Девочка, которая любила играть со спичками.

POV Автор – Раз… два, – в мрачном помещении облокотившись о стену, стояла миниатюрная девушка. Закрыв глаза, она шептала цифры, тем самым, пытаясь успокоиться и не вникать во всё происходящее. – Три… четыре, – в голове эхом отдавались её слова. – Почему на твои звонки отвечают посторонние люди?! – на всю комнату крикнул шатен, ударил о стену, рядом с головой Греты. – Не смей повышать на меня голос, – она томно сказала, открыв большие карие глаза. – Ааа так ты у нас секретаршу завела, – голос Максима буквально сочился сарказмом. – Не твоё собачье дело, – оттолкнувшись от стены, шатенка медленно отошла, встав плечом к плечу к Максиму. – Грета, я не хочу ссориться, но твои последние выходки вынуждают меня на этот шаг. Я знаю, что дела у тебя полное… – сказал Макс, бросив на девушку испытующий взгляд. – А вот как у меня дела, тебя точно не касается, – дрожащим, от отвращения голосом, произнесла Грета, не отводя взгляд от зелёных сверкающих гневом глаза шатена, Ульянова вышла, стуча своими высокими каблуками. Быстрыми шагами, спустившись вниз, девушка остановилась возле знакомого ей парня. – Прогуляемся? – предложил Никита, увидев разгневанную девушку. – Да. Пара молодых людей, молча брели по безлюдному пирсу. Казалось, что это тишина устраивает их обоих, шум волн иногда разбавлял молчание. Наверное, каждый сейчас думал не то, как начать разговор, а думал именно о том, что произошло в прошедшие дни. До сих пор Никита не мог понять, что твориться в голове у этой, непростой девушки. Он хотел помочь ей, не знав и проблемы. Поэтому, когда дело заходило о её личной жизни, он был серьёзен. Он готов был совершить все, что бы она, не была такой колючей,по отношению к окружающему миру. Назвать это любовью? Возможно. Но этот момент, был совсем далеко, от такого чувства как любовь. Дойдя до самого конца, они оба сели, опустив ноги вниз. Каждый знал, что сейчас произойдёт разговор, который ответит на многие вопросы. И они были правы. – Ты ненавидел то, что когда-то приносило тебе удовольствие? – прервав уже привычную тишину,поинтересовалась Грета. – Да. В детстве, я очень любил маленькие шоколадные конфетки. Каждый раз, когда мне было грустно, то я съедал одну, и сразу становилось легко. Я буквально забывался в этом. Но мама всегда не одобряла мою манию к сладостям, и мне приходилось прятать их. – И что было потом, – спросила Ульянова, не поворачивая голову в сторону собеседника. – А потом, я переел этих конфет, и мне пришлось месяц пролежать в больнице. Это было грустно, потому,что был новый год и вместо сладких подарков, я получил много таблеток и каши на воде. После таких каникул, я видеть их не могу, не то что есть. – Я повторюсь, но у тебя было жуткое детство, – кареглазая рассмеялась. – Но весёлое. – Если ты считаешь весёлым постоянно попадать в какие-то нелепые и дурацкие ситуации, то да, – сказал Киоссе и радостно ухмыльнулся. – У тебя хотя бы было нормально детство, – она продолжала смотреть куда-то в даль, пытаясь что-либо разглядеть. – Послушай Грет, ты не обязана заниматься тем, чем не хочешь, – сверля девушку взглядом, Никита пытался переубедить её. – А кто тебе сказал, что я не хочу, – наконец, она развернулась к парню. – Противоречишь сама себе. – Ты не первый, кто так говорит. – Это только доказывает мою правоту, – поджав губы, юная особа снова повернулась к морю. – Даже если я ненавижу это, то в глубине души понимаю, что не смогу бросить всё так. – Это твоя жизнь, ты должна делать только то, что хочешь, что приносит тебе удовлетворение, – выпалил Киоссе. – Мы не в праве управлять нашими жизнями. Всё зависит не от нас, всё зависит от судьбы, – сухо произнесла Грета. – Почему? Почему ты не хочешь поверить в себя и хоть раз сделать то, что хочешь, – развернувшись целиком к девушке, Никита пытался добиться от неё ответа. – Потому что я не могу! Я не волшебник, я не могу взмахнуть палочкой и выполнить все свои прихоти, – последовав его примеру, она повернулась сев на колени. – Необязательно быть волшебником, достаточно этого сильно захотеть и идти в упор, – Ник улыбнулся. – Моя мама покинула нас, когда мне было 8. Даже при большом желание,я не смогу вернуть её, – неожиданно для себя девушка выпалила всё на одном дыхании. – Мне жаль, – Никита опустил голову. – Как это случилось? – он снова посмотрел на неё, как бы приковав себя к ней. Он внимательно всматривался в каждое движение Греты. – Она болела. У неё обнаружили опухоль головного мозга. Но было слишком поздно, что либо делать. Как бы мала я не была, все же понимала, что ей становится всё хуже, и я ничем не могу помочь, – шатенка спокойно сказала, смотря, сквозь парня. – Это ужасно, когда человек теряет близких и очень тяжело, – Никита продолжал смотреть на Ульянову. Его лицо выражало сочувствие. Сейчас он прекрасно знал, что ничем не может помочь девушке. – Да. Я могу признаться тебе в кое-чём? – Грета, посмотрела на него. Никита мотнул головой и девушка продолжила. – Я не смогла поехать на похороны. Ни разу не навещала её могилу, – Комок в её горле разорвался, и сразу потекли слёзы. – Почему? – тихо спросил Никита. – Не знаю. Кажется, я все ещё не могу смириться с её смертью, – наконец, остановив взгляд на собеседнике, девушка улыбнулась. – Что случилось? Почему ты так смотришь на меня? – Грета смахнула слёзы. – Я просто удивлён, – Киоссе смотрел на неё тёплым и спокойным взглядом. – Почему? Хоть я не подаю виду, но у меня есть сердце, – Грета улыбнулась – Да, я заметил, – Никита улыбнулся в ответ. – Мы не можем вернуть людей, которые покинули нас, но мы в праве найти того человека, который не даст нам упасть, который подарит те чувства, что когда-то дарил тот человек. – Чувство лёгкости, – она посмотрела на тёмное небо, улыбнувшись сияющей луне. В душе стало теплее. Воспоминания валунами падали на хрупкую девушку, не давая выбраться и глубоко вдохнуть. Как холодные волны накатило на неё всё то, что она,так старательно прятала внутри себя, пытаясь залечить глубокие раны.