Destroyed

Медленно двигаюсь по школьному коридору среди кучи подростков. Я проигнорировала тысячу сообщений от Эдди, о том, что друзья могут забрать меня из дома, ведь сегодня я решила побыть в одиночестве и поэтому выбежав из дома в ужасную рань, я понеслась в знакомую забегаловку на углу улицы, которая находится за пару кварталов от нашего дома. Мной действовало нежелание объяснятся с тетей о вчерашнем вечере, и в общем разговаривать с кем-либо я не хотела. К счастью, мое настроение поменялось в лучшую сторону, после невероятно вкусных блинчиков. Я получила книги и расписание еще около недели назад на школьных сборах, поэтому регистрация на входе обошла меня стороной, чему я безусловно рада. Резать руки об бумагу с ненавистными активистами — единственное, чего мне не хватало этим утром, для полного счастья. Продолжаю продвигаться по холлу ненавистного здания, решая, что подойти к информационному стенду все-таки нужно. Кроме набора в футбольную команду, вижу список новых учеников старшей школы Дерри. Провожу пальцем по фамилиям с хмуростью останавливаюсь пальцем на букве «Х», но не обнаруживаю нужную фамилию. Неужели опекуны парня не отправили его в школу. Он же обещал. Поникши гляжу на стенд, желая сорвать этот листок, но лишь с разочарованием вздыхаю, опуская руки. Решаю просто продолжить поиск своих друзей. Дохожу до выхода из школы на задний двор. Вздыхаю, прежде чем толкнуть двери, ведь стопроцентно знаю, что ребята там. И я не ошибаюсь. Прохожу внутрь, видя, как неудачники столпились под тополем, который обычно являлся «курилкой». Эдди держит телефон над ухом, при этом о чем-то бурно переговариваясь с приятелями. Наблюдаю, как Беверли первая обращает свой взор на меня, и я поджимаю губы. За ее взглядом прослеживает Бен, начиная заметно махать широкой ладонью, привлекая внимание всех остальных. Среди них не обнаруживаю только Билли и Майка, с последним вопросов не возникает, в отличии от Денбро. Не успев толком подойти и поздороваться, как на меня уже набрасывается Эдди с горой вопросов о моем умении игнорировать. — Ты же в курсе, что я позвонил тебе двадцать раз и отправил десять сообщений? — вопросительно поднимает брови с недовольством глядя на меня. — Извини, мам. Я выключила телефон. — хихикаю и мне довольно хлопает Ричи. Ловлю на себе взгляд Беверли, но не поворачиваюсь, ведь строить из себя обиженную девочку проще. Хотя не держу зла, только до сих пор не понимаю почему за эти два дня она со мной не попыталась связаться. Думаю, что, когда мы поговорим, все прояснится. А пока, буду ждать, что она сделает первый шаг на встречу. Не замечаю, как Тозиер забирает мое расписание из рук, внимательно изучая предметы, при этом поглядывая в чужие листки. — У нас с тобой совпадает три предмета, на одном из них с нами Эдди и Бен, а на одном Беверли… — начинает говорить, а ребята улюлюкают в ответ. Не вникаю в разговор, и еще сильнее отвлекаюсь от темы обсуждения, когда моей руки касается чья-то теплая ладонь. Поворачиваю голову, замечая Беверли Марш. Она улыбается и пока все отвлечены тянет меня к входу в школу. Минуем школьный коридор, выходя к забору. Плюхается на траву, доставая сигареты, а я кручу головой, убеждаясь, что нас не спалят. Девушка молчит, выдыхая дым и я присаживаюсь рядом в ожидании того, ради чего она меня сюда привела. — Извини меня, — смотрит на небо вздыхая, — Я поступила очень плохо. — И почему ты меня прогнала? — перевожу взгляд на нее, но она не смотрит в ответ. — У меня был очень тяжелый день. Все получилось совсем не так, как бы мне хотелось. Поэтому я на всех срывалась, — смотрит на меня, медленно растягивая губы в улыбке, — Ты просто оказалась не в том месте, не в то время. Я готова ее простить, и все мое зло куда-то исчезает, как только я вижу ее улыбку. У меня нету желания злится на рыжеволосую, нету желания продолжать ссору, которая началась на почве проблем. И я сама могу понять ее, ведь, когда у меня был сложный период в жизни, мое состояние ничем не отличалось от состояния девушки. Вздыхаю медленно опускаясь на траву спиной, подкладывая руки над головой. Не думаю, что сейчас она захочет говорить о Денбро, ибо пока у нее хороший настрой, а портить его своими расспросами — я не собираюсь. Буквально минуту лежу в таком ожидании, ведь знаю, что следует после извинений. — Мир? — вижу, как девушка находит что-то в своем кармане, и я возвращаюсь в былое положение. Вижу, как она откусывает от жвачки половину, оставляя кусочек и мне. С улыбкой принимаю вторую половинку, глядя на Бев. -Мир. Закидываю в рот сладость, и обнимаю девушку. Ведь за все время это стало нашей маленькой традицией. Объединять нашу дружбу жвачкой.

***

Первый день учебы — отстой. Даже если ты толком не учился, я поняла, что учиться это не мое, после того, как в седьмом классе мое «отлично» начало опускаться до «хорошо», а в восьмом до «удовлетворительно». На английской литературе я в классе с Беном и Эдди, и поэтому парни идут по бокам от меня. На предложение Эдди отметить с ними начало, я отказалась сказав, что с меня тусовок хватит, и отчасти это правда. Более уважительная причина — это поиск работы, которая мне просто необходима. Прощаюсь с ребятами, решая, что закидывать вещи домой не буду, сразу пойду туда, где я была утром. С утра хозяина не наблюдалось, поэтому надеюсь, что Ренди сейчас у себя. Мы с ним неплохие друзья, возможно он сможет подкинуть работенку по старой дружбе. Идти до этого местечка от школы около двадцати минут. Иду размеренным шагом, зависая в своих мыслях. Честно, понятия не имею, где смогу зарабатывать хорошие суммы денег. Если с «Забегаловкой Ренди» ничего не получится, то и представить не могу сколько времени мне потребуется на поиск работы. Добираюсь даже чуть медленнее, чем предполагалось. Подхожу к порогу, открывая дверь и звон колокольчика оповещает обедающих о моем присутствии. Вижу знакомого человека, за барной стойкой, подхожу и мужчина здоровается со мной. — Здравствуй, Джек, — звонко кладу руку на стойку, — А Ренди у себя? — выжидающе смотрю на него, будто та секунда, которую он молчит, может повлиять на все, что сейчас происходит в мире. — Да, но не думаю, что стоит тревожить… — недоговаривает, ведь я перебиваю его, минуя барную стойку. — Спасибо, Джек. Ты настоящий друг. Прохожу на кухню, здороваясь с каждым поваром и официанткой, ведь когда-то давно, здесь еще работала моя тетя. Пробираюсь к главной двери и набираясь духа, стучу. Не дожидаюсь ответа, проходя внутрь, присвистывая. — Привет. Мужчина выглядит поникшим, помимо его выражения лица, это показывает открытая бутылка хорошенького виски, и стакан с напитком, который он подносит к губам. — Да, да. Ты что-то хотела? — в очередной раз от меня отмахиваются, словно от назойливой мухи, но я не собираюсь отступать, опуская руки, закрываю на это глаза, начиная говорить о том, ради чего я сюда пришла. — Мне срочно нужна работа. Считай просто необходима! — выразительно вскидываю руками, в воздухе прорисовывая глобальность этой проблемы. — Как же ты не вовремя. — и снова не в то время и не в том месте. Вопросительно смотрю на мужчину, и он продолжает. — В последнее время мы на грани закрытия, — он опускает лицо в ладони, — мне придется сокращать всех сотрудников, а ты со своей работой. Сглатываю, чувствуя неловкость, бурчу что-то вроде «мне жаль». И пулей выметаюсь из кафе, чтобы не смотреть в глаза всем этим хорошим людям, так как скорее всего они не знают. На выходе достаю телефон, но тот не включается. И он не мог разрядится, ибо заряжался всю ночь. Он давно был на грани смерти, но та пришла как всегда не вовремя. От обиды швыряю аппарат в мусорный бак у входа. Касаюсь шрама, сквозь одежду. И глубоко вздыхаю, направляясь к телефонному аппарату. Иногда в погоне за легкими путями люди принимают неправильные решения. И в данный момент я тоже сталкиваюсь с этим. Звоню на выученный наизусть номер. И после многократных гудков, понимая, что сдаваться я не собираюсь, и могу потратить хоть всю мелочь на дозвон, на том конце провода мне отвечают: -Кому там я, черт возьми, понадобился? — ругательства, которые по идее не должны были быть услышанными, все равно доносятся до моих ушей, и я закатываю глаза, — Ало, это заправка на Уолл-Стрит, и мы не работаем. — от сбрасывания трубки, меня спасает мой прорезавшийся голос. — Джонни, это я. Есть разговор. Буду у тебя через двадцать минут. — не успеваю выслушать недовольства, кладя трубку. Неправильное решение принято. Поздравляю.