Мой господин

Мастейн вертелся вокруг зеркала. Он все-таки решил выбраться на бал, на который его пригласил принц Ульрих. Они с ним не виделись с тех пор, как наследник сам приехал к своему старому знакомому. Граф примерял множество одежды, которая висела чуть ли не на каждом предмете мебели, некоторую в своих руках держал Дэвид, смотря на своего хозяина. Мастейн все никак не мог понять, что ему одеть на столь значимое событие. Туда прибудет много важных людей, и не исключено, что там и будет и сам король, с которым надо было налаживать связь. А для всего этого нужно было выглядеть отменно, тем более это бы маскарад, что означало, что нужно смотреться, при всем при этом, привлекательно. Ларс любил разные игры, он нередко проводил прятки в лабиринтах королевского сада, построенного из высоких густых кустов, которые никак нельзя было перелезть. Граф понимал, что этот бал будет весьма грандиозным, ведь принц редко проводи что-то такое масштабное, но если это случалось, это было на самом деле значимым событием. В голове графа проносились мысли о том, что он там может встретить какую-нибудь даму, с который можно будет завести роман, и конечно же он не будет продолжительным. Просто позаигрывать с ней, слегка пофлиртовать и возможно, уединиться с ней, в какой-нибудь отдельной комнате. Но только для этого нужно было избавиться от Дэвида, который в первый раз попадет в свет и будет жаться к нему, не зная, что ему делать. Мастейн недовольно посмотрел на себя в зеркало. Он не мог понять, подходят ли эти высокие черные сапоги его рубашке. Он пристально вглядывался в свое отражение, стараясь хоть что-то понять. - Дэвид, как ты думаешь, это хорошо смотрится? - Смотря, какой жакет вы решите одеть, мой господин. - Я хотел одеть черный, с легким принтом, как думаешь? - Ваш вкус, как всегда, отменен. Какую маску вы предпочитаете? - Я хотел одеть ту красную, я еще ее ни разу не надевал, вот хотел посмотреть. - Она будет идеально дополнять, будет весьма изыскано смотреться. Черный и красный идеально сочетание. - Думаешь? - Я это знаю, мой господин. - Ладно, я тебе доверяю. И еще. Я возьму тебя с собой. Дэвид вздернул голову, смотря на своего хозяина благодарственным взглядом. Он был похож на пса, которого похвалили, если бы у юноши был хвост, он бы им обязательно бы повилял. Слуга стал улыбаться, он уже и не надеялся, что граф решит его взять с собой. Он заметил, что после его признания, Мастейн стал к нему более открыт и расположен. Он стал делать ему небольшие подарки в виде вот таких приглашений с собой, куда-то в свет. Дэвид выглянул в окно. Пейзаж за ним весьма поменялся. Появилось новое дерево. Он не думал, что оно будет таким большим. Дэвид предполагал, что это будет небольшой росток, который будет так долго расти, что он сможет им насладиться в глубокой старости. Но дерево было довольно большим, что было даже удивительно, как оно прижилось в новой почве. Это был еще один, наверное, самый ценный подарок графа молодому слуге. Дерево сакуры. Дэвид никак не мог дождаться весны, чтобы насладиться его цветением. Он часто сидел под ним за книгой, чьей закладкой служила картинка цветущего дерева, которую ему подарил герцог. Мастейн всегда был несколько недоволен тем, что Дэвид слишком влюблен в эту карточку. Но она была Дэвиду столь дорога, что молодой граф был просто бессилен. Мастейн стал застегивать на себе перламутровые пуговицы, которые ровным рядом шли по рубашке. Граф накинул на себя черный жилет, который взял из рук слуги, пока тот отдался в свои мысли. Мастейн еще раз посмотрел на себя в зеркало оценивающим взглядом, стараясь понять, что в нем не так. Осознав, что придраться не к чему, он натянул на свои руки белоснежные перчатки, которые даже несколько слепили Дэвида. Граф еще раз покрутился у зеркала, рассматривая себя со всех сторон. Он одобрительно кивнул своему отражению, походя ближе. Граф всмотрелся в свое лицо, изучая редкие полоски морщин на своем лице, которые появились совершенно недавно. Он неодобрительно провел пальцем по глубокой складке у уголка глаза, его пугала старость. Мастейн боялся, что состарится слишком быстро, так и не насладившись своей молодой жизнью, которую он стал слишком часто проводить в своем кабинете за бумагами. Он хотел было замазать ее, но вспомнил, что оденет маскарадную маску, которая скроет все его изъяны. Граф молча подошел к кровати, на которой лежал его аксессуар. Он одел ее на лицо, прося Дэвида завязать сзади шелковые ленты, чтобы она держалась. Молодой граф еще раз подошел к зеркалу, все еще никак не налюбовавшись своим отражением. Как ни странно, но Дэвид был прав, маска отлично дополняла его образ. Красный цвет придавал свежести и броскости. Мастейн был просто влюблен в эту маску. Она прикрывала часть его лица, создавая образ загадки. Сама маска была обшита красной тканью, на которой были, золотыми нитками, вышиты красивые узоры, в виде разных завитков. Мастейн понял, что выглядит в данную минуту идеально. Налюбовавшись на себя в зеркало, он наконец-то повернулся к Дэвиду, который оценивал его взглядом. - Дэвид, у меня есть к тебе небольшая просьба. - Конечно, мой господин. - Я прошу тебя приехать чуть позже, чем я. - Отчего? - Просто, я хочу, чтобы ты чувствовал себя независимо от меня. Ты можешь вести себя свободно. - Но как я доберусь? - Возьми любого коня. И можешь одеть все, что найдешь в моем гардеробе. Одевай то, что тебе понравится, я разрешаю. - Абсолютно все? - Да, я доверяю твоему вкусу, ты наверняка оденешься весьма хорошо. И можешь так же выбрать любую маску. - Мой господин.. - Ни в чем себе не отказывай. Сегодня твой первый выход, я хочу, чтобы ты его запомнил, как самый лучший день в своей жизни. - У меня было их всего два. Когда вы посадили для меня сакуру, и когда я встретил вас, мой господин. Мастейн довольно улыбнулся. Он подошел к Дэвиду, оставляя на его лбу осторожный поцелуй. Дэвид поднял глаза на своего хозяина, который смотрел на него с каким-то непонятным чувством ласки и нежности в глазах, которые проглядывали через отверстия в красной маске. Он был так великолепен в данную минуту, что юноше казалось, Мастейн не мог быть красивее, чем сейчас. Такой загадочный, таинственный, было трудно понять, какую эмоцию скрывает сейчас маска, но от самого графа веяло чем-то теплым и приятным. Его парфюм стал немного опьянять Дэвида, отчего его голова стала понемногу кружиться. Молодой граф провел рукой по голове юноши, перебирая его светлые волосы, которые успели значительно отрасти, они стали касаться его лопаток, но слуга так и не приучил себя убирать их в хвост, отчего они лежали на его спине аккуратной волной. Мастейн чуть дернулся, понимая, что на балу он может встретить Джеймса, но сейчас его голова, отчего то была заполнена лишь мыслями о Дэвиде, который сейчас стоял перед ним. Граф еще раз провел рукой по его голове, приглаживая его пушистые волосы. Чуть кивнув, он оторвался от юноши, направляясь к двери, за которой был слышен голос лакея, звавшего графа, так как его карета уже прибыла и ожидает его внизу. Напоследок, Мастейн оставил поцелуй на щеке Дэвида, отчего она тут же покраснела от смущения. Юноша прикоснулся к ней длинными пальцами, чувствуя, как она стала гореть. В чувства его привел скрип двери, которая закрылась за ушедшим графом.