Сны становятся явью

Тишина оглушает. Она не слышит ни стука своего сердца, ни своего дыхания, пытаясь оглянуться. Чувствует лишь отвратительный вкус металла, заполнивший её изнутри. Глаза заливает горячая кровь, но закрыть их уже не получается. Девушка пытается вытянуть руку, но та лишь беспомощно болтается у её бедра. — Гермиона! Крик оглушает, заставляя сжаться нутро и бешено пробовать новые и новые попытки двигаться. А он лишь смотрит. Это единственное, что можно было разглядеть сквозь пелену алой жидкости, застилающей обзор. Лицо Малфоя всё также наполнено безразличием и отвращением ко всему живому…

Он не такой.

… Серебряные глаза смотрят на разыгравшуюся сцену с усмешкой, но губы по-прежнему были сжаты в тонкую, чуть ломкую, линию. Позади стоит усмехающийся Малфой старший, произносящий отвратительные слова…

Люциус мёртв, Грейнджер.

… Где Нарцисса? Вот она, стоит чуть позади них и дико улыбается, медленно качая головой.

Это не Нарцисса.

…Девушка ощущает, как силы утекают сквозь онемевшие пальцы и лишь умиротворяющая тишина заполняет её… Она умрёт, зная, что всё это не реальность.

Проснись, Грейнджер.

Вскочив с кровати, девушка тяжело дышит, закрыв лицо руками. Дрожь пробивает хрупкое тело, пока капельки ледяного пота скатываются по бледному личику старосты школы. Досчитав до десяти и глубоко вздохнув, Гермиона поднимает голову и оглядывается. По ощущениям ещё было раннее утро, но уснуть шатенка уже не сможет. Повернувшись, девушка рассматривает лицо блондина, но перед глазами до сих пор стоит кровавое марево. Грейнджер жмурится, запуская руки в волосы, пытается успокоиться.

Это было слишком реально…

Гермиона ёжится от холода, ползущего по полу палатки, ища взглядом свои кеды. Обыскав всё, девушка осторожно достаёт волшебную палочку, пробормотав: «Accio*, кеды». Обувь оказывается под кушеткой, у одной из ножек. Грейнджер, быстро натянув их, выходит на улицу, прихватив с собой тёмную толстовку. Молочный туман, словно сладкая вата, обволакивает девушку до пояса, от чего ноги замерзают мгновенно, но шатенку это не останавливает. Не боясь заблудиться, она уходит вглубь леса, надевая толстовку. Лёгкий треск веток и шуршание листьев под ногами успокаивают, но воспоминания об очередном кошмаре были слишком свежи. Гермиона останавливается у покрытого лёгким льдом озера, замечая, как туман обходит одно место стороной, не захватывая несколько камней у берега, в свои владения. Девушка присаживается на один из валунов, разглядывая свою копию, угрюмо выпивающую очередную бутылку огневиски. — Не спится? — хрипло спрашивает стерва, фыркая, — У тебя забавные сны, Грейнджер, ты это знаешь? — Тебя это всё забавляет, как я вижу… — шепчет в ответ староста девочек, пряча руки в карманах, — Что ты здесь делаешь? — Сбежала, — коротко отвечает девушка, поправляя куртку с грязной порванной плюшевой подкладкой. Гермиона вскидывает брови, но заметив лопнувшую губу, несколько синяков на бледных кистях и сломанные ногти, не просит объяснений. — Не смотри на меня, как на последнего алкаша, ладно? — просит устало копия, встречаясь с шатенкой взглядом, — Я сама сделала выбор, когда поняла, чем всё это может кончиться для меня, тебя и Драко, ясно? — О чём ты? — спрашивает настороженно Грейнджер, пока стерва кидает пустую бутылку вдаль. Где-то в глубине тумана слышится приглушённый звук разбитого стекла, но на это никто не обращает внимания. — Да так, ни о чём… — бурчит, вытирая кровь из носа рукавом, — Сука… Ну и где этот кусок дерьма? Он обещал же, что принесёт. Гермиона смотрит на девушку с настороженностью. Собеседница встаёт, чуть покачиваясь, и уходит, исчезая в тумане. — Куда ты? — За ублюдком Малфоем, который клялся своими яйцами, что принесёт мне кое-какую хуйню. Увидимся в Хогвартсе, Грейнджер! Шатенка медленно кивает, оставшись сидеть на прохладном камне, погружённая в раздумья. И снова эти ручьи крови, стекающие по пустым коридорам школы… Девушка бежит, спотыкается, но каждый шаг даётся всё сложнее. Подошва прилипает к лужам багровой жидкости, и Грейнджер падает, прикрыв лицо руками. В ушах отдаётся тысяча предсмертных криков, что поглотили стены замка, мольбы о пощаде… Но кто их слышит? Никто, кроме той, что дала слабину. Та самая Гермиона Грейнджер, что осталась один на один с Драко Малфоем, что чуть не убил кого-то из учеников. — Дай пройти, Грейнджер! — шипит, стискивая зубы. В руках трещит древко палочки, но девушка лишь медленно качает головой, ощущая пустоту. Та самая трещина в её защите, которую она так долго закрывала, вновь разошлась, заставляя Гермиону задуматься.

А что если?

— Stupefy**! — парень отлетает в стену, пока Рон ведёт Гермиону куда-то дальше, что-то сообщая… … Зал заседаний №10 девушка помнит слишком хорошо. Эти мраморные чёрные стены, деревянные скамьи, на которых она никогда не хотела сидеть. Скользкий пол, украшенный странным изображением солнца, и этот старый, потрёпанный временем, стул подсудимого, на котором восседал он. Драко Малфой. Если бы Грейнджер не знала, что это он, тот слизеринский принц, она бы не поверила. Исхудавший, бледный как мел, с огромными мешками под глазами. Волосы кое-как были приведены в порядок, пока парень смотрел куда-то внутрь себя, выслушивая приговор: — Драко Люциус Малфой, — голос судьи спокойный, приятный, но Грейнджер хмурится, поджав губы,  — Все обвинения с вас сняты… Однако вы обязаны в течение нескольких месяцев приезжать в Министерство для проведения экспертизы. Заседание окончено. Девушка медленно идёт к выходу вместе с друзьями, краем глаза глядя на отрешённое лицо подсудимого, исчезающего в толпе людей… Холодный конец палочки неприятно утыкается в щёку, когда Гермиона открывает глаза. Медленно поворачивает голову, встречаясь с мужчиной взглядом. Лицо знакомое… — О, кого я вижу… Гермиона Грейнджер, магглорождённая колдунья, подружка Поттера! — шатенка молчит, разглядывая говорящего. Грязные, немытые волосы спадали на впалое озлобленное лицо, скрывая многочисленные раны и царапины, покрывавшие всё его тело. Серо-голубые глаза блестели непривычным спокойствием, от чего волосы на голове у девушки вставали дыбом. Гермиона нервно вздохнула, понимая кого она встретила. — Струпьяр… — хрипло отозвалась девушка, сглатывая, невесть откуда взявшийся, ком в горле. Егерь удовлетворённо кивает, усмехаясь. От него несло грязью, запекшейся кровью и потом, от чего девушка нахмурилась, дёргая носом. — Какая честь, грязнокровка, что вы узнали меня… — мужчина убирает палочку со щёки, но не опускает, — Где Малфой? — Я откуда знаю? — огрызается шатенка, едва не падая с валуна, когда мужчина тянет её за волосы, ставя на ноги. — Не ври мне, он ошивается с тобой, я видел вас! — он срывается, отталкивая от себя девушку. Туман всё ещё густой, и Гермиона исчезает из виду. Грейнджер шипит, глядя на сбитую коленку, и отползает, стараясь не шуметь. — Я чую тебя, грязнокровка! — где-то сверху звучит приглушенный крик егеря, отчего девушка жмурится, упираясь в корни дуба спиной. Сидеть нельзя. Рано или поздно, Струпьяр найдёт её, и тогда шансов на выживание не останется.

Выйди и убей его, Грейнджер. Также как убивали твоих друзей, преподавателей и близких!

Где-то рядом вспыхивали ветки дерева. Шатенка сжалась, доставая древко из кармана. Глубоко вздохнув, Гермиона встаёт, осторожно оглядываясь. Она замечает мужчину на другом берегу, стоящего к ней спиной и разыскивающего её. — Хей, придурок! — шатенка вздрагивает, не узнавая свой голос, — Кого-то потерял? Струпьяр оборачивается, но почти сразу же падает, вскрикивая от боли. — Crucio***! — егерь скручивается, закашливаясь. Гермиона легко преодолевает расстояние между ними и останавливается у дёргающегося мужчины, наблюдая за его мучениями. И ни капли сожаления или вскрика совести внутри не слышно. — Ты слабая! — прохрипел Струпьяр, — Я тоже могу кинуть непростительное и наблюдать за этим, грязнокровка. — Crucio! — девушка смотрит на него с безразличием, не замечая как на его теле появляются багровые пятна, расползающиеся на грязных ободранных одежках. Егерь кричит, но туман заглушает его вскрики, обволакивая дрожащее тело. — Хватит… Умоляю… — Твоя боль не сравнится с тем, что пришлось ощутить мне… — прошептала девушка, присаживаясь рядом с егерем. Заплывшие глаза смотрят на неё с отвращением, но рот закрыт, не смея произнести хоть какой-то звук, — Ты видел смерти своих врагов, товарищей, но тебе было плевать… Разве нет? А из-за таких как ты, я потеряла друзей и родных. Стёрла память своим родителям, чтобы они не искали меня! — Она помедлила, — Погибших — не воскресить, память — не вернуть. — Врёшь! — выдавливает из себя мужчина, когда Грейнджер чуть ослабляет заклятие, — Память вернуть просто. Вопрос лишь в том: хочешь ли ты этого? Не хочешь, потому что ты — трусиха! Боишься признать тот факт, что сможешь жить без них! Они же тебя не хотели отпускать в Хогвартс? Не ври себе, грязно… — егерь ухмыляется через отступающую боль. — Avada Kedavra****! — зелёный луч пронзает тело егеря, серо-голубые глаза, оттенка надвигающейся бури, смотрят на девушку с ужасом. — Incendio*****. — взгляд шатенки проясняется, пока от Струпьяра остаётся лишь прах. Грейнджер едва не падает, осознавая произошедшее. — Это было… зрелищно, мышь… — девушка вздрагивает, встречаясь взглядом с клоном Малфоя, лениво сидящего на берегу озера, — Не ожидал, что ты сможешь убить беднягу Струпьяра. Гермиона молчит, прижимая колени к себе. Парень смотрит на неё с интересом, ожидая каких-либо действий, но с каждой минутой только злится, скрипя зубами. — Ты так и будешь здесь сидеть, пока милый Драко тебя не найдёт, да? — девушка поднимает на него испуганные глаза, юноша склонился над ней, — И что ты ему скажешь, а? Ой, Драко, я тут случайно замочила очередного егеря… Проснись, Грейнджер, блять. Не в сказке живём уже очень давно. Подняла свою задницу и пиздуй в палатку. Живо! Девушка, чуть пошатываясь, уходит, оставляя Малфоя у берега. Парень качает головой, пиная горстку пепла, некогда являвшаяся телом егеря. Туман почти исчез, лишь лёгкая дымка у останков травы укрывала сожжённую, навсегда оскверненную тёмной магией, землю. Здесь уже никогда не зацветут незабудки. — Малфой! — блондин оборачивается, встретившись с шатенкой взглядом. Вскидывает удивлённо брови, складывая руки на груди. — Что тебе ещё, мышь? Боишься потеряться? — Ты нашёл её? Парень кивает, стискивая зубы. Подопытной лучше не знать, что ждёт её копию в скором времени. Грейнджер неуверенно и вяло улыбается и медленно уходит вглубь леса, пока Драко сплёвывает на землю и достаёт из кармана небольшой сосуд, с янтарной жидкостью. — Стерва, выходи, — блондин ищет её везде, но чем дальше он отходит от озера, тем больше ему кажется, что Агнесс найдёт её раньше, чем он. Чёртова Грейнджер. Какая тварь укусила её, что она просто сбежала в неизвестном направлении, послав всё нахрен?  — Я не собираюсь просто так сдаваться, Малфой. — голос Грейнджер уверенный, пока она открывает новую бутылку огневиски, — Мне похуй, если Агнесс узнает. — Она итак уже догадывается, — замечает парень, снимая свои ботинки, — Ты не умеешь врать. Она не дура и не слепая, у тебя, Грейнджер, всё на лбу написано большими буквами: «Агнесс, иди ты нахуй!» или «Мне поебать на ваши правила, клала на них я хер». Девушка усмехается, встречаясь с парнем взглядом. С ним, после большого количества ссор, стало проще общаться, говорить всё начистоту. Он принимал её такой, какой она есть, хотя она всего лишь очередная копия Гермионы Грейнджер, старосты школы, что даже не догадывается о своей судьбе. А Драко был всего лишь парнем, пустым механизмом, выполняющим свою задачу. Но ради своей стервы он идёт на уступки, рискует своей жизнью, прикрывая. Грейнджер знала, что рано или поздно придётся бежать. Агнесс, рыжеволосая сука, использует их для своих целей, сама являлась чьей-то куклой, которую дёргают весьма искусно. Малфой, как ручная собачка, выполнял всё, его не ебало, чем это может закончится. Она так не хотела. Стерва мечтает, что не свойственно им, ничтожным копиям, о хорошем. Надеется, что их прототипы смогут жить спокойно, не боясь получить непростительное в спину. Девушка прекрасно понимала, что сбежав, совершает ошибку. Агнесс поймёт, что в её системе контроля клонов завелась назойливая крыса, которая может свернуть всю систему к чертям собачьим. И Гермиона была готова. Готова была рискнуть, пожертвовав собой. — О, ты пришёл, — парень оборачивается, встречаясь с Грейнджер взглядом. — Выглядишь дерьмово… — тихо отвечает тот, поднимая девушку с земли. Лицо отдавалось рябью, стерва моргала, но помехи лишь усиливались, отчего хотелось кричать. Гермиона взвыла, когда Драко коснулся бока, где отсутствовал кусок тела. Из раны сочилась багровая жидкость, но боли не было. Лишь шум в ушах, и голос программного обеспечения: — Повреждены органы: печень, правое лёгкое. Сломано два ребра, два поясничных позвонка… — Это конец, Малфой, — девушка шепчет, качая головой, когда парень пытается влить ей жидкость из сосуда, — Я знала, на что иду… — Заткнись, сука! — Драко срывается, ударяя ствол дерева, — Не смей такое говорить, Грейнджер! Не смей! Стерва улыбается через силу, осторожно касаясь руки парня, прикрыв глаза. Малфой смотрит на её побледневшее лицо, пока в ушах звенит её смех, колкие фразочки в его стороны, крики во время ссор, стоны прекрасных ночей… — Нет, сука, нет! — он трясёт её, пытаясь привести в чувства, но лицо уже застыло навсегда, и эти шоколадные глаза уже никогда не посмотрят на него с той лёгкой ненавистью и заботой, как умела лишь Гермиона Джин Грейнджер Ноль Пять. Малфою показалось, что на мгновение мир решил сойти с орбиты и остановиться… Он закричал, прижимая к себе девушку и не желая мириться с реальностью. — Жизнь — это последний сорт дерьма, Малфой. Никогда нельзя довериться ей. Она та ещё сука. В самый неподходящий момент заберёт самое важное в твоей жизни. И чтобы было красиво, пошлёт тебя нахуй. — И что же ты предлагаешь? — он бережно гладит её запястья, несвойственные ему чувства согревали его, заставляя чувствовать себя живым. Девушка задумывается, кусая губу и отодвигая бутылку огневиски. — Послать всё и всех и жить так, как ты считаешь нужным. Не важно сколько раз ты упадёшь в грязь, не важно сколько останется шрамов на твоём теле и душе. Важно лишь то, что в конечном счёте, ты и близкий тебе человек смогут вздохнуть полной грудью. Или у тебя есть другие варианты, а? — Нет, — отвечает, замечая как довольно улыбается девушка, — Знаешь, когда всё это закончится… Я бы хотел уехать куда-нибудь… С тобой, стервочка. — Мы вряд ли доживём до этого прекрасного момента, — грустно замечает Грейнджер, переплетая их руки. — Не будь пессимистической сучкой, — просит, ловя на себе удивленный взгляд девушки, — Я вроде понял, что люблю вечно бухающую, дерзкую Гермиону Джин Грейнджер, а не пессимиста. Или меня нагло обманули? Шатенка загадочно улыбается, поворачиваясь к парню всем телом, и касается кончиками пальцев напряжённой шеи парня, замечая как в глазах Драко горят черти, ожидающие скорейшего продолжения. — Сегодня я буду издеваться над тобой, Малфой, — шепчет, небрежно целуя парня в губы. Блондин рычит, сажая девушку на себя и срывая с неё рубашку. — Ещё посмотрим! — хрипит, оставляя засос на её шее, пока она царапает его спину, шипя проклятья. — Я ненавижу тебя, сволочь! — выкрикивает, когда парень касается запрещённой зоны. Драко усмехается, кидая её на кровать, зная что она хочет также, как и он. Парень медленно встал, держа на руках бездыханное тело своей стервы и побрёл в неизвестном направлении, пока перед глазами всё плывёт от горячих слёз, стекающих по его бледному лицу.