Платье

— Есть несколько очень нехитрых правил эффектного вечернего выхода: во-первых, спина должна быть прямой; во-вторых, грудь должна смотреть вперед; в-третьих, носите вечернее (или коктейльное) платье очень непринужденно, так, как будто это повседневная одежда, и успех вам обеспечен, — спокойно вещала Эвелина Хромченко окружившей ее стайке длинноногих моделей. Показ был в самом разгаре, и за кулисами творился самый настоящий ад. С десяток гримерных, закутков, отгороженных друг от друга ширмами. Известные и не очень модельеры, словно наседки, носились со своими моделями, то и дело сновали журналисты и дизайнеры. Щелкали фотокамеры, шелестели платья, цокали каблучки, кто-то кричал, смеялся, плакал и матерился. Кому-то жали туфли, рвался подол, у кого-то сегодня был первый показ, а у кого-то — семьсот первый, и это не предел. Пожалуй, среди всей этой разномастной тусовки своим спокойствием выделялся один мужчина, одетый в обычную черную футболку с надписью "Япересталволноваться" и синие джинсы. Красивые черты лица, темные волосы, голубые, как небо, глаза и приятная улыбка делали честь самому известному модельеру, Арсению Попову, покорившему Азию и страны Европы своей сногсшибательной коллекцией. Около десятка лучших моделей с мировым именем работали под его крылом и не уступали другим именитым моделям в своем профессионализме. Сегодня проходил очередной показ в Париже, неделя моды подходила к своему завершению, но Арсений усталости не чувствовал, скорее, небольшое блаженство со вкусом легкого возбуждения. — Девочки, девочки, ваш выход, бегом! — захлопал он в ладоши, и несколько девушек в невероятно облегающих платьях различных расцветок и кроя процокали каблучками поближе к сцене. Ну вот, еще мгновение — и зазвучит последний аккорд. — Антон, — мужчина обернулся, и высокий светловолосый парень, стоящий у зеркала в пол, замер, ожидая следующих действий. Антон Шастун, модель с мировым именем, был той самой изюминкой на торте в коллекции именитого модельера и дизайнера, которой тот однозначно гордился. Гордился и... любил. — Антош, у меня для тебя кое-что есть, — Арсений, улыбнувшись, закусил губу, вынимая из горы вешалок одну, на которой висел черный чехол. — Примерь, держи-держи, — кофр перекочевал в длинные изящные руки с невероятным количеством браслетов на худых запястьях, а затем пальцы потянули молнию вниз. — Арс, что это? — Ну, открывай уже, — интриговал мужчина, стоящий позади. — Ну как тебе? — Это платье, — в руках Антона оказалось длинное черное платье в пол. Платье было обтягивающим и расклешенным ближе к низу, на спине красовался полупрозрачный цветок из черной вуали, а от линии талии ткань была усыпана фразами и словами белого цвета, из которых Антон успел лишь прочитать что-то про ангела и одежду. — Тебе нравится? Специально для тебя шили к сегодняшнему показу, — модельер радовался, словно дитя, сияя лучезарной улыбкой. — Это платье, Арс, — повторил Антон, слегка вздрагивая под теплыми пальцами, обхватившими его плечи. — Платье для тебя, — прошептал мужчина и прижал ткань к груди парня. — Оно потрясающее, и ты в нем… — И что ты хочешь, чтобы я в нем? — губы парня озарила улыбка. — Фотосессия или на подиум? — И то и другое. Ты через десять минут заканчиваешь показ, а после мы с тобой поедем в отель, где я сниму с тебя это платье, — Арсений прошептал последнее слово и, наклонившись, поцеловал парня в плечо. — Надень его, я посмотрю, — темноволосый мужчина отошел в сторону и присел на ближайший стул, а парень снова обернулся к зеркалу и одним движением стянул с себя футболку, через зеркальную поверхность наблюдая, как пожирает его глазами его любимый модельер. Платье так платье, хоть мешок из-под картошки. Антон был за любой кипиш и любую идею, пришедшую в мозг Арсению Попову. Идеальное красивое тело, тонкая талия, красивые руки, прямая спина, идеальные бедра. Антон нагнулся, чтобы стянуть джинсы, непроизвольно, а может, нарочно демонстрируя упругие ягодицы, длинные ноги и изящные щиколотки. Арсений выдохнул как-то слишком нервно и оглянулся по сторонам, выстукивая пальцами ритм по коленке. Зрелище было невероятно возбуждающим, но мужчина держал себя в руках. Черное красивое платье струилось по обнаженной коже, ниспадая ровными складками так, как задумал дизайнер. Оно подчеркивало все, что можно было подчеркнуть на идеально красивом теле молодого светловолосого парня, и показывало все то, чего показывать бы не следовало. — Ну, как тебе? — Антон в зеркало на себя не смотрел, он вглядывался в глаза напротив, ведь в них отражалось все и даже больше. — Ты — мой шедевр, — восхищенно прошептал Арсений и, обхватывая парня за талию, притянул ближе к себе, а затем нежно впился в его губы, жарко и страстно, не позволяя отстраниться. Антон не сопротивлялся, но краснел, чувствуя, как выпрыгивает у него сердце, и дергается под слишком обтягивающим платьем его собственный член. — Ты прекрасен, оно создано для тебя. Но знаешь, чего я хочу больше? — темноволосый модельер потерся носом об обнаженное плечо, покрывая тело парня мурашками, и Антон закусил губу, впервые осмелившись взглянуть в зеркало на себя и на стоящего позади него мужчину. — Я хочу снять с тебя это платье. Медленно, начиная снизу, — рука модельера поползла вверх по бедру, задирая подол платья, и Антон, фыркнув, шлепнул по этой руке, отстраняясь. — Попов, имей совесть. — Или разорву его на тебе в клочья, — выдохнул Арсений. — Платье за тридцать тысяч, — мужчина улыбнулся, а затем присел на одно колено, обувая красивую ступню в черные лодочки на высоком каблуке. — Арс, они… Они маленькие, — нега тут же исчезла, растворилась, возвращая модель в жестокий мир моды и стиля. — Извини, других сорок пятого не было. Я знаю, ты справишься, не первый раз, — Арсений в мгновение ока трансформировался в профессионального модельера и дизайнера, придавая голосу деловые нотки. — Иди, слышишь? Наши заканчивают, ты финалишь, ну же. И помни, ты прекрасен. Антон сделал несколько шагов в сторону, понимая, что просто не выживет до конца показа. Несчастные туфли жали и пригибали к полу. Черное идиотское платье привлекало внимание, и все модели, пооткрывав рты, смотрели, как молодой светловолосый парень в платье и туфлях на каблуках медленно идет по направлению к ступеням на сцену. Три ступеньки, словно по горящим углям. Антон выдохнул, поднялся, сглотнул, одним движением поправил челку, встречаясь глазами с конферансье мероприятия, повидавшем на своем веку и не такое. — Завершает показ модель вечерняя, коктейльная группа известного модельера Арсения Попова, — прозвучало в микрофон, и Антон ступил на сцену под свет софитов и щелчки фотокамер. Длинный подиум, финальное дефиле, сотни глаз именитых гостей, дизайнеров, деятелей искусств, бизнесменов и политиков. Зал замер, а в свете софитов, словно черный лебедь, плыл он, выпрямляя спину, считая шаг, в длинном черном платье до пола. Среди сотен глаз зрителей на него с восхищением смотрели глаза только одного человека. Арсений, сидя в первом ряду в зале, не отводил взгляда от высокого парня на подиуме. Очередной поворот, изгиб бедра, красиво падающий свет, еще один поворот. Мечта Антона — снять с себя это чертово платье, которое жало ему в груди, не позволяя глубоко дышать, и эти проклятые туфли на несколько размеров меньше, в которых он уже наверняка стер ноги в кровь. В какой-то момент, сделав поворот на камеру, светловолосый парень оступился, вмиг теряя равновесие, и зал затих, не были слышны даже щелчки фототехники. Лодыжка горела огнем, но Антон улыбался, гордо выпрямляя спину. Он нагнулся лишь за тем, чтобы поднять туфли с подиума, затем под оглушительные овации и крики "Браво" кинул их в толпу зрителей, вернее, в темноволосого мужчину в черной футболке "Яперсталволноваться", и тот словил их на лету и прижал к груди. Антон продолжил путь уже босой, но овации не стихали, а парень в платье в пол дошел до края подиума и протянул руку мужчине с голубыми глазами. — Арс, твой выход, — едва шепнули его губы, и мужчина, поднявшись на сцену, с улыбкой склонил голову, принимая аплодисменты и все так же прижимая к груди черные лодочки на шпильке. Его лучшие модели стояли с ним бок о бок и улыбались залу. Прощальное дефиле демонстрировало всех моделей и коллекции дизайнеров, но, пожалуй, больше всего запомнился парень, идущий одним из последних, в длинном облегающем платье в пол. Антон улыбался и ловил на себе полный восхищения взгляд. Взгляд глаз его любимого дизайнера и модельера. Крики "Браво", вспышки фотокамер. Впереди еще ждал фуршет, а завтра — очередная фотосессия, и, кажется, что не хватало сил больше ни на что. И платье было просто потрясающее. Потрясающе, когда оно висело на спинке кресла, а из одежды на нем были только руки, обвивающие его обнаженное тело, и губы шептали: "Ты — мой шедевр." Антон улыбался, ластился, утопая в обезумевшей нежности и страсти, и силы вновь появлялись на то, чтобы жить, творить и любить. Когда обыкновенное платье превращает тебя в шедевр, то чувствуешь в себе силу, сравнимую с магией. И не просто веришь, но знаешь — возможно все.