Не топите сакуру в крови.

Pov 2. Сцена: актер в середине, зрители фоном разлиты, южный город, что как на картине. Вокруг все размыто. Он подходит к тебе, с интересом смотрит, но без сожалений. В наш день рождения... Музыка, бит, сердце в горле застыло. Легкой поступью холод черного пола. В руках скомканный обрывок очередной «песни свободы», чей текст собственноручно был вырван из ребер. Ностальгия – как в ванную шокер, меня забирают, достаточно реплик. Сцена: Ты ловишь туман руками. Сцена: Актер в середине. Руки изрезаны, кровь слезами падает в зал. Сцена: Я боле не бог себе, я никогда им не был. Сцена трещит по швам, кулисы Фениксом сеют пепел. VIP партеры вспыхнули, рождая адское пламя, надписи стекают на пол. Сцена: Зрители плачут в истерике, зал утопает в аплодисментов реке. Слуги блядины застыли в усмешке. Стены стелется словно домино. Память мальчишки нарушена. Я снова вспомнил, снова обет нарушил, снова ослаб, вышел наружу и пропал во тьме. Постарался стереть все, но оставил. На языке послевкусие горькое. Сцена: Берег ночного моря, блики, огни. Пустые глаза искрами брызжут. Вы же не знаете, я здесь один. Твой ядовитый язык, что лезвием режет губы мои. Я наивный кретин, тот, что так похож, ты прости. -Жаль его... Падаю, пожаром зажаренный, в панике вижу тебя вдалеке. Сцены проносятся мимо, как мои записи на жизни клочке. Смотри – мы маленькие. И мама и ты бегущие по гальке, не с ножом в руке, а с венком, сплетенным руками тех, кто плакал, тогда, когда меня усадили в ладонь исполина дамы безо ртов и глаз. Сцена: Я снова вспомнил, снова обет нарушил. Снова и снова и снова выполз, сбежал, но не вышел наружу. Меня обхватили чужие руки. Я вижу тебя, тянусь, но не могу достать. В твоих глазах слезы, а я так жалок. Ты мертв, я, кажется, тоже... Мы вместе? Нет... Глаза жжет от чего-то горячего, ноги сводит, заставляя кричать. Я не буду звать тебя, они не узнают. Спасительный холод, пол жесткий, крик, рука и соленые слезы, словно лепестки роз, гладят мое лицо, шипы сдавили горло. - Магдалена? - Чей-то голос, словно сквозь вату. – Ты жива? - Смешно. – Без эмоций. Их нет. Я ничего не ощущаю. - Жива... Жива... – Холодная вода омывает меня. - То... К-к.. . –Звуки застревали у меня в глотке, мешаясь в кашу. К горлу подступила волна тошноты. -Набок! – Меня пихают в плечо, переворачивая. Щека касается холодного пола. Спазм сводит желудок, ребра, горло. В воздух поднимается ужасный запах желчи. – Вот черт... Сзади раздается какая-то возня. Меня перетаскивают, ноги саднят от прикосновения с полом. Под голову ложится что-то теплое и мягкое. Моих трясущихся губ касается смоченная в воде ткань, протирая от следов рвоты. Маленькие худые руки гладят по плечам. Нежный голос тихо, но с надрывом поет мои стихи. Я точно помню, что написал их. -Ganz normaler Tag Совсем обычный день Die Strasse wird zum Grab Улица превратилась в могилу Die Spuren sind verwischt Следы стерты Suche gibt es nicht Поиски не ведутся Kalt ist die Nacht Ночь холодна Wer friert ist zu schwach Тот, кто замерзает - слишком слаб Niemand wird sie zahlen Их никто не считает своими Niemand hat sie gesehen Никто их не видит Beim ersten Schrei erfroren Замерзающие с первым же криком Vergessen Kinder Забытые дети Name unbekannt Имена неизвестны Endlos weggerannt Постоянно убегающие прочь Aus der Welt verbannt Высланные из мира Vergessene Kinder Забытые дети Wir sehen Мы видим Wir fuhlen Мы чувствуем Verstehen Понимаем Genau wie ihr Точно так же, как и вы Wir lachen Мы смеемся Und weinen И плачем Wollen leben Хотим жить Augen ohne Gluck Глаза несчастны Alle Traume wurden erstickt Все их мечты задушены Panik, vor dem Licht Паника при виде света Und Angst vor jedem Gesicht И страх каждого лица Schuld die keinen trifft Долг никому не отдаётся Die Zeit heilt nicht Время не лечит ... Я уснул, мечтая о том, что бы когда-нибудь умер от нежности, что бы мои руки гладили мамины, что бы я видел перед собой теплые заботливые взгляды, а ты обнимал до удушья. Не хочу умереть от холодной стали, перерезавшей глотку. Пусть я подохну после очередной порции чистого морфия, но я не убью свою мечту. Пусть лучше меня хоронит мечта. Во мне уже не осталось ни злости, ни обиды, одно желание вернуться туда, где меня ждут. Или уже не ждут ... А нужен ли я? Может уже и так все хорошо. Может папа вернулся? Наверное, так и должно быть в семье... она только для троих? Если им так лучше, то я согласен на все, лишь бы они были счастливы. Тогда... может уже хватит сопротивляться? Я устал бороться, устал постоянно терпеть боль, искупая чьи-то грехи, устал от воспоминаний. Но я не хочу уходить, не увидев семью счастливой. Pov 1. По телу тек пот в три ручья, мышцы ныли от усталости, а душа переполнялась самоуверенностью. Трехчасовая тренировка в зале была моим лучшим анестетиком. Стоя в душе, я осматривал свое тело с выступившими на чуть смуглой коже венками, мышцы подтянулись и стали более упругими. К моему счастью, я всегда быстро приходил в форму, если начинал усиленно заниматься. Смыв с себя плохое настроение вместе с потом, я вышел в раздевалку, и тут же до моего слуха донесся звонок моего мобильника, закрытого в шкафчике. Быстро вызволив его из спортивной сумки, я глянул на экран, на котором светилась надпись «Офис». - Каулитц слушает. – - Заученно ответил я. -Гер Каулитц, просим прощения, что отвлекаем Вас в Ваш выходной. – Голос принадлежал женщине лет тридцати пяти, скорее всего Фрау Ундекат, секретарши босса. - Я внимательно слушаю Вас. – Заинтересованно отозвался я. - Гер Браун хотел бы Вас видеть. -Весомая причина , я так понимаю... - Вас планирую перевести на другое место работы. – При этих словах я напрягся. Повышение вниз мне сейчас совсем ни к чему, т.к. слишком много идет на оплату работы адвокатов и детектива, которые все еще работают по моему делу. - Через полтора часа устроит? – Недоверчиво произнес я. - Да. Гер Браун будет ждать Вас в своем кабинете. В положенное время я стоял у дверей лифта, что должен был поднять меня на двадцатый этаж офиса, где заседали верхи компании. Если быть честным, то там я не был, даже когда меня принимали на работу, или выпинывать – так с почестями? Лифт деловито динькнул, сообщая, что нужный этаж уже настигнут, двери раздвинулись. Я прошел по совершенно пустому коридору офиса, лишь у самой двери в кабинет босса меня поймала та самая Фрау Ундекат и попросила минуту ожидать. После меня пригласили в кабинет, открывая передо мной дверь. - Томас Каулитц верно? – Уточнил плечистый мужчина в супер дорогом официальном костюме, садясь в кожаное кресло, оббитое толстой зеленовато-коричневой крокодиловой кожей. - Да. Это я. – Я по приглашению хозяина кабинета опустился в кресло напротив. - Как давно Вы работаете в нашей фирме? - Чуть больше двух лет. - В личном деле написано, что Вы еще не закончили обучение – Гер Браун, приподнял брови, внимательно смотря на меня. Так, если это повод к увольнению, тогда я вообще не понял, какого черта меня сюда взяли. -Это действительно так. Я учусь в FOM. – Невозмутимо ответил я, будто здесь это было нормой, хотя в действительности это было с точностью да наоборот. - Как же так получилось? – Мужчина хитро и настойчиво глядел на меня. - Умение схватывать налету, быстро адаптироваться и немного природной смекалки. – Я улыбнулся, понимая, что сейчас я здесь на птичьих правах. - Во-от как. Хорошо, отдел кадров получит мои наставления по этому вопросу. В любом случае, за столь короткий срок Вы успели очень хорошо себя зарекомендовать, гер Каулитц. Одна наша сотрудница на протяжении недели уверяет меня в том, что без вас ей слишком трудно обходиться. – Он чуть растянул уголки рта в полуулыбке. – Фрау Маргарет Айнхаф, я думаю, она вам знакома. - Я был ее помощником, до ее отъезда в Японию. – Тааак....кажется Мэг все же сдержала свое слово. -Как бы там ни было, она уж очень просила меня отправить и Вас туда же. Но раз вы учитесь, это не помешает Вам? -Нет. Совсем нет. Я могу и за свой счет приезжать на сессию в Германию. – Поспешил я заверить босса. - Что ж, я Вас все равно не могу пускать туда просто так... Если Вы согласны, то я направляю вас в командировку в качестве помощника главного бухгалтера, но имейте в виду, что Вы на испытательном сроке. Постарайтесь не разочаровать нас, гер Каулитц. - Я буду стараться, гер Браун. – Я довольно улыбнулся, уже прикидывая, как буду сходить с ума с тучами отчетов и бумаг в этой прекрасной стране. Но, как-то Мэг говорила о двойной доплате, за длительную командировку вдалеке от дома... От дома... Черт! А что делать с расследованием? - ... Компания забронирует билет для Вас на следующую неделю. Пока что, даю Вам время для подготовки и утряски всех волнующих дел. – Я заторможено кивнул. – Можете быть свободны. – Объявил босс, и мы пожали руки на прощание. Та-а-ак... Увеличение зарплаты – это отлично, но Билл... Созвонившись с Листингом, мы договорились встретиться в участке в понедельник. Пока стоял в пробке по дороге к Андреасу, я успел набрать маму, и объявить сию радостную новость. Счастью Симоны не было предела, и пока она расхваливала меня на все лады, где-то на заднем плане раздавались ободрительные реплики Гордона. Добравшись до работы блондина, я, практически крича на всю улицу, ломанулся в бокс. - Прощай, дружище!!! – Я накинулся на худого парня, чуть не сбивая того с ног. - К..аа – Раздалось громкое кряхтение. – Каааулитц! Я знаю, что я не идеальный друг, но это не повод меня душить! Я еще жить хочу! – Раскричался он. - Да живи ты, кто тебя трогает. – Я встряхнул парня и поставил на безопасном расстоянии от себя. - Действительно! – Он всплеснул руками, а затем его лицо странно исказилось. Светлые чуть длинноватые волосы на его макушке энергично встрепенулись, а в помещение раздался оглушительный чих. - Будь здоров! – хлопнул я его по плечу, пока он ошеломленный своим же чихом хлопал глазами. -Буду, дак че случилось то? По какому поводу такая довольная физиономия? - Я уезжаю в Японию! – Моя улыбка разъехалась так широко, что скулы начинали болеть. - Да ну? – Андреас выпучил глаза, будто увидел как минимум самого Джонни Деппа. - Ага. Мэг все же замолвила за меня словечко... – Я ухмыльнулся, подмигивая другу. - Ахахаха, да ты за такое натурой будешь расплачиваться до старости. – Друг чуть не хрюкал, находя свою шутку дико оригинальной. - Да и черт бы с этим, я не против. – Как можно более незаинтересованно произнес я. - А что так? Уже забыл ту брюнетку? – Коулман поиграл бровями. -И где я ее найду? Или ты фея? – Я скептически покосился на довольную рожу друга. -Я? Нет. А вот ночные клубы Эссена настолько прекрасны, что там и такие рыбки, наверняка водятся. Предлагаю отметить то, что я больше не увижу твоей брейдастой бошки еще как минимум полгода. В общем, этой ночью мы штурмовали лучшие клубы нашего города за мой счет. Но, как все дороги ведут в Рим, так и все ночные тусовки в конце концов стекаются на главную площадь города. Слегка подвыпившие, мы познакомились с еще парой компаний ребят нашего возраста. Вокруг было шумно и весело, кто-то пригонял свои дорогие машины и, открывая двери, врубал музыку на всю громкость, кто-то стоял с баночками пива, поминутно со всех сторон доносились визги девушек и улюлюкания парней. Среди прочего беспорядка и культурно-некультурно отдыхающей молодежи затерялся какой-то странный гудящий звук. Я повертел головой, но не смог найти источник, и тогда пихнул друга под ребра, привлекая его внимание. - Ты ЭТО слышишь?! - Что ? – Он выгнул бровь, явно не понимая о чем я. - Что-то гудит...- Пояснил я. - - Башка твоя, Каулитц, гудит! Тут везде музыка. – Андреас развел руки, показывая свою правоту. -Тс-с.. – Шикнул я на него, в попытке прислушаться, но это не помогло, тогда я бесцеремонно схватил того за бока и резко усадил себе на шею. - Тооооом! – Завизжал тот, хватаясь за мои плечи. - Видишь что-нибудь?! – Крикнул я. - Идиота вижу! Прямо под собой! -По сторонам посмотри. – Скомандовал я и сам повернулся, чтобы этот дурень увидел хоть что-то - Оп! Стой! – Донеслось сверху. - Чего? - Там чел на тазике играет! – Андреас заржал, а мои плечи стали от этого сотрясаться. Опустив его на землю, я недоверчиво посмотрел в ту сторону, где он увидел «чела с тазиком». Не уверен, что это то самое, но я все же взял все еще смеющегося друга за руку и потащил в ту сторону. По мере приближения, я начинал слышать те странные звуки, и вот, растолкав последних людей, мы оказались прямо перед этим нечто. Парень сидел на маленькой складной табуретке, а на его коленях находился большой... Казан? Тазик? Без понятия, но на этой штуке было штук шесть углублений и столько же выпуклостей в форме полушара. Когда пальцы легко ударяли по определенным местам, воздух вокруг начинал звенеть интересной мелодией, которую прежде я слышал только ... в том видео... - Андреас..- Я опять пихнул того в бок. – Это та музыка. - Хм...- Он задумался, пытаясь понять, о чем я говорю.- Похоже, звуки те же. Ты думаешь..? - Это точно та самая. – В моих глазах загорелся огонек надежды. - Да мало ли. Ты не можешь быть уверен, в том, что это именно та музыка. – Скептично отозвался блондин, одергивая свою джинсовую куртку с мехом внутри. - Да много ли ты знаешь людей, кто вот так на тазике фигачит? – Передразнил его я. - Ну, тогда погоди немного и спросим. Прождав около минут пятнадцати, пока парень все же наиграется на своем чудо инструменте, мы подошли к нему вплотную. Я закинул пару крупных купюр в чехол от «тазика» который стоял перед ним и протянул руку музыканту. Тот ее пожал в ответ. - Интересная музыка у тебя. Не часто услышишь что-то подобное. –Дружелюбно начал я. -Спасибо, рад, что вам понравилось. – Парень был лет на пять – семь старше меня. На его голове красовалась копна разнотонных дредов: какие-то пряди были светло-русыми, какие-то потемнее. - А долго обучался игре на этом нечто? – Встрял блондинчик, протягивая свою руку для пожатия, но к моему удивлению и своему восторгу получил поцелуй в нее же. – Уау... – Ошеломленно выдал он. - Вообще... нет. Это пришло само. Я просто увидел его и понял, что хочу почувствовать эту связь с космосом, когда ты слышишь эти звуки. – Немецкий музыканта звучал кривовато, но это полностью забывалось, стоило посмотреть в добрые зеленые глаза. . . – Я Эдди, а это ханг – Он расслабленно улыбнулся и указал на свой инструмент. - Андрэас. – Коулман поправил прядь длинной челки одной рукой, а пальцы второй убрал в карман светлых джинсов. Так, верный знак, к тому, что я тут уже лишний. - Эдди, извини, что так спрашиваю, но мне нужно знать, это не ты играешь на этом видео? – Я оперативно подсунул музыканту телефон с танцующей девушкой на экране. - Да-да. Это я. – Он широко заулыбался, видя застывший вопрос и восторг на моем лице. - Забудь мое имя! Отныне я фея любви-и! - Пропел Коулман. -Это было не в Германии. Япония.... прошлая весна, если не ошибаюсь. -Продолжил наш новый знакомый. - Каулитц, сама судьба тебя ведет туда. – Андреас присвистнул . - Просто мы празднуем его скорый отъезд в страну восходящего солнца! – Пояснил он для мужчины. - О! Он не пожалеет. Необыкновенная страна... – Протянул тот, будто погружаясь в воспоминания. - Не сомневаюсь. Если там живет это чудо, то это действительно судьба. – Согласился я. – А что за бар? Я видел еще несколько записей, она всегда танцует на одной и той же сцене. - Магдалена, интересная девушка... Жаль, только немая. Эээ.. дай-ка вспомнить... – Эд поднес пальцы к переносице и зажмурил глаза. – Там вывеска была.. На японском. Кажется, перевод был как-то связан с танцами... Не помню. Могу по памяти нарисовать, если это поможет. - Было бы классно. – Пока не знаю зачем мне это, но сейчас я был согласен на любую информацию. Кажется, искать кого-то входит в привычку... или это просто что-то вроде подмены. Реализовать мечту, найти того, кого искал, только с другим человеком... Бред. Но мне действительно хотелось увидеть этого ангела вживую. Через минуту в моей ладони лежал вчетверо свернутый листок с нарисованными на нем иероглифами «赤ワルツ» Пока я размышлял над возможными значениями этого не пойми чего, Эд и Андреас успели мило разговориться. Остаток ночи мы просидели в одном из пабов, каких было много в крупном городе. С новым знакомым было легко, друг был счастлив, а мои мысли на время покинули многострадальную голову, уступая место невесомому предчувствию чего-то необыкновенного. Выяснилось, что Дэйв уже около четырех лет наслаждается жизнью, ездит по разным городам разных стран и просто играет свою музыку, даря часть своей нирваны каждому. Вообще очень романтичный образ у него получился : необычная внешность да еще и с хангом в придачу, замысловатые татуировки, свободный образ жизни... прям возвращение хиппи. Люблю таких людей, открытых и простых, они все на две головы выше любой городской снобы. По домам мы разъехались только в пятом часу утра. Как не странно, Эдди поехал в хостел, где остановился, а Андреас к себе домой, даже такси они взяли разные. Видимо, они решили продлить приятное знакомство, либо я все же не так понял тот жест, что кажется мне менее вероятным. В середине следующего дня я наведался в участок полиции, что бы постараться посоветоваться с Листингом. Было решено не останавливать дело, продолжать искать, а доверенным лицом на время своего отсутствия я выбрал того же Коулмана. Вечером состоялся очередной сеанс спиритической связи с помощью веб камеры и интернета с «тем концом света», а именно с Густавом и его уже присмиревшей дюймовочкой. Ребята были очень рады моему скорому приезду и даже хотели меня встретить, но я предположил, что это, скорее всего, сделает кто-то из компании, а именно Мэг. Вовремя вспомнив, про нарисованную Эдом надпись на листочке, я подсунул его своим японцам, что бы добиться от них перевода. Это оказалось делом не из легких. Парочка раза два чуть не подралась и трижды объявляли о расторжение еще незаключенного между ними брака. В итоге был сформулирован общий вариант перевода « красный одинокий танец». Густав клятвенно пообещал выяснить, есть ли такое заведение вообще и в случае чего мог мне даже адресок подкинуть. В общем, новости были просто шикарные. В середине недели меня ждал ужин у мамы, на который она решила пригласить и Андреаса и Трюмперов. Вечер прошел как всегда на ура. Фрау Элизабет была в восторге от моего друга, а старый гер постоянно нахваливал мамину готовку, на что мама каждый раз пыталась отнекаться, считая, что цыплят можно было бы обжарить и подольше. Все было подготовлено к моему отъезду, все продумано, оплачено и подстраховано. Но сейчас, когда я стоял перед терминалом в аэропорту, я себя чувствовал последним предателем. Я... сбегаю? Опять? Я почти ненавидел себя, за то, что бросаю Билла там. Хотя.. где.. там? Всего шаг отделяет меня от того, что бы разорвать билеты к черту и вернуться на квартиру в Эссен. Вдруг он придет? Найдется, а меня не будет рядом. Кем я тогда для него стану? Братом, который не смог защитить, бросил, улетел куда-то ... Пальцы нервно ветрели плотную бумагу с отсвечивающими наклейками. В один момент, я дернул край билета. Раздался звук рвущейся бумаги, а перед глазами застыло воспоминание из далекого детства: -Томас! Зачем ты порвал это?! – Мама всплеснула руками и наклонилась, что бы собрать рассыпанные по полу клочки бумаги. - Я не поеду! – Я зло нахмурил брови и топнул ногой. - Но ведь это так интересно! Ты выиграл конкурс, а это – Мама показала на тот же мусор. – была твоя награда. Разве ты совсем не хочешь поехать на море? -Хочу, но не один. Я думал, что Би поедет со мной. – Я капризничал и совсем не собирался униматься. - В забеге участвовал ты, а не твой брат, так что билет подарили тебе. Мог бы отказаться от него, но не рвать ведь... - Но мы одинаковые! Это не честно, он должен поехать со мной! – Мама тяжело вздохнула, но на ее лице была улыбка. - Томи, пойми, мы не можем оплатить это для всей семьи... Хоть бы ты съездил в лагерь... покупался со сверстниками в море, погрелся на солнышке.. – Мама заманчиво описывала все, что могло бы мне достаться, но я был непреклонен. - Пусть тогда едет Би... – Я надулся еще сильнее. – Он такой бледный, хоть загорит немножко. - Ох Том... – Мама улыбнулась – Ты так любишь его... - Чоу делаете? – В комнату вошел младший. - Да вот, твой брат порвал билет. – Ответила мама. -Зачем? Ты ведь так старался. - Глазки маленького ангелочка удивленно раскрылись, а светлые бровки приподнялись от удивления. - Я не хочу туда один. Едь тогда ты. - Но это не честно. - Не честно, что ты остаешься. - А я и не умею бегать так быстро, как ты. – Би улыбнулся и подошел ближе, заглядывая мне в глаза, пока я пытался спрятать взгляд в пол. – Томи, езжай. - А ты? - А я буду скучать, но это же всего на две недели. Я буду рад, что ты увидишь море. Потом расскажешь мне какое оно...- Он задумался. – А еще лучше привези мне его! И камушков с ракушками! – Он убежал и через пару минут вернулся с пустой пластиковой бутылкой. – На! Нам было по десять лет. И один я тогда все же не поехал. Уговорил папу с мамой купить билет ну хоть куда-нибудь, но что бы вместе. И мы всей семьей съездили тогда на побережье океана. Одно из лучших воспоминаний... Билл был готов отпустить меня тогда... может отпустит и сейчас? Глянув на надорванный край билета, я смело зашагал в сторону дверей, что скрывали за собой коридор, ведущий к самолету.