильно задело. И чего я так взбесился? — Всё, мученик, я ушёл на вечеринку, не скучай! С этими словами Том выскочил из комнаты, а я потопал в душ. Прохладная вода немного сняла усталость и напряжение. Потом горячий чай с вишнёвым джемом и нужно сделать задание по музыкальной литературе и английскому. Закончив все дела, я лёг на кровать и стал перематывать весь сегодняшний день. Хоть и не хочется этого признавать, но с приездом Тома жизнь стала веселее. Каждый день что-то новое, что-то из ряда вон. Хах. Если так будет всё время, я точно буду жить, как сказал сосед, вечно. Уже полдвенадцатого, завтра три пары и поход в бассейн. Я офигел, когда узнал, что тут ещё и водные занятия проводятся. Блин, как же круто. Но пора спать.

* * *

Ночь. К сожалению, у меня всегда был чуткий сон. Вот и сейчас эта чуткость заставляет меня проснуться от непонятного шороха. Поворачиваю голову и вижу Тома, который ввалился в комнату и чуть не навернулся о тумбочку. Так, время три часа ночи. Вот это повеселились. Еле как ковыляет в ванну и запирается. Я же, поудобней устроившись, снова начинаю проваливаться в сон. Но заснуть мне было не суждено… Этот придурок вышел из душа и всё-таки ударился ногой о тумбочку с обувью. И снова маты, да такие, что уши в трубочку сворачиваются! Но это ещё цветочки! То, что произошло дальше, напрочь выбило меня из колеи. ЭТА ПЬЯНЬ ПОЛЕЗЛА КО МНЕ В КРОВАТЬ! При этом пихаясь и ворча, какие тесные стали койки. Я растерялся. А Том перелез чрез меня к стенке и начал спихивать меня на пол. — Эй, петух общипанный, а ну пошёл к чёрту с моего места! — возмущённо кричу. А ему хоть бы хны… Вот скотина! — Трюмпер, ПОДЪЁМ! — хрен. Тишина! — Ну, ты, чучело болотное, да я тебя… Ай! — эта пьянь скинула меня с кровати! Круто. И снова у меня поцелуй с полом. Вот же гад ползучий. Посмотрим, как ты утром запоёшь, когда проснёшься НА МОЕЙ кровати. Встаю и ложусь на место Тома. Так непривычно, лежу и смотрю на соседа, он в одних труселях, посапывает в мою подушку. Блин, наверно, ему холодно. Надо накрыть, что ли. М-да, история повторяется, блин. Только теперь я накрываю Тома пледом. Ложусь обратно на место соседа. Вкусно, однако, пахнет. Уткнувшись в подушку, втягиваю приятный запах его парфюма. Ещё немного покрутившись, наконец-то засыпаю.

* * *

Как и ожидалось, утро выдалось весёлым! Я проснулся первым, но упорно продолжал лежать, дожидаясь эту пьяную рожу. Сосед не заставил себя долго ждать. Буквально через двадцать минут он открыл глаза и уставился в потолок. Сначала я подумал, что его переклинило, так как пялился он долго и почти не моргая. Но внезапно его глаза округлились и стали бегать по комнате. Потом резко сел и снова свалился, хватаясь за голову. Так тебе и надо, скотина пьющая. Постанывая и охая, он всё же сел и стал осматриваться. — Евпатий коловратий! Что за хрень?! Каулитц, ты какого чёрта на моей постели? И что я на твоей забыл?! — Боже, дай ему по роже! У меня сейчас начнётся истерика. — И это говорит монстр, который припёрся в три часа ночи пьяный, воняющий дымом. Тот, кто САМ полез на МОЮ кровать, более того, спихнул меня с неё! Ты издеваешься, дубина?! Том смотрел на меня оху*вшим взглядом. Ещё бы! — Ам, блин, я ни фига не помню! — и снова валится на подушку. Мою подушку! — А ну живо поднял свой зад, и на занятия! — встаю и подхожу к Тому, который, похоже, ближайшие пятнадцать минут вставать точно не собирается. Хватаю его за ногу и начинаю тащить с постели. Не ожидавший такого поворота, Трюмпер, не успев схватиться за спинку кровати, падает филейной частью на пол. А я быстренько сваливаю в ванную, чтобы Том не прибил за пострадавший зад. Умывшись и причесавшись, со скоростью торпеды выбегаю из ванны и несусь на кухню. К моему счастью Том даже и не думал меня калечить, а просто усмехнулся и пошёл принимать душ. Сегодня я решил не краситься, поэтому достаточно быстро собрал сумку и убежал на пары. Дальше всё шло по расписанию. Занятия, бассейн, который мне безумно понравился, уроки, прогулка по саду и спать. Том в этот день на пары не пошёл. Зато когда я вернулся, он приготовил весьма вкусный обед в качестве извинения за ночную выходку.

* * *

В таком темпе прошёл первый месяц обучения. Натаниэлю в дуэте я отказал. На индивидуальных занятиях по вокалу учитель стал нагружать меня сильнее других. Оказалась, моё выступление на первое сентября его сильно зацепило, и он хочет в будущем записывать меня на конкурсы! А Том стал одним из лучших не только среди первокурсников, но и второкурсников. В общем, вниманием мы были богаты. Учились почти отлично. Только меня учитель по музыкальной литературе старался завалить при первом удобном случае. Его, видите ли, моя привычка краситься не устраивает! А как-то он даже попытался заставить смыть всю косметику. Так я его чуть не послал. Потом пришлось писать объяснительную декану. К счастью, всё закончилось удачно и без жертв. Но, как говорится, покой нам только снится. На нас стали давить вторые курсы. Были даже угрозы, типа: «Не вы*бывайтесь, детки, а то помнём мы ваши мордашки». Мне сначала было не по себе, и я предложил обратиться к директору, но Том сказал, что это глупости, и нам попросту завидуют. После того ночного случая мы стали довольно хорошо общаться. Что-то поменялась, и это «что-то» нравилось нам обоим. Я даже не думал, что с Томом может быть так интересно. Мы могли проболтать весь вечер, ни разу не повторившись. Наша странная ненависть, зародившаяся при нелепых обстоятельствах, сходила на нет, и мы раскрывались друг для друга. Я был обескуражен, когда однажды Том завалился в комнату с шоколадным тортом и сказал, что мы должны съесть его вдвоём как знак примирения. Немного детская выходка очень меня позабавила. По прошествии месяца я понял одну простую истину… мне он стал нравиться. И, к большому сожалению, не только как друг. Но пока я не думаю об этом, рано ещё.

* * *

И однажды все записки с угрозами стали перерастать в реальные действия. Утром после душа я, как обычно, потопал на кухню готовить завтрак, пока Том досматривал сны. Когда всё было готово, я пошёл будить парня. — Эй, сосед, а ну проснись и пой! Точнее, играй, — потряс его за плечо. И, как всегда, ноль эмоций. — Подъем! — ору прямо в ухо. — Ты, бл*дь, больной, Каулитц! – ох, ну и крик. — Ты решил меня заикой оставить? Ещё раз так сделаешь, я специально раньше встану и разбужу тебя путём незапланированного душа! — Чего? — Воду вылью на тебя, наглая ты морда, холодную причём. Придурок. — Всё, хватит орать. Ну, прости, не хотел пугать. Зато, смотри, сработало, ты встал! — Ещё бы, твой ультразвук кого хочешь разбудит. — Э-э-э… ты не обижай меня. А то однажды проснёшься приклеенным к кровати, — и милая улыбка маньяка. — Ну и рожа, сгинь, нечисть! Я в душ. — Оk, я там завтрак приготовил. Давай быстрее. — Хорошо, хорошо. Том в ванной, а я на кухне попиваю горячий кофе. Через пятнадцать минут присоединяется сосед. — Мне сегодня надо к Фрау Нойманн забежать, доклад по мировой культуре сдать. — О, спасибо за завтрак. Что, у неё снова загон на доклады? На прошлой неделе она заставила одного паренька со второго курса на сорок листов доклад строчить. — Жуть, мне, можно сказать, повезло. — Угу, ну фто, я пофти доел, фаф подём. — Том, ты достал уже, — начинаю смеяться, у него такая милая рожица, ну прям одно умиление. — Прожуй сначала. — Всё, говорю, доел я, пошли уже. — Ты моешь посуду! — С какой радости? — Потому что я завтрак готовил. — Блин, да, это аргумент. Со смехом идём обуваться и на занятия. Толкаю дверь, чтобы выйти из комнаты, но она почему-то не поддаётся. — Том, я дверь открыть не могу, — снова дёргаю ручку, толкаю несчастное дерево. Никак! — Что, у мальчика силушки богатырской маловато? — Заткнись, я серьёзно. Она не открывается! — Отойди и смотри как надо! — пафоса-то сколько. Том наваливается на дверь, бьёт её, толкает, пинает, даже словесными угрозами типа: «Если не откроешься, я тебя выбью», — поливает. Но ничего не происходит. Не получается. — Ага, я смотрю, ты прям мастер, — без сарказма никуда. — Да что за фигня! Раньше такого не было. — Может, заклинило? — Возможно, но отсюда нам по-любому не выбраться. Что делать? Прыгать из окна я не собираюсь. — Позвони Георгу, пусть он позовёт кого-нибудь. — Слушай, хорошая идея. Сейчас всё будет, — достаёт телефон и набирает номер. — С добрым утром, страна! — … — Не завидуй моему счастью! — смеётся — У меня просьба, Гео, мы с Биллом выйти из комнаты не можем, похоже, дверь заклинило. Ты не мог бы подойти помочь? — … — Понятия не имею, у нас не получается. — … — Хорошо, с меня коньяк и удавка для твоего сожителя! — отключается и поворачивается ко мне. — Ну, всё, сейчас придёт. — Хорошо. Боюсь представить, для чего удавка! Надеюсь, до убийства не дойдёт. — Много будешь знать, мало будешь спать! А про убийство — не обещаю! И тут в дверь начинают ломиться. При этом с той стороны слышен просто дикий смех и какой-то скрежет. — Что это? Гео с утра выкурил марихуану? — смотрю на Тома, он тоже в непонимании. — Сам не знаю… Подходим к двери и слушаем. Смех так и не прекращается. Всё-таки я прав, Гео обкурился, наверно! — Вы там как, заложники? Сейчас я вас вытащу! — орёт это укуренное создание по ту сторону двери. — Побыстрей давай! Мне ещё доклад сдавать. Если опоздаю, не видеть мне зачёта. — Не парься, — подходит Том и кладет ладонь на моё плечо. Так приятно. Ещё минут десять мы слушали странные звуки с той стороны, мне уже страшно! Да и Том явно нервничает. И когда, наконец, дверь открылась, мы застыли на одном месте, а Гео снова рассмеялся. — Это что за хрень? — в полном шоке говорит Том. — А я знаю? — в такой интонации отвечаю Смотрим на эту «красоту», не в состоянии что-либо сказать. Георг, наконец, заткнулся и похлопал нас по спине. — Даа, кому вы так насолили, что вам уже такие сюрпризы устраивают? Немудрено, что вы выйти не смогли. Короче говоря, кто-то додумался обклеить ВСЮ дверь скотчем, да так сильно, что без помощи ножа явно не обошлось. А рядом с ногами Георга валялись гвозди… Охренеть! Поверх скотча были приклеены картинки из порно журналов. В основном это были голые задницы. В итоге, на первую пару мы дружной троицей не явились. Пока отдирали это «произведение искусства», я обнаружил новую записку с текстом: «Нейтон Лойс желает вам доброго утра». Том аж покраснел от гнева. — С*ка. Я урою этого Нейтона! — В очередь, Том, я первый. Из-за этого козла мне теперь придётся долго отчитываться перед Фрау Нойманн! Тварь. — Билл, как считаешь, если мы подпортим жизнь этому паразиту, нас будут ругать? — с хищной улыбкой говорит сосед. — А тебе не плевать? Я лично хочу устроить этой гниде разбор полётов! — Плевать. В таком случае, господа, это начало войны. За*бался я уже со всеми этими угрозами, а это, — указывает на дверь, — уже все границы переходит! Георг, наблюдавший за нами всё это время, радостно завопил и обнял нас за плечи: — Ну, братцы, я с вами. Когда такое веселье намечается, я не могу остаться в стороне! — О, да, Гео, будет очень весело. После полной «очистки» двери, мы разбежались по кабинетам, договорившись после пар встретиться в саду. Ну, всё, Нейтон, ты нарвался!