Господа стихийники

Все пошло так, как предполагал Мибао. Он прилетел в Японию спустя неделю после того, как договорился о сотрудничестве с Лоло, и сразу же встретился с ней, не теряя времени зря. Лоухан смогла убедить свой клан, что опасности больше нет. Это развязало ей руки и дало беспрепятственно выходить из дома Сэндо, благодаря чему она на следующий же день после прилёта лидера клана Лу смогла с ним встретиться. Они разработали план. По этому плану, девушка должна была устроить в доме своей родной тети суматоху, панику, любым возможным способом. Остановились на пожаре. В море огня все будут думать о своём спасении, а не о том, кто проникнет в дом. Предполагалось, что в этой суматохе Лу Мибао сможет увести из дома Читосе без каких-либо проблем. Домочадцы слишком сильно будут заняты пожаром. Ее отсутствие заметят только после того, как пламя будет потушено. Но тогда будет уже слишком поздно что-либо предпринимать. — А как насчёт моей просьбы? — Лоло чуть насупилась. Пусть она была не в том положении, чтобы отстаивать перед этим человеком свои права, однако правила Золотого Треугольника она знала хорошо, не даром дедушка обучил её всему, что нужно знать той, кто унаследует место лидера одного из кланов. Обещания в триаде выполняются. Всегда. Не смотря ни на что, обещанное требовалось выполнить, иначе веры человеку, нарушившему обещание, в триаде нет. Она была уверена, это знал и Лу Мибао. Он должен был придерживаться этого принципа, если хотел встать во главе Золотого Треугольника. Никто не станет подчиняться лидеру, которому нельзя верить. — Тем, что я тебе обещал, займёмся позже, — нетерпеливо отмахнулся молодой мужчина. — Мне нужна госпожа Чи. Все остальное потом. — И ты уверен, что сестричка Чи станет тебя слушать? Ты убил Белого Императора, её любимого дедушку. Она сразу же начнёт сопротивляться. Мибао усмехнулся: — А кто сказал, что я собираюсь говорить ей, что убил его? Или вы ей об этом рассказали, госпожа Лоло? Лоло помотала головой. Она и сама узнала об этом совсем недавно, однако рассказывать своим тете и кузине не спешила. Она была обижена на Читосе. Читосе забрала у неё человека, которого Лоухан страстно хотела заполучить. Тодороки Шото стал камнем преткновения для некогда дружных двоюродных сестёр так же, как некогда расположение к её семье клана Бай, из-за которого она решилась подговорить отца порушить бизнес отцу кузины. Она знала, что Читосе никогда не осмелится подумать плохо о своей сестренке, и это развязывало руки. Она могла сделать что угодно, и никакой ответственности за это не понесла бы. Вот он, плюс безграничной любви Читосе к своей семье. Но почему-то уступить сестре парня она так и не захотела. Это жутко бесило. С этим нужно было что-то делать. И Лоло сделала. Теперь прямой исполнитель её желания находился прямо перед ней. Он не должен разочаровать её. Иначе она сама поднимет голову и станет претендовать на его вожделенное место главы Золотого Треугольника. Она имела на него право. Она-внучка Бай Байди, пусть и не ей завещаны средства клана Бай. Мибао с ней считается, она знает. Да, Лоло определённо может предъявлять ему свои права. — Если ты меня обманешь, я лично натравлю на триаду кого-нибудь из японских Героев, — пригрозила она, сложив руки на груди. — Договорились, — согласился Лу Мибао, улыбнувшись. На этом они разошлись. В доме Сэндо начала подготавливаться тайная операция. И все прошло именно так, как планировал Лу Мибао. Дом вспыхнул, как спичка, внутри началась паника, немногочисленные домочадцы повалили на улицу… Все было по плану. Разве что, кроме одной самой маленькой, ничтожной детали. В момент поджога Сэндо Читосе не было внутри дома.

***

Читосе уже и не помнила, когда прогулки с Тодороки Шото вошли у неё в привычку. Ученик ЮЭЙ, разумеется, нечасто мог вырваться с территории Академии, однако эти прогулки были для Сэндо глотком свежего воздуха среди однообразных, скучных будней в Шинкетсу. Они не занимались ничем необычным. Просто гуляли, бродили по паркам, сидели на скамейке перед фонтаном, Читосе делала фотографии, это были ничем не примечательные прогулки. Они даже почти не разговаривали. Да и о чем было говорить девушке, не так давно до смерти не терпевшей своего нынешнего спутника? Им было комфортно даже просто находиться друг с другом. Молча, без активной болтовни. Они уже знали почти все друг о друге. Зачем лишние слова? Тишина была намного красноречивее. Так же, как и взгляды, которые они бросали друг на друга время от времени. Если взгляды сталкивались, они тут же отворачивались друг от друга. Читосе мучительно краснела, Тодороки теребил прядь волос, белую или красную, это зависело от того, с какой стороны от него шла девушка. Течение времени в такие их прогулки замедлялось. Сэндо приходила в себя только тогда, когда на улице уже начинало темнеть, а в кармане раздавалась вибрация мобильного телефона. Это её начинали разыскивать отец, мать или Оэ Хинагику. Но в этот раз все было иначе. Закат уже пылал, а звонка из дома так и не поступило. Читосе начала нервно перебирать пальцами черные как смоль волосы, вишнёвые глаза забегали, будто ища вокруг причину того, что о её существовании вдруг забыли все домочадцы. Она пробовала позвонить домой, однако короткие гудки в трубке осведомили о том, что мобильный телефон Оэ, которая всегда была на связи, находится вне зоны действия сети. Это заставило девушку забеспокоиться всерьёз. Она засобиралась домой. — Что случилось? — Тодороки посмотрел на девушку с явным беспокойством. Её лицо изменилось так быстро, и так сильно выдавало её беспокойство, что оно передалось и ему самому, правда, в отличие от неё, он волновался за саму девушку, а не за её домочадцев. Она выглядела настолько нервной, что хотелось пожалеть испуганную девушку. Сказать, что все хорошо. Знать бы, что именно должно быть хорошо. — Мне нужно домой, — Ответила она тихим, подрагивающим от напряжения. — Что-то не так. — Проводить? Вопрос вырвался непроизвольно. Шото не собирался ехать с девушкой до её дома, и не поехал бы, не будь у неё такого испуганного личика. Однако судорожно блестящие глаза, бледнеющие щеки и сжатые в кулачки ладони сводили его с ума. Ей нужно было помочь. Он пока не знал, в чем, но нужно было. Иначе весь следующий день, а может, и дольше, он будет испытывать угрызения совести. Сэндо кивнула: — Было бы неплохо… Она взяла его за руку и потащила к станции, чтобы сесть на первый попавшийся поезд, идущий в её район. Казалось, прошла тысяча лет прежде, чем она попала на знакомую с детства улицу, которая теперь преобразилась до неузнаваемости. Языки охватившего некогда красивое здание пламени лизали небеса и окрашивали в ярко-красный нежно-розовые от закатывающегося за горизонт солнца облака. Личико Читосе стремительно побледнело. Она смотрела не отрываясь на огромный факел, в который превратился ее дом. Из уст не вырвалось ни писка, хотя горло разрывалось от бьющегося внутри крика. По щеке не скатилось ни единой слезинки, хотя она была готова разреветься как младенец в любой момент. Колени подкашивались, Читосе почувствовала, что сейчас упадёт, и инстинктивно схватилась за руку стоящего рядом Шото, который даже после этого не сдвинулся ни на сантиметр. Он тоже смотрел на огонь. — Читосе-сама! — К девушке подбежала Оэ Хинагику, сжимая в руках перепачканный в золе некогда белый передник. — Слава богам, что вас не было… Читосе не моргнула и глазом. Она не отрываясь смотрела на танцующие языки пламени. — Оэ-сан… — Произнесла она отсутствующим голосом. — Как матушка?.. И отец?.. — С ними все в порядке, — с готовностью ответила экономка. — Мы смогли спасти большую часть документов и Ваш каллиграфический набор… — А где Лоло? На этом вопросе старушка замялась. Ей потребовалось некоторое время чтобы ответить: — Лоло-сама… Она ушла и не вернулась. Девушку будто ударило током. Личико исказилось безумной полуулыбкой. Через пару минут она уже нервно хихикала, вытирая текущие градом слезы. Шото же сориентировался довольно быстро. Чжан Лоухан пропала. Дом Сэндо горит. Триада? Об этом некогда было думать. Ясно стало сразу, времени чтобы обращаться за советом к Всесильному как только появится возможность. Нужно было говорить с ним как можно быстрее. Он бы мог найти выход из той ситуации, в которую попала эта маленькая беспомощная девочка, которая пытается казаться взрослой и самостоятельной. Он подошёл к Бай Лумин. Женщина, такая же грациозная и величественная, как в прошлую их встречу, сжимала в тонких, изящных пальцах ручку тяжёлого, обитого металлом саквояжа. Наверное, там и находились документы, о которых говорила Оэ Хинагику. Видя приближающегося парня, она повернула к нему голову в ожидании. — Сэндо-сан, — обратился сын Старателя к художнице. Китаянка кивнула, разрешая ему продолжить. — Я должен забрать вашу дочь. Если за ней все ещё охотятся, здесь ей не будет безопасно. — Забрать? — Голос женщины прозвучал колокольным перезвоном. — Куда? — Это не важно, — отрезал парень, сжав кулаки. — Главное, там она будет в порядке. Китаянка вздохнула и поглядела на дочь. Читосе все ещё стояла на коленях и не отрываясь смотрела на горящий дом. — Хорошо, — Сказала она после недолгой паузы. — Делайте, что считаете нужным, молодой человек. Если я смогу знать, что Чи в порядке… — Алые глаза женщины встретились с разномастными глазами сына Старателя. — Я полностью вам доверяю. Не сказав ни слова в ответ, Шото отошёл на несколько шагов и набрал номер. Ответили не сразу. Абонент на том конце провода явно был чем-то очень занят. — Шото? — Из трубки послышался удивленный женский голос. — Что случилось? Ещё не спишь? — Я сейчас не в ЮЭЙ, сестра, — сказал он, прерывая монолог собеседницы. Тодороки Фуюми удивлённо охнула. — Слушай… Я привезу домой одного человека… Ей нужно остаться где-то на пару дней. Где-то, где её не найдут. Постарайся сделать так, чтобы отец её не трогал. — Хорошо, — недоуменно отозвалась сестра. — Шото, а что это за человек? Тодороки посмотрел на Читосе и вздохнул. Она встала с колен и лишь изредка всхлипывала, вытирая слезы. — Эта девушка… — Сказал он, выдержав несколько минут молчания. — Она очень любит попадать в неприятности. Фуюми не задавала больше вопросов. Шото завершил вызов и спрятал мобильный в карман. Они приехали в дом Старателя спустя час. Передав девушку в руки Фуюми, Тодороки сразу же пришлось уехать. Пришло сообщение от Сотриголовы. Скоро начинался комендантский час, и парню давно полагалось вернуться в ЮЭЙ. Он уехал спокойно. В ком, а в своих сестре и брате Шото был уверен. Они не причинят зла Сэндо. И Старатель, не смотря ни на что, тоже. Не смотря ни на что, они были семьёй. А в семье не было место ни недоверию, ни подозрительности.