Философия капитана Блада

Говорят, есть такая связь на свете, что не важно, сколько раз ты её разрываешь. Вы все равно встретитесь.

«Мальчики краше цветов»

***

      Рассвет, занимающийся над кромкой горизонта, был действительно прекрасен. Если бы не остовы изуродованных пламенем кораблей, чьи исчерченные копотью кости разбросало по берегу, сложно было поверить, что пару часов назад здесь разыгралась жестокая битва.       Ветер покачивал из стороны в сторону покрытую пеплом листву и обрывки чудом сохранившихся парусов. Чайки кружили над водой. Волны с едва заметным шорохом набегали на изломанные доски причала. Скрип.       Отчего-то жутко захотелось курить. Никогда не пробовала, но именно в этот момент показалось, что сигарета могла решить все проблемы сразу.       Хотя, по сути, никаких проблем не осталось.       Я с удовольствием потянулась, разминая кости, и едва не навернулась с ещё хранящей тепло деревяшки. Ох уж эта моя кошачья грация. Настроение, несмотря на пережитое, было приподнятым. Мы все выжили. Это не могло не радовать.       Мокрые и злые, как сотня Морских Дьяволов, Нейлз и док пришли к нам минут через двадцать в сопровождении молчаливого Ганника. Совиньона с ними, естественно, не наблюдалось.       — Надеюсь, он где-нибудь свернёт себе шею, — отмахнулся Гарольд и принялся штопать раненых.       Если принимать во внимание разницу в силах, мы отделались лёгким испугом. Элемент неожиданности и впрямь принёс свои результаты. Но «Танагру» было жаль. Никто и никогда не посмел бы обвинить парней в том, что они пожертвовали кораблём, ведь этот поступок действительно спас всех нас. Однако расставшись с судном, мы словно потеряли частичку себя.       Сначала пираты без флага.       Теперь пираты без корабля.       — Выглядишь так, будто тебе нужен чай.       Я невольно улыбнулась, принимая от Жана дымящуюся кружку. Губы и горло приятно обожгло. Кто бы сомневался, что он вместо сна первым делом проведёт ревизию холодильника.       — А этот Пересмешник любил жить на широкую ногу, — проворчал друг, устраиваясь по правую руку. Скрипнули доски, и по левую примостился страшно зевающий Нейлз. — Если б…       Жан внезапно запнулся и помрачнел. Я понимающе хлопнула его по спине. Если бы «Танагра» была цела, он обязательно стащил отсюда кучу деликатесов.       Пели птицы. Оранжевый бок солнца, похожий на абрикос, показался из-за горизонта, расцвечивая небо разноцветными красками: у самого диска оно было карминово-красным, постепенно переползая в шафраново-жёлтый, а уже оттуда — стекало ближе к лазурному. Такая палитра могла быть только у природы. Ни один художник не в силах кистью передать подобные переливы.       — Рассвет встречаете, голубки?       Шем поочерёдно встрепал нам волосы. Выглядел он гораздо лучше, если не брать в расчёт перебинтованные руки и шею. Постепенно, словно притягиваемые неизвестным магнитом, подтянулись остальные. Близнецы развалились прямо на песке, не обращая внимания на ворчание дока о грязи в ранах и нерадивых пациентах; Лука, придерживаемый Ганником, уселся на обломок мачты. Шем и Кид, к моему удивлению вышедший вместе с братьями, остались стоять у самой воды.       — Не думал, что доживу до утра, — Боб активно размахивал руками, рассказывая, как наткнулся на полуночника в трюме корабля. — Вот какого Дьявола этот придурок подорвался среди ночи…       Я особо не прислушивалась к словам. Команда давала мне время всё обдумать, молчала и не задавала главный вопрос. Что делать дальше? Найти корабль (считай, украсть) можно было в любом порту, но насколько удачным будет это приобретение? Пиратское судно служило пиратам, и потому с «Танагрой» мы неожиданно спелись душой. Но торговые или военные суда не подходили под наши цели: первые были слишком лёгкими и беззащитными, вторые — слишком тяжёлыми и неповоротливыми.       Скорость. Главное преимущество «Танагры».       К тому же сейчас, когда цепь прошлого не тяготила и не тянула назад, мне как никогда хотелось получить что-то своё, собственное. Свой корабль. Лёгкий, быстрый, свободный. Который бы выстоял в штормах как этого моря, так и…       — Гранд Лайн, — разговоры вмиг стихли.       Удивлённые взгляды скрестились на мне. Невольно усмехнулась, откидывая с глаз спутанные волосы и откидываясь назад.       — Я собираюсь на Гранд Лайн, — чуть громче и намного увереннее. Чтобы не думали, будто им послышалось. — Мы можем остановиться на достигнутом. Продолжить скакать от одного острова к другому, будто бешеная блоха, попеременно влипать в неприятности и ругаться с Дозором, но… Что это даст? Никогда не верила в этот бред, но сейчас, спустя годы, мне как никогда ясно: все мечты действительно там. Сокровища, слава, битвы — всё там. И ответы на самые главные вопросы — тоже там. Жизнь — там.       Я кивнула в сторону уничтоженной нами эскадры.       — Что я поняла? Есть пираты, есть дозорные, а есть просто дерьмовые люди. И встречаются они как среди первых, так и среди вторых. Мы можем продолжить крушить мечты местечковых царьков, но на их место всегда придут другие. Это замкнутый круг. Но мы также можем пройти путь, на который ступают не многие. И, я надеюсь, сможем увидеть день, когда Мировое Правительство содрогнётся под рокотом наших шагов.       Первым отмер Кид.       — Ты хочешь стать, — он на миг запнулся, — Королём Пиратов?       Я развела руками.       — Не можешь уничтожить — возглавь. Но на деле достаточно титула одного из Йонко, — Шем фыркнул, красноречиво закатив глаза. Я улыбнулась. — Да что уж там, награды в пару сотен миллионов уже более чем достаточно, чтобы запугать добрую половину пиратов из мирных вод.       На пару секунд берег накрыла разрушаемая лишь криками саек тишина. А потом команда взорвалась, загудела, словно рой диких пчёл. Оставалось только с прищуром следить за ними и слушать тугие удары собственного сердца. Следующая новость им явно понравится ещё меньше.       — Но для этого нам не хватает одной маленькой детали, — все снова уставились на меня. — Корабля. Сложно пройти Гранд Лайн на своих двоих. И именно поэтому я ухожу. Всё, что найду в доме ценного, — моё. Всё, что лежит на дне, — ваше.       Я спрыгнула на песок, отряхнула штаны. Жан, неловко дёрнувшись следом, застыл с протянутой рукой.       — Подожди, что значит уходишь?       Это было объяснить сложнее всего. Что-то вело меня, звало, подсказывало, что ни на этом, ни на ближайших островах нет ничего… Ничего. Нужно идти дальше, туда, где всё заканчивалось и начиналось. Первая и самая тяжёлая битва была мною выиграна, но теперь начинался новый путь, не менее опасный и тернистый.       — Год. Я ухожу на год, — не уверена, что выбрала срок правильно. Поиски могли затянуться как на два месяца, так и на два года, но расстаться с друзьями оказалось сложнее, чем я ожидала. — Сейчас вы вольны сами выбирать свой путь. Можете вернуть домой и продолжить мирно жить, можете собрать собственную команду и пойти покорять моря. Можете укрыться на необитаемом острове и заниматься саморазвитием. Но знайте. Ровно через год, в этот самый день, я буду ждать вас.       А теперь идти. Бежать. Не оборачиваться. Иначе желание остаться станет совсем невыносимым.       — Эй, капитан, — док во время разговора оставался самым спокойным. — Где хоть будешь ждать?       Я улыбнулась.       — На Батерилле.