Sorry

Да, да… Я прекрасно понимаю, что помогаю вампиру. Вы сейчас думаете, что это глупо. Ведь вампиры поработили человечество и держат нас за игрушек, с которыми они забавляются. Частично, это так, но чем старше становишься, тем больше понимаешь их действия. Не всё такие ужасные, как нам кажется. Если бы они нас не забрали, то мы подохли там к чертям собачьим. И всё же, если бы они пошли нам навстречу, а мы к ним, то можно было решить всё мирно. Снаружи, по сплетням вампиров, есть армия. Снаружи есть люди. Живые люди. А это значит, что есть жизнь. Вот бы туда попасть. Увидеть небо, звезды, траву, солнце, деревья. С 12 лет я не видела всего этого. Вот снова задумываюсь о таких вещах. — Почему ты мне помогаешь? — из мыслей, которые я сотворила в своей голове, меня вырвал повисший на мне парень. А точнее, которого я сама на себя повесила. — Не поверишь, но сама себе задаю этот вопрос. А действительно, почему? Ну, а что? Он хороший! Фактически — он человек, но и в то же время вампир. Я и не знаю к чему больше склоняюсь. Хотя спокойнее для души мне думать, что в нем всё-таки больше человечности. Он не пьет кровь, да и не убивает людей, хотел бы, давно уже избавился от меня. И почему-то хочется ему верить. Я часто ошибаюсь в людях, но он же универсал. После недолгого молчания, я всё же продолжила ответ на вопрос. — Я всегда думала, что вампиры плохие и ужасные. Что они считают нас отбросами общества. Но со временем я поняла, что жизнь так коротка для плохих и хороших. Поэтому живу, по-большей части, как считаю нужным. А помощь тебе, является моей прихотью. А если тебе прям очень нужна причина, то… Считай, что за красивые глазки. — шутя и усмехаясь над своим ответом, я посмотрела вверх на множество ступеней, улыбка в момент стала рассеиваться. Вот скажите, как я его потащу туда? Силенок может хватит, но блин, я хочу спать, у меня болит плечо и спина. И вообще я устала! Хотя мне просто лень. Но кто сказал, что я в этом признаюсь, ха. Быть сильной и гордой, то, что надо для этого мира. Ну, а ещё мне интересно, что там наверху, вот там я ещё не была. — Тебе туда нельзя. — подал голос Микаэла, который после моего ответа молчал весь оставшийся путь, видимо осмысляя его. А увидев, что я остановилась вышел из транса и понял, что там запретная зона для людей. — Нет? — я знаю ответ на этот вопрос, ну, а вдруг… — Нет. — впрочем, как и ожидалось. — Значит я просто обязана туда пойти! — о дааа, энтузиазм загорелся. Там явно что-то интересное. Если не ошибаюсь, то мышцы надо мной сжались, а дальше поднялась рука с плеча одновременно с его телом. Не отходя он выпрямился и повернул голову в мою сторону, наградив подозрительным взглядом сверху вниз. Даже не понятно, стало теплее или холоднее, но определенно точно стало легче. Лишь бы только не свалился… — Дальше я сам. Во мне есть не только упрямство, но и принцип. Он хочет уйти сам, вот так просто?! Я что, зря получила протертые пятки? Ну нетушки, так не пойдет. Из приличия я бы сказала: «Да, конечно, иди, только осторожнее.», а из принципа: «Да ты прифигел, я тут из кожи вон лезу, чтобы хоть как-то добиться поощрения, а ты вот так просто уйдешь? Ну нет, милок, ты мне обязан по гроб жизни!» Сложный выбор, но вполне совместимый. — Кхм… — главное — это правильно начать. — Я же вижу, что ты еще слаб, мало ли что пойдет не так… Всё-таки я не могу тебя от… — Чего ты хочешь, ближе к делу. Если всё на ту же тему, то нет. Забудь. Нехорошо всё это, я даже договорить не успела. Он видит меня насквозь или вампиры умеют читать мысли? Черт, у меня всё идет не по плану! Я должна, что-то сделать, но что я могу? Все планы в пух и прах. А я так надеялась. Пока я раздумываю, то он взялся за перила лестницы и стал подниматься вверх. Опять молча. Ну, а перед кем ему отчитываться? Перед человечишкой? Ну да, ага, конечно. Обидно. Очень. Я не смогла сделать то, что планировала. Снова провал. — Спасибо. Удивленно я подняла голову, и увидела ту спину, которую уже вижу чаще, чем лицо. Мне сейчас показалось или он реально меня поблагодарил. Было слишком тихо, возможно, это всего лишь плод моего воображения, но сердце заныло. — Нельзя так… — довольно тихо для моего, обычно, громкого голоса. — А? — он повернулся и опустил взгляд на мою фигуру, которая стояла у основания лестницы. — Нельзя… так — я сжала кулаки, и стала смотреть себе в ноги. — Если ты… если ты правда был человеком, то должен понимать мои чувства, то что я чувствую! — голос с каждым словом становится четче и громче. — Когда ты был человеком, ты разве не мечтал отсюда выбраться, быть вольным, жить для себя и своих друзей? Что бы ты сделал, будь на моем месте — просто сдался? — глаза неприятно защипали, а это значит, что стали подступать слезы. А я ведь не хотела плакать, говорила себе, что не покажу свои слабости, ни врагам, ни друзьям. Но эта ситуация выжала во мне последнюю каплю. Почему именно он заставил меня плакать? Я ведь хотела ему просто рассказать о своем мнении в надежде, что он поймет. А в итоге отчитываю и задеваю его чувства, не зная его прошлого. — Если у тебя еще осталась душа, которая помнит твои детские ощущения, страхи, и потери, то ПОМОГИ МНЕ ХОТЯ БЫ НЕМНОГО! — последние слова я прокричала, будто хотела достучаться до него, слезы уже во всю капали на пол. А затем, не взглянув в его сторону, будто успокоившись, я села на попу, положив руки на колени и на них положила голову, видимо, чтобы прятать слезы, которые мне не хотелось, чтобы он видел.