it starts over D

Среда день тяжелый, как и понедельник, как и все будние дни в принципе. Занятия в колледже Марка сегодня отменили, потому что будет проведена какая-то творческая выставка артхауса (самодеятельности – считал Ли) для первокурсников, так что день можно было потратить с какой-никакой личной пользой. Почему день тяжелый? Потому что у Госпожи Ли тоже выпал на сегодня выходной и она с самого утра, разбудив Марка в 8 часов, с энтузиазмом рассказывала какие у нее уже устаревшие платья, как ей не хватает времени из-за работы пойти и прикупить пару сумок из новой коллекции, как она хочет те странные туфли от гуччи просто затем, чтобы были и, Марк, ты же пойдешь со мной, ты же не откажешь своей маме ведь у нас так мало времени, чтобы побыть вместе да ведь сынок, тащить тяжелые пакеты одна я не буду, а звонить водителю так затруднительно он ведь опоздает и вообще …. На улице стремительно теплеет и солнце уже готово рисовать на людях бронзовый загар и красные ожоги. Госпожа Ли выглядела прекрасно: легкое персиковое платье, бежевые туфли-лодочки на невысоком каблуке, распахнутый кремовый тренч с белыми большими пуговицами, ярко-красная лакированная сумочка аккуратно висит на сгибе локтя. Она сошла с обложки журнала и пошла покорять Сеул - других ассоциаций нет. Марк шел рядом, позволив Госпоже Ли взять его под руку. Они вдвоем такие свежие, стильные и молодые были больше похожи на самую красивую пару города, чем на мать с сыном. В торговом центре по-прежнему было достаточно много людей не смотря на то, что на дворе среда. По огромному помещению раздавались звуки попсовых песен, объявляемых магазинами акций, разговоры людей и скрип работающих эскалаторов: этакая романтика городских моллов. - Боже, я так давно здесь не была, тут так изменился интерьер! - радостно щебетала Госпожа Ли, дергая сына за рукав черной толстовки фирмы Zara,- пошли сразу на второй этаж, там магазины поприличнее. Подняться на второй этаж по ступенькам, пройти длинный холл, увидеть впереди огромные двери магазина гуччи, неосознанно вдохнуть цветочный аромат из магазина справа, перехватывая резко возникшую в голове идею. - Мам, ты иди пока что, я скоро вернусь, мне…надо, - с напускной расслабленностью говорит Марк, немного улыбаясь,- я приду через минут семь, ты и выбрать не успеешь еще ничего. Госпожа Ли, казалось, совсем не была против, мысленно она уже стояла в примерочном зале в новых туфлях. Поэтому Минхён нервно вздохнув, повернувшись на пятках кроссовок, (не)решительно двинулся в цветочный. Зачем? Купить маме букет цветов, конечно же. Она сегодня так волшебно выглядит. И снова эти разноцветные кучки, обернутые в разного рода бумагу, Марк действительно не разбирался в цветах, он трогал их, нюхал, случайно оторвал пару лепестков, положив их обратно в букет. Обычно он опирался только на внешний вид, выбирая то, что смотрелось достойно, но сейчас ему стало интересно, что это за большой белый цветок? - Это белая лилия, остался последний букет, - Марк резко поворачивает голову на голос. На тот же сладкий голос, обладатель которого смотрит всё такими же немного хитрыми и большими глазами. Бордовая футболка, черные джинсы и… - Красные волосы?- все, что смог выдать Минхён. Он уставился на ярко- вишнёвую неуложенную копну волос консультанта и просто хлопал глазами. - О, да, я люблю экспериментировать с внешностью, особенно с яркими цветами, - заливисто, немного смущенно смеется, рукой взъерошив волосы. – Мне идёт? - Тебе идет, Донхёк, тебе вообще очень идут все оттенки красного и розового, - Марка будто кинули в весну живьём, притащили чан с весенним настроением и кинули его туда. Он чувствует себя невероятно легко рядом с Донхёком, как со своим лучшим другом. Они могли бы дружить, наверное? Потому Марк действительно теряет всю свою напыщенность, весь свой лоск, рядом с этим цветочным мальчиком он становится простым парнем со двора. Да при нём и не хочется выпендриваться. Таким он себя уже давно не ощущал. - Спасибо. Ты снова за цветами? В этот раз белые лилии? Или может быть розы?- Донхёк показывает ладонью за спину Минхёна на стеллаж с розами всех цветов радуги. Но Марк не любил розы, без весомой на то причины. Они ему не нравились. - Я за лилиями. На самом деле я только что узнал, что это лилии, от тебя же, - Ли кажется, что он выглядит немного нелепо, но ему нравится так выглядеть. - Сколько штук? Пока их будут упаковывать, я немного расскажу тебе о них. Они сидят на небольшой скамеечке для посетителей возле стены, будто находясь в волшебном цветущем саду: прекрасные букеты были даже на потолке, подвешенные в корзинках на цепи. Марк узнает о том, что насчитывается около ста видов лилий, что они больше всего распространены в центральной Азии и Северной Америке, что они практически не пахнут, но все равно являются любимым лакомством шмелей, о том, что если их вовремя поливать и хорошо ухаживать, то они могут простоять две, а то и три недели. Сейчас эта информация кажется Минхёну самой важной, самой нужной и интересной в его жизни. Донхёк рассказывает с таким восторгом и с такой увлеченностью, его глаза горят и грудь резко вздымается от быстрых вдохов между предложениями. Марку кажется, что для того, чтобы в его доме появилась весна, ему нужно принести не цветы, а Донхёка. Лилии давно уже упакованы и лежат на кассе, про них никто не вспоминает, когда Госпожа Ли заходит в цветочный магазин, подходит к Марку, который может прочесть в ее глазах какую-то обиду и немного раздраженности. Минхён быстро одергивает себя, в трех словах объясняется консультанту, расплачивается за цветы и уходит. Да, Марк определенно хочет дружить с цветочным мальчиком. * * * - Блять! – разносится по всему дому злой крик Марка, который спотыкаясь о многочисленные пакеты и коробки пытается пройти от коридора до гостиной. Госпожа Ли после шоппинга выпила чашку чая и убежала в салон - цитата - “восстановить тело, настроение и эмоциональное равновесие”, поручив сыну сложить все пакеты в ее гардеробную комнату. Марк вообще-то не нанимался консьержем, но его мама была сегодня в таком прекрасном расположении духа, в котором он давно уже ее не видел: работа забирала все ее силы. Поэтому, спотыкаясь и матерясь в голос, Минхён таскал пакеты в дальнюю комнату родителей. Закончив с разносом одежды, Марк поднялся в комнату, чтобы сделать домашнюю работу: очень не хотелось, но надо держать статус прилежного умного ученика. Ему нравилось, что многие на него равнялись, а учителя ставили в пример. Ли всегда хотел быть лучшим настолько, насколько это возможно, поэтому вот он стоит посреди небольшой личной студии 6 на 7, держит в руках карандаш и начинает накидывать штрихи новой работы. Рисовать Минхён обожал с самого детства, но, как известно, когда хобби превращается в обязанность – оно перестает приносить былое удовольствие и становится в тягость. Так случилось и в этот раз, однако Марк знал, что ко всему всегда нужно приложить усилия, чтобы потом отдыхать. Как там говорится? Если вы будете заниматься любимым делом- вы не будете работать ни одного дня в жизни, вроде так? Музыка, включенная на телефоне, прерывается оповещением и Марк, немного успев уйти в себя, дергается как от удара и нечаянно проводит карандашом линию на пол холста. Он раздраженно берет телефон, мечтая отправить человеку, который его потревожил, гневное сообщение, но разблокировав экран и увидев оповещение, вся злость куда-то улетает. От кого: неизвестно Кому: Марк Ли “покажи, что ты рисуешь, пожалуйста ” Минхён без особых раздумий направляет заднюю камеру на рисунок и, подержав так десять секунд, обводит тот случайный штрих в кружок и подписывает “это из-за тебя!” Он не злится, он пытается сдержать улыбку, чтобы выглядеть строгим. Но когда от анонима приходит сообщение “я сейчас смеюсь, на меня странно косятся”, Марк грустно улыбается. Грустно улыбается и думает, что хотел бы услышать смех анонима. * На часах уже 8 вечера, Минхён сидит все на той же садовой качели на заднем дворе и уже полтора часа переписывается с анонимом. Он думает, что это невероятно глупо и странно, ведь любой адекватный человек давно бы уже заявил в органы или поменял телефон или заклеил камеру, да что угодно. Но Марк совсем недавно осознал, что он одинок: у него правда нет друзей, ему некому рассказать о своих проблемах и переживаниях. Ли всегда думал, что и переживаний у него не водится, но это был лишь жалкий самообман, скорлупа, в которую он зарылся дабы уберечься от внешнего мира. Поэтому нет ничего удивительного в том, что за этот вечер Минхён рассказал анониму о своем детстве, о том, почему он поступил в колледж искусств, о том, почему он больше любит баленсиагу, чем версаче, и как в 13 лет он больно свалился с кровати. Ему очень не хватало человеческого общения, обычного контакта, в котором собеседник внимательно слушает его и иногда вставляет свои поддерживающие реплики. Марка накрыло с головой это ощущение нужности, ведь аноним правда выслушивал, интересовался, задавал уточняющие вопросы. Это было действительно приятно. - А как давно ты следишь за мной? Почему ты написал мне? – вырвались слова так давно просившиеся наружу. “я не слежу за тобой, Маркён, я просто иногда наблюдаю. Около недели до первого раза, пока я написал тебе. Сейчас, соответственно, уже две.” Аноним называл Марка – Маркёном, соединив его канадское и корейское имена: он считал, что это будет мило. Это правда оказалось мило. Две недели, одну из которых Марк был в курсе своего оппонента. А первая неделя? В его голову сразу полезли мысли о том, что он делал в эту неделю. В принципе, ничего такого, эти дни были достаточно спокойными и обыденными…ну разве что он ходил с телефоном в туалет. “если ты думаешь о том, что я видел, а что нет, то говорю сразу – ничего необычного. Я не следил за тобой 24 на 7, особенно когда ты был в туалете, я не извращенец. Я просто ради интереса проверил переписку твоих друзей, они показались мне подозрительными” Марку нравилось, что они с анонимом понимают друг друга. Они полноценно переписываются лишь пару часов, но Ли кажется, будто они знают друг друга много лет. Будто аноним ему тот самый друг, которого так не хватает Минхёну. - Ты надолго со мной? На всю жизнь? Или пока я не сломаю телефон? – усмехаясь спрашивает Марк в микрофон от наушников. От кого: неизвестно Кому: Марк Ли “я здесь не особо официально. Может быть позже все объясню, но пока что тебе еще рано со мной прощаться, будь уверен, Маркён” Ли засыпает прямо на садовой качели, окутанный и опьяненный мартовским свежим воздухом, прохладным ветерком, отдаленным шумом проезжающих машин и слабым запахом цветущей сирени. Когда ты становишься счастливым, тебя перестают тревожить такие мелочи, как место, на котором ты заснул, как домашнее задание, которое ты не доделал, как телефон, лежащий рядом, экран которого горит новым оповещением с сообщением "ты такой красивый", которое сразу же само удаляется.