Mask.

Прошло три недели и меня выписали из клиники. Голос постепенно возвращался и перестал быть похожим на кипящий самогонный аппарат. Мы вернулись к обычному режиму работы. Моя карусель вновь набирала обороты. Как только голос стал возвращаться, я позвонила родственникам и успокоила их. С бантанами я нарочно избегала встреч, не хотела бередить старые раны. События последнего месяца не давали мне покоя. Этот день рождения я запомню на всю жизнь. Я стала наводить справки по делу о покушении. Адвокаты представили это как ревнивое поведение пьяного. Суд состоялся ещё когда я была в клинике, поэтому к моменту моего полного выздоровления, стрелок уже отбывал наказание. Отчасти я чувствовала себя виноватой перед Тэхеном за обман в ту самую ночь, поэтому жест с самопожертвованием был абсолютно искренен и логичен в моем понимании. Я представляла его реакцию на правду! Он никогда меня не простит. Я не прощу. Но что сделано, то сделано. Я сознательно давила все чувства к нему. Вспоминала его последний визит ко мне в больницу и сама делала себе вливания ядом обиды на него. Меньше чем через год заканчивается наш первый контракт с компанией и я не знаю, что мне делать, продлевать или нет. Захочет ли компания продолжать с нами сотрудничать. Мы готовились к тому, что будем самостоятельно развиваться дальше. Саша работала над новыми программами, Элис заключила контракт с галереей и готовилась к своей первой выставке. Я планировала работать с братом на поприще ресторации, выступать там, устраивать показы и прочие шоу. Мы готовили плацдарм для дальнейшей жизни без бантан. У Элис очень бурно развивался роман с Джи Ханом и я не могла нарадоваться на их союз. Хвараны выполнили свое обещание и, как только я смогла нормально передвигаться, то они устроили совместную вылазку на обед. И снова без Тэ. По срокам мы должны были давно выпустить свой новый альбом, но из-за болезни все сроки существенно сдвинулись. Запись была уже давно сделана. Смонтированы все видео и даже те, что мы снимали в Дубай. Но традиционно сразу после камбэка должны быть разные выступления с промоушеном. Я ещё была не в состоянии петь в полную мощь. Поэтому мы не рисковали, и я начала с фанвстреч. Наши поклонники ждали этого и мы наконец то смогли с ними встретиться. Мне одевали петличку, чтобы я могла не сильно напрягать горло. Мы ездили на встречи. Выступали с танцевальными номерами на общих концертах. Перед первым выступлением меня потряхивало, но девочки меня поддерживали и я справлялась. В середине номера всегда выходил на сцену танцор и брал меня в поддержки, чтобы я могла немного расслабиться и дать отдохнуть натруженному телу. Мы выходили из ситуации чтоб зритель нас не забыл. Всегда сложно возвращаться после столь длительного перерыва. Но мы видели отдачу фанов и это придавало нам силы. Мы продолжали сниматься в рекламных роликах. К слову сказать, реклама снятая в Дубай стояла в рейтинге на первых местах очень долго. Спустя три месяца мы получили приглашение погостить от нашего дубайского принца. Мы сдружились с ним и охотно приняли приглашение. Шихек летел с нами, поэтому предполагалось безудержное веселье. Нам хотелось взять маленький тайм-аут перед основными церемониями закрывающих год. И уже через неделю мы были гостями восточной сказки. У нас было всего четыре дня, но мы проводили их настолько насыщенно, что складывалось впечатление, что мы здесь неделю, не меньше. Завтра мы улетаем. Но у меня осталось невыполненным одно дело. Такси привезло меня к стенам тюрьмы, в которой отбывал наказание мой стрелок. Мне стоило немалых усилий чтоб добиться свидания с ним. Да-да, именно свидания в отдельной комнате. Я сидела в этом жутком кабинете и мое сердце грозило пробить грудную клетку. Я страшно волновалась. Я терялась в своих желаниях и эмоциях. Ждала и боялась. С той стороны послышались шаги и лязг открываемой клетки. Сначала вошёл один охранник, затем ввели арестанта и замыкал шествие ещё один конвоир. Я стояла у стены с маленьким окном вверху, которое было зарешеченно. Жутко повернуться в сторону своей несостоявшейся смерти. Надо. — Здравствуйте. Я обернулась и посмотрела на него. С последней нашей встречи он подурнел, осунулся и сильно сдал. Но все так же вздёрнутый горделиво подбородок. — Присаживайтесь. Он с любопытством на меня смотрел. Наручники ему так и не сняли. — Ты кто? Как, подожди, это тебя я подстрелил? Сорян, не хотел.- Он поднял закованные руки. Охрана напряглась. Я махнула им, чтоб они расслабились. — Зачем вы стреляли в него? Что он вам такого сделал? — А тебе какое дело? Ну бабу я в клубе подцепил. Лицо было правда прикрыто кружевной маской, так что его я толком и не видел. Но фигура ничего так, ножки, попа, сиськи, все на месте. И я уже окучивал эту курочку. Я даже ей подсыпал порошочка в мартини для сговорчивости. Вот только она не пила совсем, играла языком и губами с соломинкой. Прикинь как мне, здоровому мужику трудно было держать член в штанах! Я итак хотел ее нагнуть там же. Да она все на дверь смотрела. Видать его ждала. А мне так хотелось снять с нее маску. Связать ей руки этой тряпкой или заткнуть ее прелестный ротик. Хотя для ротика есть другое применение. Короче, я уже готов был вести ее в вип-кабинку, но, как в сказке, пробила полночь и появился он. Моя цыпа сразу соскочила с насеста и порулила к нему. Я пытался обратить на себя внимание. Но видела она перед собой только этого узкоглазого. Стоило ему появиться, и она свалила с ним. Где справедливость? Я уже представлял как буду ее жарить. И тут такой облом. Такой дорогой шлюхи у меня ещё не было. Я даже хотел проследить в каком они номере, ну чтобы ее потом перехватить, но мне помешал охранник этого парня. Я всю ночь пил. А утром на ресепшене я уже видел как вы выходили, я почти не отдавал себе отчёта что делаю. -А какие проблемы, снял себе на ночь другую шлюху. Что клином сошёлся белый свет на этой? — Хмм, нет, ты не поняла, кралечка, это дело принципа. Я хотел ее. Именно ее. А тут какой-то сопляк уводит из-под носа. Причем без единого слова. — А может это она его увела? — Ой ладно. Кто не клюнет на Gucci? А такие бабёнки падкие на дорогие побрякушки. Ты вон тоже упакованная в бренды. Вы ж падкие на тех, кто вам дарит дорогие подарки. Обидно, я же тоже далеко не бедный человек. У меня и Роллекс на руке был, и брендовые шмотки. Только ушла она к молоденькому. — Ну ты же понимаешь, что так поступать нельзя было. Ты же мог убить их. — Ну знаешь ли. Мне не жалко что я так поступил. Я еле себя сдерживала. Если ещё полчаса назад я сомневалась в своих намерениях, то сейчас не было ни капли сомнения. — Ты зачем приехала сюда? Жалеть меня или просто из любопытства? — Ни то, ни другое. Хочу вернуть тебе то, чего ты лишился в ту ночь. — В смысле, куколка? Ты хочешь чтоб я тебя здесь? Хотя ты тоже ничего такая, аппетитная. У мужика загорелись глаза и он нервно заерзал на стуле. Я подошла к охраннику и попросила его пристегнуть наручниками к стулу. Мужик откинулся на спинку в предвкушении. Я зашла за его спину, скинула пальто и одела маску. Провела по его шее пальцем, наклонилась к уху и слегка подула на него. Я видела как у него стали тесными штаны. Я обошла его и села на стол напротив него. Видели бы его удивлённое лицо. — Ты? Это ты? Что происходит? — Пупсик молчи. Я коснулась его ноги туфлей. Потом спустилась к паху и слегка прижала носком его бугорок. Мужика кинуло в жар. Пот катился градом, он ерзал на стуле, видно было, что жесткое воздержание давало себя знать. Я доводила его до апогея. Еще немного и он спустит в штаны. Я подошла близко к нему и наклонилась. — Хочешь? — Ммм, сука, я же сейчас кончу. — Помочь? Я не стала ждать его ответа. Обошла со спины и подошла к охранникам. Эти двое сами были на пределе. Я прошла и слегка коснулась их. — Мальчики, развлекайтесь! Схватила сумку с пальто и вышла из камеры. Я слышала крики и копошение за дверью. Я уходила, еле сдерживалась чтобы не бежать. Уже в такси одела пальто. Всю дорогу до дома эмира я ехала молча, не плакала, не истерила, не. Мне надоело терпеть оскорбления и унижения, он мог убить Тэхена только из-за того, что у него увели игрушку. Он играл и распоряжался жизнью человека. В задницу приличия и порядочность. Не в этом случае. Зло должно быть наказано. В холле столкнулась с его высочеством. — Нати, вы откуда такая красивая? От вас веет грозой в ноябре. Такая же завораживающая и опасная. Он подошёл и поцеловал мне руку. — Ваше высочество, ездила проведывать стрелка. — Зачем такой красивой женщине делать в таком опасном месте? Пойдемте, я вам сварю кофе. Мне ничего не оставалось делать как отправиться с ним на кухню. Прислуга кинулась к нему. Но он всех выпроводил и стал насыпать в турку кофе. — Я знаю, вы любите крепкий черный кофе без сахара. Он улыбнулся и стал размешивать ложечкой. — Наташа, вам добавить кардамон? — Да, пожалуйста, если вас не затруднит. Мне неловко перед вами. — Ах оставьте. Все в порядке. Я в состоянии сварить красивой женщине чашку кофе. Мне нравится пить кофе в любое время суток. Очень мало пью чай. — А какой вам нравится кофе? — Мне тоже больше нравится черный без сахара, но иногда со взбитыми сливками поднимает настроение. Он поставил на стол две чашки ароматного кофе и тарелку с рахат лукумом. Подвинул второе кресло и выжидающе на меня посмотрел. Я взяла чашку и отпила немного. Кофе был восхитительный. — Ваше высочество, кофе прекрасный. Правда, вы прекрасно его готовите. Эмир расплылся в довольной улыбке и расслабившись сел в кресло. — Нати, вы с девочками всегда желанные гости в этом доме и я хотел бы пригласить вас и парней на свою свадьбу весной. — Вы женитесь? Ваше высочество! Какая радость! Конечно мы примем ваше приглашение и почтим за честь иметь возможность поздравить вас лично. Девочки будут несказанно рады! — Нати, моя будущая супруга очень любит вас и BTS и я хотел бы вас попросить спеть для нее на свадьбе. — Конечно, это здорово! Мы просидели с эмиром около двух часов, болтали о предстоящей свадьбе и его невесте. И тяжёлые события этого дня уходили в закат вместе с вечерним солнцем.