Маленькая глупая Пташка.

***

      Яркое солнце заглянуло сквозь узкое окно. Санса открыла глаза и томно потянулась. Она чувствовала такую приятную истому во всем теле. Ночью её принц был такой страстный, такой нежный. Это был он. Её тело вспомнило его поцелуи, и прикосновения, и… всё остальное. Она улыбнулась. Не стоит тянуть. Завтра утром они отправятся на Стену. У неё осталось два долга: поговорить с братом и отпустить волков; а потом они вернутся в Переправу и поженятся. Можно пригласить этого ханжу Верховного септона провести обряд. Он, похоже, любит пирушки. Можно было бы устроить праздник в Винтерфелле, как предлагает Клиган, но Санса от чего-то не хотела видеть на своей свадьбе насмешливые и презрительные лица лордов Севера. Дверь открылась и в комнату вошла служанка. — Доброе утро, миледи, — приветливо улыбнулась она. — Ваши мужчины ожидают Вас у дверей, чтобы вместе отправиться на завтрак. — Как ожидают? — Санса вскочила с кровати. Служанка отвела взгляд, заметив её наготу, но леди Клиган было всё равно. — Мой сын тоже ждёт? — спросила она одевая нижнюю рубашку. — Взрослые мужчины не могут входить в комнату леди, если она не одета, — с улыбкой проговорила служанка, видимо повторив подслушанный разговор. Санса быстро умылась, оделась и распустила косу. Теперь она больше не вдова, а невеста. Пусть все видят, что она счастлива и готова забыть свои прежние горести.       Когда они вошли в трапезную, разговоры умолкли, люди с нескрываемым интересом разглядывали Сансу, её сына и жениха, словно они только приехали в замок. Арья кивнула им приглашая сесть рядом с ней, Лианна улыбнулась, Джейни надула губы и отвернулась, лорд Рисвелл настороженно кивнул, лорд Карстарк протянул руку Клигану старшему, а потом и младшему, лорд Гловер тоже пожал руку старшему Клигану и печально улыбнулся мальчику. Между Эреной Гловер и Виллой Мандерли скромно сидела Виолла в серо-голубом платье с белыми лилиями на груди. Кажется, целую жизнь назад это было любимое платье Сансы. Увидев девочку, Сандор приветливо улыбнулся и протянул ей половинку апельсина, который для него очистила Арья. — Завтра утром мы уезжаем, — Санса заметила, как её сын печально взглянул на Виоллу. — Виолла поедет с нами, — мальчик вскинул удивлённый взгляд на мать. — Мы отправимся к Стене, — добавила Санса. — Виолла, ты ведь хочешь увидеться со своей матушкой? — Да, — тихо ответила девочка, не смея поднять глаза. — А сегодня, сестра, мы должны устроить пир для детей, — Санса подмигнула Арье. — Тем более, что у нас есть повод. — Ты имеешь в виду свою помолвку? — язвительно проговорила Джейни. Санса с удивлением увидела, что Джейни сегодня нарядилась в платье из пурпурного шёлка и уложила волосы, накрутив концы, как это делали они в своём детстве. — Почему бы нет? — улыбнулась ей Санса. — Потому что твой принц никакой не принц вовсе, а Пёс, — сердито выпалила она. И тут леди Клиган поняла, что все уже в Винтерфелле это знают. Лорд Карстарк сердито посмотрел на леди Болтон, Гловер отвернулся, Арья и Лианна переглянулись, а Вилла Мандерли хихикнула и опустила смущенный взгляд. — Ну и что, — вдруг прервала всеобщее замешательство Виолла, — пусть ещё раз сыграют свадьбу, а ты можешь не приходить, — она сердито посмотрела на Джейни, — мы без тебя съедим пирог с яблоками и фрукты в сиропе. — Зачем ты всем рассказала, — вскричал Сандор и вскочил со своего места. — Я тебе сказал по секрету. — Это не я, — девочка виновато смотрела на него. — Сандор, — Арья обняла мальчика, пытавшегося вылезти из-за стола, — это я сказала Джейни по секрету, что Андор на самом деле муж твоей матери и твой отец, а то она чуть не влюбилась в него. Джейни сердито бросила салфетку на стол и выбежала из трапезной. Сандор растеряно посмотрел на Виоллу. — Я не сержусь, — тихо проговорила она и вдруг улыбнулась. И тогда Санса смогла разглядеть, что у девочки были фиалковые глаза. Она вспомнила, как, сама того не желая, разоблачила королеву Серсею. … Я выйду замуж за Джоффри и рожу ему маленьких золотых львят… …Он совсем не похож на своего пьяницу-отца… И вот теперь её собственный сын тоже указал им всем на очевидное… …Виолла похожа на королеву Дейнерис… Догадываются ли остальные, что за девочка сидит с ними за столом? Необходимо увезти её от сюда как можно скорее туда, где никому не будет дела до дочери одичалой… Санса протянула девочке яйцо, которое очистила для неё. Она робко взяла его из рук женщины и покосилась на Сандора. — Ну, что же, теперь, полагаю, Джейни покинет Винтерфелл, — усмехнулась Арья. — Простите, милорды, но, кажется, я не смогла найти для вас достойных невест. Моя сестра не свободна, а Джейни безнадёжна. — У Джейни ведь были сёстры, — задумчиво произнесла Санса, — что с ними стало? — Они вместе с леди Пуль живут в Дредфорте. — Ну, если леди Болтон желает всю оставшуюся жизнь оплакивать своё потерянное девичество, возможно, её сестра Дженна согласится составить счастье одного из вас, — Санса улыбнулась лорду Карстарку. — На сколько я помню, она была всего на год моложе тебя, Арья. — Может быть и для лорда Гловера найдёшь невесту? — ухмыльнулась Арья. — У Аньи Уэйнвуд есть внучка, — вспомнила Санса. — И что не так с этой внучкой? — Арья подозрительно смотрела на Сансу. — Её отцом был Джереми Фрей, — тихо проговорила Санса. — Кажется, его вместе с другими отправили на Стену. — Фрей! Вы хотите позволить этому отродью пустить корни на нашей земле? — гневно вскричал Роджер Рисвелл. — Леди Уэйнвуд — троюродная сестра нашего деда, Рикарда Старка, — Санса посмотрела на сестру, которая, казалось, тоже не одобряла её. — Может быть леди Уэйнвуд вам и родня, но все Фреи прокляты, — лорд Рисвелл исподлобья взглянул на Арью. — Ещё вчера вы собирались отдать Трон Севера людям предавшим нашего брата, — сердито возразила Санса, — позволить править Севером выскочке из Речных земель, едва ли более благородному, чем мужья недостойных дочерей лорда Старка, а сегодня отвергаете девочку, в крови которой от Старков не меньше, чем у Карстарков. — Леди Арья, напишите леди Уэйнвуд, — проговорил лорд Гловер, — если её внучка согласится заменить мать моей Эрене, — он погладил дочь по мягким волосам и вздохнул, — пусть пришлёт ворона. Девочка подняла на отца серые глаза и улыбнулась. — А как же мой брат? — Роджер Рисвелл, похоже, тоже хотел получить невесту. — Ваш брат может попытаться сделать предложение другой сестре Джейни Болтон, леди Жианне Пуль, — Арья покосилась на сестру, которая незаметно ей кивнула, — и после того, как ваша сестра леди Дастин покинет Север, чтобы выйти замуж за лорда Спайсера, думаю, будет справедливо отдать ему замок вашей сестры — Барроухолл. Санса увидела, как алчно вспыхнули глаза лорда Рисвелла. Теперь он отправит свою сестру в Кастамере без сожаления, лишь бы завладеть её замком.       За окном послышался гул охотничьего рога. — Кто бы это мог быть? — удивилась Арья. — Утром я отправила воронов в Белую Гавань и в замок Сервинов, но даже, если Джендри получил письмо, они должны были вернуться только к вечеру. В Чёрный замок я тоже написала, — обратилась она к сестре, — если ты собираешься завтра уехать,  то твоим людям нет смысла возвращаться. Я предложила им остаться и дождаться тебя там, — она вопросительно посмотрела на Сансу. — Спасибо, — улыбнулась она. — Ты всё правильно сделала. Арья встала и направилась к выходу. Следом потянулись мужчины и женщины, присутствовавшие в трапезной. Последними вышли Сандор за руку с Виоллой и Санса с Клиганом.

***

      На внутреннем дворе уже толпились слуги и воины. Всадники спешились, Джендри подбежал к Арье, которая успокоила его, что дети нашлись, и с ними всё в порядке. На сером жеребце сидел связанный Осфрид Кеттлблэк, рядом скалили зубы два огромных лютоволка. Сандор кинулся к своему Другу. Он обнял его и поцеловал прямо в мокрый нос. Санса с замиранием сердца смотрела на то, как огромный дикий зверь облизал счастливое лицо её сына. Каково же должно быть остальным?       Два воина сняли Кеттлблэка с лошади и повели в большой чертог. Следом шли остальные. Сандор не желал расставаться со своим Другом. Санса посмотрела в глаза Призрака и кивнула, он перестал скалиться и покорно пошёл рядом за ней.       Арья снова сидела на Троне королей Севера в Большом чертоге, у её ног лежал Призрак, рядом стоял Друг, которого всё ещё обнимал Сандор. Люди перешёптывались и со страхом поглядывали на лютоволков. — Его выследили и поймали эти звери, — проговорил Джендри, — мы думали, что они разорвут его, но они лишь слегка покусали, не позволив ему выхватить меч. Они даже не нанесли ему существенных травм, — было видно, что Джендри удивлён разумностью поведения волков. — Я не понимаю, за что ваши люди схватили меня, — надменно процедил Кеттлблэк. — Зачем ты приезжал в Винтерфелл? — задала вопрос Арья. — Я хотел наняться на службу, — самоуверенно ответил рыцарь. — Почему же тогда ты не обратился ко мне или к моему мужу, а предпочёл тайно покинуть замок. — Мне здесь не понравилось, — усмехнулся он. — Едва ли у вас, леди, нашлось бы достаточно средств, чтобы оплатить услуги такого воина, как я. — Какого такого? — лицо Арьи потемнело. — Который подстрекает детей к драке? Или нападает на прислугу и пытается похитить младенца? А может быть, убить? — Что это за странные фантазии. Я ни на кого не нападал, — он нагло посмотрел в лицо леди Старк. — Сандор Клиган и Пейт видели тебя. — Что они видели? — Они видели, как ты ударил Энни подсвечником и погнался за Бетт, которая застала тебя в комнате наследника Винтерфелла. — Они не могли ничего видеть, — ехидно возразил воин, — в комнате никого не было. Арья усмехнулась, а воин злобно скривился, поняв, что проговорился. — Я приезжал, чтобы передать письма леди Дастин, — мужчина беспокойно озирался, словно пытался разглядеть кого-то в толпе. — Признаю, что хотел найти что-нибудь ценное в комнате мальчика, а когда встретил там няньку, то запаниковал и ударил её подсвечником, и служанку столкнул я, но лорда в комнате не было. Не станете же вы меня казнить из-за какой-то прислуги. Арья растеряно посмотрела на сестру. — Что за письма вы привели леди Дастин? — спросила Санса. — Не знаю ничего, — Кеттлблэк понял, что сказал лишнего. — Лорд Бейлиш приказал отвезти письмо… — Лорд Бейлиш? — Арья вскочила со своего Трона и растеряно посмотрела на сестру. Санса быстро подошла к ней и обняла. — Где она? — спросила она едва слышно, она понимала, что в чертоге слишком много людей и не была уверенна, что может им всем доверять. — Она в своей комнате, — прошептала Арья в ответ. — Мы перевели её из темницы, но её хорошо охраняют. — Я думаю, что эти письма она уже сожгла. — Всё равно, — Арья отстранилась от сестры. — Лорд Рисвелл, лорд Гловер, леди Мандерли и леди Джейни, — произнесла она твёрдым голосом, — я хочу, чтобы вы отправились к леди Дастин и снова обыскали её комнату и её саму. — Вы собираетесь обыскать мою сестру, словно она воровка? — возмутился Роджер Рисвелл. — Возможно, лорд Роджер, она сама согласится отдать Вам эти письма, — возразила Арья. — Ведь, мы знаем о них. Попробуйте убедить её. Рисвелл сердито кивнул и вышел из чертога в след за прочими, кого назвала Арья.

***

— Они ничего не нашли, — Арья растеряно посмотрела на сестру. — Это в самом деле напоминает заговор. В библиотеке кроме них были только Джендри и Клиган. Санса с горечью смотрела на полупустые полки, покрытые следами недавнего пожара, и новые стеллажи, уставленные книгами с обгорелыми краями или вовсе сгоревшими наполовину. — Что мне делать? — Арья беспокойно теребила гусиное перо, которое в конце концов сломала. — Я уже никому не доверяю. — Успокойся, — Санса отняла у неё сломанное перо и бросила в корзину. Она тоже чувствовала необъяснимую тревогу. — Отправь Барбри Дастин к Спайсерам, как можно скорее, пусть её брат со своими людьми сопровождают её, так ты на какое-то время избавишься от явных заговорщиков. Его сын Рональд останется в Винтерфелле, Роджер — не глупец, он не станет рисковать жизнью своего сына ради выгоды чужих ему людей. Санса села за стол, стоявший посреди библиотеки. Он был новый, из светлой древесины, без царапин и чернильных клякс, совсем не тот, за которым долгие годы мейстер Лювин обучал её с сестрой и братьями различным наукам. Арья с беспокойством прохаживалась между столом и полками с книгами и свитками. Джендри присел в кресло у камина, Клиган отошёл к окну и облокотился на подоконник, пытаясь разглядеть, что происходит на тренировочном дворе. — Предлагаешь, сделать мальчишку заложником? — удивилась Арья, остановившись около стола. — Он останется, — холодно возразила Санса. — Арья, ты должна понимать, что иногда необходимо утопить один корабль, чтобы остальные плыли в нужном тебе направлении. Лорд Рисвелл знает, что после того, что произошло ты не можешь доверять ему, поэтому его сын станет гарантом его преданности. Если его сын останется, он не посмеет предать тебя. — Лорд Рисвелл как-будто не замешан в этом, — неуверенно возразила Арья. — Его отец и старший брат погибли у Кровавых врат. — Однако прежде они признали Болтона, убившего Робба, своим сюзереном и призывали других северных лордов преклонить колено перед этим предателем. Лорд Рисвелл — ненадёжный союзник. Ты не можешь доверять ему так, как доверяешь другим. Будет лучше, если у тебя будет в руках его сын. Отправь мальчишку к лорду Мандерли в Белую Гавань, если не хочешь вызвать у него неудовольствие. Санса видела, что сестра не согласна с ней. — Твоя сестра права, — вдруг вступил в разговор Джендри, молчавший до этого,  — если ты отправишь Рональда к Мандерли, лорд Рисвелл не сможет обвинить тебя в недоверии, но зная, что его сын в руках преданного тебе вассала, он не посмеет предать тебя. Арья, наконец, согласно кивнула. — А что нам делать с Кеттлблэком? Против него действительно ничего нет. Неужели мы должны отпустить его? — Нет, конечно, — возразила Санса. — Но ведь мы не можем доказать, что он хотел навредить нашему сыну, — Джендри неуверенно посмотрел на Сансу, — да и то, что он подстрекал мальчишку Рисвелла к драке, нельзя назвать преступлением. — Мы все слышали, как он признался, что пытался ограбить вас, а за это полагается, как минимум, отправить его на Стену, — Санса взяла из рук Арьи перо, которое она нервно теребила, и положила рядом с чернильницей. — Думаете, что на этот раз мы справились с заговором? — с тревогой спросила Арья. Она переводила испуганный взгляд с Сансы на своего мужа. — Тебе надо было самой встать во главе нашего дома, — она опустила глаза. — Ты лучше меня понимаешь, как следует управлять, чтобы заставить лордов уважать тебя и бояться. — Едва ли я достойна носить имя Старк, — вздохнула Санса, она посмотрела на своего мужа. — Ты пользуешься заслуженным уважением и авторитетом среди своих знаменосцев. — Почему ты так думаешь? Из-за… — Арья покосилась на Клигана. — Нет, не поэтому, — усмехнулась Санса заметив её взгляд, — это не главное сейчас, потом когда-нибудь я расскажу тебе. — А что же главное? — Меня больше тревожит, что задумал Мизинец? — Санса подошла к окну и встала рядом с мужем. — Зачем он послал этого человека? Я уверена, что это он затеял эти интриги в замке, но зачем ему это? — И вот ведь гадёныш, — Клиган отвернулся от окна. — Снова всё пытается провернуть чужими руками. Если бы Кеттлблэк не проболтался, мы бы никогда не догадались, что этот грымзин сын замешан в этом. Да что там замешан… он наверняка, сам заварил эту кашу. — Ты тоже думаешь, что он зачинщик? — удивилась Арья. — Наверняка. Почему Вестерлинги столько лет молчали и вдруг теперь не просто объявили о наследнике, а плетут заговор, да ещё так ловко, — он посмотрел на Джендри, который согласно кивнул. — Почему опять? — удивилась Арья. — Потому что тогда… — он посмотрел в напряжённое лицо Сансы, — в тот день, когда Серсея приказала схватить вашего отца, я был уверен, что золотые плащи поддержат его. И вдруг, когда в тронном зале началась резня, Мизинец приставил кинжал к горлу лорда Старка, как только тот попытался выхватить меч. — Он предал нашего отца? — Арья покосилась на сестру. — Но это значит… — Теперь это уже ничего не значит, — перебил её Клиган. — Тем более, что свидетелей этих событий не осталось, только я и Варис. Джендри громко зевнул. — Арья, твоего мужа следует отправить спать, — Санса укоризненно посмотрела на сестру, — он всю ночь провёл в седле. — Ничего с ним не случится, — сердито возразила Арья, — вечером быстрее угомонится, может не станет приставать ко мне со всякими глупостями… — она вдруг покраснела. — С каких это пор тебе перестали нравиться эти глупости, — усмехнулся Джендри и покосился на Клигана. — Пойду на кухню, — Арья смущённо опустила глаза, — может быть им нужна помощь. Она поспешно покинула библиотеку.       Стол для детей поставили там, где они любили играть: около конюшни, вблизи кухни. На деревянную крестовину кузнец вместе с конюхом уложили широкие доски, вокруг поставили лавки, на которые расселись дети проживавшие в замке. Санса с удивлением отметила, что почти все они были старше её сына, однако это никого не смущало. Среди девочек и мальчиков всех возрастов сидели и довольно взрослые Дик Кузнец, Сэм Пончик и Миа дочь прачки, которая уже вероятно расцвела. Ближе к Сандору расположились дети лордов: Арнольд Карстарк, Эрена Гловер, Вилла Мандерли, Берен Толхард, Рикард Лиддль, Денис Эшфорт и даже Рональд Рисвелл, который слегка хромал. Служанки поставили на столы кувшины, чаши и подали угощение. — Ты что разрешила детям пить вино? — удивлённо спросила Санса. — Нет, конечно, — рассмеялась Арья. — Это лимонная вода. Должны же дети что-то наливать в чаши, чтобы стукаться ими. — Лимонная вода? Где ты взяла лимоны? — Из Дорна в Белую Гавань пришёл корабль, а вчера до Винтерфелла добрались две подводы. — Неужели Дорн решил помочь Северу? — Помочь? Как бы не так, — возмущённо возразила Арья. — После войны Арианна Мартелл требовала, чтобы Север заплатил за то, что они кормили наших людей во время Лютой Зимы. Хорошо, что Простор и Долина её не поддержали. — И чем же Север заплатил? — Мы не платили. Я ответила ей, что если наши люди им в тягость, то пусть возвращаются, может быть никто не выжил, — она усмехнулась, — как они их там кормили, да и чем? — И что же? — Почти никто не вернулся, — вздохнула Арья. — Я их понимаю. В Дорне и Просторе весна наступила раньше. Они собрали первый урожай, когда мы только начали сеять. Люди прижились, выстроили дома, обзавелись семьями, хозяйством. Всё это бросить, чтобы вернуться на голую землю, … — Арья вздохнула. — Да, думаю, их и не отпустили — умелые и работящие люди всем нужны. Дорн конечно сильно пострадал: виноградники и оливковые рощи помёрзли, да и фруктовые сады погибли. Лошади у них сильные и выносливые, но для суровых зим не годны. Всё, что прежде составляло богатство их края, обратилось в прах. Им, так же, как и нам, пришлось начинать на голой земле. — Значит лимоны вы купили? Арья взяла сестру под руку и направилась в богорощу. — Пусть дети веселятся не будем их смущать.       Они шли по тропинке, очищенной от старых листьев. Молодая трава словно темно-зелёный ковёр покрывала землю, повсюду веселыми пятнами пестрели дикие северные цветы, крапива и чертополох на небольшой полянке, мимо которой они прошли, были примяты. — В первый год у нас уродился только лён и рожь, — снова заговорила Арья. — Сама понимаешь, торговать особо нечем. Зато в Волчьем лесу по-прежнему росли гвардейские сосны и железноствол. Мы смогли договориться с Простором и Дорном. Отправили им лес на постройку новых кораблей в обмен на пшеницу, фрукты и кое-какую живность. Из северного льна получается лучшая парусина, мы продаём её и Простору, и в Вольные города. Наши женщины кроме того ткут и тонкий лён, не хуже лисинийского хлопка, он и на мужские рубашки годится, и на нижнее бельё, и на женское платье. Арья усмехнулась. — Что? — Санса с интересом слушала сестру удивляясь и радуясь её умению найти способ выжить в тех тяжёлых обстоятельствах, в которых очутились северяне после войны. — Мы предложили Простору и Дорну купить у нас тонкий лен, но они отказались. Видите ли это плебейская ткань годная только для прислуги, а их высокородные… — Арья покосилась на сестру, — достойны носить панталоны только из шёлка. Санса расхохоталась, Арья тоже улыбнулась. — Сир Давос Сиворт отвёз наш лён в Мир. Они его перекрасили, нашили из него мужских рубах, и женское бельё, платья — в общем всё то же, что и мы; ну, пришили свое кружево и продали Простору в три дорога, — Арья не скрывала своего ехидства, — два года только самые богатые аристократки вольных городов и высокородные лорды и леди Дорна и Простора могли позволить себе роскошь щеголять в одеждах из мирийского льна, пока один старый мейстер из Староместа не признался, что в Мире отродясь лён не рос. Арья рассмеялась. — И что же? — Санса не удержалась и сорвала несколько кустов нежной незабудки. Она вдохнула лёгкий аромат. — Сначала, они пытались сделать вид, что не знают правду, потом хотели заключить тайное соглашение на прямые поставки ткани с Севера минуя Вольные города, естественно по той цене, какую мы предлагали им сначала. Они даже пытались жаловаться королеве Дейнерис, — Арья усмехнулась. — Но у нас уже был заключён договор с Миром, а цены на их товары мы диктовать не смели. Санса посмотрела на сестру и поняла, что она умело диктовала цены на свои товары. — Каждый выживает, как может, — Санса вздохнула, вспомнив, как сама ругалась с поваром и со стюардом Утёса, когда в середине Лютой Зимы пыталась внушить им, что следует экономить и зерно, и овощи, и вино. Нельзя каждый день трапезу превращать в праздничный пир, выкидывая после него оставшуюся еду. В замке Ланнистеров не привыкли к такому ведению хозяйства, однако в последствии люди оценили её усилия.       Женщины подошли к озеру и присели на большой старый камень, покрытый мхом. Нагретый дневным солнцем, он щедро отдавал своё тепло. Чардрево едва шевелило своими мощными ветвями. — Санса, — Арья взглянула на сестру и взяла из её рук веточку с голубыми цветочками, — зачем ты снова выходишь замуж за Пса? Санса не ответила, с раздражением думая о том, что не должна сердиться на сестру. Завтра они уедут, и эти бессмысленные разговоры закончатся. — Я понимаю, что ты хочешь, чтобы у тебя была настоящая семья, чтобы у Сандора был отец, — Арья оторвала маленький голубой цветочек и бросила на землю, — но ты могла бы выйти за другого мужчину. Арья посмотрела на сестру, но Санса молчала, боясь сказать грубость. Арья вздохнула и оторвала ещё один цветок. — Тебе ведь придётся не только жить с ним в одном замке, сидеть за одним столом, делить трапезу, — ещё одна голубая звёздочка упала на землю. В детстве Санса всегда злилась, когда сестра вот так портила её букеты, но теперь она понимала, что Арья волнуется, хочет придумать нужные слова. — Тебе придётся спать с ним в одной постели и не только спать, — снова заговорила Арья. — Санса, я хочу сказать, что супружеские отношения могут приносить удовольствие. Джендри, он… эти глупости, которые он делает… мы вместе… Санса улыбнулась видя, как сестра мучается, смущается и рвёт несчастный цветок. И это Арья! Арья, которая в детстве могла повторить любую гадость, услышанную ею где-нибудь в кузнице или на конюшне, подчас вгоняя в краску их леди-мать. — Ты не должна губить свою жизнь рядом с ним, только для того, чтобы доказать, что ты благородная леди, преданная своему мужу. Я вообще в постели с Джендри не чувствую себя никакой леди, зато я чувствую себя женщиной, а не свиноматкой годной лишь для рождения наследников, — Арья снова оторвала цветок и подняла наконец на сестру глаза. — Арья, — Санса приблизилась к самому её уху, — я перестала быть леди ещё в Королевской Гавани. — Ты не понимаешь, — рассердилась Арья. — Если бы ты знала, как это может быть… — Я знаю, — Санса пристально посмотрела в глаза сестры и улыбнулась, — это словно огонь, который разгорается внутри тебя, а потом ты вся горишь и умираешь… и снова возрождаешься… Арья удивлённо смотрела на сестру. — У тебя был кто-то ещё? — смущённо спросила она. — Другой мужчина? Не может быть, чтобы Бешеная Гора был таким… — Нет, не Гора, — Санса перестала улыбаться. Даже теперь, когда Григор был мёртв, когда она сама своей рукой его убила, она всё ещё вздрагивала, если кто-то называл его имя вслух. Санса взяла из рук сестры почти голую веточку незабудок. — Зачем мне другой, если у меня есть трёхголовый Пёс, — Санса оторвала последний цветочек, зажала в кулачке, а веточку бросила под ноги своей сестры. Арья смотрела на неё с удивлением. Санса видела, как понимание медленно появляется в глазах сестры. — Нет, — наконец, выговорила она. — Не может этого быть. Пёс он такой же, как и его брат — грубый и жестокий. Джейни рассказывала, что когда Мизинец прятал её в своём борделе, она слышала от других девушек, что он ненасытный, ему всё равно с кем… Ему надо много раз подряд… — Арья, прекрати наконец слушать, что тебе говорит Джейни, — с раздражением прервала Санса сестру. — Мне искренне жаль, что боги так жестоко обошлись с ней, но ты должна понимать, что она не может относиться к мужчинам объективно. И вообще, то она влюблена в моего мужа, то говорит, что он не умеет обращаться с женщинами. Тебе не кажется это странным. — Но Пёс ходил к шлюхам в бордели… — возмущённо вскричала Арья. — А Джендри был девственником, когда ты совратила его, — сердито усмехнулась Санса. — Нет, не думаю… — Арья растеряно посмотрела на неё, — возможно у него были женщины до меня… но это не то… — И у Сандора Клигана тоже были женщины до меня, и хватит уже об этом. Санса поёжилась. Солнце клонилось к закату и стылый ветер проник в богорощу. — Я уже и забыла, что ночью в Винтерфелле всегда было прохладно. — Санса поднялась с тёплого камня. — Пойдём, — она примирительно улыбнулась, — скоро уже пора будет накрывать столы к ужину, да и детям пора заканчивать пировать. — Сегодня мы сядем в трапезной, — Арья поднялась с камня и пошла рядом. — Дети уже сыты. Я приказала, чтобы их сразу накормили как следует, чтобы потом не возиться с посудой, лорд Рисвелл с сестрой уже покинули замок, лорд Карстарк со своими людьми вызвался их проводить до Белой Гавани, чтобы они не сбились с пути. Завтра с вами отправятся лорд Амбер и Лиана Мормонт. — Зачем им ехать на Стену? — удивилась Санса. — Лорд Амбер поедет с вами до Последнего Очага, а Лианна возвращается на Медвежий остров. В Чёрном замке её ждёт сестра. — Чем же сегодня угощает леди Винтерфелла своих оставшихся гостей? — Кроме лимонов Дорн в уплату за корабельный лес прислал десяток индюшек и два десятка индюков, — Арья ухмыльнулась, — слишком много женихов, придётся половину съесть. — Ого, я слышала, что у них очень вкусное мясо. — Мы их едим очень редко — хотим развести, растут они так же, как куры, а мяса с них, как с хорошего барашка. Но сегодня отличный повод побаловать детей мясом индейки и самим побаловаться. — А яблочный пирог вы приготовили? Сандор обещал своим друзьям яблочный пирог и фрукты в сиропе. — И яблочный пирог, и фрукты в сиропе, и лимонные пирожные, — Арья покосилась на сестру, которая взвизгнула от радости. — Ты помнишь?.. Я любила их в детстве больше всего. — Не волнуйся, я приказала, чтобы приготовили столько, чтобы на всех хватило, а для тебя отдельно. — Я обожаю тебя, — Санса прижала к себе сестру. — Подлиза, — рассмеялась Арья. Они подошли к кухне. Веселье за столом не кончалось. Угощение было съедено, и теперь дети громко распевали песни. Молодой садовник, который днём ухаживал за земляникой и тыквой в теплицах, сидел на пеньке и подыгрывал им на лютне.

Жил-был медведь косолапый и бурый…

Эту песню распевали не только дети, но и люди наблюдавшие за их весельем. Солнце садилось и становилось холодно. Санса снова поёжилась. — Пора разгонять детвору, а то веселье затянется до утра, — рассмеялась она. Кто-то накрыл её плечи тёплым плащом, Санса оглянулась. — Пусть веселятся, — Клиган подал другой плащ Арье. — Когда ещё у них появится такая возможность? — Откуда наш сын узнал, что ты его отец? — этот вопрос целый день волновал её. — Это Пейт Говорун ночью проболтался, — виновато проговорил Клиган. — Вот ведь не язык, а помело. — Может это к лучшему? — Санса взяла мужа под руку и ощутила тепло его тела. — Кажется Сандор был этому рад… — Наш сын такой хитрец, — усмехнулся Клиган. — Это почему? — Утром он потащил меня в богорощу купаться, а сам разглядывал мои родинки на спине. Это ты ему про них рассказала? Санса смутилась. — Как только он научился говорить, он стал расспрашивать о своём отце, — она смотрела в его глаза, — кто-то в замке проговорился, что я была женой твоего брата после тебя. Как объяснить маленькому ребёнку, что ты его отец, а не он? К счастью у него тоже были такие же родинки, как у тебя, — Санса улыбнулась. — Я сказала ему, что коли у вас с ним одинаковые Охотник и Сумеречный Кот, значит он твой сын. Он всегда хотел быть похожим на тебя, — проговорила она еле слышно. Они снова посмотрели на мальчика, который теперь уже встал в круг с другими детьми и кружил Эрену Гловер, поглядывая на Виоллу ставшую в пару с Карстарком. — Вот уж не думала, что ты, Санса, на столько не уважаешь себя, — раздался вдруг сердитый голос Джейни. Санса оглянулась. — Как ты можешь, улыбаться этому развратному чудовищу? Он бросил тебя, позволил своему брату издеваться над тобой. А сам в это время развлекался с одичалой девицей и теперь притащил в дом бастарда. Санса растеряно смотрела на подругу, она видела, как глаза её мужа потемнели, и на шее вздулись вены. И тогда она перепрела свои пальцы с его, и он подавил вспышку гнева и вопросительно посмотрел на неё. — От того, что солдат ударил меня кинжалом в грудь, мой муж не стал евнухом, — сердито проговорила она. — И я не удивлена, что на Севере нашлась ещё одна женщина, которая разглядела в нём что-то кроме уродливого лица. И я собираюсь воспитывать Виоллу, как родную дочь, а не как бастарда. Она посмотрела на Арью, которая лишь слегка ухмыльнулась. — И не надо строить глазки моему мужу, — поддела Санса подругу. Джейни прикусила губу, слёзы выступили на её глазах. — Я не такая. Я не стану уводить мужчину, у подруги, — сердито проговорила она. — Мне вообще никто не нужен. Джейни сердито надула губы и пошла прочь.       Санса накрыла Виоллу льняным покрывалом, а сверху шкурами. — Сегодня ты поспишь в моей комнате, а когда мы приедем в Переправу, у тебя там будет своя комната. — А где будет спать Сандор? — Сейчас он в комнате с мальчиками, — улыбнулась Санса, вспомнив, как её сын снова захотел уйти в казарму, — но в Переправе у него тоже есть своя комната. — Зачем каждому своя комната? — удивилась Виолла. — Чтобы ты могла жить в ней так, как хочется тебе. Чтобы твои вещи никто не брал, твои игрушки и твои книги. Если тебе грустно, ты можешь поплакать в одиночестве, или пригласить своих подруг и посекретничать с ними. Или если они тебе надоели, уйти в свою комнату, и никто не посмеет потревожить тебя. — У меня нет подруг, — Виолла с любопытством слушала Сансу, — никто не хочет дружить с дочкой одичалой. Только Сандор. — У моей сестры Арьи тоже не было подруг, она дружила с братьями и другими мальчиками, и она выросла смелее и сильнее, чем я. — А Арья говорит, что это ты сильнее её и смелее. Санса удивилась. — Арья так говорит? — Да, она так говорила своему мужу Джендри. — Спи, Виолла. Я должна ещё сделать кое-какие дела прежде, чем лягу. Ты не бойся, у дверей тебя будут охранять. — Зачем меня охранять? — удивилась девочка. — Разве я кому-то нужна? — Ты мне нужна. — Я должна называть тебя матерью? — вдруг спросила она. — Я не знаю, если хочешь. — Я хочу, — девочка смущённо отвернулась. — У меня никогда не было матери. Я знаю, что она живёт где-то за Стеной, но я никогда её не видела, а мне хотелось хоть один раз, как все сказать: «Моя матушка принесла мне пирог из кухни.» Меня конечно тоже угощали чужие женщины и жалели. Но все они были чужие, а ты будешь моей матушкой. — Конечно, — Санса наклонилась и поцеловала её в лоб, как это делала в прежние времена её собственная мать. — Спи, солнышко, завтра мы поднимемся очень рано, чтобы отправиться на Стену.       Санса вышла из комнаты и прикрыла дверь. У порога стоял Олсен Раттигер. — Она заснула, я скоро вернусь, — предупредила она воина. — Да, миледи. — Я оставила свечу на столе, если она проснётся, то ей будет не страшно в темноте. — Вы напрасно беспокоитесь, девочка привыкла спать в людской, там всегда темно. — Но там она была не одна. — Идите, миледи, не волнуйтесь.       Санса спустилась во двор. День был такой длинный, но она так и не нашла время, чтобы искупаться и теперь решила сходить в богорощу. — Куда это ты собралась? — раздался вдруг знакомый сердитый голос сзади. — Пошли со мной.       В богороще гулял ветер, он раскачивал высокие страж-деревья и срывал листья с чардрева. Над чёрным озером поднимался молочный туман. Санса скинула на камень одежду и медленно вошла в горячие воды. — Ты с ума сошла, пташка, — Клиган испуганно смотрел на неё. — Эти воды всегда горячие, — улыбнулась Санса. — Здесь можно купаться даже, когда идёт снег. В богороще вокруг сердце-дерева он всегда тает. Джейни Пуль рассказывала, что, когда ее отдавали замуж за Болтона, в Винтерфелле уже лежал снег, но здесь его не было. Клиган присел на камень и смотрел, как Санса с наслаждением плавала в этом тумане. — Иди ко мне, — вдруг позвала она его. — Я же говорил тебе, что уже купался сегодня с нашим сыном. — А я тебя зову не купаться. Клиган поспешно избавился от одежды. Вода и в самом деле была горячей, и она скрыла его внезапно обострившееся желание. Санса подошла к нему почти вплотную. Он чувствовал, как пульсирует его боец, уткнувшийся куда-то ей в живот. — Мы не сможем сегодня в моей комнате, — виновато проговорила она, — я там уложила Виоллу. Клиган подхватил её под бёдра и, раздвинув их, посадил её на свою талию. Теперь они смотрели друг на друга в упор. — Ты в самом деле хочешь этого? — неуверенно спросил он. Она лишь кивнула и прижалась своими мокрыми губами к его.       Он ничего не слышал и не видел вокруг себя. Если бы на Винтерфелл обрушилась новая армия мертвых, он наверное даже не заметил, что умер.       Над богорощей взошла яркая луна. Санса с мужем молча возвращались в замок. — Зачем ты сказала, что Виолла моя дочь? — прервал молчание Клиган. — Она дочь Джона, — призналась Санса. — Я хочу забрать её и воспитать, как леди. — Но это значит, что она Таргариен… Едва ли это понравиться королеве Дейнерис, если она узнает. — Поэтому мы должны постараться, чтобы она не узнала, — Санса с мольбой посмотрела на мужа. — Позволь ей быть твоей дочерью. — Но ты не боишься, что и другие твои знакомые станут указывать на то, что притащить в дом бастарда — оскорбительно? — А ты не боишься, что твои знакомые станут напоминать тебе, что я была женой твоего брата, и, возможно, Сандор не твой сын? — Пусть только кто-нибудь посмеет сказать, что он не мой. — На каждый роток не накинешь платок, — усмехнулась Санса. — Я думаю, что нам придётся ещё ни раз услышать эти намёки и обвинения. Главное, что мы знаем правду. Клиган вздохнул, но не стал с ней спорить.