Сны становятся явью

Гул Большого зала действовал на и без того раскалывающуюся голову как масло, подливающее огоньку в огромный пожар, пожирающий всё на своём пути. Малфой массировал виски, глядя на весело болтающих сестричек Слейн с Паркинсон и Гринграсс, чувствуя как закипает кровь в жилах мулата, сидящего рядом. — Блейз, спокойно, — проговорил негромко блондин, наливая стакан вишнёвого сока и делая глоток. — Они ничего не сделают Пэнси при всей школе. — Сделают, — отрезал слизеринец, отрезая кусок свинины и откладывая его себе на тарелку. Его взгляд был сосредоточен на смеющейся брюнетке, что не разговаривала с ним уже несколько дней. — Судя по характеристике, что мы имеем, они похожи на суккубов. — Суккубы совращают мужчин, Забини, — вдруг хохотнул Нотт, проглатывая кусочек банана, — Инкубы совращают женские головушки. — Спасибо за работу информативного бюро, Тео, — прокомментировал Монтегю, поглядывая на ровесника с усмешкой. — Теперь мы всем факультетом знаем твои предпочтения в мифологии. Поделишься опытом призыва? Некоторым было бы актуально. Ближайшие ученики засмеялись, глядя на слегка покрасневшего шатена, уткнувшегося в лежащую рядом книгу по травологии. Малфой фыркнул, замечая как резко встала Паркинсон, глядя на него с мулатом хмурым обозлённым взглядом. Забини напрягся, собираясь встать и пойти за убегающей девушкой, но крепкая хватка слизеринца остановила его. — Если нам удастся убить этих демонических сук, — прошипел обозлённо мулат, встречаясь взглядом с Драко, — То оставь мне Хейли. Я лично её разорву. — Договорились, — кивнув, ответил блондин, тяжело вздыхая. — Сначала дождёмся ответа от старика, а потом уже всем остальным. Я не дам в обиду Пэнси, она также мне дорога как подруга.

***

Урок трансфигурации с Гриффиндором в отсутствие главного ума, в образе Грейнджер, был напряжён ещё при заходе в кабинет. Поттер и Уизли ругались, не замечая, что уже неделю их «золотая» девочка и единственный ум в их компании не приходит на занятия. Не замечал этого и Невилл, опять летающий в своих мыслях, подобно своей подружке Полумне. Малфой сел за последнюю парту, абстрагируясь от приближающегося скандала между факультетами. Будь здесь староста девочек, можно было подлить огонька, глядя как вместе с друзьями закипает и девушка, что потом выльется в шквал эмоций в гостиной, а закончится страстным поцелуем, ведь Драко опять чуть не сорвётся с цепей из-за какой-то бессмысленной фразы. Тихо чертыхнувшись своим мыслям, блондин посмотрел на пустующую впереди парту, куда направлялись две колдуньи, не замечающих странных взглядов в свою сторону. — Составить компанию? — поинтересовался появившийся из ниоткуда Нотт, поставивший свою сумку на стоящий рядом стул. Хмуро взглянув на шатена, Малфой пожал плечами, двигая учебники. Поймав взгляд Агнесс, блондин скривился, качая головой. Уж лучше компания извращенца Тео, чем двух тварей, что и без того жрали мозг до основания одним своим присутствием. — Куда грязнокровка делась, Драко? Дай угадаю, ты въебал ей по самое основание и она не может теперь встать, да? Не говори, что не так, — в болотных глазах слизеринца заискрил огонёк забавы, который блондин очень сильно хотел затоптать одним заклятием мгновенно. Малфой посмотрел на открытую дверь кабинета, надеясь увидеть там семенящую быстрым шагом старуху, но надежды не оправдались. Единственный раз, когда слизеринцу срочно нужно было присутствие декана Гриффиндора, та решила опоздать. «Везунчик по жизни, да, Малфой?» — ехидно отозвался голос рассудка, сквозь пелену головной боли. Тяжело вздохнув, блондин достал перо, вычищая застрявшие там крошки какого-то печенья. Скорее всего корм Живоглота, который из-за отсутствия хозяйки стал ласкаться к парню. — Нотт, по самое основание явно долбили тебя в детстве, — негромко ответил Драко, не отвлекаясь от своего занятия. — Как её долбили можешь узнать у Поттера или Уизли. Я подобными утехами не занимаюсь. — Забыл, ты с грязнокровками брезгуешь, — сочувственно пролепетал Тео, скучающее глядя на сидящих впереди девочек, — А зря. Они весьма хороши, особенно в минете. А как кричат, загляденье… — Ещё раз что-то скажешь про секс с грязнокровками, останешься без одной руки, которой ты наяриваешь в туалете на четвёртом этаже, — Малфой тяжело вздохнул, отодвигая идеально вычищенное перо и глядя на слизеринца с угрозой. — Повторять дважды не стану, ты меня знаешь. Шатен некоторое время молчал, не отводя взгляд, а после улыбнулся, часто моргая: — Понял-понял, никудышный слизеринский принц, что потерял корону. — Вот и отлично. Впереди хмыкнули, но Драко лишь сжал челюсти, чувствуя как дрожат руки. Не от страха, и уж точно не от паники, что периодически настигала его на уроках. Ощущение приближающейся угрозы настигала его подобно раскату грома, раздаваясь эхом в черепной коробке. Хмуро глядя на рыжеволосых ведьм, сидевших впереди, блондин перелистывал страницы учебника, не замечая ничего вокруг. Суматоха и выкрики сокурсников затихали, унося с собой кабинет. Малфой оглянулся, замечая лишь пустоту. — Мама, мне надо ехать, поезд меня ждать одну не будет, — впереди стояла невысокая фигура школьницы, что держала в маленьких ручках чемодан и переноску с ворчливым котом, шипящий на две затемнённые фигуры, что стояли перед девочкой. Голос был слишком знаком, как и копна каштановых волос, больше напоминающих развороченное гнездо какой-нибудь глупой птицы. Чуть подойдя поближе, блондин заметил в глазах маленькой Грейнджер намечающиеся слёзы, а её крепко сжатые губы подрагивали от скорой истерики. Родители маглорождённой были смутными силуэтами, грозно нависшие над волшебницей: — Герми, ты говорила сама, что не хочешь возвращаться из-за мальчика, что назвал тебя грязнокровкой, разве нет? Стоит ли идти туда, где будет тот, что унижает тебя? Девочка нахмурилась, качая головой. — Драко извинился передо мной в тот же день, мама. Я не стала отправлять вам просто второе письмо, всё правда нормально. Плюс у меня есть Рон и Гарри, они не бросят меня в беде. «Скорее они сами заведут тебя в них, наивная Грейнджер», — заметил с усмешкой Малфой, замечая как краснеет от вранья шатенка, исчезая в темноте. — Мистер Малфой. Мистер Малфой, вас вызывает Хогвартс, мистер Малфой… Парень вздрогнул, моргая. Притихший класс смотрел на его побледневшее лицо, а старуха Макгонагалл стояла перед ним, глядя слегка взволнованными глазами на студента. — Извините, — прохрипел Драко, поправляя чрезмерно тугой галстук, что казалось хотел его удавить. Женщина некоторое время продолжала стоять, но, тяжело вздохнув, пошла к своему столу, повышая голос: — Продолжим лекцию, а вы, — профессор посмотрела на хмурого слизеринца, замечая, как тот нехотя начал записывать тему урока, — Мистер Малфой, останьтесь после урока, пожалуйста. «Надеюсь это ответ старика, а не очередные нравоучения», — мысленно отметил Драко, поправляя уже во второй раз удавку на шее. Нотт, что сидел до этого тихо, засмеялся, глядя на напряжённого соседа: — Что, принц, задумались как хорошо после уроков вставить по самое не могу грязнокровке? Жарковато стало, понимаю. — Теодор, — блондин посмотрел на шатена предупреждающе, скрипя зубами, — Есть особое желание остаться без конечности? — Нет, есть только безмерно хорошее настроение, чтобы подстебать тебя, — добродушно ответил сокурсник, улыбаясь, — Чем еще заняться на ненужной трансфигурации у старухи? Скрип пера профессора замер, от чего в классе наступила мёртвая тишина. Ученики удивлённо подняли поникшие головы, глядя на совершенно спокойную Миневру, что держала в руках учебник: — Мистер Нотт, я на вашем бы месте не разбрасывалась словами на моём уроке просто так, это раз. Во-вторых, ваш декан не особо обрадуется, узнав, что его подопечный получает уже третью отработку за день. Подумайте над этим. Шатен лишь кивнул, продолжая записывать. Впереди послышались насмешки гриффиндорцев и некоторых слизеринцев, что имели неприязнь к чудику-извращенцу Теодору. Тот мастерски умел бесить каждого, кому приходилось сидеть с этим шизофреником. Малфой усмехнулся уголками губ, записывая лекцию, искренне надеясь, что до конца урока сосед не произнесёт и слова. Так оно и вышло. Прозвеневший звонок был заглушён облегчёнными вздохами учеников, оторвавшие руки от измученных перьев и исписанных пергаментов, впитывающее свежие чернила с особым удовольствием. Макгонагалл слегка улыбнулась уголками губ, обещая продолжить на следующем уроке, пересекаясь взглядом с уже спокойным Малфоем. Кивнув самой себе, женщина что-то достала из ящика стола, дожидаясь когда все покинут помещение. — Нотт, не забудьте зайти после уроков, — шатен махнул рукой, захлопывая дверь. Старуха недовольно покачала головой, присаживаясь напротив нахмурившегося блондина, — Я надеюсь, что вы понимаете, о чём мы будем говорить. — Вполне, учитывая, что на пергаменте печать директора, — ответил сухо парень, удобнее присаживаясь на слегка скрипящем стуле. — Прекрасно. Альбус Дамблдор, обговорив со мной, принял решение об официальном отправление вас в Мэнор. Но с условии присутствия вашего декана на время нахождения там. — Зачем? — непонимающе спросил Драко, складывая руки на груди. Минерва тяжело вздохнула, протирая очки: — Вы же понимаете, что вокруг вашего дома находятся авроры? Дом до сих пор не проверен полностью на ловушки и проклятия. Министерство не станет слушать сына одного из слуг Лорда. Будем откровенны, я отговаривала директора и буду отговаривать вас от поездки. Не начинайте, — заметив приоткрывшийся рот ученика, отрезала женщина, — Я знаю о сложившейся ситуации всё, что требуется. Я понимаю ваше доброе намерение найти скорейший способ найти мисс Грейнджер и… Голос предательски дрогнул. Драко удивлённо взглянул на Миневру, что, тяжело вздохнув, вытерла одинокую слезу на морщинистом лице. Впервые за долгое время слизеринец посочувствовал женщине, которой Гермиона приходилась чуть ли не родной дочерью. Все знали о том, как относилась профессор к лучшей ученице, это не было тайной. — Профессор, — голос был тих, в тишине кабинета предательски громко шли часы, действуя на нервы, — Помимо спасения Грейнджер, я хочу понять, чего добиваются сёстры. В нашей библиотеке нет никакой информации о демонических существах. — Доступ в Запрещённую секцию я предоставлю и… — Прошу дать его не только мне, но и Забини и, возможно, Паркинсон. — поймав удивлённый взгляд, Малфой понял как сочится недоверие из глаз Минервы. Это было вполне ожидаемо и логично. Если бы ему сказали, что он будет спасать шкуру гриффиндорки, рискуя своей, ещё в начале года, Драко бы истерически засмеялся. Да, поверить в то, что хотел провернуть блондин было чертовски сложно. Возможно, по слизеринцу плакала больница Мунго, наблюдая за тем, как тот катится в пучину ада, что ждал его с особым упоением. Для Малфоя был припасен особый котёл, в этом не было сомнений. — Я поняла вас, Малфой. — спустя некоторое время ответила спокойно профессор, тихо вздыхая, — В письме подтверждение из Министерства и подпись директора. У вас будет всего лишь неделя на пребывание в Мэноре. Советую использовать это время с умом. — Спасибо, — закинув сумку на плечо, произнёс Драко, направляясь к выходу. Макгонагалл кивнула, провожая блондина тяжёлым взглядом: — Я надеюсь на ваше благоразумие, Драко. Не торопитесь раньше нужного, иначе можете упустить что-то крайне важное, что в будущем могло сильно бы изменить ход событий, — слизеринец встретился со старухой взглядом, кивая и скрываясь в шуме коридора. Минерва покачала головой, замечая на одном из столов багровое перо, испачканное в непривычно в белых чернилах. Осторожно прикоснувшись к вещи, колдунья перевела взгляд на изрисованный странными иероглифами угол стола предпоследней парты среднего ряда, где особо жирно было выведена одна фраза: «Малфой-Мэнор» Нервно сглотнув, женщина поспешила к директору, чувствуя гложущее чувство тревоги, зазвеневшее подобно колоколу. Что-то очень скоро начнётся.

***

Бульканье десятков котлов гипнотизировало блондина. Северус глянул на молодого человека с непривычной снисходительностью, добавляя в один из отваров крысиный коготь. — Мы так и будем играть в переглядки, профессор? Не будет никаких наставлений что делать, когда авроры будут нас встречать в Мэноре? Когда попадём в стены дома? — А что я по-твоему должен сказать, Драко? — спокойно уточнил мужчина, глядя на зелья с особым удовольствием, — Я не особо рад, что мы едем в это проклятое место по твоей воле, я очень удивлён решению Дамблдора. А ещё больше поражён причине, по которой мы туда собственно едем. Неужели мисс Грейнджер наконец-то вставила в твою пустоголовую самонадеянную голову хоть парочку извилин? Это, пожалуй, будет единственное разумное оправдание, по которой ты рискуешь возвращать в Мэнор. Малфой хмыкнул, пожимая плечами. Не то, чтобы зельевар был где-то неправ или преувеличивал. Нибудь причины, он бы пожелал забыть ужасы, что происходили в стенах его родного дома. Забыть и больше ни в коем разе не вспоминать. Слишком многое там произошло, от чего хотелось кинуть непростительное себе в висок. Да, Драко был готов морально (по сугубо его мнению) к встрече кошмаров, что таились в тёмных уголках Мэнора. Да, он до этого обдумывал поездку туда, но в компании Грейнджер, нибудь этих обстоятельств. Зачем везти туда девушку, которой оставили там пожизненный шрам и сломанную психику? Та же причина, что и сейчас — найти ответы на висящие в воздухе вопросы, что повисли над белокурой головой волшебника. — И да, — Снейп скептически посмотрел на юнца, складывая привычно руки за спиной, — Не надейся, что тебя не пробьёт холод, когда мы прибудем. Я помню ко всему ужасу, что там было, и знаю, что такое можно забыть только в двух случаях, которыми ты пока воспользоваться не в праве: мощное заклятие или большой период времени. Я надеюсь, что ты, Драко, понимаешь это. Слизеринец неуверенно кивнул, замечая под рукавом мантии профессора знакомую метку, от которой сводило зубы. Время Лорда прошло, но метки, что уничтожались не слишком просто, оставались у многих. — Опережая вопрос, — глухо произнёс колдун, разливая зелья медленными движениями, — Я не буду её убирать, как мне порекомендовал Альбус. — Почему? — В чём смысл? Это пустая трата денег. Поверь мне, Драко, если ты важен кому-то, им будет глубоко плевать на то, что у тебя так и осталась метка. — Лили тоже было всё равно? — руки преподавателя дёрнулись, пролив несколько драгоценных капель только сваренной настойки без сновидений. Малфой вздрогнул, замечая как непоколебимый зельевар слишком громко опустил ещё не пустой котёл, хрипло отвечая: — Ты лезешь совершенно не туда, забывая о главном — сравнивать, а ещё хуже, проводить аналогии между людьми глупо. Наши отношения с матерью Поттера, — губы скривились, но мужчина продолжил, — Были совершенно другими, в отличие от твоих с мисс Грейнджер. — Вы не ответили. — проигнорировав предупреждение, произнёс староста, глядя на образовавшийся шрам на руке. Когда он появился? — Лили не знала. Блондин только кивнул, удовлетворённый ответом. Метка неприятно колола руку, как мерзкое напоминание о самой роковой ошибки подростка. Продолжая наблюдать за действиями декана, Малфой с лёгким удивлением осознавал, что его гложет чувство неуверенности в правильности действий. Всё, что он пытается сделать… Ради чего? Ради Гермионы, что находится непонятно где? Или для потехи двум сёстрам, что пожирали его окружение своим влиянием. Уже за ужином Драко видел, как рядом с Агнесс сидел Нотт, пытающий что-то выведать, но безуспешно. Паркинсон тоже была неподалёку, скромно уткнувшись в свою полупустую тарелку остекленевшим взглядом. — Драко, — слизеринец моргнул, глядя на стоящего напротив зельевара, держащий в руке горсть летучего пороха, — Нам открыли сеть каминов в Мэноре, пора. Блондин сглотнул, кивая. Встав в камин и в последний раз взглянув на знакомый кабинет, Малфой закрыл глаза, проговаривая: — Поместье Малфоев. Вспышка зелёного пламени забрала с собой старшекурсника, а следом и декана змеев. Кошмары возвращались.