it starts over D

- Ой, Джено, не выёбывайся хотя бы при мне, даже слепой увидит, что тебе нравится Джэмин,- с театральной раздраженностью и с искренней улыбкой говорит Марк другу. Они сидят на веранде небольшого коттеджа, который принадлежит родителям Ли Джено, но по факту ему самому, так как ситуация в семье у него та же, что и у Минхёна: родители постоянно пропадают на работе. Вообще, быть детьми богатых родителей неплохо, и парни ни на что не жаловались, однако будучи еще совсем маленькими им часто не хватало материнской заботы вместо чужого голоса няни, напевающей колыбельную. Но сейчас все в порядке, они уже взрослые самостоятельные парни и очень благодарны родителям за их неимоверный труд. Они понимали, что им повезло больше, чем многим детям, живущим в обычной семье. Мажоры? Да, Марк и Джено были мажорами, как сейчас принято говорить – золотые детки. Но им удалось сохранить человечность и уважение к другим: никакой грубости, никакого унижения - их так воспитывали. - Вообще-то я люблю женские задницы, найду себе жену и рожу родителям преемника, - отпивая из бутылки соджу пьяненько, но уверенно, говорит Джено. – Вот увидишь. - Окей, я так Джэмину вчера и сказал, он спрашивал про тебя. - … что ты ему сказал? – вмиг взволнованное лицо друга очень рассмешило Минхёна, но он продолжал разыгрывать театр одного актера. - Ну он подходил, спрашивал, есть ли у тебя кто-нибудь, я и ответил что да, ты встречаешься с девушкой. – Марк получал неимоверное удовольствие от того, как лицо Джено приобретало беловатый оттенок, а пьяный взгляд понемногу становился осознанным. Через пару секунд Минхён громко рассмеялся, пытаясь отмахиваться от несильных ударов обиженного друга. Младший понял, что его развели как девочку и он сам себя выдал своими неконтролируемыми в опьяненном состоянии эмоциями. - Окей, - немного отдышавшись и приняв сидячее положение на полу веранды выдохнул Джено,- что мне теперь делать? Я без понятия как к нему подойти. Ведь какой шанс, что ему нравятся не девочки? Марк разблокировал телефон, полазил пару секунд в галерее, нашел какую-то некачественную фотографию и протянул другу: - Смотри, это три года назад, он со своим бывшим парнем выходит из магазина, - Ли немного приближает фотографию,- вон за ручку держатся. Джено пытается рассмотреть каждую деталь; его глаза наполняются осмысленностью и неким облегчением, он бормочет что-то в стиле “почему все всё знают, а я нет”, встает, опираясь на перила и закуривает, протягивая пачку Марку. - Минхён… а тебе кто-нибудь нравится? – бросает заинтересованный взгляд на друга, выдыхая облачко едкого дыма. Сердце глупо сжимается, хотя никто не просил его сжиматься. Может ли Марк сказать, что он влюблен? Есть ли у него симпатия? В голове сразу же возникает образ анонима, но нельзя же просто взять и втрескаться в непонятно кого, даже не зная имени и внешности. Может на месте анонима сидит какой-то старый извращенец, который любит разводить молодых мальчиков. Но почему-то Минхён представляет себе неизвестного достаточно взрослым деловым юношей, в котором все еще осталось детское озорство и легкомыслие; должно быть у него тёмные волосы, невысокий рост, он возможно предпочитает повседневную мешковатую одежду и двойной эспрессо. - Нравится, Джено, нравится..- устало выдыхает Марк, выкидывает окурок и заходит в дом. * Два часа ночи. Минхён лежит в кровати на втором этаже в комнате дома у Джено. Он решил что идти к себе уже поздно да и не хотелось- у друга шикарная спальня с огромной кроватью, над которой располагается не обычный потолок, а стеклянный, открывающий вид на прекрасное сеульское ночное небо и звёзды. После разговора на веранде они выпили еще добрых четыре бутылки и разбрелись по комнатам спать. Ну как спать, Джено сидел на кровати в гостинной комнате и переписывался с друзьями, а Марк.. А Марк завис взглядом на своём диалоге в какао-толк. Он начинал что-то печатать, стирал, а потом снова печатал и снова стирал. Он хотел что-то сказать анониму, но не знал что. Он ведь признался самому себе что тот ему нравится? Признался. А теперь надо как-нибудь сказать об этом анониму. Или не стоит? Что они будут делать с этой информацией? Марка мотало из мысли в мысль. Поэтому он решил написать всего – лишь безобидное: “А ты с Сеула?” и позже добавить “Мы когда-нибудь сможем увидеться?” Подождав 15 минут и решив, что аноним спит, как и все нормальные люди, он тоже провалился в спокойный сладкий пьяный сон, в котором видел много-много белых лилий. * От кого: неизвестно Кому: Марк Ли “я из Сеула, да. Насчет увидеться я не уверен, ведь я конфиденциальное лицо. Никто не должен знать о том, кто причастен к секретным службам.” На часах 8:20, солнце, не встречая преграду в виде потолка, ярко светит Марку в лицо. Он проснулся из-за оповещения, которое не спешил читать. Голова гудела, во рту пересохло и почему-то болела шея. С большим усилием встать с кровати, шаркая дойти до ванной комнаты, залезть в душ, простоять там полчаса, привести себя в какой-никакой порядок, взять телефон и спуститься вниз. Хотелось бы, чтобы было как в красивых романах, где спускаясь утром в кухню тебя кто-то уже ждал с завтраком а в воздухе веяло заваренным кофе, но реальность бьет по рецепторам запахом перегара, сигарет и разбросанными пакетами от закусок. То, что квартиру должен убирать ее хозяин, Марк решил без промедлений, поэтому наскоро сделав себе чай, собрав все бутылки от соджу в пакет, открыв окно и крикнув спящему другу “пока, дибил”( он все-равно не услышит ), Минхён собрался и вышел на улицу. Пакет с мусором полетел в мусорный бак, а Марк неспеша пошел домой, наслаждаясь субботним прохладным утром, вдыхая свежий чистый запах, прикрывая от удовольствия глаза. На улице уже было достаточно много людей, потому что как-никак Сеул – большой рабочий город деловых бизнесменов, которые не спят ни в субботу утром ни даже в воскресенье. Минхён чуть не обозвал себя вслух, потому что вспомнил, что не проверил оповещение, пришедшее утром ему на телефон. Честно говоря, он совсем забыл, что писал анониму на ночь, поэтому прочитав входящие не сразу понял, о чем речь. Так, он из Сеула. Возможно даже ходит где-то рядом, и от этой мысли у Минхена потеплело в груди, что кстати немного его напугало. О да, Марк в л ю б и л ся. Марк влюбился в неизвестного абонента, с которым переписывался одну неделю, и даже не видел его вживую. Классно, Ли Минхён, ты как всегда лучший. Нет, они не могут встретиться, потому что господин Д, знаете ли, из секретной службы. Минхён паясничал у себя же в мыслях, потому что ощущал себя в какой-то дешевой драме про спец агентов. Почему он не влюбился в любого реального настоящего человека, которого можно увидеть, пощупать, обнять? Вокруг достаточно прекрасных людей! Например тот же Сычён: высокий, достойный парень, прекрасно рисует, богатый, с волшебной широкой улыбкой и добрыми горящими глазами. Или же в Ченле? Веселый, немного дерзкий, невероятно милый парень с идеальным чувством стиля и с невероятно бесконечной фантазией. Или даже в Донхёка например. Цветочный мальчик… Додумать свои весенние мысли Марку не дало новое оповещение: От кого: неизвестно Кому: Марк Ли “смотри под ноги, когда идешь, Маркён. Я подумал, мы сможем увидеться через некоторое время, только если я смогу тебе полностью доверять” Ли кинул взгляд на тротуар, оценил наличие преград и, не увидев таковых, снова уткнулся в телефон. Марк быстро набирает сообщение, попутно пытаясь “смотреть под ноги”: “Я бы очень хотел увидеться. Через какое время примерно? Я сделаю всё, чтобы ты смог мне доверять :)” От кого: неизвестно Кому: Марк Ли “недели через две, я думаю. И не смей присылать мне смайлики, когда на самом деле не улыбаешься, партизан!” Минхён засмеялся так громко и заливисто, что прохожие начали оборачиваться на слишком счастливого для столь раннего субботнего утра юношу. Почему он счастлив, а они нет? * И снова среда. У Марка такое чувство, что недели состоят из сред и суббот, потому что что-то значимое всегда происходит именно в эти дни. Все остальные дни просто связующие. Он сидит на паре, иногда записывая лекции и делая вид, что слушает престарелого преподавателя по искусству, которому походу было все-равно, слушают его или нет. Все остальное внимание Минхёна было приковано к телефону и окошку с вводом сообщения в своем диалоге. Они с анонимом стали очень близки: ежедневное общение с трех часов дня и до вечера ( Д сказал, что занят в первую половину дня подработкой ), просмотр фильмов на ночь, душевные разговоры. Марк чувствует, как утопает в этом общении: он рассказал уже много личных вещей анониму, которых не рассказывал никому и никогда. Он хотел, чтобы аноним доверял ему, не боялся открыться, ведь Ли готов принять его любым. Отсутствие друзей очень пошатнуло душевное состояние Минхёна. Дни стали казаться серыми и бесполезными, цвета на его картинах приобрели блёклый оттенок, а тени стали чернее. Он чувствовал, что одиночество его засасывает в бездну отчаяния и меланхолии. Поэтому он начал цепляться за анонима руками, ногами и душой. Марку казалось, что это его путь к спасению. Через 11 дней (Марк считал) они увидятся в живую и станут неразлучны: Ли наконец-то обретет ту золотую середину, которую всегда искал и забудет об этой апатии и потерянности. Минхён готов был дать многое этому Д: своё время, своё богатство, своё личное пространство – главное, не оставаться без него. Ему казалось, что он по-немногу теряет голову, совсем капельку сходит с ума. А вдруг его до сих пор кто-то разыгрывает? А потом окажется, что и нет никакого фсб, нет никакого Д, и Марк совершенно один. Однако он не знал, что лучше: иметь плохих недостойных околодрузей или же не иметь их вообще? В таком случае из двух зол выбирают меньшее, конкретно здесь – второе. У Минхёна как-никак всё еще оставалось чувство гордости и уважения к себе, его так воспитали, он никогда не позволит вытирать об себя ноги. “Как ты сейчас выглядишь? Что вокруг тебя?” пишет Марк себе в диалог. Он хочет знать, чем живет аноним, какой он. Марку хочется выучить его насколько это возможно. “я в черном худи, джинсовых шортах и в бежевых найках, ничего необычного, Маркённи, выгляжу как сис-админ. Передо мной стол с кучей мониторов, две клавиатуры, мой латте и телефон. Тут не особо светло, мы не включаем яркий свет. Все достаточно мрачно, но я привык, мне нравится, атмосферно” Марк знал об анониме то, что он: загадочный, хамоватый, дерзкий, умный, довольно скромный, рассудительный, но при этом остроумный, временами наивный и очень милый. То, как Д старается скрыть свой детский нрав и капризы очень умиляло Минхёна и вызывало бурю эмоций и гамму чувств. В такого нельзя не влюбиться. “что будешь делать сегодня вечером, Маркённи? Не сиди дома, погода прекрасная” Ли устало вздохнул, он понимал, что нужно развеяться. В последнее время он только и делает, что сидит дома в телефоне или ноутбуке, кроме того вечера, когда ходил к Джено. Самый разгар весны на дворе и пропустить это волшебное время будет ужасно глупо. “Думаю я хочу покататься на велике, скатаюсь до озера, развеюсь”