II
21 марта 2018 г., 06:27
*POV Андрей*
— Андрей, мы уехали! — Этим криком моих родителей и громким хлопком двери начался мой выходной. Я продрал глаза, взглянул на телефон… было уже за полдень. Раскинув конечности в разные стороны, я с довольным стоном потянулся и вскочил. Наконец наступил промозглый ноябрь, а с ним и праздники. Можно было валяться целыми днями дома, ничего не делать… Одевшись в домашнюю мешковатую одежду, я уже было включил компьютер, но тут меня ждала настоящая подстава — интернета не было. На столе была записка от родителей, в которой было сухо сказано, что им срочно понадобилось на дачу. Перспектива сидеть дома в одиночестве без развлечений меня отнюдь не согревала, как и дождь, барабанящий по подоконнику. Подумав, я решил написать своему лучшему другу, Сане. Мобильный интернет, к счастью, работал, и я, стал дожидаться его, параллельно ища нам занятие. Кроме колоды карт и обширного отцовского бара я не нашел ничего, но, как мне подумалось, с этим соскучиться нам не удастся.***
Саша пришел лишь под вечер. Обменявшись рукопожатиями, дружескими подколками и пинками, мы зашли на кухню. Я поставил два стакана на стол и поручил ему перетасовать колоду, пока я буду разливать алкоголь. Мать к отцовскому алкоголю не прикасалась, а он, когда ему хотелось выпить, всегда был слишком занят своими мыслями, чтобы замечать, что какая-то бутылка опустела наполовину, поэтому я был абсолютно спокоен. Стаканы наполнились, подзатыльник за попытку подтасовки отвешен и я сел напротив Сани, улыбаясь и предвкушая веселье: — Раз уж ты настолько слаб, что без подтасовки играть боишься, может на желания? У него в глазах загорелся азарт и он стал нетерпеливо раздавать карты: — О-о-о… — Протянул он, едва сдерживая смех, — ты об этом еще успеешь пожалеть! Козырная шестерка, мой ход! Я хлебнул из стакана, и тепло растеклось по моему телу. Игра пошла не совсем хорошо — уже через десять минут мне пришлось снять штаны и намочить свою задницу под дождем, высунув ее в окно под гневные крики странной бабки из дома напротив. Это было нечестно, ведь я сам хотел это загадать. Взяв реванш, я не придумал ничего лучше, чем заставить Саню кукарекать из-под стола. Азарт в паре с алкоголем взяли свое. Мне стало жарко, и ни капли не стесняясь, я разделся до трусов, оголив довольно мускулистое и подтянутое тело. Что поделать? То, что для многих было изнурительной диетой, для меня было привычным режимом уже лет пять. Готовить и тем более есть мне всегда было скучно, и я нашел свое спасение в кашах и огромном количестве воды. Уже в шестнадцать у меня появился четкий мышечный рельеф, на который Саня буквально залип. Я рассмеялся: — Братан, если ты завидуешь, так и скажи. А если нет, то я, пожалуй, спиной к тебе поворачиваться не буду… — я перетасовал колоду и стал раздавать карты. Вскоре, когда количество исчезнувшего алкоголя приблизилось к опасно заметному уровню, я замел все следы нашего присутствия на кухне, и мы переместились в мою комнату на кровать. К тому моменту я уже неуклюже станцевал для Санька стриптиз, отомстив ему при следующей моей победе, загадав немного тверка.***
Проиграв снова, я ехидно посмотрел на Сашку, нарочно раздвинув ноги. Алкоголь взял свое — я вновь видел в нем скрытые женские черты, которые в трезвом состоянии были для меня скрыты. Его еще не сломавшийся не грубый голос казался по-женски нежным. Тонкая талия, широкие бедра, упругая попка — все это мне казалось обычным и мужским, пока мой организм не считал себя отравленным и не требовал продолжить свой род. Сейчас же… передо мной будто сидела девушка, изо всех сил притворяющаяся парнем. — Поцелуй меня в губы. Я почувствовал, как тепло растекается по всему телу от моего паха. Обычно такое ощущение было во время просмотра фильмов для взрослых и сигнализировало о том, что я возбудился. Чувствовать это сейчас было очень странно, ведь передо мной сидел парень, несмотря на все мои пьяные иллюзии и фантазии. — Ну? Или ты боишься? — Давил на меня Саня, улыбаясь. Глаза его блестели, но взгляд был уверенный и ровный — он будто бы и не опьянел вовсе, а просто был навеселе. Я неуверенно поерзал. Тело будто бы даже хотело этого, даже ниже пояса было какое-то неловкое шевеление, но я понимал, что это неправильно, мы же оба парни. Смогу ли я жить, осознавая, что я гей? Но с другой стороны, он классный… Веселый, надежный, всегда поймет, придет на помощь… почему бы с ним не… Боже, о чем я думаю? — Интересно, как в классе все отреагируют на то, что ты трус? От этого мой пьяный разум пробило жаром. Нет, я не трус. Я мужик и я докажу это, чего бы мне это не стоило. Я всегда держу свое слово, будь то договор, спор или проигрыш. Но как только я стал приближаться, моя уверенность стала постепенно испаряться, и будто тысячи голосов в моей голове шептали лишь слово «Гей». Я тряхнул головой и уверенно, хоть и неуклюже из-за алкоголя, коснулся своими губами Сашиных губ. Спустя пару касаний я насильно окунулся в иллюзию, что передо мной все же девушка, и в моих движениях наконец появилась твердость и настойчивость, преследующая меня с нормальными представительницами слабого пола. Однако, войдя в раж, иллюзия отступила, но я не почувствовал стыда или отвращения. Его пухленькие мягкие губы по очереди оказывались между моими. Руками я обнял его за женственную талию и прижал к себе, чувствуя, как он часто и странно дышит. Новая волна жара прокатилась по моему телу и я уперся пахом в его живот, только сейчас осознав, что происходящее вызвало у меня эрекцию. Вкупе с алкоголем она окончательно снесла мне голову и я ощутил приятную дрожь по всему телу. Теперь это была настоящая страсть. Мои губы стали медленно спускаться по его нежной коже — сначала щеки, скулы, ушки, затем тонкая шейка, ключицы… Я даже расстроился, вскочив от хлопка двери, и убрал руки от пуговиц Саниной рубашки. Наспех одевшись, я дыхнул себе в руку, и убедившись, что от меня не пахнет ничем, кроме его дыхания, наконец ощутил стыд. Кошмар, я гей… настоящий педик! — Уже поздно, меня дома ждут… — В Сашиных словах едва улавливалось разочарование. Ну хоть не я один такой… — Да, иди… — Ответил я, отведя взгляд и почесывая затылок. Выходить из комнаты не хотелось — я бы не смог посмотреть матери в глаза после такого, поэтому я просто собрал карты и стал готовиться ко сну, благо было уже за полночь. Услышав, как Санек поздоровался с моей мамой, я попытался задушить себя подушкой. Такой позор… нельзя, чтобы кто-то узнал о произошедшем до моей смерти.
