Маленькая глупая Пташка.

***

      В пещеру вбежал Клиган с испуганным лицом. — Скорее, Пташка, начался прилив. Я не ожидал. Мы можем задержаться здесь на целый день, а можем утонуть. Он посадил ее верхом на своего жеребца и двинулся вдоль узкой линии берега между отвесной скалой и рекой. — Ты умеешь плавать? — Спросил он. — Батюшка научил нас. — Печально проговорила Санса.       Отец учил их плавать в тёплых водах прудов богорощи, а в жаркие дни они плескались в притоках Белого Ножа недалеко от Винтерфелла. Сначала ей не очень нравилось, но отец сказал, что на юге, в Королевской Гавани и в Дорне, можно купаться в море, и Санса решила, что непременно должна научиться.       Однажды жарким днем Теон уговорил их убежать из замка. Санса не любила плавать так, как ее братья и Арья, поднимая веер брызг вокруг, взбаламучивая ил, который запутывался в волосах. Они купались в тихой заводи, Арья, как всегда, резвилась с братьями, Санса наслаждалась приятной прохладой в стороне. Вдруг Теон схватил её за ногу и увлек вниз, она попыталась закричать, но вода хлынула ей в рот. Когда она очнулась братья стояли вокруг нее на коленях, у Теона из носа текла кровь, Арья всхлипывала. Когда она заметила, что сестра открыла глаза, она кинулась ее обнимать, но Сансу вырвало прямо на нее. Братья завернули девочек в рубашки Робба и Джона, и они ждали пока братья постирают испачканную одежду сестёр. А потом Теон нёс ее на руках, а Арья всю дорогу держала за руку. Однако вечером у нее начался жар, и она несколько дней пролежала в постели. Отец ругал Робба, что они слишком долго купались и переохладили сестру. Но настоящая буря поднялась, когда через несколько дней после очередной ссоры, Арья выкрикнула: — И зачем только Джон спас тебя, лучше бы ты утонула! Отец устроил им допрос, мальчики были наказаны, а ей и Арье строго настрого запретили ходить купаться без взрослых.       Санса вздохнула. Джон спас ее, но она по-прежнему относилась к нему пренебрежительно.       Клиган уже шёл по колено в воде, с трудом поднимая ноги в сапогах полных воды. Санса чувствовала страх. Как долго им ещё грозит опасность? Успеют ли они покинуть это место прежде, чем вода достигнет наибольшей высоты? И как высоко поднимается здесь вода? Все эти вопросы тревожили ее, но она не смела их задать своему спутнику. Вдали всё ещё полыхали остатки флота Станниса, черная река блестела, словно облитая смолой, отражая в своих тайных водах зелёные вспышки зловещего огня. — Откуда Вы знаете этот тайный ход в Красном замке? — Нарушила она тревожное молчание. — Стоило проследить пару раз за Мизинцем, — усмехнулся Пёс, — да и Варис только прикидывается неповоротливым толстяком, а сам пользуется этими ступенями чуть не каждый день. — Он покосился на Сансу. — Варис пользовался ещё одним проходом, но я подумал, что ты не согласишься идти одна по пояс в сточных водах да ещё в окружении крыс. — Крыс? — Санса вздрогнула, — а Вы… Вы по нему тоже прошли? — Да. — Пёс усмехнулся. — Его я обнаружил первым. Клиган замолчал, его сапоги громко шлепали по воде. Санса незаметно поглядывала на него, сейчас его лицо не было злым, скорее сосредоточенным, она видела его со стороны неповрежденной ожогом и могла представить, как он мог выглядеть, если бы жестокий брат не изуродовал его: острые скулы, угрюмые глаза и хищный нос. Конечно, он не был красавчиком, как Джоффри или Лорас Тирелл, но что-то было в этом хмуром лице, что притягивало и заставляло смотреть на него. Его губы были напряженно сжаты, и Санса вдруг вспомнила, как эти губы целовали её тело несколько дней назад, она покраснела и отвернулась. — А ты не такая робкая, как я думал. — Вдруг снова заговорил Пёс. — Я, признаться, не ожидал, что ты спустишься с этой горы в одиночку. — Но, как же… — растерялась Санса, — ведь Вы сказали, что будете ждать меня внизу. Он был как-будто удивлен. — Я думал, что ты сможешь в лучшем случае преодолеть только половину пути, и я застану тебя на середине горы, и мне придется подниматься за тобой. — Он усмехнулся. — Нет, Пташка, я на это слабо надеялся. Я был уверен, что ты попытаешься вернуться в замок. — И что тогда? Он насмешливо посмотрел на неё. — Вернуться в замок ты бы не смогла, я закрыл дверь на задвижку, но мне бы пришлось лезть за тобой на гору. — Но я не могла так поступить, — возразила Санса, — ведь из-за меня Вы нарушили приказ короля, теперь Вы дезертир и изменник, раз помогли мне сбежать. Он посмотрел на неё каким-то странным взглядом, но промолчал.       Наконец, они вышли к дороге, Красный замок остался позади. Клиган вылил воду из сапог и пошёл вдоль Черноводной в сторону леса. Здесь было темно, лишь огромная красная луна, окруженная яркими звездами, бесстрастно наблюдала за беглецами. На берегу лежали трупы, вынесенные рекой, Санса старалась не смотреть на них. Она снова стала разглядывать своего спутника. Пёс всегда ей казался огромным, он был выше короля Роберта и всех его рыцарей. Больше, пожалуй, был только его брат Григор, которого Санса видела на турнире. Санса могла припомнить нескольких знакомых лордов, которые могли похвастаться такой же комплекцией, но все они, как и Роберт Баратеон, были старыми и большей частью пузатыми, а Пёс… сколько ему лет? Она вдруг вспомнила, как он стоял перед ней обнаженный, тогда он показался ей почти красивым. Она снова покраснела и отвела взгляд.       Вдруг Клиган остановился и подошёл к одному из трупов, это была молодая женщина, высокая и истощенная. Пёс снял Сансу с лошади. — Снимай платье. — Проговорил он. — Прямо здесь? — Санса испугалась. Что он задумал? — Я не могу. — Не бойся, я не стану глядеть. — Он достал из седельной сумки какой-то свёрток и протянул ей. — Я не могу снять это платье, у него шнуровка сзади. Клиган развернул девушку к себе спиной и стал быстро распускать шнуровку. — Где Вы этому научились? — Удивлённо спросила она. — Ты правда хочешь это знать, Пташка? — Усмехнулся он. Она промолчала. Платье скользнуло и упало к ее ногам, она вышла из него. Клиган и вправду отвернулся, он раздевал труп женщины, с ее платьем он не церемонился, разорвав его на куски. Санса развернула свёрток, это было темно-синее платье из плотного полотна с кружевом на рукавах и вдоль лифа, такие в замке носили служанки. Санса надела платье и стала застегивать пуговицы на груди. — Где Вы его взяли. Сандор покосился на неё. Платье было ей широковато, но по росту он угадал. — Снял с веревки, на которой оно сушилось. Помоги мне. Он уже натянул платье, но никак не мог справиться с ее руками. Санса посмотрела на женщину, и у неё закружилась голова. — Зачем Вы это делаете? — Хочу, чтобы тебя не искали. — Но она не похожа на меня. — Через пару дней все мертвецы делаются на одно лицо. Он, наконец, затянул шнуровку на платье и снял с женщины туфли. — Примеряешь? Санса отшатнулась, Клиган закинул их в воду. Он критически посмотрел на женщину. — Да, ты права, не похожа. У тебя была сетка для волос. Санса достала украшение из шкатулки. Клиган натянул его на голову трупа. — Может на неё одеть и другие драгоценности? — Нет. Тот кто ее убил, должен был похитить их. Он пристально посмотрел на Сансу и вдруг достал меч. Он притянул девушку к себе, обнял, взявшись левой рукой за косу, и завёл меч сзади. Санса зажмурилась. Неожиданно она почувствовала непривычную легкость, и вдруг поняла, что он обрезал ей косу. Она заплакала, упав ему на грудь. — Ладно, ладно, Пташка, не плачь. Вырастет новая, ещё красивее и длиннее. — Он погладил ее по укороченным волосам. Сандор наклонился к женщине и пристроил косу под сетку для волос. Что дальше? Вдруг они найдут ее раньше, чем вороньё успеет расклевать ей лицо? В реке плавали пятна мерзкой зеленой жидкости. Клиган бросил труп прямо лицом в неё, а потом зажег лучинку и бросил в пятно. Дикий огонь вспыхнул ярким зелёным пламенем, подбираясь к новым пятнам он жадно пожирал их. Клиган схватил из рук Сансы шкатулку и бросил рядом с трупом. Потом посадил девушку верхом на лошадь и вскочил сам. — Там что-то было? — Только кольцо, которое мне подарил Джофф. Клиган ударил жеребца пятками, Неведомый был только рад убраться подальше от места, где с новой силой разгорался дикий огонь.       Они скакали всю оставшуюся ночь. Сансе казалось, что жеребец сам выбирает дорогу, но когда из-за леса показалось рассветное солнце, Клиган свернул в сторону от дороги в какой-то овраг среди густых зарослей высоких кустов шиповника. Он постелил на пожухлую траву одеяло, которое достал из сумки и снял Сансу из седла, положив ее на одеяло, он накрыл её плащом. — Спи, Пташка, днём ехать опасно. Пока мы всё ещё в Королевских землях, лучше не торопиться и переждать. Санса закрыла глаза и заснула.

***

      Они продвигались не так быстро, как надеялся Клиган, днём им приходилось отсиживаться где-нибудь в овраге или в лесу в стороне от дороги, но и ночью выходить на Королевский тракт Пёс не рисковал. После снятия осады в столицу потянулись подводы с провизией и вином, люди бежали от войны в надежде спрятаться в Королевской Гавани, и потому на дорогах и днём, и ночью было слишком много глаз и ушей. Клигану пришлось сменить тактику, теперь они передвигались ночью после восхода луны и до восхода солнца, когда путники устраивались на ночлег. И всё равно они ехали в стороне от дороги, чтобы не встретить ненароком тех, кто мог бы узнать его, а ещё хуже, её.       Сначала они бежали по дороге на Росби. Здесь в один из первых дней он, оставив Пташку в кустах, обменял ее украшения на еду. Плутоватый торговец заломил цену за свой товар, но Клиган не стал торговаться, в Королевской Гавани, когда он попадётся, он пожалеет, что польстился на ворованные побрякушки.       Через два дня они повернули и ещё через три выехали на Королевский тракт.       Неприятной неожиданностью для мужчины стало похолодание, днем воздух больше не нагревался словно в печи, а ночью и вовсе было слишком холодно. Огонь разводить он не решался, это могло привлечь к ним любопытных, поэтому ему приходилось греть Пташку своим теплом. Он чувствовал, как она трепетала всякий раз, когда он прижимал ее к своей груди, но потом она постепенно привыкла, и уже сама льнула к нему, то жалась холодной спинкой, то утыкалась в его грудь, позволяя обнять себя. Вот и сегодня они лежали в каком-то овраге, накрытые его плащом. Девушка спала, тихо вздыхая. Это была сладкая мука — чувствовать ее тело в своих руках и не сметь прикоснуться. Он лишь мог вспоминать о том, что случилось однажды между ними. Да и случилось ли? Может это, и вправду, был лишь пьяный сон. …Было, было… шевелился в штанах его неугомонный боец. Было… рука нежно гладила ее спинку. Было… губы невесомо касались золотой завитушки на ее макушке…       Они уже шесть дней были в пути, сыр с ветчиной, которые он выменял у торговца, закончились, и сегодня Клиган решился развести огонь. Они расположились в густых зарослях орешника на берегу тихой заводи. В теплой воде плескались толстые караси. Пёс без труда наловил несколько штук своей рубахой, и теперь они радостно кипели в котелке над костром. Санса прогуливалась вдоль берега, поглядывая на воду со странным вожделением, и мурлыкала какую-то песню себе под нос. Вдруг она остановилась возле островка невысокой травы и с интересом стала её разглядывать, потом сорвала несколько былинок и подошла к Клигану. Она некоторое время мялась, не зная, как обратиться к своему спутнику. Он с любопытством смотрел на неё. — Сандор, — наконец, решилась она, — я уверена, что это дикая пшеница, — Санса протянула ему колоски. — Мейстер Лювин показывал нам её и говорил, что она съедобна. Клиган усмехнулся, это в самом деле была она. Они набрали зёрен, сколько смогли, Клиган растер их между двумя камнями и добавил в уху, его варево сразу стало густым и приобрело аппетитный аромат. Он снял котелок с огня и поставил на невысокий пенёк. Уха была слишком горячая. Клиган заметил, как она с тоской посмотрела на воду. — Что хочешь окунуться? Санса кивнула.  — В чем же дело? Давай, можешь раздеться вон в тех кустах, — он кивнул на невысокие заросли можжевельника у самой кромки воды. Санса смущенно потупилась. — Я не стану подглядывать. Только не долго, вода теплая, но на берегу можно быстро замерзнуть. Санса решительно направилась в указанные им кусты. Клиган достал меч и принялся его точить. Он, и вправду, не собирался подглядывать, но глаза сами поминутно устремлялись в сторону тихого плеска воды. Небо быстро темнело, от воды поднимался туман, словно белый занавес, окутывая все кругом. Вот она вышла и снова спряталась в кустах, белое тело мелькало сквозь негустые веточки можжевельника. Неожиданно его глаза встретились с ее испуганным взглядом, он, словно пойманный на месте преступления воришка, быстро отвернулся и принялся с усердием точить свой меч. Вскоре она вышла из кустов, снова одетая в платье и закутанная в плащ.       Санса пристроилась на коленях у пенька, постелив под них край своего плаща. Клиган достал из кармана две ложки и протянул одну девушке.       Ложки весело стучали по стенкам котелка, Сансе казалось, что это самая вкусная уха в её жизни. Они вместе отправились к воде, Сандор мыл котелок, а девушка ложки. — Какие странные ложки, — она с интересом разглядывала монограмму, — сами ложки серебряные, а ручки золотые и монограмма дракон с одной головой. — Она робко взглянула на Пса. — Такой герб был у Таргариенов до завоевания Вестероса. Клиган смотрел на неё с изумлением. — Однако, Пташка, я смотрю тебя учили не только петь, вышивать и читать дурацкие сказки. Старый герб Таргариенов знают немногие, Роберт, вероятно не знал его, иначе приказал бы эти ложки уничтожить. — Но откуда у Вас старинные приборы королей-драконов? — Слуга, которого я толкнул на ступеньках, когда мы бежали из замка, уронил их, я и подумал, что ложки нам пригодятся. — Вы их украли? — Негодование Пташки рассмешило его. — Когда войско Станниса начнет грабить Красный замок, это будет называться военный трофей, к тому же король остался мне должен жалование за последний месяц. Санса протянула ему чистые ложки. — Оставь одну себе, — Клиган взял одну, завернул в чистую тряпицу и спрятал в карман. Санса не стала спорить. Ложка Таргариенов, пожалуй, это слишком маленькая цена за те горести, которые она пережила в Королевской Гавани.       Клиган проснулся от того, что она тихо всхлипывала. Он приподнялся на локте и заглянул в ее глаза. — Что случилось? У тебя что-то болит? Она испуганно смотрела на него. — Нет. У меня ничего не болит. — Всхлипнула она. — Почему же тогда ты плачешь? — Сегодня Вы ни разу не поцеловали меня. — Всхлипнула она. — Это от того, что я…я… — глаза ее забегали, — я ужасно пахну. — Наконец, выдавила она из себя. Клиган с недоумением смотрел на неё. Он не подозревал, что она могла чувствовать его лёгкие поцелуи, ведь он думал, что она спит, и уж он никак не предполагал, что ее может огорчить отсутствие этих поцелуев. Она испуганно смотрела на него, но не отводила свои небесно-голубые глаза. И тогда он наклонился и прижался своим жаждущим ртом к ее манящим губам. Когда он нашёл в себе силы оторваться от неё, она смущённо улыбнулась ему и вздохнула. — И всё-таки мне так хочется принять ванну и сменить платье. — Проговорила она глядя на него с робкой надеждой. Клиган понимал, что маленькая Пташка не приспособлена ночевать в лесу, хлеб с сыром и ветчиной, которые они жевали каждый день запивая водой, набранной в роднике (вино закончилось на третий день), стояли даже ему поперек горла, но теперь и они закончились, перед сном она мыла ноги и умывалась в холодном ручье, но он не ожидал, что девочка станет переживать из-за грязного платья. Она действительно пахла потом и лошадью, но сквозь эти запахи он все еще мог уловить тонкий аромат ее духов и сладкий ее кожи. Она так маняще пахла женщиной, что хотелось облизать ее. Как благоухал он сам, он старался не думать. — Хорошо. — Он вздохнул. Стоит, пожалуй, наведаться в какую-нибудь деревню. Сейчас они отъехали достаточно далеко от Королевской Гавани, по расчетам Клигана, они должны были уже двигаться по Речным землям. Здесь идет война, и никому нет дела до дезертира из столицы и его спутницы.

***

      Постоялый двор «Сломанная подкова» Сандор помнил по путешествию в Винтерфелл. Он был слишком незначительным, чтобы в нем мог остановиться королевский двор, и они проехали дальше до Каменной Септы. Но, когда на следующее утро они снова двинулись в путь, он слышал, как Роберт хвастался, что дочь хозяйки гостиницы была с ним очень любезна. Теперь здесь было безлюдно, на бревенчатом срубе виднелись следы копоти, крыша была покрыта новой соломой и дверь тоже была новой, из грубых неотесанных досок. Из кузницы к ним навстречу вышел дюжий мужик. — Жена! — Закричал он. — К нам гости. Из гостиницы выбежала невысокая пышная женщина. — Надеюсь у них есть, чем расплатиться за гостеприимство. — Проговорила она сердито глядя на Клигана.       За одного золотого дракона им дали лучшую комнату с большой кроватью. Хозяйка вместе с дочерью натаскали горячую воду в ванну и помогли Пташке вымыться. Нашлось и чистое платье из светло-коричневой шерсти с длинными рукавами и деревянными пуговицами на груди. Оно было для Пташки коротковато, и из-под него выглядывали красные бархатные туфельки расшитые золотой ниткой. Клиган помылся в той же воде и переоделся в чистую рубаху. Он видел, как девочка с грустью разглядывала в зеркале свои обрезанные волосы и пыталась придать им аккуратный вид. В конце концов она заплела их в сложную косу, и теперь на голове у неё была багряная корона.        Они сидели в обеденном зале вдвоем. Дочь хозяйки достала из подвала бутыль красного вина и уселась напротив них. Санса с удовольствием ела горячую уху с хлебом. Когда девица уставилась на Клигана своими бесстыжими глазами, положив на стол большую сильно оголенную грудь, Санса покраснела и перевела взгляд на Сандора. Он насмешливо смотрел на девицу, лениво потягивая вино. Что же ночью, когда Пташка уснет, он пожалуй уделит внимание этой груди и ее хозяйке. — Как Вас зовут? — Спросила Санса. Она сидела вся розовая то ли от горячей воды, то ли от смущения. Бесстыдница удивленно взглянула на Сансу, словно только что увидела её. — Бесса, — ответила она и снова вызывающе уставилась на Клигана. Из кухни выглянула ее мать. — Ну что расселась? — Прикрикнула она на дочь. — Дел что ли мало? Иди постирай одежду леди. Бесса неохотно встала из-за стола, всё ещё откровенно поглядывая на Клигана. Они снова остались вдвоем. Сандор после ухи съел пирог с утиным мясом, а для Сансы принесли овсяные лепешки с яблочным сиропом и чай из шиповника. — Сандор, — вдруг обратилась к нему девочка, — Вы ведь не хотите быть лордом? Клиган покосился на Пташку. Он никогда особо не задумывался над этим. Он просто знал, что лордом будет его старший брат, а его жизнь — это жизнь солдата на службе у Ланнистеров. — Но Вы можете поступить на службу к моему брату Роббу мастером над оружием. Мастером над оружием? Чтобы обучать мелких лордёнышей драться деревянными мечами? Впрочем это лучше, чем таскаться за ними целыми днями и наблюдать, как они мучают кошек и своих младших братьев. Клиган сделал глоток из чаши, пытаясь понять, к чему она завела это разговор. Санса теребила рукав своего платья. — Сир Родрик Кассель был мастером над оружием в Винтерфелле. Он был трижды женат, правда у него были только дочери. — Санса покосилась на Клигана, но снова отвела глаза. — Но это ведь не от того… не от того, что у него не было замка, который он мог бы оставить своему сыну. — Ты думаешь, что я мог бы жениться, если бы стал мастером над оружием? —насмешливо спросил Клиган. — Да, — тихо ответила Санса. — И кто, по твоему, та счастливица, которая согласится стать моей женой? — Я, — она произнесла это так тихо, что он не поверил своим ушам, а скорее догадался по ее лицу, ставшему вдруг пунцовым от корней волос до неглубокого выреза на платье. Клиган расхохотался. — Ты? — Вы сказали, что можете меня полюбить, но жениться без замка и земли не станете. — Зачем тебе такой, как я, Пташка? Твой брат найдет тебе мужа посимпатичнее меня, да и поблагороднее. — Но я не хочу другого мужа. Ведь мне придется с ним… — она замялась и покраснела еще сильнее, — а вы меня уже видели. — Она кусала свои алые губки. Мужчина печально посмотрел на неё. — Даже не знаю, Пташка, кто из нас глупее, ты или я. Не надо было мне… тебя трогать. Нужно было нам убежать ещё той ночью. — А это было возможно? Клиган задумался. — Инсценировать твою смерть нам бы не удалось, и тебя наверняка стали бы искать. А потом, когда обнаружили, что пропал и я… Тирион достаточно умен, чтобы сложить один и один. Теперь что уж гадать. Твой брат, когда узнает, что я с тобой сделал, убьёт меня, так что тебе лучше об этом молчать. — Мой брат? Робб не станет Вас убивать, ведь Вы спасли меня, помогли сбежать. Клиган нахмурился. — Я воспользовался твоей неопытностью. И вообще… — Он отвернулся. — Если бы Вы женились на мне, — она снова кусала свои сладкие губки, — то Робб ни о чём бы не догадался. И маме я могу сказать, что… что это произошло только после свадьбы. Клиган усмехнулся. — Какая разница. Тогда твой брат убьёт меня, чтобы сделать вдовой. — Робб не станет убивать моего мужа. — Еще как станет. — Возразил он. — Ты, даже испорченная, все еще сестра короля Севера. И он найдет для тебя мужа, который приведет за собой мечи, какого-нибудь сынка Фрея или Ройса из Долины. А может быть он отдаст тебя за принца Мартелла из Дорна. — Испорченная. — Её глаза наполнились слезами. — Не плачь, Пташка. — Ему стало её жаль. — Это все предрассудки. На самом деле мужчины женятся и на вдовах с детьми, и на уродливых старухах, и на испорченных девицах лишь бы получить золото и власть, а ты вон какая красавица да к тому же сестра короля. Никто даже про это не вспомнит. — Значит они женятся только из-за замков, земель, золота и власти. — Всхлипнула она. — А по любви никто не женится. Но ведь отец и мама… — И вдруг она поникла. — Они тоже поженились, чтобы лорд Талли созвал знамена и поддержал мятеж Роберта Баратеона против Таргариенов. Но ведь потом они полюбили друг друга. — Она с надеждой посмотрела в глаза Клигана. — Может быть Вы тоже сможете полюбить меня позже? — Пташка, опомнись. Ты даже смотреть на меня боишься, хочешь всю жизнь лицезреть мою рожу? Санса вдруг решительно села к нему на колени и закрыла своей ладошкой его ожог. Она зажмурилась и прижалась мокрыми от слез губами к его обожженному рту. Не успел он сообразить, что делает, а его руки уже крепко обнимали ее, а губы жадно целовали. Они оба тяжело дышали. — Это был другой поцелуй. — Произнесла Санса, удивлённо глядя в его глаза. — Это был взрослый поцелуй, девочка. — Сандор отвернулся. Он все еще держал ее на руках. В голове был туман, зато все мысли перетекли в его голодного бойца. Она должна его почувствовать и испугаться, но Санса о чем-то задумалась и вдруг улыбнулась. — Если мы сделаем это семь раз, — она снова покраснела, — я смогу забеременеть, и тогда Робб не сумеет найти мне мужа. — Она все-таки боялась смотреть на него, их глаза встретились только на одно мгновение, и она перевела взгляд на его губы. — Ты с ума сошла. Ты слишком мала для этого. — Возмутился Клиган. — Леди Стокворт говорила, что найти мужа для беременной дочери очень сложно. — Возразила Санса. — Ты можешь погибнуть во время родов. — Робб не станет убивать отца моего будущего ребенка. — Настаивала она, словно не слышала его слов. — Я же говорил тебе, что семь раз может быть недостаточно. — Попытался он отговорить её. — Я согласна. — Она обняла его, положив голову ему на грудь. — Согласна целую жизнь, но только с Вами, а не с каким-то чужим мужчиной. Сандор хохотнул. — С чужим? А я значит уже не чужой? — Вы уже делали это со мной. Похоже маленькая Пташка серьезно настроена стать его женой. Клиган поднял ее на руки и понес в комнату. Завтра он найдет септона, а сегодня они могут снова представить, что Джоффри приказал им пожениться… … Жена должна быть нежной и покорной и делить постель со своим мужем всякий раз, когда на то будет его желание… Может быть она еще передумает.