Немного о...

Он завидовал ему сколько помнит себя с первого дня их знакомства - им было тогда по восемь. Подумать только он ребенок рожденный в законном браке, рядом с которым оба родителя разве что не двадцать четыре на семь окружают заботой и любовью завидовал практически обделенному отцовым вниманием внебрачному сыну с которым они с отцом общались разве что неделю от силы в году на каникулах. Сегодня ему за это стыдно в мыслях он просит прощения за каждое мгновение нежности, за каждый поцелуй и каждое объятие, прикосновение, ласку, которые он ревностно из жадности отнял или хотел отнять у Кеши только лишь потому, что не мог вынести осознания своего медленного низведения с престола — лишения абсолютной власти единственного любимого сына. Он почувствовал это почти сразу. Когда отец в день их знакомства посадил их обоих на колени — Кешу он посадил слева. Ближе к сердцу. Еще он долго не мог смириться с тем, что отец, забрав их обоих когда им было по девять во Францию в Диснейленд, заходя ночью в их комнату, склонялся только над кроватью Кеши. Хадид даже плакал в тот вечер из-за того что отец был так несправедлив к нему, за то что забыл поцеловать его. Они с Кешей имеют разницу в рождении всего три недели. Отец заделал папе и любовнику детей с разницей в несколько недель. Это неприятная ситуация. Но его папа стоит отметить не только необычайно красивый ,умный, но и мудрый омега убедил Хадида на пике того самого неприятного пубертантного периода когда начинаешь особенно остро все воспринимать, осознавать что такое неверность,измена, предательство и высчитывать исходя из своего возраста и возраста брата даты их зачатия, разочаровываться в идиализированном образе отца, что отец не заслуживает ни осуждения ни ненависти ведь все, все без исключения даже самые прекрасные альфы глупеют от слова совсем когда рядом с ними оказываются красивые омеги, а если они еще и доступные то вообще пиши пропало. Хадид знал это не по наслышке рядом с ним все альфы превращались в идиотов. Он ненавидел свою внешность. Папа говорил что он похож на ангела, а отец уверял что он самый красивый омега на всем белом свете. Но Хадиду все равно не нравилось отражение в зеркале - он не был похож ни на одного из родителей. Ни капли. И конечно же в период все того же злосчастного пубертата он уверил себя в том что и его папа тоже не был особо верен отцу, поэтому Хадид такой. Глядя на Кешу который был отражением отца чуть ли не под копирку он только добавлял "доказательства" в копилку своей теории. И даже находил оправдания отцу так беззаветно влюбленному в Кешу, своего то всегда любишь больше чем чужого. - Это потому что я не твой! - однажды в порыве ревности и гнева из-за мелочевой ссоры выпалил Хадид. Отец запретил ему идти на пенную вечерику когда они отдыхали в Каире. Ему запретил, а Кеше разрешил. Отец рассмеялся в ответ на это заявление обнял его плачущего и сопротивляющего, уверяя: - Мой. Мой. Глупышка. Чей же еще. Хадид вспоминает вытянувшееся лицо наблюдающего за этой сценой четырнадцатилетнего Кеши, совершенно далекого от этой дележки родителя и сейчас понимает что его не пускали потому, что пляшущий на пенной вечеринке в Каире прехорошенький четырнадцатилетний омега это в первую очередь легкая добыча для похотливых местных и отдыхающих альф. Но тогда он этого не понимал и воспринимал все происходящее как потери в конкурентной борьбе за любовь отца. От него, сколько он мог помнить, всегда отец требовал благоразумия, серьезности, а Кеше наоборот, ни слова в упрек. С одной стороны, он ненавидел Кешу за все это, с другой стороны, когда рядом не было раздражающего фактора отца за чье внимание Хадид начинал яростно и бессознательно бороться, он его любил. Да омежий бог! Они были одного возраста, у них была масса общих увлечений и интересов, да они могли бы быть при других условиях лучшими друзьями. А потом снова между ними появлялся отец и Хадид, вновь чувствовал себя отвергнутым, лишним, безжалостно отодвинутым на второй план. Теперь он знает — сам стал родителем — что завидовать было нельзя. Любовь к детям — не измеряется в равных долях и не проявляется одинаково. Это слишком сложное чувство для таких подсчетов. Сегодня его трогает воспоминание о том, что Кеша со временем тоже заметил, что отец выделяет его и что Хадиду это может быть обидно. Еще четче этого в его памяти отпечаталась самая трогательная их Кешей встреча. Полуночный звонок. Встревоженный голос. - Давай встретимся завтра. Только без отца. Встреча была необычной. Кеша рассказал только ему, что он любит и счастлив, что решился и хочет сделать предложение . И хочет чтобы именно Хадид помог ему подобрать кольцо, и придумать как оригинально его вручить потому что он Кеша во всем этом совершенно не разбирается. Хадид был польщен, тем что Кеша поделился с ним соей радостью, не просто поделился, первым посвятил в эту пока еще тайну, он даже глупо расплакался тогда будто это ему самому предложение сделали. - Черт, Хадид, ну пажалуйста, не делай так... Ты мне щас еще сильнее чем обычно моего папу напоминаешь.