/1/
19 марта 2018 г., 17:24
Звуки аккордеона. Получается на удивление чисто, ни одной неправильно сыгранной ноты. Паша радуется, день начинается отлично, но с утра нельзя много играть — соседи жалуются. Мальчик бежит в родительскую комнату, дабы поделиться радостью с отцом, однако в комнате еще темно, слышится посапывание. Не справедливо. На бегу захватывая шляпу, Личадеев прощается с мамой и выбегает из квартиры, чуть не уронив рюкзак.
— Смотрите, шляпник идет. Хах, а «Шляпник» звучит лучше, чем твое имя, как думаешь? — Паша молчит. Подобные фразочки он слышал часто, но сейчас и сам не ожидал, что именно это слово станет его кличкой. Ожидал или нет, мучиться с этим придется, хоть парень, кажется, всегда мучается.
Павел и сам не замечает, как время идет к пятому уроку. Литература всегда занимала отдельное место в большом, но одиноком мирке юноши, она дополняла, помогала найти себя в чтении, и, если то была не школьная программа, так то, что можно найти в популярных группах соц.сетей. Занятие прерывают объявлением, на что светлые глаза опускаются на парту, в надежде, что займут эти ничем не полезные разговоры недолго. Мысли о своем, пальцы постукивают по лакированному покрытию.
— Приглашаем вас в школьный драм. кружок! Отбор завтра после седьмого урока, попробуйте себя и, может быть, кто-нибудь поймёт, что в искусстве и состоит вся его жизнь?
Неожиданно, Паша почувствовал всплеск радости. Драм.кружок… это именно то, чего он всегда хотел, мальчик мечтал проявить себя в подобном. Сколько же надежды было в гулко бьющемся сердце сейчас.
— Эй, псс. Шляпник! Как дела? — слышится позади. — Соскучился? — сильная рука буквально сжимает хрупкое плечо, которое, казалось бы, вот-вот сломается, разобьется. Главное делать вид, что не заметил. Вырваться. Убежать. Стена твердая, холодная. Боль в спине, резко соприкасающейся с ней, невероятно сильная. — Игнорировать людей плохо, ты знал? Видимо, своей тупой шляпой ты прикрываешь недостаток ума.
Людей вокруг много. Ох, черт, какой позор, даже сделать ничего нельзя.
как же надоело
— Пошел к черту, Соколов. — опора и притеснение теряются. Впереди парень, рассмотреть которого не получается — ты падаешь. Кажется, этого человека ты никогда не видел и не знал. — Если твой папочка тебя пиздит, то срывать это все на других не нужно. Еще к первокласснику полезь, че тебя ломает? — Не твое блядское дело, к кому и зачем я лезу. Еще раз меня тронешь, я твою скрипку напополам разломаю. — в воздухе витает напряжение и злость, так и оставаясь, когда все расходятся. А Личадеев сидит в шоке. Кто-то за него заступился. Такого никогда не было. Он резко поднимает голову, чтобы рассмотреть этого прекрасного человека, но спаситель расплывается в толпе людей. Наушники звучат отчетливо, чисто, они радуют, делают этот мир ярче, чем он есть. По ушам бьет громкий гитарный перебор. Паша жалеет, что все еще не умеет играть на гитаре, многое сыграть на аккордеоне нельзя, популярные исполнители вряд ли были готовы к тому, что где-то есть их фанаты, страдающие от невозможности найти ноты для столь нетипичных инструментов. Мысль о том, что папа обещал подарить гитару на новый год, греет душу. Дорога домой запутывается и становится дольше, оправдывается это желанием ещё пару раз послушать полюбившуюся, недавно найденную песню быдлоцыкла. Сегодня все меняется, весь день по квартире проходится радостная песнь аккордеона, а родителей дом встречает не только веселой музыкой, но и чистотой и готовой домашней работой сына (почти готовой). Скорее всего, именно поэтому и мама и отец на вопрос о посещении нового кружка отвечают согласием сразу же. Жизнь меняется быстро и странно, это пугает и впечатляет одновременно.
