Одержимый Гуком

Вчера Чонгук никак не мог уснуть. Ну, покамест усталость не взяла его в свой тёплый плен. Конечно же, Чон выплакал всё, что копил в себе все эти три года. После этого голова начала нереально болеть, а тело поддалось накатившей усталости и в час ночи вырубилось окончательно. ~~~~Сейчас двенадцать дня, суббота~~~~ Чонгук с трудом расклеил глаза и ужаснулся, видя на электронных часах, которые стояли на тумбочке цифры 11:30. Чон явно рассчитывал на то, что его разбудит мама, но почему-то этого не произошло. Не долго думая, Гук резко подорвался с кровати и выбежал из своей комнаты. Благо, Чонгуку не пришлось тратить время на то, чтобы одеться — он лёг одетым, и, соответственно, и встал тоже. Пулей спустившись на первый этаж, Чонгук пробежал мимо сидящей за столом на кухне мамы. Притормозив на секунду, чтобы одеть куртку, Чон покосился на маму и зло выкрикнул: "Почему ты меня не разбудила??! Я же тебе говорил, что сегодня мы отрабатываем 8 марта!!!" — С каких пор ты на отработки ходишь? Ты всегда их пропускал! — пребывая в шоке от неожиданных претензий сына, возмутилась женщина. В ответ Гук промолчал и начал спешно надевать обувь. — Сына, а куда ты так летишь? Ты вчера такую истерику устроил. Удивительно, что новое зеркало в ванне осталось целым. — Мама, у меня нет времени это объяснять!!! — грубо кинул Чонгук, уже почти выбегая из дома. — Подожди!!! А кулон!!! — глухо послышалось из дома. Чон сделал пару шагов назад, входя обратно в дом. — Какой кулон? — недоумевал Чонгук. — Вот этот! — сказала женщина и протянула вперёд руку: у нее на ладони лежал маленький кусочек глины с надписью "Тэхён". Чон стоял слишком далеко чтобы что-то разглядеть и поэтому не разуваясь прошёл внутрь, на кухню. — Помнишь, как мы их делали, — женщина широко улыбнулась и отдала кулон Чонгуку. — Помню, — Гук легонько улыбнулся, затуманенным взглядом рассматривая надпись. — Но я же... — вдруг начал Чон, но мать его перебила: — Да, ты думал, что выкинул его, но я его сберегла. А вчера я зашла в твою комнату, когда ты уже спал, увидела возле тебя кулон Тэхёна и сразу же вспомнила про твой. — Спасибо, — Гук широко улыбнулся и, вылетев из дому, на бегу нацепил на себя свой кулончик. Скоро закончится четвёртый урок и парни наверняка собираются загнать Тэхёна в их любимое место, где никто ничего не услышит. Поэтому Чон должен просто пулей оказаться возле школы, чтобы не дать парням избить Тэхёна до смерти. У Чона есть десять минут. Так много и, одновременно, так мало. Успеет ли Чонгук?

***

В 10:15 в школе. — Хей, парни, что-то сегодня не так. В расписании изменения: всех отпускают после третьего, — радостно поведал Стояк своей компании, состоящей из двоих: блондина и брюнета. — Да~м, как-то даже неожиданно, — в свою очередь поддакнул блондин. — Я видел сегодня Тэхёна. Надо будет его словить на выходе из школы. — Полностью согласен. Третий урок закончился в 11:00. Тэхён собрал все вещи в портфель и направился к выходу. Мысли Кима были лишь о том, что он не встречал сегодня Гука. Неужели Чонгук даже не попытается остановить своих друзей? То есть, вчерашняя выходка ничего не значит? Он опять решил поиграть с чувствами Тэхёна? На этот раз Киму уже всё равно. Не пришел, значит не пришел. Уже не с чем играть. Похоже, что никаких чувств уже и не осталось. Может быть, Ким всё простил бы, если бы Чон что-то сделал, но он ничего не сделал. Он соизволил предпринять одно — ничего. Вот и Тэ ничего не будет делать, он просто пойдёт и получит пиздюлей, совершенно не сопротивляясь. Нет уже смысла сопротивляться. Тэхён пришел, чтобы сдержать свои слова — он не будет убегать. Всё внутри разбито, так пусть и внешнее состояние будет соответствовать внутреннему. Если Чонгук так сильно этого хочет — пусть получит желаемое. Может, после этого он станет счастлив? Третий урок закончился и Тэ направился на выход из школы. Спускаясь по серым ступенькам вниз, Ким увидел знакомую компанию из двух брюнетов и одного блондина. Парни стояли в расслабленно-ожидающей позе, а после, заметив фигуру Тэхёна, троица заметно оживилась. Уловив на себе хищный взгляд Стояка, Тэ нервно сглотнул и без раздумий направился в их сторону. Пройдя мимо банды, Тэ почувствовал облегчение, но оно было не долгим. Через несколько секунд Хён осознал,что его схватили под руки двое парней своей железной хваткой, а впереди появился широко ухмыляющийся Стояк. — Ну что, Ким Тэ Хён, соизволишь с нами пройтись? — очевидно, что риторически, спросил Стояк. Он был самым мускулистым из компании, и уж точно сильнее Тэ. Хватка парней стала жестче, а сердце начало бешено колотиться, ведь Ким начал осознавать, куда его тащат. — Нам надо было давно провести с тобой воспитательную беседу, — вновь заговорил Стояк. Парни утащили Тэхёна подальше за школу — туда не выходят окна и есть только запасной выход из спортзала. Это был самый укромный уголок, где редко проходят люди, а крики будут почти не слышны проходящим вдалеке школьникам. Когда парни завели Кима в "укромный уголок", Стояк сразу схватил Тэ за грудки и резким движением вдавил в холодную стену школы. — Скажи, тебе что, совсем не страшно!? Мы тебя тут, как бы, бить собрались!!! — нервно крикнул Стояк, вглядываясь в безразличный взгляд Хёна. — Мне всё равно. Делайте, что хотите, — еле слышно сказал Ким, буквально розчленяя Стояка холодным взглядом. — Парни, вы слышали его? Ему не страшно!!! — возмутился брюнет и с размаху ударил Тэ кулаком в челюсть. Получив не слабый удар по скуле, Тэхён лишь повернул голову обратно, вновь вперяя взгляд в глаза обидчику. Сказать, что ему было не страшно, я не могу. Ему было страшно, но он не хотел показывать свой страх. Тэхён хотел принимать удары с гордостью, не издавая лишних звуков и не делая лишних движений. — Как же ты меня бесишь!!! — заорал главарь, опять хватая Тэ за грудки и отрывая Хёна от стены, Стояк толкнул его в своих парней. Тэхён прилетел в блондина. Тот, не думая ни секунды, начал бить Тэ кулаками в живот. От резкой боли Тэ схватился за пострадавшую часть тела, делая пару шагов назад, и в этот момент брюнет, что стоял сзади резко ударил Кима по ноге в самую болевую точку икры. Тэ сразу упал на колени, одной рукой держась за живот, а другой упираясь на асфальт. Тут же к Тэхёну подошёл блондин и с размаху врезал ногой по опирающейся руке Тэ так, что Ким повалился на землю, заработав свежие царапины на своём лице. Стояк за избиением наблюдал со стороны, наслаждаясь представлением. Высокий брюнет грубым движением хватил Тэхёна за чёрную куртку, вновь поднимая на ноги. Когда Кима подняли, блондин пустил в ход кулаки, ударяя Тэхёна уже по лицу. Тэ почуствовал тяжёлый удар по переносице, удары в глаз и в челюсть. — Давайте, парни, подправьте ему его милую мордашку! — радостно подначивал Стояк, хищно облизываясь. Из носа моментально потекла кровь, а правый глаз быстро начал опухать, но парни не останавливались. Они по очереди били Кима куда приходилось, покамест Тэ вновь не повалился на землю. — Что ж ты такой слабак? — откровенно насмехался черноволосый, в очередной раз поднимая Тэхёна на ноги и толкая в руки своего светловолосого напарника. Блондин схватил Кима под руки, а высокий парень наносил все новые удары. В этот момент Тэ ощущал огромную боль по всему телу. Сердце бешено колотилось ,а воздуха с каждым ударом становилось всё меньше. Кисловато-сладкий привкус крови на языке заставил Тэ ощущать ещё больше страха, а перед глазами злые лица парней, что готовы раскатать Тэ по асфальту, виделись Киму уже как-то туманно. И даже сейчас боль, которую ощущает тело Кима не сравнится с той болью, что ощущает душа. Душе, где-то там внутри груди, гораздо больнее. И больнее именно от того, что теперь между Тэ и Чоном всё кончено. Всё кончено и это уже не изменить. — Ладно, девочки, хватит играть с мальчиком, дайте дяде повеселиться, — спустя десять минут избиения Тэхёна сказал Стояк, азартно пробегая глазами по полубессознательному Тэ, которого под руки держал блондин. Хён уже еле стоял на ногах: коленки тряслись, по лицу стекали капли крови, а глаза отказывались ясно видеть перед собой. Сердце бешено колотилось, напоминая Хёну, что он пока что жив, и жадно хватая воздух ртом, Тэ смотрел на Стояка, что медленно приближался к своей жертве, напоминая кровожадную акулу. Громила схватил Тэхёна за подбородок, приподнимая голову Кима к себе. Сначала главарь довольно рассмотрел опухшее лицо Тэхёна, а после подытожил: — Так, личико мы тебе подправили, пора бы и крылышки подрезать. В этот момент Тэхён уже нечего не соображал, да и глаза уже почти не открывались. Вдруг Хён почувствовал, как его резко бросили на асфальт. Тэхён лежал на животе. — А теперь тебе страшно? — заорал Стояк, резким движением больно хватая Кима за волосы на затылке и приподнимая за них голову. Он довольно посмотрел в глаза Хену, наклонившись к нему. — Н-н-нет... — еле слышно выдавил из себя Тэхён, отвечая парню полумёртвым, но всё еще сохраняющим некое подобие хладнокровия, взглядом. — Смотрите-ка, он всё ещё может говорить... Значит, вы плохо его обработали!!! — внезапно взбесившись, вскрикнул Стояк и с размаху ударил голову Тэхёна об асфальт так, что на лбу образовалась новая рана. После ещё раз и ещё раз, не жалея сил брюнет буквально размазал лицо Кима об шершавый асфальт, оставляя на нём следы багровой жидкости. Стояк схватил Кима за ногу, и, резко перевернув Хёна на спину, потащил за собой к запасному входу в спортзал. Там находились парочка ступенек. Особо не церемонясь, громила кинул ногу Кима на вторую ступень и грубым голосом отдал приказ: «Держите его!» Сверху на торс Тэ сел блондин, двумя руками он развёл руки Тэхёна по бокам от головы, вдавив запястья в асфальт, а брюнет сбоку держал вторую ногу Тэхёна, что согнулась в колени, тем самым не позволяя сопротивляться. Перед глазами Тэ видел лишь алчное выражение лица Стояка с хищной улыбкой и где-то в отголосках сознания раздавалось эхо грубого голоса, вопрошающего парня: «Ты готов?» Тэ уже совершенно не мог сопротивлятся, он уже вообще не чувствовал своего тела, но когда к Хёну пришло осознание того, что с ним собираются сделать, сердце вдруг ухнуло куда-то вниз. — Я всегда так наказываю плохих парней, — беззаботно пояснил Стояк, — Знаешь, что мы сейчас будем с тобой сделаем? — спросил он. — Конечно знаешь, ты же умный мальчик. Обычно у меня получается сломать ногу с десятого удара. Как ты думаешь, со скольки получится сейчас? — омерзительно довольным голосом спросил Стояк у Кима, у которого уже началась внутренняя паника. Тэ решил промолчать. Все тело покрылось мурашками, а сердце начало ещё быстрее биться. — С какого удара? — алчно повторил главарь, смакуя каждое слово, и с размаху долбанул своей ногой по коленному суставу ноги Хёна, что лежала, распрямленная, лодыжкой на ступеньке. — АААААААААААА!!!! — в этот раз Тэ не смог сдержать свой крик, потому что нереальная боль пронзила ногу Кима буквально насквозь. От резкой боли парень слегка дернулся в попытке вырваться, но сильный блондин не давал этого сделать, да и нога, получившая удар, уже не подчинялась Хёну. — Наконец-то ты раскололся! — радостно отозвался Стояк, — Ахахаха, решил из себя терминатора строить? Думал, получится!? — злобно продолжал брюнет, снова со всей злостью хренача по ноге Тэхёна. — ААААААААААА...!!! — крик Тэ стал ещё громче, а боль в ноге — ещё сильнее. Она заставляла потоки слёз пробиваться наружу, ведь тело Кима никогда ещё не ощущало настолько ужасной, пронзительной и резкой боли. Тэхёном овладело непреодолимое чувство страха. Тэ начинает понимать, что вот-вот и ему разломают нахрен ногу, но желания сопротивляться по-прежнему не появлялось. Тэхён не желал убегать. Он просто хотел навсегда раствориться в воздухе или превратиться в невесомую пыль. Лишь бы только забыть всё, что он успел пережить за этот год. Лишь бы только забыть всё, что было между ними с Гуком. Забыть и отпустить... — ААААААААААА..!!! — третий удар. А ведь Хён всё ещё злится на то, что Чонгук позволил своим друзьям это сделать. Сцепив вновь зубы, Тэ представлял, как Чонгук смотрит на это со стороны и даже не пытается ничего сделать. — ААААААААААА!!! — четвёртый. Горло начало болеть из-за разрывающих глотку криков. Тэхёну было всё хреновей и хреновей, но перед глазами всё ещё стоял Чонгук. — ААААААААААА!!! — пятый. Вдруг Чон исчез, а Тэ начал истерически завывать, захлёбываясь своими слезами вперемешку со стекающей по лицу кровью. — ААААААААААА!!! — шестой и нога Тэхёна уже просто раскалывается от пронизывающей боли. Кажется, что внутри что-то начинает трескаться. Тэ резко начинает дёргаться, но это не попытки сопротивляться. Это просто реакция нервной системы на невыносимую боль. — Смотри-ка! Всё ещё держится, — наигранно изумился Стояк, откровенно получая удовольствие от вида того, как Тэхёна потряхивает от боли, и от его же тихих стонов. — ААААААААААА!!! — седьмой удар и Ким уже перестаёт злиться на Чонгука. Он больше не чувствует злости. Он уже ничего не чувствует. Ни обиды, ни злости — ничего. Только лишь бьющееся в агонии сердце. Чонгук потихоньку покидает мысли Тэ. Хён начинает прогонять его из своего сердца. Пусть идёт вон и не возвращается, ведь Тэ уже глубоко наплевать, где сейчас Чонгук. Тэ уже наплевать, станет ли он счастливее или будет сожалеть, пытаться извиниться.. Тэ наплевать, потому что он больше не любит Чонгука... Он больше не любит... Кажется, что Хён это понял только сейчас, лёжа на холодном асфальте и истекая кровью. Почему сейчас? Потому что, когда болит только душа — это можно стерпеть, но когда тело ломит со всех сторон, когда сердце колотится, как обезумевшее, и при этом все внутри содрогается в конвульсиях душа — это просто невозможные ощущения... НАСТОЛЬКО много боли от одного человека по имени Чон Чонгук.. Хён больше не готов это терпеть. — ААААААААААА!!! — восьмой. Душа уже не болит — она словно успокоилась или вовсе исчезла. Потому что внутри так пусто, так пусто, что, кажется, боль от ноги распределилась на всё тело, потому что место наконец-то освободилось. Место, которое занимала душевная боль Тэхёна эти два месяца, впервые стало свободным. Неужели это действительно произошло? Душа больше не болит, а вот нога — она разрывается на тысячу маленьких частей. Боль такая сильная, что, кажется, Тэхён скоро потеряет сознание... Ким уже совершенно нечего не видит. Он слышит только доносящиеся откуда-то издали голоса парней и чувствует, как всё тело очень сильно ноет. Главарь давит своим весом на пострадавшую ногу Хёна, заставляя Тэ ощущать, как что-то внутри конечности разрывается. По всему телу пробегают табуны мурашек, из глаз непрерывно текут слёзы, а сердце выпрыгивает из груди так сильно, что Тэ ощущает его удары в висках. Казалось, что Тэ вырубится, но не от боли, а от остановки сердца — так бешено оно не билось, даже когда Ким целовал Чонгука. — ААААААААААА!!! — девятый удар и, кажется, а может, и не кажется, что что-то внутри треснуло. Боль добралась до горла Кима и беспощадно сдавила глотку, заставляя Тэ отпустить и так уже давно ускользающее сознание. Потяжелевшая голова упала на асфальт, а веки закрылись. Это произошло в одно мгновение. Хён вдруг осознал, что не может больше терпеть. Слишком больно... — Кажется — всё. Он, похоже, вырубился, — осведомил друзей блондин, что держал руки Кима. — Похоже на то, — подтвердил темноволосый. — С девятого, да это просто рекорд!!! — радостно перебил Стояк. — Молодец, но нам пора делать ноги... — Согласен... Банда моментально скрылась с места приступления, а Тэ остался лежать без движения на холодном асфальте. Чонгук прибежал ровно через десять минут после того, как Тэ избили. Видя вдалеке лежащего на земле Тэхёна, Чонгук в голос крикнул:"СУКА!!!", ускоряясь, чтобы быстрей подбежать к Киму. Моментально приземлившись на асфальт возле Тэхёна, Чонгук приподнял к себе тело Тэ. Когда Гук увидел избитое лицо Хёна, на котором, казалось, не осталось и живого места, из Гука вырвались истерические крики, а глаза наполнились слезами. — НЕЕЕЕЕЕЕТ! НЕ МОЖЕТ ЭТОГО БЫТЬ, Я ЖЕ НЕ ОПОЗДАЛ!!!! ПОЧЕМУ?! — оглушительно громко вопил Чонгук, начиная рыдать взахлёб. Чувства внутри Чонгука разрывали душу в клочья, заставляя Гука истерически рыдать, таращась на израненного Хёна. Как же так? Почему Чон не успел? Он же так летел, не останавливаясь ни на секунду, чтобы отдышаться. И всё равно не сумел предотвратить этот кошмар. — ТЭХЁН!!! НУ ОЧНИСЬ ЖЕ ТЫ!!! — уткнувшись в грудь Кима, продолжал истерить Чонгук, прижимая тело Тэ к себе. Чонгук дрожал, содрогался в рыданиях, попутно окрапляя куртку Тэ слезами. Кажется, что это всё просто плохой сон, но, к сожалению, это — жестокая реальность. Чонгук не успел. За это он себя, наверное, никогда не простит... — Я ЖЕ СЛЫШУ, ТЫ ЖИВОЙ! НУ ЖЕ, ОЧНИСЬ!!! — Чонгук оторвал голову от груди Тэ, чтобы посмотреть в лицо Кима и, одной рукой приподняв голову парня, приложил вторую к бледной щеке. — Ну пожалуйста... — шепотом умолял Чонгук, оглаживая дрожащей рукой кровоточащие царапины на скуле и до боли всматриваясь в лицо Тэхёна. Когда Ким приотрыл тяжелые веки, Чонгука словно прошибло молнией — он почувствовал волну облегчения. Когда Тэхён увидел перед собой заплаканное лицо Чонгука, то сразу же почувствовал, как что-то внутри перевернулось. В глазах слегка двоилось, а тело было настолько тяжелым, что Ким его почти и не чувствовал. Как-будто все части тела разом онемели. Всё, что смог сделать Ким — это легонько улыбнуться, ведь Хён уже совсем не понимал, реально ли это. — Теперь... ты счастлив?.. — еле слышно произнёс Тэхён, глядя из под полу-прикрытых век на мокрое лицо Чонгука. — Не говори так, Хён! Не говори!!! — продолжая захлёбываться собственными слезами, несдержанно выкрикнул Чонгук, сильнее прижимая Тэ к себе. — Разве ты не хотел этого? — уже более резко переспросил Ким. — Тэхён... Я хотел этого, но не теперь! Слышишь? НЕ СЕЙЧАС!! — Ты ведь... всегда добиваешься желаемого... — с лёгкой усмешкой на лице произнёс Хён, втягивая грудью холодный воздух. Тэ уже не понимал, жив он или мёртв. Может, это всё какие-то приятные галлюцинации, а может, и нет. Тэ воспринимал всё как-то затуманено, поэтому Хён говорил всё, что думал. — Закройся!!! — грубо перебил Гук, доставая из кармана Кима телефон, потому что свой Гук оставил дома. Спешно набрав номер скорой и приложив устройство к уху, Чонгук уставился на Тэхёна. — Алло, скорая, приезжайте пожалуйста, тут парня жестоко избили! Диктую адрес... — Они сказали, что приедут через пять минут, — облегчённо выдохнул Чон, тревожно всматриваясь в безжизннное лицо Тэ. — Зачем ты позвонил, надо было бросить меня тут умирать. На одну проблему в твоей жизни меньше... — слабо, но с нескрываемым сарказмом, произнёс Ким, зло поглядывая на Чонгука полу-открытыми глазами. Он уже ничего не хотел и ничего не чувствовал. — Ты не проблема, Хён... — тихо сказал Чонгук, опять приподнимая Кима к себе, и, не спросив разрешения, прижал к себе Тэхёна, заставляя того почувствовать, как бешено колотится сердце Гука. — А кто я? — не отвечая на объятия, прошипел на ухо Чонгуку Хён. — Ты... решение проблемы. Решение всех проблем, — тихо ответил Гук нежным голосом, вновь позволяя слёзам скатываться по своим щекам. Так, сидя на холодной земле, парни провели ещё около трёх минут, покамест ждали скорою. Чонгук рыдал не останавливаясь, а Тэхён находился в очень непонятном для себя состоянии. Он не чувствовал, как бьется сердце. А оно должно было биться, ведь его обнимает Чонгук. Неужели, это значит, что Тэхён... Он действительно сумел разлюбить Чонгука? Из кареты скорой выбежали два врача, сразу таща за собой носилки. — У вас что-то сломано? — спросил молодой человек, подбегая к Хёну. — Кажется,... нога, — тихо прошептал Тэхён, вспоминая, что недавно с ним творили. — Вы его не перемещали? — грубо спросил врач, таращась вопросительным взглядом на Чонгука. — Нет, только приподнимал, — перепуганно выпалил Гук. — Это хорошо. Врачи принялись перекладывать избитого Хёна на носилки, а Чонгук смотрел на это со стороны и не верил, что всё это происходит в реальности. — Парень, ты едешь с нами? — неожиданно спросил врач у находящегося в полном ауте Чонгука. — Конечно! — без раздумий отозвался Чон и залез в карету скорой помощи, сев на сиденье сбоку от носилок. Сломал ли ногу Хён — не известно, но то, что он сломался сам, где-то там глубоко внутри — это стопроцентный диагноз.