Розы сквозь раны.

      Я подошла к двадцатиэтажному зданию. В нем было чрезвычайно много маленьких окошек, издалека, могло показаться, что здание сделано полностью из стекла.       Захожу в холл этого огромного здания, до сих пор не могу поверить, что скоро я буду приходить сюда каждый день на работу.       После моего небольшого городка, в котором все друг друга знают, численность не превышающего пяти тысяч человек, переезд в столицу, численностью более двух с половиной миллионов, — большой стресс, но еще больше — страх. Страх жить одной в таком огромном городе или даже можно сказать, «мире», в котором ты никого не знаешь. Но жизнь так построена, поэтому придется мириться с этим.       Жить одной не самое простое испытание, особенно если ты всю свою сознательную жизнь жила в семье, когда тебя поддерживают, оберегают и просто любят. Когда каждую твою проблему ты могла обсудить с мамой или с папой, посоветоваться, как лучше сделать в данной ситуации. Даже тот же самый контроль, который применяют родители в попытке защитить своего ребенка, от жестокости этого мира. Живя в одиночку, тебе не хватает даже этого. Потому что только спустя большой промежуток времени, взрослея, ты начинаешь понимать смысл этих действий, что это делалось только во благо тебе. Не было бы этого контроля, то ты бы вместо того, чтобы изучать новую тему по геометрии, гуляла бы с подругой, а когда сдавала бы свой последний решающий экзамен в университете, то тебе попалась бы именно та тема, которую ты пропустила. Ведь судьба — это штука серьезная, сделав что-то однажды, жди, когда тебе прилетит бумеранг с двойной отдачей.       Настоящая твоя жизнь начинается не в тот момент, когда ты уезжаешь из родительского дома, и даже не тогда, когда ты снимаешь квартиру, работаешь, живешь на свои деньги, а в тот момент, когда ты понимаешь, что так тебе придется жить всю твою жизнь. Жизнь — это то, что меняется, как по щелчку пальцев. Жизнь никогда не будет легкой, даже если ты найдешь ту самую работу, того самого мужчину, даже если ты будешь сказочно богат. В одну минуту ты можешь быть королем мира, а в другую — жить на помойке и просить милостыню.       Поэтому переезд меня всегда пугал, но почему же я сделала этот шаг? Ответ очень и очень банален — мне нужны деньги. Да, я понимаю, все, что я говорила до этого, как-то не вяжется с той причиной, по которой я здесь. Но это так, хоть на душе мне было очень грустно покидать мой родной город, и сердце мне как бы говорило «Останься, не уезжай никуда», разум был не преклонен перед тем фактом, что все-таки мой отец не железный, а самый обычный человек, и так же смертен, как и все люди. И задумавшись об этом, как-то бессонной ночью, я твердо решила, что как бы мне не было трудно, неудобно, я перееду в столицу и найду работу. В будущем найду и парня, и все, все, чтобы мне хотелось сделать. Про отца я решила тоже не забывать и с первой же зарплаты отослать ему денег.       И да, я совсем забыла то, что основа нашей сегодняшней жизни (что ни для кого не секрет) — деньги. В наше время они решают все, у кого есть они тот и прав. Те, у кого есть деньги, решают и за народ, и за президентов, политиков и т.д. Они решают, чуть ли не как будет светить солнце. Но это неправильно. А люди, у которых нет денег, в наше время — это беспомощные существа, которые как бы не пытались доказать свою правоту, в итоге будут молчать. Но всегда ли будет так? Будут ли наши дети и внуки жить в таком обществе, в котором живем мы? В обществе эгоистов и лицемеров, меркантильных до мозга костей и думающих только о себе?       Захожу в холл этого просторного здания, внутри оно было таким же великолепным, как и снаружи. Но невольно задумываюсь: «Может это я такая маленькая, а здание на самом деле не очень большое?»       Интерьер выполнен в моем любимом стиле — минимализме. Мало вещей, как покажется на первый взгляд, но в этом и фишка этого стиля. Немного осмотревшись, вижу, что все выполнено в светлых и кофейных оттенках. Стены и потолок были в светлых кофейных оттенках, слева от стойки стоял, цвета темного дуба, небольшой диванчик, перед ним стоял стеклянный кофейный столик. За диваном висели несколько картин разного размера. С левой стороны от дивана стояли два серых кресла. Справа была полка с журналами. Два стеклянных стула и черный столик между ними. В середине холла стоял большой, белый стол, над ним висело четыре небольшие лампы. За столом сидела девушка и что-то печатала на компьютере. Девушке на вид лет тридцать, с приятным лицом, даже без намека на косметику, немного пухленькая брюнетка. Как только я подхожу к стойке, девушка поднимает голову, спрашивая с улыбкой:  — Здравствуйте. Ваше имя?  — Здравствуйте. Меня зовут Ли Ю Джин. Господин Пак Ен Сик сказал мне прийти через неделю. Вчера мне позвонили и подтвердили это. И вот, я здесь, — торопливо говорю я.  — Пак Ен Сик? — переспрашивает девушка с недоверием, который чувствуется в голосе. Она смотрит на меня как-то удивленно.  — Да, именно он. Он у себя, или мне прийти позже? — спрашиваю я, настораживаясь, потому что как-то долго затягивается молчание Ким Йо Ра.  — Мне очень жаль, но Господин Пак умер пять дней назад, — отвечает девушка с серьёзным видом. Я чуть не открыла рот от шока.  — Как умер? — спрашиваю очень тихо, думаю, что она не расслышала, хочу повторить, но она отвечает:  — Очень быстро. Оторвался тромб в голове… Он даже ничего не почувствовал.  — Так, Виктория, я не поняла, пришла уже эта новая секретутка Тао, у меня перерыв не резиновый вообще-то! — говорила какая-та высокая блондинка.  — Ли Ю Джин, познакомьтесь, это Виктория, она вас проводит до кабинета Цзытао, нашего нового начальника, — сказала Йора и вернулась к работе.       Виктория осматривает с ног до головы и немного ухмыляется.  — За мной! — сказала блондинка в красном платье на каблуках и пошла по коридору.       Странная особа. Интересно, кем она здесь работает, и удастся ли мне не встречаться с ней вообще.       В то время, пока я задаю этот вопрос про себя, она будто услышала его.  — Я работаю в финансовом отделе, поэтому видеться будем мы с тобой почти каждый день, — сказала она и саркастически ухмыльнулась.       Мы подошли к лифту. Виктория нажимает на кнопку вызова лифта, через пару секунд двери открываются. На меня с Викторией смотрит высокий парень где-то под метр восемьдесят с короткими темными волосами в деловом костюме.  — О, Чонгук, какое счастье, что я тебя встретила! — выдохнула Виктория с улыбкой, как будто несла очень тяжелое бремя в лице меня, и которое так удачно можно спихнуть.  — Сожалею, но совершенно не счастлив встретить тебя, Виктория, — с явной усмешкой отвечает парень, в то время, пока мы входим в лифт. Двери закрываются, Чонгук нажимает на кнопку пятнадцатого этажа. Лифт начинает движение.  — Ну, Чонгук, ты до сих пор веришь этим слухам, которые распускают про меня, те, кто мне завидуют? — спрашивает Виктория с обидой в голосе, смотря на профиль парня.       Парень немного вздыхает:  — Было бы это только слухами, я бы не верил, но это факты, Виктория, — медленно проговаривает он ее имя и спрашивает: — Я надеюсь, ты же не только об этом хотела поговорить.       Виктория цокает языком, но решает, что все-таки лучше спихнуть новенькую, чем таскаться, показывая все здание. Да и на Чонгука можно и позже обидеться. Повод всегда найдется.  — Это … как тебя там? Ли…  — Ли Ю Джин, — отвечаю я. Вот стерва, прошло минут десять с нашего знакомства, а она уже забыла мое имя. Могла бы хотя бы из вежливости его запомнить.  — Точно, ну так вот, ее нужно отвезти к Тао, а так, как ты там почти всегда обитаешь, проводи ее, — говорит Виктория тоном, не терпящим возражения, нажимая на кнопку восьмого этажа.       Через пару секунд лифт останавливается на восьмом этаже. Виктория, крутя пятой точкой, выходит из лифта, сообщая напоследок:  — Увидимся позже, Чонгук.       Парень вздыхает и поворачивается ко мне. Я поднимаю взгляд и смотрю на его лицо, внешность у него не особо выдающаяся, но мне нравится. Карие глаза, аккуратный нос, красивые розоватые губы и небольшая родинка около носа. Хотя нет, он очень красивый, прям очень. Немного краснею из-за таких мыслей.  — Чонгук, — вдруг говорит он.  — Ли Ю Джин, — смущенно отвечаю я.  — Вы новый секретарь Цзытао? — спрашивает он без особого интереса.  — Как я понимаю, да, — отвечаю я, опуская глаза в пол. — Извините, а можно узнать, кто вы? — спрашиваю я, стесняясь.  — Я, личный помощник Цзытао, — сухо отвечает Чонгук.       В этот момент двери лифта открываются.  — Идемте, — говорит он, идя неспешно, наверное, чтобы я могла за ним поспеть.       Мы опять идем по коридору, проходя множество дверей пока, наконец, не останавливаемся у одной.  — Это кабинет Цзытао, — говорит, указывая на дверь, Чонгук.